№ 44-г-7

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Президиума Верховного Суда Республики Мордовия

г.Саранск 10 мая 2018 г.

Президиум Верховного Суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего Штанова С.В.

членов президиума Екония Г.К., Мартышкина В.Н., Старинновой Л.Д., Сюбаева И.И.

при секретаре Яшкиной Ю.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о признании объекта незавершённого строительства самовольной постройкой и сносе самовольной постройки

по кассационной жалобе ФИО1 и ФИО2 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 11 января 2018 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Мордовия Назаркиной И.П., Президиум Верховного Суда Республики Мордовия

установил:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с указанным иском, в котором (с учётом уточнения требований) просили признать объект незавершённого строительства, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

данные изъяты>, самовольной постройкой и обязать ФИО3 осуществить снос указанной самовольной постройки своими силами и за свой счёт.

В обоснование иска указали, что по соседству с принадлежащими им на праве собственности земельными участками и жилыми домами расположены домовладение и земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

данные изъяты>, которые принадлежат ответчику ФИО3 ФИО3 на данном земельном участке без оформления в установленном порядке проектно-сметной и разрешительной документации самовольно осуществила строительство жилого дома с нарушением противопожарных расстояний до жилых домов истцов. Возведённый ответчиком объект капитального строительства создаёт угрозу жизни и здоровью истцов. Они неоднократно обращались к ФИО3 с просьбой прекратить возведение данного строения, однако ответчик на эти просьбы не реагирует. 

Решением Ковылкинского районного суда Республики Мордовия от 29 августа 2017 г. исковые требования ФИО1 и ФИО2 удовлетворены. Объект незавершённого строительства, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

данные изъяты>, признан самовольной постройкой. На ФИО3 возложена обязанность осуществить снос самовольной постройки за свой счёт.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 11 января 2018 г. указанное решение суда отменено, вынесено новое решение об отказе в удовлетворении иска.

В кассационной жалобе заявители ставят вопрос об отмене апелляционного определения ввиду существенного нарушения норм материального права и оставлении в силе решения суда первой инстанции. 

По результатам изучения доводов кассационной жалобы ФИО1 и ФИО2 12 марта 2018 г. судьёй Верховного Суда Республики Мордовия Назаркиной И.П. дело истребовано в Верховный Суд Республики Мордовия и её же определением от 19 апреля 2018 г. вышеуказанная кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда Республики Мордовия.

Лица, участвующие в деле, и их представители о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены своевременно и надлежащим образом.

В судебное заседание суда кассационной инстанции истец ФИО2, представитель истца ФИО1 – ФИО4, ответчик ФИО3, представители третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истцов администрации городского поселения Ковылкино Ковылкинского муниципального района Республики Мордовия, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика администрации Ковылкинского муниципального района Республики Мордовия, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика МУП МО Ковылкинского муниципального района «Архитектурно-планировочное бюро», третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия, не явились, о причинах неявки суд не известили и об отложении рассмотрения кассационной жалобы не ходатайствовали.

При этом ответчик ФИО3 просила о рассмотрении дела в её отсутствие. Глава администрации Ковылкинского муниципального района Республики Мордовия ФИО5 также просил о рассмотрении дела в отсутствие представителя районной администрации.

При таких обстоятельствах в соответствии с положениями части второй статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации президиум полагает возможным рассмотреть кассационную жалобу в отсутствие указанных лиц и их представителей.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав объяснения истца ФИО1, представителей третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика АО «Газпром газораспределение Саранск» ФИО6 и ФИО7, поддержавших кассационную жалобу, представителя ответчика ФИО3 – ФИО8, возразившей относительно кассационной жалобы, президиум находит, что имеются основания, предусмотренные законом для удовлетворения кассационной жалобы.

Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения норм права были допущены судом апелляционной инстанции при рассмотрении данного дела.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что ФИО1 является собственником земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 701 кв.м, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, вид разрешённого использования - для размещения дома индивидуальной жилой застройки, и жилого дома общей площадью 48,9 кв.м по указанному адресу. 

ФИО2 является собственником земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 771 кв.м, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, вид разрешённого использования - для размещения дома индивидуальной жилой застройки, и жилого дома общей площадью 28,9 кв.м по указанному адресу.

ФИО3 на основании договора купли-продажи недвижимости от 17 июня 2015 г., заключенного с ФИО2, является собственником жилого дома общей площадью 27,2 кв.м с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и земельного участка площадью 484 кв.м с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, вид разрешённого использования - для эксплуатации и обслуживания индивидуального жилого дома, расположенных по адресу: 

<

данные изъяты>.

Принадлежащие ФИО3 и ФИО2 жилые дома, имеющие разные кадастровые номера, расположены по одному адресу: 

<

данные изъяты>. 

Из копии технического паспорта на жилой дом, принадлежащий на праве собственности ФИО3, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>, по состоянию на 14 апреля 2015 г. следует, что жилой дом литера - А, 1936 года постройки, имеет общую площадь 27,2 кв.м, размеры по наружному обмеру - 33,2 кв.м, высота - 2,40 м, фундамент - шлакобетонный, стены - бревенчатые обшитые тёсом, перегородки - деревянные, перекрытия - деревянные отепленные, крыша - шифер, проёмы - деревянные, дверные проёмы – деревянные; холодная пристройка (литера - а): размеры по наружному обмеру - 13,3 кв.м, высота 2,1м, фундамент - деревянные стулья, стены - тесовые, перекрытие - деревянное, крыша - шифер, окна - простые деревянные, проёмы – деревянные.

ФИО3 без разрешения на строительство с июня 2016 года вокруг указанного деревянного жилого дома начала строительство нового жилого дома, возвела стены из пеноблоков с оконными и дверными проёмами на отдельном бетонном ленточном фундаменте, цоколь из силикатного кирпича, при этом размеры строящегося жилого дома по наружным обмерам составили 8,88 м х 12,47 м, высота возведённых стен составила от 3,73 м и 4,48 м. Газопровод низкого давления, проходящий по 

<

данные изъяты>, в результате возведения ответчиком стен жилого дома оказался внутри строящегося жилого дома на расстоянии 0,5 м от стены.

По вопросу о предоставлении разрешения на отклонение от предельных параметров разрешённого строительства объекта капитального строительства «индивидуальный жилой дом» на земельном участке с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, принадлежащем на праве собственности ФИО3, 30 июня 2016 г. проведены публичные слушания.

Согласно протоколу публичных слушаний ФИО1 и ФИО2 выразили свое согласие на отклонение от предельных параметров разрешённого строительства объекта капитального строительства на земельном участке, принадлежащем ФИО3 

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные ФИО1 и ФИО2 исковые требования о признании объекта незавершённого строительства самовольной постройкой и её сносе, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что спорный объект незавершённого строительства является самовольным, поскольку он возведён без соответствующего разрешения на строительство, не соответствует требованиям строительных норм и правил, требованиям пожарной безопасности, и создаёт опасность причинения вреда жизни и здоровью граждан.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и принимая по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска, исходил из того, что спорный объект возведён на земельном участке, принадлежащем ответчику на законном основании, что по итогам проведённых публичных слушаний одобрено разрешение на отклонение от предельных параметров разрешённого строительства спорного объекта капитального строительства, а также из того, что истцами не представлены доказательства создания возведением спорного объекта угрозы жизни и здоровью граждан.

С такими выводами суда апелляционной инстанции Президиум Верховного Суда Республики Мордовия не может согласиться ввиду следующего.

В соответствии с требованиями частей 5 и 6 статьи 40 Градостроительного кодекса Российской Федерации на основании заключения о результатах общественных обсуждений или публичных слушаний по проекту решения о предоставлении разрешения на отклонение от предельных параметров разрешённого строительства, реконструкции объектов капитального строительства комиссия осуществляет подготовку рекомендаций о предоставлении такого разрешения или об отказе в предоставлении такого разрешения с указанием причин принятого решения и направляет указанные рекомендации главе местной администрации. Глава местной администрации в течение семи дней со дня поступления указанных в части 5 настоящей статьи рекомендаций принимает решение о предоставлении разрешения на отклонение от предельных параметров разрешённого строительства, реконструкции объектов капитального строительства или об отказе в предоставлении такого разрешения с указанием причин принятого решения.

Материалы дела не содержат доказательств того, что главой администрации городского поселения Ковылкино Ковылкинского муниципального района Республики Мордовия в установленном законом порядке принималось решение о предоставлении ответчику ФИО3 разрешения на отклонение от предельных параметров разрешённого строительства.

Имеющееся в материалах дела постановление главы администрации городского поселения Ковылкино Ковылкинского муниципального района Республики Мордовия ФИО9 от 19 сентября 2016 г. №688 об утверждении градостроительного плана земельного участка решением о предоставлении ответчику ФИО3 разрешения на отклонение от предельных параметров разрешённого строительства не является.

Таким образом, вывод суда апелляционной инстанции о том, что по результатам публичных слушаний, состоявшихся 30 июня 2016 г., одобрено разрешение на отклонение от предельных параметров разрешённого строительства спорного объекта капитального строительства, для выдачи разрешения на строительство установлено расстояние от красной линии земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> до стены жилого дома 1,50 м и от красной линии земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> до стены жилого дома 2,10 м, не соответствует обстоятельствам дела и сделан с нарушением норм материального права.

Кроме этого, согласно части 2 статьи 40 Градостроительного кодекса Российской Федерации отклонение от предельных параметров разрешённого строительства, реконструкции объектов капитального строительства разрешается для отдельного земельного участка при соблюдении требований технических регламентов.

В данном случае требования технических регламентов не могли быть соблюдены, о чём будет указано ниже.

В силу статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведённые, созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешённое использование которого не допускает строительства на нём данного объекта, либо возведённые, созданные без получения на это необходимых разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на неё право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки.

Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим её лицом либо за его счёт, кроме случаев, предусмотренных пунктами 3 и 4 настоящей статьи.

Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий:

если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нём данного объекта;

если на день обращения в суд постройка соответствует параметрам, установленным документацией по планировке территории, правилами землепользования и застройки или обязательными требованиями к параметрам постройки, содержащимися в иных документах;

если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создаёт угрозу жизни и здоровью граждан.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 22, 26 и 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №10/22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», лицо, права и законные интересы которого нарушает сохранение самовольной постройки, вправе обратиться в суд по общим правилам подведомственности дел с иском о сносе самовольной постройки. В соответствии со статьёй 130 Гражданского кодекса Российской Федерации объекты незавершённого строительства отнесены законом к недвижимому имуществу. Исходя из пункта 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой признается не только жилой дом, другое строение, сооружение, но и иное недвижимое имущество. Следовательно, объект незавершённого строительства как недвижимое имущество также может признаваться самовольной постройкой. Рассматривая иски о признании права собственности на самовольную постройку, суд устанавливает, допущены ли при её возведении существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создаёт ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан.Из содержания указанных правовых норм следует, что право собственности на самовольную постройку не может быть признано за лицом, в случае, если такая постройка создаёт угрозу жизни и здоровью граждан.

В соответствии со статьёй 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 45,46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №10/22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в силу статей 304,305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путём возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владения истца.

Положения вышеприведённых правовых норм судом апелляционной инстанции не были учтены.

Выводы суда апелляционной инстанции о том, что истцами не представлены доказательства создания возведением спорного объекта угрозы жизни и здоровью граждан, не соответствуют обстоятельствам дела и сделаны с нарушением норм материального права.

Согласно заключению эксперта ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Мордовия ФИО10 №52-Г от 29 мая 2017 г. противопожарные расстояния между незаконченным строительством объектом, принадлежащим ФИО3, и существующими зданиями на соседних земельных участках по адресам: 

<

данные изъяты> не соответствуют требованиям пожарной безопасности.

Расстояние от строения, принадлежащего ФИО3, до соседнего жилого дома 

<

данные изъяты> составляет 3, 98 м, что не соответствует требованиям пожарной безопасности при любой степени огнестойкости и классе конструктивной пожарной опасности существующих и строящегося здания.

Расстояние от строения, принадлежащего ФИО3, до соседнего жилого дома 

<

данные изъяты> составляет 1,15 м, что не соответствует требованиям пожарной безопасности при любой степени огнестойкости и классе конструктивной пожарной опасности существующих и строящегося здания.

На основании указанного заключения судом первой инстанции установлено, что противопожарные расстояния между объектом незавершённого строительства, принадлежащим ФИО3, и существующими зданиями на соседних земельных участках по адресам: 

<

данные изъяты> не соответствуют требованиям пожарной безопасности.

Данное обстоятельство судом апелляционной инстанции не опровергнуто, заключение эксперта судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия недостоверным не признано.

Делая вывод о том, что истцами не представлено доказательств создания возведением спорного объекта угрозы жизни и здоровью граждан, суд апелляционной инстанции исходил из того, что заключение эксперта не содержит вывода о том, что строение, возведённое ФИО3, создаёт угрозу жизни и здоровью граждан.

Между тем такой вопрос перед экспертами в определении Ковылкинского районного суда Республики Мордовия от 19 апреля 2017 г. о назначении по делу судебной комплексной строительно-технической экспертизы судом не ставился, и отсутствие в заключении эксперта ФИО10 вывода о том, что строение, возведённое ФИО3, создаёт угрозу жизни и здоровью граждан, не препятствовало суду первой инстанции сделать правовой вывод о том, что самовольная постройка создаёт угрозу жизни и здоровью граждан вследствие её несоответствия требованиям пожарной безопасности в связи с несоблюдением противопожарных расстояний между объектом незавершённого строительства, принадлежащим ФИО3, и существующими зданиями на соседних земельных участках по адресам: 

<

данные изъяты>.

Отношения в области пожарной безопасности регулируются Федеральным законом от 21 декабря 1994 г. №69-ФЗ «О пожарной безопасности» (далее - Закон №69-ФЗ) и иными нормативными документами, содержащими требования пожарной безопасности, в том числе правила и нормы пожарной безопасности.

Статьёй 1 Закона №69-ФЗ предусмотрено, что нормативные документы по пожарной безопасности - это национальные стандарты, своды правил, содержащие требования пожарной безопасности (нормы и правила), правила пожарной безопасности, а также действовавшие до дня вступления в силу соответствующих технических регламентов нормы пожарной безопасности, стандарты, инструкции и иные документы, содержащие требования пожарной безопасности.

Согласно абзацу 4 статьи 20 Закона №69-ФЗ техническое регулирование в области пожарной безопасности осуществляется в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании в области пожарной безопасности.

Федеральный закон от 22 июля 2008 г. №123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» (далее – Закон №123-ФЗ) в целях защиты жизни, здоровья, имущества граждан и юридических лиц, государственного и муниципального имущества от пожаров, определяет основные положения технического регулирования в области пожарной безопасности и устанавливает общие требования пожарной безопасности к объектам защиты (продукции), в том числе к зданиям, сооружениям и строениям, промышленным объектам, пожарно-технической продукции и продукции общего назначения (часть 1 статьи 1 Закона № 123-ФЗ).

В силу пункта 36 статьи 2, части 1 статьи 69 Закона № 123-ФЗ противопожарный разрыв (противопожарное расстояние) - нормированное расстояние между зданиями, строениями и (или) сооружениями, устанавливаемое для предотвращения распространения пожара. Противопожарные расстояния между зданиями, сооружениями должны обеспечивать нераспространение пожара на соседние здания, сооружения.

Согласно статье 8 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» здание или сооружение должно быть спроектировано и построено таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения исключалась возможность возникновения пожара, обеспечивалось предотвращение или ограничение опасности задымления здания или сооружения при пожаре и воздействия опасных факторов пожара на людей и имущество, обеспечивалась защита людей и имущества от воздействия опасных факторов пожара и (или) ограничение последствий воздействия опасных факторов пожара на здание или сооружение, а также чтобы в случае возникновения пожара соблюдались следующие требования: ограничение образования и распространения опасных факторов в пределах очага пожара; нераспространение пожара на соседние здания и сооружения.

Расстояние от строения, принадлежащего ФИО3, до соседнего жилого дома 

<

данные изъяты> составляет – 3, 98 м, до соседнего жилого дома 

<

данные изъяты> – 1,15 м, что является нарушением требований пожарной безопасности, предусмотренных частью 1 статьи 69 Закона № 123-ФЗ, статьёй 8 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», пунктом 5.3.2 СП 4.13130.2013 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объёмно-планировочным и конструктивным решениям».

Очевидно, что несоблюдение безопасного противопожарного разрыва между жилыми домами истцов и объектом незавершённого строительства, возведённым ответчиком, несёт в себе угрозу для жизни и здоровья лиц, проживающих в жилых домах истцов, а также угрозу их имуществу в случае возникновения пожара.

Кроме этого, суд апелляционной инстанции оставил без внимания и правовой оценки то обстоятельство, что в результате возведения ответчицей стен объекта незавершённого строительства газопровод низкого давления, проходящий по ул. 

<

данные изъяты>, оказался внутри строящегося дома из пеноблоков, что препятствует свободному доступу к газопроводу в целях его обслуживания.

Согласно пунктам 4, 5, 7, 8, 14 Правил охраны газораспределительных систем, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2000 г. №878 (далее - Правил охраны газораспределительных систем), наружные надземные распределительные газопроводы входят в состав газораспределительных систем. В соответствии с законодательством Российской Федерации газораспределительные сети относятся к категории опасных производственных объектов, что обусловлено взрыво-и пожароопасными свойствами транспортируемого по ним газа. Основы безопасной эксплуатации газораспределительных сетей определены Федеральным законом «О промышленной безопасности опасных производственных объектов». 

Для газораспределительных сетей устанавливаются следующие охранные зоны: вдоль трасс наружных газопроводов – в виде территории, ограниченной условными линиями, проходящими на расстоянии 2 метров с каждой стороны газопровода. Отсчёт расстояний при определении охранных зон газопроводов производится от оси газопровода – для однониточных газопроводов и от осей крайних ниток газопроводов – для многониточных.

На земельные участки, входящие в охранные зоны газораспределительных сетей, в целях предупреждения их повреждения или нарушения условий их нормальной эксплуатации налагаются ограничения (обременения), которыми запрещается лицам, указанным в пункте 2 настоящих Правил строить объекты жилищно-гражданского и производственного назначения.

Статьёй 32 Федерального закона от 31 марта 1999 г. №69-ФЗ «О газоснабжении» предусмотрено, что здания, строения и сооружения, построенные ближе установленных строительными нормами и правилами минимальных расстояний до объектов систем газоснабжения, подлежат сносу за счёт средств юридических и физических лиц, допустивших нарушения.

Согласно части 1 статьи 74 Закона № 123-ФЗ противопожарные расстояния от оси подземных и надземных (в насыпи) магистральных, внутрипромысловых и местных распределительных газопроводов, нефтепроводов, нефтепродуктопроводов и конденсатопроводов до населённых пунктов, отдельных промышленных и сельскохозяйственных организаций, зданий и сооружений, а также от компрессорных станций, газорасределительных станций, нефтеперекачивающих станций до населённых пунктов, промышленных и сельскохозяйственных организаций, зданий и сооружений должны соответствовать требованиям к минимальным расстояниям, установленным техническими регламентами, принятыми в соответствии с Федеральным законом «О техническом регулировании», для этих объектов, в зависимости от уровня рабочего давления, диаметра, степени ответственности объектов, а для трубопроводов сжиженных углеводородных газов также от рельефа местности, вида и свойств перекачиваемых сжиженных углеводородных газов.

Подпункт «ж» пункта 3 Правил охраны газораспределительных систем предусматривает понятие «нормативные расстояния» – минимально допустимые расстояния от газораспределительной сети до зданий и сооружений, не относящихся к этой сети, устанавливаемые при проектировании и строительстве этой сети, зданий и сооружений в целях обеспечения их безопасности, а также находящихся в них людей в случае возникновения аварийной ситуации на газораспределительной сети.

Согласно пункту 9 Правил охраны газораспределительных систем нормативные расстояния устанавливаются с учётом значимости объектов, условий прокладки газопровода, давления газа и других факторов, но не менее строительных норм и правил, утверждённых специально уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в области градостроительства и строительства.

В соответствии с приложением Б* СНиП 42-01-2002, утверждённого Приказом Министерства регионального развития Российской Федерации от 27 декабря 2010 г. №780, минимальные расстояния в свету от газопроводов давлением до 0,005 МПа включительно до жилых зданий степеней огнестойкости I –III, IV и V конструктивной пожарной опасности классов С0,С1, С2, С3 не нормируются. При этом расстояния устанавливают с учётом обеспечения удобства эксплуатации газопровода, здания и соблюдения требований настоящего свода правил в части расстояний от запорной арматуры газопровода и исключения возможности скопления газа при утечке (примечания к таблице Б.1). При прокладке газопроводов по фасадам зданий расстояние между ними по горизонтали устанавливают исходя из условий удобства эксплуатации, но не менее 0,5 диаметра в свету (пункт 13 приложения Б*). 

Вышеприведённые нормы позволяют сделать вывод о том, что расположение надземного газопровода низкого давления внутри объекта незавершённого строительства (в перспективе жилого дома) недопустимо, поскольку это препятствует своевременному производству ремонтных и иных работ на данном газопроводе, что может повлечь за собой возникновение технологической аварии, а при возникновении аварийных ситуаций невозможность проведения аварийно-восстановительных работ и быстрой ликвидации аварий, что очевидно создаёт угрозу жизни и здоровью людей, проживающих в непосредственной близости.

Судом первой инстанции с учётом имеющихся в материалах дела письменных доказательств и заключения судебной строительно-технической экспертизы установлено наличие опасности объекта незавершённого строительства, его несоответствие требованиям строительных норм и правил, требованиям пожарной безопасности, что влечёт возможность причинения вреда жизни и здоровью граждан.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о том, что устранение угрозы причинения вреда возможно только способом сноса объекта незавершённого строительства является правильным.

Президиум находит, что допущенные судом апелляционной инстанции названные выше нарушения норм материального права являются существенными, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов истцов, в связи с чем апелляционное определение судебной коллеги по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 11 января 2018 г. подлежит отмене с оставлением в силе решения Ковылкинского районного суда Республики Мордовия от 29 августа 2017 г., поскольку суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, и истолковал нормы материального права, подлежащие применению к отношениям сторон.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Верховного Суда Республики Мордовия

постановил:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 11 января 2018 г. отменить и оставить в силе решение Ковылкинского районного суда Республики Мордовия от 29 августа 2017 г. 

Председательствующий С.В. Штанов