24RS0041-01-2024-000958-12

Дело № 2-179/2025

копия

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 февраля 2025 года г. Красноярск

Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Сигеевой А.Л.,

с участием помощника прокурора Октябрьского района г. Красноярска Михайловской О.И.,

при секретаре Терской Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению А1 к акционерному обществу «Красноярское пассажирское автотранспортное предприятие У», А2 о возмещении вреда, причиненного здоровью вследствие дорожно-транспортного происшествия, взыскании денежной компенсации морального вреда, 

установил:

А1 обратилась с иском к акционерному обществу «Красноярское пассажирское автотранспортное предприятие № 5», ФИО1 о возмещении вреда, причиненного здоровью вследствие дорожно-транспортного происшествия, взыскании денежной компенсации морального вреда. 

Требования мотивированы тем, что 00.00.0000 года около 17 часов 56 минут в Х в районе Х произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Honda Logo, г/н У, под управлением ФИО1, двигавшегося по Х со стороны Х в направлении Х, и автобуса марки «МАЗ 103476», г/н У, под управлением водителя ФИО2 (работника АО «КПАТП № 5»), который двигался по Х во встречном направлении, с последующим наездом автомобиля Honda Logo, г/н У, под управлением ФИО1, на пешехода ФИО3, стоявшую на тротуаре справа по ходу движения автомобиля. В результате ДТП ФИО3 причинены повреждения здоровья, квалифицируемые как тяжкий вред здоровью. В ходе предварительного расследования не удалось установить чью-либо вину в причинении тяжкого вреда здоровью ФИО3 На основании изложенного и с учетом уточненных исковых требований ФИО3 просит взыскать солидарно с АО "КПАТП У» и ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 1000000 руб., расходы на лечение и транспортные расходы к месту лечения и обратно в общей сумме 577830 рублей 70 копеек, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, доверила представлять свои интересы адвокату Живица И.А.

Представитель истца адвокат Живица И.А., действующий на основании доверенности от 00.00.0000 года, в судебном заседании исковые требования поддержал, настаивал на удовлетворении.

Представитель ответчика АО «КПАТП № 5» ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании в удовлетворении исковых требований к АО «КПАТП У» просила отказать, так как ДТП с последующим наездом на пешехода произошло по вине второго участника ДТП ФИО1, водитель автобуса в ДТП не виновен, так как ПДД РФ не нарушал.

Ответчик ФИО1 и её представитель по доверенности адвокат Зобкова Е.С. в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просили отказать, так как вины ФИО1 в ДТП нет, столкновение произошло по вине водителя автобуса, истцом не представлено доказательств обоснованности понесенных расходов на лечение в размере 577830 руб. 70 коп.

Третьи лица АО «СОГАЗ», АО «МАКС», ФИО2, ФИО5 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили.

Руководствуясь ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных надлежащим образом.

Выслушав представителей истца и ответчиков, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п.1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. При этом обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с п. 3 данной статьи вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

На основании п. 3 ст. 1079 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Исходя из положений п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", следует иметь в виду, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В силу ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела, 00.00.0000 года около 17 часов 56 минут в Х в районе Х произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Honda Logo, г/н У, под управлением ФИО1, двигавшегося по Х со стороны Х в направлении Х, и автобуса марки «МАЗ 103476», г/н У, под управлением водителя ФИО2 (работника АО «КПАТП У»), который двигался по Х во встречном направлении, с последующим наездом автомобиля Honda Logo, г/н У, под управлением ФИО1, на пешехода ФИО3, стоявшую на тротуаре справа по ходу движения автомобиля. В результате ДТП ФИО3 причинены повреждения здоровья, квалифицируемые как тяжкий вред здоровью. 

Постановлением старшего следователя СО по расследованию преступлений о ДТП ГСУ ГУ МВД России по Х от 00.00.0000 года отказано в возбуждении уголовного дела в отношении А16 по основанию п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в его деянии состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Постановлением старшего следователя СО по расследованию преступлений о ДТП ГСУ ГУ МВД России по Х от 00.00.0000 года уголовное преследование в отношении А2 по уголовному делу У, возбужденному по факту ДТП по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 264 УК РФ, прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть за отсутствием состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 264 УК РФ.

В результате дорожно-транспортного происшествия пешеходу ФИО3 причинены телесные повреждения, квалифицируемые как тяжкий вред здоровью.

Вред здоровью пешеходу ФИО3 причинен вследствие взаимодействий двух источников повышенной опасности: автомобиля Honda Logo, г/н У, под управлением ФИО1, и автобуса марки «МАЗ 103476», г/н У, под управлением водителя ФИО2 (работника АО «КПАТП У»).

Руководствуясь п. 3 ст. 1079 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что владельцы транспортных средств несут солидарную ответственность за вред, причиненный А1 вследствие взаимодействия источников повышенной опасности. Оснований для возложения ответственности за причиненный вред в долевом порядке суд не усматривает, так как уголовное дело в отношении водителя А2 прекращено за отсутствием состава преступления, а отношении водителя автобуса ФИО2 не было возбуждено, в связи с чем правила о возмещении вреда, причиненного преступлением, не применимы, а доводы сторон о необходимости установления вины водителей в ДТП не имеют значения для рассмотрения спора.

Суд приходит к выводу о том, что владельцем автомобиля Honda Logo, г/н У, в момент ДТП являлась ФИО1, так как автомобиль собственником ФИО5 был передан ей на законном основании, автомобилем ФИО1 пользовалась более 13 лет, в связи с чем ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, несет ФИО1

Водитель автобуса ФИО2 на момент ДТП являлся сотрудником АО «КПАТП У», выполнял трудовую функцию, в связи с чем ответственность за вред, причиненный в ДТП, несет работодатель АО «КПАТП У». 

Согласно заключению эксперта КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» У от 00.00.0000 года ФИО3 причинен вред здоровью в виде сочетанной травмы тела, представленной открытым оскольчатым переломом тела (диафиза) правой большеберцовой кости на границе средней и нижней третей со смещением отломков, раной, локализованной на внутренней поверхности в средней трети правой голени, раной, локализованной на наружной поверхности средней трети правой голени с обширным размозжением мышечной ткани с повреждением передней малоберцовой артерии. Данная сочетанная травма, в комплекс которой входит перелом тела (диафиза) правой большеберцовой кости, согласно п. 6.11.8 раздела II Приказа МЗ и СР РФ 194н ль 00.00.0000 года отнесена к категории, характеризующей квалифицирующий признак значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на 1/3, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи. По указанному признаку согласно правил «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Постановление Правительства РФ У от 00.00.0000 года) квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Травма могла возникнуть от воздействия тупого твердого предмета (предметов), в том числе при ударе выступающими частями движущегося автомобиля, с последующим падением на твердую поверхность и ударе о таковую (таковые). 

ФИО3 проходила длительное лечение: с 00.00.0000 года по 00.00.0000 года в КГБУЗ «КМКБСМП им. Н.С. Карповича», в декабре 2021 года – в Ожоговом центре КГБУЗ «ККБ» с основным диагнозом обширные гранулирующие раны правой голени, с 00.00.0000 года по 00.00.0000 года в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» с основным диагнозом «гранулирующая рана правой голени, оскольчатый перелом обеих костей правой голени», с 00.00.0000 года по 00.00.0000 года в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр травматологии и ортопедии имени академика Г.А. Илизарова» Минздрава России (Х) с основным диагнозом М84.1 – несросшиеся многооскольчатые открытые переломы в нижней трети диафизов костей правой голени с дефектом костной ткани и неэффективной фиксацией фрагментов аппаратом внешней фиксации, в период с 00.00.0000 года по 00.00.0000 года в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр травматологии и ортопедии имени академика Г.А. Илизарова» Минздрава России (Х) с основным диагнозом М 84.1 – состояние в процессе остеосинтеза несросшихся переломов костей правой голени с дефектом костной ткани по Илизарову; в ноябре 2022 года ФИО3 проходила лечение в ООО «Красноярский институт травматологии» с диагнозом «состояние после КДОС по Илизарову от 00.00.0000 года по поводу несросшегося многооскольчатого перелома правой голени»; в период с 00.00.0000 года по 00.00.0000 года в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр травматологии и ортопедии имени академика Г.А. Илизарова» Минздрава России (Х) с основным диагнозом М 21.7 – Постравматическое укорочение правой голени 4 см. Состояние в процессе остеосинтеза несросшихся переломов костей правой голени с дефектом костной ткани по Илизарову; в период с 00.00.0000 года по 00.00.0000 года проходила лечение в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр травматологии и ортопедии имени академика Г.А. Илизарова» Минздрава России (Х) с основным диагнозом М 21.9 «состояние после замещения дефект и достижения консолидации переломов костей правой голени по Илизарову». 

При определении размера денежной компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер причиненных истцу физических и нравственных страданий по поводу факта ДТП и перенесенных травм, характер повреждений, длительность лечения, локализацию полученных травм, состояние здоровья ФИО3, обстоятельства ДТП, при которых потерпевшая являлась пешеходов, стояла на автобусной остановке, фактические обстоятельства дела, в том числе объяснения сторон об обстоятельствах ДТП и характере причиненных повреждений истцу в результате ДТП, индивидуальные особенности потерпевшего и причинителей вреда, имущественное положение сторон, также учитывает то обстоятельство, что истец претерпевала и до настоящего времени претерпевает неудобства, физическую боль, лечение после ДТП являлось длительным, в настоящее время состояние здоровья истца не восстановлено, истец вынуждена использовать дополнительные средства (трость) для передвижения, хотя с момента ДТП прошло более трех лет.

Исходя из положений п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 00.00.0000 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

На основании изложенного, суд полагает возможным определить ко взысканию с АО «КПАТП У» и ФИО1 в пользу ФИО6 денежную компенсацию морального вреда в размере 700 000 руб.

Разрешая исковые требования о взыскании расходов на лечение и медицинское обследование, суд находит их подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В подпункте "б" пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 00.00.0000 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Как следует из разъяснений в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 00.00.0000 года N 4-П «По делу о проверке конституционности статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО7» в ряде случаев допускается взыскание в пользу потерпевшего понесенных им расходов на лечение, когда медицинское учреждение, в которое гражданин имел возможность обратиться в рамках программы ОМС, не может оказать соответствующую медицинскую помощь в связи с неприменением в нем необходимых способов (методов) лечения или обследования либо в связи с невозможностью сделать это в необходимые (исходя из состояния пациента) сроки ввиду отсутствия материалов, исчерпания квот или по иным причинам организационно-технического характера, притом что ожидание лечения могло бы в значительной степени осложнить процесс выздоровления пациента

При этом истец, требующий компенсации понесенных им затрат, опираясь на положения Конституции Российской Федерации и действующего законодательства, имеет разумные ожидания того, что причиненный ему вред - включая расходы на лечение, необходимое в соответствии с клиническими рекомендациями, - будет возмещен в полном объеме лицом, его причинившим.

Оспариваемое законоположение о праве на возмещение расходов на лечение в тех случаях, когда потерпевший не имеет права на бесплатное получение медицинской помощи, может рассматриваться как преследующее цель исключить возможность злоупотребления со стороны потерпевшего своим правом и получения неосновательного обогащения путем предъявления к причинителю вреда требований о возмещении расходов на лечение, которые он не понес (или понес необоснованно), поскольку уже получил, мог или может получить необходимое лечение в рамках программы ОМС. Кроме того, эта норма направлена на защиту прав ответчика в тех случаях, когда потерпевший умышленно завышает объем подлежащего возмещению вреда, обращаясь к избыточным средствам лечения, а также стремится к экономическому воздействию на причинителя вреда, интересы которого при этом могут не учитываться даже при невиновном причинении вреда здоровью при оказании медицинской услуги (абзац первый статьи 1095 ГК Российской Федерации).

В то же время оспариваемое законоположение не может рассматриваться как направленное на необоснованные ограничения законных интересов потерпевшего в применении выходящих за пределы программы ОМС методов лечения. Получение медицинской помощи в рамках программы ОМС является типичным, наиболее востребованным, но не обязательным для пациента, а в отдельных случаях и вовсе невозможным. Это характерно для случаев, когда конкретный эффективный метод лечения не входит в программу ОМС, а также когда обращение за бесплатной медицинской помощью сопряжено с длительным ожиданием консультации врача, проведения обследования и прочими объективными сложностями. Стремление потерпевшего восстановить свое здоровье любыми доступными способами, в том числе не покрываемыми за счет средств ОМС, не может само по себе рассматриваться в качестве предосудительного.

Платное лечение не может рассматриваться во всех случаях в качестве неразумно затратного и (или) не отвечающего требованию необходимости, вместе с тем предполагая возложение на причинителя вреда обязанности возместить только необходимые и разумные расходы, затраченные на лечение потерпевшего, поскольку одним из принципов возмещения имущественного вреда является, по общему правилу, компенсаторный характер ответственности, что препятствует сверхкомпенсации нарушения права или законного интереса, за исключением случаев, предусмотренных в законе.

Специфика отношений по возмещению вреда здоровью предполагает индивидуализацию нуждаемости гражданина в том или ином лечении, которая может различаться в зависимости от особенностей организма потерпевшего: его возраста, состояния здоровья, наличия сопутствующих заболеваний, влияющих на выбор способа лечения, и т.д. Поэтому нуждаемость в том или ином виде лечения всегда должна определяться с учетом указанных особенностей, а размер расходов на лечение конкретного потерпевшего должен быть разумным и обоснованным, что может быть определено судом исходя из обычной стоимости этого лечения в конкретной местности и при прочих аналогичных обстоятельствах. С учетом изложенного оспариваемое законоположение предполагает возмещение лишь необходимых фактических расходов.

Оценив представленные доказательства, учитывая, что лечение в период с 00.00.0000 года по 00.00.0000 года в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр травматологии и ортопедии имени академика Г.А. Илизарова» Минздрава России (г. Куркан) было осуществлено за счет средств дополнительного медицинского страхования АО «МАКС», ожидание дальнейшей оплаты могло привести к необратимым последствиям состояния здоровья ФИО3, нуждавшейся по характеру травмы в медицинском вмешательстве в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр травматологии и ортопедии имени академика Г.А. Илизарова».

Доводы о том, что ФИО3 могла получить аналогичную медицинскую помощь в тарвмпункте Х ничем объективно не подтверждены, так как в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр травматологии и ортопедии имени академика Г.А. Илизарова» применяется всемирно признанный чрескостный остеосинтез по Илизарову и другие современные методики, в центре работают высококвалифицированные специалисты: академики, профессора, доктора наук, кандидаты наук, центр оснащен необходимым медицинским оборудованием, тогда как травмпункт города представляет собой медицинское учреждение с рентгенкабинетом, не оснащенным таким же образом, как ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр травматологии и ортопедии имени академика Г.А. Илизарова».

При изложенных обстоятельствах, учитывая, отсутствие у истца возможности по состоянию здоровья обратиться за взысканием расходов по ОСАГО, превышением расходов, установленных по ОСАГО по сравнению с теми, которые были понесены и оплачены за счет дополнительного медицинского страхования в АО «МАКС», суд находит, что расходы на лечение в размере 577830 рублей 70 копеек подлежат взысканию с обоих ответчиков солидарно (133990 руб. от 00.00.0000 года в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр травматологии и ортопедии имени академика Г.А. Илизарова», 13500 руб. доплата за пребывание в двухместной палате, 60680 руб. лечение в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр травматологии и ортопедии имени академика Г.А. Илизарова» Минздрава России с 00.00.0000 года по 00.00.0000 года, 8100 руб. доплата за пребывание в двухместной палате, 4050 руб. за ранний заезд (учитывая отсутствие у истца возможности передвигаться самостоятельно без помощи посторонних и дополнительных средств), медицинские анализы 1558 руб., 253 руб., 6347 руб., 9538 руб., 1510 руб., 1500 руб., медицинские обследования и консультации 5250 руб., приобретение лекарств 10790 руб., транспортные расходы 5377,70 руб., 8024 руб., 5666 руб., 6909,90 руб., 10115 руб., 7082 руб., 9344,90 руб., медицинские процедуры в ООО «Красноярский институт травматологии» 73500 руб., медицинские услуги по реабилитации с 00.00.0000 года по 00.00.0000 года в размере 194745 руб.). 

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ч. 1 ст. 98 ГПК РФ).

При обращении в суд с исковыми требованиями истец оплатила государственную пошлину в размере 300 руб., которая подлежит взысканию с ответчиков в пользу истца солидарно.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

Исковые требования А1 удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с акционерного общества «Красноярское пассажирское автотранспортное предприятие У», А2 в пользу А1 денежную компенсацию морального вреда в размере 700000 рублей, расходы на лечение и транспортные расходы к месту лечения и обратно в общей сумме 577830 рублей 70 копеек, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Подписано председательствующим

Копия верна

Судья Сигеева А.Л.

Мотивированное решение изготовлено 28 апреля 2025 года.