РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июля 2020 года город Балтийск

Балтийский городской суд Калининградской области в лице судьи Дуденкова В.В. 

при секретаре судебного заседания Черновой С.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО2 и ФИО3 к ФИО4 о возврате суммы неосновательного денежного обогащения, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с требованиями о взыскании с Головни Д.М. в свою пользу неосновательного денежного обогащения в размере 59 863 рублей и в размере 24 063 рублей соответственно, а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 2 718 рублей. Свои требования истцы обосновали тем, что по устной просьбе ответчика они предоставляли ему взаймы на личные нужды денежные средства без оформления письменных договоров займа и расписок. В период с 23 июля по 15 сентября 2019 года по указанию Головни Д.М. на счёт банковской карты ПАО Сбербанк, открытый на имя ФИО5 и привязанный к абонентскому номеру 

<

данные изъяты>, ФИО2 перечислил денежные средства в сумме 11 050 рублей, а ФИО3 – денежные средства в сумме 3 750 рублей. В этот же период на QIWI кошелёк с учётной записью № ФИО2 осуществил перевод денежных средств в сумме 53 263 рублей, а ФИО3 – денежные средства в сумме 20 313 рублей. Ввиду отсутствия у истцов договорных отношений с Головнёй Д.М. на стороне ответчика возникло неосновательное денежное обогащение, которое подлежит возврату им в соответствии со статьёй 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – "ГК РФ"). Требование о возврате неосновательного денежного обогащения во внесудебном порядке Головня Д.М. удовлетворил лишь частично и вернул ФИО2 денежные средства в сумме 4 450 рублей. 

В ходе судебного разбирательства истцы ФИО2 и ФИО3, их представитель ФИО6 настаивали на удовлетворении исковых требований и поддержали доводы, приведённые в исковом заявлении, дополнительно пояснив, что до настоящего времени ответчик не возвратил ФИО2 и ФИО3 полученные денежные суммы, которые являются для него неосновательным денежным обогащением.

Ответчик Головня Д.М. надлежащим образом извещался о времени и месте рассмотрения дела, однако не явился в судебное заседание по неизвестной причине и не представил каких-либо возражений относительно иска.

ФИО5 как третье лицо на стороне ответчика не явилась в судебное заседание, несмотря на надлежащее извещение. Ранее, в предварительном судебном заседании, проведённом 16 марта 2020 года, она пояснила, что лично не знакома с истцами. В период с июля по сентябрь 2019 года по просьбе Головни Д.М. на счёт её банковской карты поступали от истцов денежные средства, которые впоследствии ответчик переводил на свой электронный QIWI-кошелёк и использовал их самостоятельно по своему усмотрению. После предъявления иска ответчик в телефонном разговоре с ней не отрицал факт получения денежных средств от истцов и пообещал вернуть им все деньги (т. 1 л.д. 220–221).

ФИО7, привлечённая к участию в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика, была надлежащим образом извещена о времени и месте судебного разбирательства, однако не явилась в судебное заседание и не представила письменный отзыв относительно иска. 

Выслушав объяснения истцов и их представителя и проверив приведённые ими доводы, исследовав письменные доказательства, суд находит иск ФИО2 и ФИО3 подлежащим частичному удовлетворению по следующим мотивам. 

В ходе разбирательства дела судом установлено, что в июле и августе 2019 года ФИО2, ФИО3 и ФИО4 совместно работали по трудовому договору в 

<

данные изъяты>, находящемся в 

<

адрес>, и занимали должности 

<

данные изъяты>. Эти обстоятельства подтверждаются исследованными документами: трудовыми договорами от 19.06.2019 №, от 01.07.2019 № (т. 1 л.д. 186–190, 194–198; т. 2 л.д. 12–16), трудовыми книжками №, № (т. 1 л.д. 191, 199), расчётными листками (т. 1 л.д. 192, 200), приказами 

<

данные изъяты>" от 19.06.2020 №, от 02.10.2019 № (т. 1 л.д. 214, 215), личной карточкой работника (т. 2 л.д. 17–20). 

20 марта 2019 года Головня Д.М. начал пользоваться платёжным сервисом "QIWI Кошелёк", создав и зарегистрировав на своё имя QIWI Кошелёк с учётной записью №, что подтверждается письменным сообщением КИВИ Банк (АО) от 12.02.2020 № (т. 1 л.д. 134–136). 

В период с 23 июля до 4 сентября 2019 года ФИО2 перечислил для Головни Д.М. со своего лицевого счёта №, открытого в 

<

данные изъяты> к карте №, на лицевой счёт №, принадлежащий ФИО5 и открытый в 

<

данные изъяты> к карте №, денежные средства в сумме 11 050 рублей.

В свою очередь 30 июля и 8 августа 2019 года ФИО3 перечислил для Головни Д.М. со своего лицевого счёта №, открытого в 

<

данные изъяты> к карте №, на лицевой счёт №, принадлежащий ФИО5 и открытый в 

<

данные изъяты> к карте №, денежные средства в сумме 3 750 рублей.

Всеми вышеуказанными денежными средствами Головня Д.М. распорядился самостоятельно по своему усмотрению, в том числе с использованием QIWI Кошелька с учётной записью №, поскольку с согласия ФИО5 он свободно пользовался банковской картой 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, привязанной к абонентскому номеру ФИО5 

<

данные изъяты>). 

Кроме того, в период с 30 июля по 15 сентября 2019 года включительно ФИО2 перевёл со своего лицевого счёта № в 

<

данные изъяты> Головне Д.М. на QIWI Кошелёк с учётной записью № денежные средства в сумме 52 863 рублей. 

В свою очередь в период с 3 августа по 4 сентября 2019 года включительно ФИО3 перечислил со своего лицевого счёта № в 

<

данные изъяты> Головне Д.М. на QIWI Кошелёк с учётной записью № денежные средства в сумме 20 313 рублей. 

Данные обстоятельства наряду с объяснениями истцов и третьего лица документально подтверждены детализациями операций по дебетовым картам от 04.10.2019 (т. 1 л.д. 8–10, 71–72), выписками из лицевых счетов от 04.10.2019 (т. 1 л.д. 11–24, 73–78), сведениями о транзакциях, совершённых с использованием баланса учётной записи № (т. 1 л.д. 136–183), банковскими картами (т. 1 л.д. 195, 219), сообщением 

<

данные изъяты> от 05.03.2020 № (т. 1 л.д. 212), сообщениями 

<

данные изъяты> от 14.03.2020 №, от 19.03.2020 № (т. 1 л.д. 233; т. 2 л.д. 1), выпиской по счёту карты и отчётами по карте (т. 1 л.д. 234–247; т. 2 л.д. 2–5), детализацией операций по дебетовой карте от 21.05.2020 (т. 2 л.д. 29–35), а ответчиком не оспариваются и не опровергаются. 

Таким образом, по итогам судебного разбирательства могут считаться установленными и доказанными факты получения Головнёй Д.М. в период с 23 июля по 15 сентября 2019 года включительно от ФИО2 денежных средств в сумме 63 913 рублей, а от ФИО8 денежных средств в сумме 24 063 рублей. 

Как следует из статьи 128 и пункта 2 статьи 130 ГК РФ, наличные деньги и безналичные денежные средства признаются движимым имуществом. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счёт другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретённое или сбережённое имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьёй 1109 ГК РФ.

Правила, предусмотренные главой 60 "Обязательства вследствие неосновательного обогащения" ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 ГК РФ). 

Для квалификации отношений как возникших из неосновательного обогащения, они должны обладать признаками, определёнными статьёй 1102 ГК РФ.

В силу пункта 4 статьи 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.Следовательно, законом установлена презумпция добросовестности лица, требующего возврата неосновательного обогащения, которая означает, что это лицо как потерпевший не было заранее осведомлено об отсутствии правовых оснований для передачи имущества приобретателю. 

Денежные средства как разновидность движимого имущества не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления: в дар либо в целях благотворительности.

Частью первой статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – "ГПК РФ") предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

В соответствии с частью первой статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату. 

Обратившись в суд, истцы последовательно утверждали, что спорные денежные суммы были перечислены ими Головне Д.М. в качестве заёмных средств, а также отрицали факты перечисления денежных средств ответчику безвозмездно и безвозвратно в целях благотворительности и свою осведомлённость об отсутствии обязательств. 

Между тем в нарушение вышеприведённых императивных норм процессуального права ответчик не представил допустимых и убедительных доказательств, опровергающих указанную позицию истцов и подтверждающих недобросовестность ФИО2 и ФИО3, наличие у них намерения одарить Головню Д.М., перечислить ему на банковские счета денежные средства безвозмездно либо по заведомо для них несуществующим обязательствам.

Также ответчиком с достоверностью не доказаны как факт наличия между Головнёй Д.М. и истцами каких-либо обязательств, для исполнения которых ФИО2 и ФИО3 осуществили переводы ответчику спорных денежных сумм, так и факт полного возврата Головнёй Д.М. истцам полученных денежных средств.

Как установлено судом при рассмотрении дела, в период с 2 сентября по 4 октября 2019 года включительно Головня Д.М. возвратил ФИО2 только часть ранее полученных денежных средств в сумме 4 450 рублей. 

Поскольку Головня Д.М. получил от ФИО2 и ФИО3 денежные средства в размере 87 976 рублей без установленных законом оснований, а возвратил лишь денежные средства в размере 4 450 рублей, он неправомерно сберёг за счёт истцов денежную сумму в размере 83 526 рублей, то есть на стороне ответчика возникло неосновательное денежное обогащение.

По убеждению суда, спорные денежные суммы, полученные Головнёй Д.М. от ФИО2 и ФИО3, не относятся к имуществу, которое в силу статьи 1109 ГК РФ не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения. 

Проанализировав приведённые в решении нормы гражданского законодательства и оценив исследованные доказательства в совокупности, суд приходит к окончательному выводу о том, что с Головни Д.М. подлежит взысканию неосновательное денежное обогащение в размере 83 526 рублей, из которых 59 463 рубля – в пользу ФИО2, а 24 063 рубля – в пользу ФИО3 

Частью первой статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворён частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований.

Согласно части первой статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с абзацами четвёртым и пятым статьи 94 ГПК РФ предусмотрено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесёнными ими в связи с явкой в суд, и расходы на оплату услуг представителей.

В силу части первой статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Имеющийся в деле договор оказания юридических услуг от 15.11.2019 (т. 2 л.д. 56–57) подтверждает, что ФИО2 уплатил ФИО1 деньги в сумме 5 000 рублей за составление искового заявления о взыскании с Головни Д.М. суммы неосновательного денежного обогащения. 

Проверив содержание этого документа, суд приходит к выводу о том, что предъявленные к возмещению расходы понесены ФИО2 реально и непосредственно связаны с рассмотрением настоящего гражданского дела в суде первой инстанции.

Так как Балтийский городской суд Калининградской области, удовлетворив иск, принял решение в пользу ФИО2, документально подтверждённые судебные расходы, понесённые им, подлежат возмещению полностью или частично за счёт Головни Д.М. как проигравшего дело ответчика. 

Ответчиком не представлено доказательств чрезмерности взыскиваемых судебных расходов.

При определении размера расходов на оплату юридической помощи, присуждаемых в пользу ФИО2, суд учитывает характер и уровень сложности рассмотренного гражданско-правового спора, объём и качество оказанных правовых услуг, содержание составленного искового заявления, квалификацию представителя ФИО1, а также рекомендуемые минимальные расценки за оказание правовой помощи адвокатами Адвокатской палаты Калининградской области.

С учётом вышеуказанных критериев, исходя из требований разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с Головни Д.М. в пользу ФИО2 расходы на оплату услуг представителя ФИО1 полностью, а именно: в сумме 5 000 рублей.

Что касается требования истцов о возмещении транспортных расходов в размере 2 708 рублей, то оно не подлежит удовлетворению ввиду непредставления суду письменных доказательств, подтверждающих фактическое несение ФИО2 и ФИО3 затрат на приобретение автомобильного топлива (бензина АИ-95) и их непосредственную связь с настоящим гражданским делом. 

Из материалов дела видно, что истцами понесены и документально подтверждены расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2 718 рублей (т. 1 л.д. 7). 

Поскольку исковые требования удовлетворены частично, с Головни Д.М. в пользу истцов подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины пропорционально размеру удовлетворённых денежных требований, а именно: в сумме 2 705 рублей (83 526 руб. : 83 926 руб. х 2 718 руб.). 

При этом в пользу ФИО2 следует взыскать расходы по уплате государственной пошлины в сумме 1 926 рублей (59 463 руб. : 83 526 руб. х 2 705 руб.), а в пользу ФИО3 – в сумме 779 рублей (24 063 руб. : 83 526 руб. х 2 705 руб.). 

Таким образом, общий размер судебных расходов, подлежащих взысканию с ответчика в пользу ФИО2, составляет 6 926 рублей (1 926 руб. + 5 000 руб.), а в пользу ФИО3 – 779 рублей. 

Исходя из изложенного, руководствуясь статьями 98, 100, 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

удовлетворить иск ФИО2 и ФИО3 частично. 

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 денежные средства в сумме 66 389 (шестидесяти шести тысяч трёхсот восьмидесяти девяти) рублей, из которых 59 463 рубля – неосновательное денежное обогащение, 6 926 рублей – судебные расходы.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 денежные средства в сумме 24 842 (двадцати четырёх тысяч восьмисот сорока двух) рублей, из которых 24 063 рубля – неосновательное денежное обогащение, 779 рублей – расходы по уплате государственной пошлины.

Отказать ФИО2 в удовлетворении остальной части исковых требований.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Калининградского областного суда через Балтийский городской суд Калининградской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Балтийского городского суда 

Калининградской области В.В. Дуденков

Мотивированное решение составлено 21 июля 2020 года на шести страницах.