Дело № 2-261/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Дубовка 14 июля 2020 года 

Дубовский районный суд Волгоградской области 

в составе: председательствующего судьи Генералов А.Ю., 

при секретаре судебного заседания Ворошиловой Т.В., 

с участием истца ФИО1, 

представителя истца ФИО1 - ФИО2, 

представителей ответчика публичного акционерного общества «Волгоградэнергосбыт» ФИО3, ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело 

по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Волгоградэнергосбыт» об урегулировании разногласий при заключении договора электроснабжения,

установил:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику публичному акционерному обществу (далее ПАО) «Волгоградэнергосбыт» с требованием об урегулировании разногласий при заключении договора энергоснабжения от 12 февраля 2020 года. 

При подаче искового заявления в обосновании заявленного требования указано, что истец в порядке наследства является собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес> Для оформления договора электроснабжения истец обратилась с заявлением в Дубовский районный сбытовой участок ПАО «Волгоградэнергосбыт», где истцу выдали на руки проект договора электроснабжения № № от 12 февраля 2020 года. Истца не устроили пункты 2 и 5 проекта договора, которые не учитывают то, что в домовладении истца имеется старый прибор учёта электроэнергии, который согласно акта об осуществлении технологического присоединения № 134 от 31 декабря 2019 года, теперь является техническим (контрольным) прибором учёта и ответственность за его исправность продолжает нести истец, помимо интеллектуального прибора учёта автоматизированной системы учёта электроэнергии, установленного на столбе перед домом, который теперь стал расчётным прибором учёта и ответственность за его исправность несет ПАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Юга», которой принадлежи прибор учёта. Считает, что в нарушении требований законодательства по договору истец несёт ответственность за прибор учёта, который находится на столбе перед домом и является не просто индивидуальным прибором учёта, а расчётным прибором учета, и согласно п. 5 договора за его исправность должен нести ответственность истец, т.к. все подпункты этого пункта договора направлены на стимулирование истца к скорейшему устранению причин, которые привели к применению расчётных методов определения объёма поставленной потребителю электроэнергии вследствие неисправности расчётного прибора учёта или не передаче ответчику его показаний. Ответчик отказывается привести текст проекта договора в соответствие с законодательством, чтобы за исправность расчётного прибора учёта ответственность нёс тот, кому он и принадлежит, и письмом № № от 23 марта 2020 года отклонил поправки истца, предложенные в протоколе разногласий от 6 марта 2020 года. Ответчик мотивирует отказ тем, что договор электроснабжения является публичным договором и поэтому в нём не может быть отдано никаких преимуществ или предпочтения конкретному потребителю электроэнергии. Считает, что за исправность прибора учёта ответственность должен нести должно нести ПАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Юга». Считает что п. 5.3 договора должен быть заменен текстом, предложенным истцом в протоколе разногласий. При этом по мнению истца в пункты 5.4 и 5.5 договора, которые вводят ответственность за недопуск истцом специалистов ответчика в дом для проверки исправности прибора учёта, надо внести уточнение о том, что они при этом хотели проверить в доме истца исправность именно контрольного (технического) прибора учёта. Естественно, при этом, если окажется неисправен контрольный (технический) прибора учёта, то из этих пунктов надо убрать и требование о перерасчете за потребленную электроэнергию, т.к. её объем определялся по показаниям расчетного прибора учёта.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО1 – ФИО2 просили удовлетворить заявленные требования по основаниям указанным в иске. 

Представитель ответчика ПАО «Волгоградэнергосбыт» ФИО4 просила отказать в удовлетворении заявленных требований. Пояснила, что ПАО «Волгоградэнергосбыт» в качестве гарантирующего поставщика электрической энергии осуществляет продажу электрической энергии потребителям по договорам энергоснабжения, а также через привлеченных третьих лиц оказывает услуги по передаче электрической энергии. В процессе заключения договора электроснабжения № 301502515 от 12 февраля 2020 между ПАО Волгоградэнергосбыт и ФИО1 возникли разногласия в отношении его условий. Истец просит внести изменения в пункты 2.3. и 5.3. договора, предложив изложить их своей редакции. Оснований для этого не имеется, поскольку условия которые хочет включить истец не предусмотрены законодательством. Согласно статье 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления. Согласно статье 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Существенными условиями договора энергоснабжения являются предмет договора, количество и качество энергии, режим потребления, условия по обеспечению содержания и безопасности эксплуатации сетей, приборов и оборудования. Порядок заключения договора, содержащего положения о предоставлении коммунальных услуг, регламентирован в главе III Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением правительства Российской Федерации от 06.05.2011 года № 354. Согласно п. 138 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 года № 442 в случаях, относящихся к предоставлению коммунальных услуг, коммерческий учет электрической энергии, используемой гражданами, осуществляется в соответствии с Правилами № 354. ПАО «Волгоградэнергосбыт», отклоняя разногласия к п. 2.3. договора в части указания в договоре дополнительно в качестве технического (контрольного) прибора учета индивидуального прибора учета, исходило из того, что в Правилах № 354, обязанность исполнителя коммунальных услуг включить в договор сведения о контрольном приборе учета и в определенных случаях использовать показания данного прибора учета для определения объемов потребления не предусмотрено. Также подлежат отклонению предложение истца в части внесения изменений в п. 5.3. договора поскольку, порядок определения размера платы за коммунальные услуги с использованием приборов учета и при их отсутствии определен п. 36 Правил № 354. 

Представитель ответчика ПАО «Волгоградэнергосбыт» ФИО3 просил отказать в удовлетворении требований истца ФИО1, так как не имеется оснований для внесения изменений в договор электроснабжения. 

Определением Дубовского районного суда Волгоградской области от 18 июня 2020 года в качестве третьего лица по делу было привлечено ПАО «Россети Юг».

Представитель третьего лица ПАО «Россети Юг» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом. 

На основании положений ст. 167 ГПК РФ судом было определено рассмотреть гражданское дело в отсутствии представителя третьего лица ПАО «Россети Юг». 

Выслушав объяснения участников судебного заседания, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В силу п. 2 ст. 445 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами заключение договора обязательно для стороны, направившей оферту (проект договора), и ей в течение тридцати дней будет направлен протокол разногласий к проекту договора, эта сторона обязана в течение тридцати дней со дня получения протокола разногласий известить другую сторону о принятии договора в ее редакции либо об отклонении протокола разногласий. При отклонении протокола разногласий либо неполучении извещения о результатах его рассмотрения в указанный срок сторона, направившая протокол разногласий, вправе передать разногласия, возникшие при заключении договора, на рассмотрение суда.

Согласно п.1, 2 ст. 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии (п.1). Договор энергоснабжения заключается с абонентом при наличии у него отвечающего установленным техническим требованиям энергопринимающего устройства, присоединенного к сетям энергоснабжающей организации, и другого необходимого оборудования, а также при обеспечении учета потребления энергии (п.2).

В соответствии с п. 2 ст. 543 ГК РФ в случае, когда абонентом по договору энергоснабжения выступает гражданин, использующий энергию для бытового потребления, обязанность обеспечивать надлежащее техническое состояние и безопасность энергетических сетей, а также приборов учета потребления энергии возлагается на энергоснабжающую организацию, если иное не установлено законом или иными правовыми актами.

В случаях, не относящихся к предоставлению коммунальных услуг, коммерческий учет электрической энергии, используемой гражданами, осуществляется в соответствии с настоящим документом.

В соответствии с п. 138 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утверждённых постановление Правительства РФ от 04.05.2012 года № 442 «О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии» в случаях, относящихся к предоставлению коммунальных услуг, коммерческий учет электрической энергии, используемой гражданами, осуществляется в соответствии с Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2011 года № 354 «О предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов», за исключением установленного настоящим документом порядка определения мест установки приборов учета, установки и ввода в эксплуатацию, проведения контрольного снятия показаний и проверок приборов учета, установленных в отношении жилых домов, установки и ввода в эксплуатацию и проведения проверок коллективных (общедомовых) приборов учета.

Порядок учета коммунальных услуг с использованием приборов учета, основания и порядок проведения проверок состояния приборов учета и правильности снятия их показания установлен разделом VII Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утверждённых постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 года № № «О предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов» (далее по тексту Правила предоставления коммунальных услуг).

В судебном заседании установлено, что 31 декабря 2019 года ПАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Юга», сменившая назначение на ПАО «Россети Юга», составила акт об осуществлении технологического присоединения № 134, согласно которого к электрическим сетям был подключен жилой дом, по адресу: 

<

адрес> (л.д. 35).

Согласно акта от 31 декабря 2019 года линия разграничения балансовой принадлежности произошла на опоре № №, на которой был установлен прибор учёта электрической энергии № также было указано, что электроустановка потребителя состоит из провода к вводному устройству, состоящего из прибора учёта электроэнергии (технический) и автомата, внутренних сетей. 

12 февраля 2020 года ФИО5 обратилась в ПАО «Волгоградэнергосбыт» с заявлением о заключении договора электроснабжения жилого дома, по адресу: 

<

адрес>, с 12 февраля 2020 года, указав в заявлении, что был составлен акт технологического присоединения № № от 31 декабря 2019 года, с указанием об установке с 15 декабря 2019 года прибора учёта электрической энергии МИРТЕК-32 (л.д.6-7).

12 февраля 2020 года ПАО «Волгоградэнергосбыт» заключил с ФИО1 договор электроснабжения № № (л.д. 8-13).

6 марта 2020 года ФИО1 был направлен протокол разногласий в ПАО «Волгоградэнергосбыт» к договору электроснабжения № № от 12 февраля 2020 года, в котором было указано о несогласии с пунктами 1.1, 2.3 и 5.3 договора и была предложена своя редакция данных пунктов (л.д.14-15).

Письмом от 23 марта 2020 года исходящий № № пункт 1.1 договора был согласован ПАО «Волгоградэнергосбыт» в редакции ФИО1 и отказано в согласовании п.2.3 и 5.3 договора от 12 февраля 2020 года (л.д. 16). 

Суд считает, что предложенное ФИО1 дополнительное предложение в пункт 2.3 договора от 12 февраля 2020 года: «индивидуальный прибор учёта № № тип № место установки: жилой дом, который до установки индивидуального прибора учёта МИРТЕК-32РУ был расчётным прибором учёта, согласно акту «об осуществлении технологического присоединения № 134 от 31 декабря 2019 года, признан в качестве технического (контрольного) прибора учёта, с показаниями на дату заключения договора 002313» не соответствует требованиям законодательства Российской Федерации. 

Установление технических (контрольных) приборов учёта электрической энергии не предусмотрено Правилами предоставления коммунальных услуг.

Доводы истца о том, что акте об осуществлении технологического присоединения № № от 31 декабря 2019 года указан технический прибор учёта, о котором нет сведений в договоре энергоснабжения, не даёт основания признавать часть электрооборудования потребителя, к которой данным актом отнесён также и прибор учёта, имеющийся у ФИО1, к контрольным приборам, так как линия раздела ответственности происходит после прибора учёта электрической энергии МИРТЕК-32, установленного ПАО «Россети Юг». 

Выводы истца о том, что в Основных положениях функционирования розничных рынков электрической энергии, утверждённых постановление Правительства РФ от 04.05.2012 года № 442 указаны контрольные приборы учёта, то есть их установка возможна, суд не принимает, так как вопросы учета коммунальных услуг с использованием приборов учета для населения регулируются только Правилами предоставления коммунальных услуг. 

Также предложение ФИО1 заменить предложение абзаца 6 пункта 5.3 договора от 12 февраля 2020 года на предложение: «по истечении одного расчётного периода, когда в соответствии с подпунктами «а», «б» и «в» настоящего пункта, были применены расчётные способы учёта электрической энергии, и далее до момента устранения обстоятельств, оговорённых в подпунктах «а», «б» и «в» настоящего пункта «Межрегиональной распределительной сетевой компанией Юга», которая, согласно п.1.4 договора выполняет часть обязательств «гарантирующего поставщика», объём электрической энергии определяется исходя из показаний технического (контрольного) прибора учёта по истечении одного расчётного периода, а в случае не предоставления «Потребителем» показаний технического (контрольного) прибора учёта, по истечении одного расчётного периода, когда объём электрической энергии определялся расчётным способом, - следующие два расчётных периода объём электрической энергии определяются исходя из среднемесячного объёма потребления электрической энергии, а далее из нормативов потребления электрической энергии», не может быть удовлетворено по следующему обстоятельству. 

Как уже указано выше при потреблении гражданами электрической энергии не предусмотрено установление технического (контрольного) прибора учёта.

Правилами предоставления коммунальных услуг установлен порядок расчёта размера платы за коммунальные услуги (пункты 19, 36, 59, 60), в том числе и в отношении коммунальной услуги по электроснабжению, когда индивидуальный прибор учёта установлен гарантирующим поставщиком, либо в данном случае действующим от имени гарантирующего поставщика сетевой организацией и в случае выхода из строя или утраты введенного в эксплуатацию индивидуального прибора учёта либо истечения срока его эксплуатации.

Данными Правилами предоставления коммунальных услуг не предусмотрено определение объёма потреблённой электрической энергии в случае выхода из строя, утраты, истечения срока эксплуатации индивидуального прибора учёта определяется исходя из показаний технического (контрольного) прибора учёта. 

В связи с установлением индивидуального прибора учёта за пределами границы ответственности потребителя вопросы непредставления показаний индивидуального прибора учёта и не допуска к прибору учёта не относятся к нарушению прав ФИО1, так как ответственность в данном случае лежит на сетевой организации, установившей прибор учёта, которая согласно акта об осуществлении технологического присоединения несёт ответственность за сохранность прибора учёта, его проверку.

Суд считает, что договор электроснабжения № 301502515 от 12 февраля 2020 года в пунктах 2.3 и 5.3 не нарушает права ФИО1 в связи с чем оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

В требовании ФИО1 к публичному акционерному обществу «Волгоградэнергосбыт» об урегулировании разногласий пунктов 2.3, 5.3 договора электроснабжения № № от 12 февраля 2020 года, в соответствии с протоколом разногласий от 6 марта 2020 года представленного ФИО1, отказать. 

Решение в течение месяца может быть обжаловано в Волгоградский областной суд через Дубовский районный суд Волгоградской области.

Мотивированный текст решения изготовлен 17 июля 2020 года.

Судья: А.Ю. Генералов