судья Кочегарова Д.Ф.

дело № 7-1054/2018 (12-460/2018) 

Р Е Ш Е Н И Е

г. Пермь 28 июня 2018 года

Судья Пермского краевого суда Тотьмянина Е.И., рассмотрев в судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Свердловского районного суда г. Перми от 10.05.2018 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 8 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении заявителя жалобы,

у с т а н о в и л а:

постановлением судьи Свердловского районного суда г. Перми от 10.05.2018 ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.8 ст.20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ей назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 200 000 рублей.

В жалобе, поданной в Пермский краевой суд, ФИО1 просит отменить постановление и прекратить производство по делу об административном правонарушении. Указав, что основания для привлечения ее к административной ответственности отсутствуют, поскольку она не являлась организатором мероприятия, мероприятие было не публичным не шествием и митингом, а просто прогулкой граждан по улицам города. Мероприятие носило исключительно мирный характер и не повлекло за собой каких-либо нарушений общественного характера. Полагает, что при рассмотрении дела были нарушены положения Конвенции по защите прав и основных свобод, предусматривающих право каждого на свободу мирных собраний, право выражать свое мнение. При рассмотрении дела не принимало участие должностное лицо, призванное поддерживать выдвинутое против заявителя обвинение, судья районного суда необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о вызове для допроса в качестве свидетелей со стороны обвинения, чьи рапорты и объяснения имеются в материалах дела. Кроме того, обращает внимание на тот факт, что материалы дела представлены не полно, отсутствуют протоколы о доставлении и задержании. 

В судебном заседании ФИО1, ее защитник по устному ходатайству Першакова Е.Ю. на удовлетворении жалобы настаивали, указывая на незаконность действий должностных лиц Администрации г. Перми при несогласовании публичного мероприятия, недопустимость доказательств по делу, а также на значительный размер наложенного административного штрафа. 

Изучив доводы жалобы, заслушав объяснения ФИО1, защитника Першаковой Е.Ю., исследовав материалы дела об административном правонарушении, просмотрев видеозаписи, имеющиеся в материалах дела, а также видеозапись, представленную ФИО1, судья краевого суда приходит к следующему.

Статья 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях устанавливает административную ответственность за нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования.

Как следует из материалов дела, ФИО1 неоднократно привлекалась к административной ответственности по ч.2,ч.5 ст.20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (постановление судьи Ленинского районного суда г. Перми от 25.10.2017, постановление судьи Ленинского районного суда г. Перми от 21.12.2017, постановление судьи Свердловского районного суда г.Перми от 25.10.2017, постановление судьи Ленинского рационного суда г. Перми от 4.12.2017). 

В соответствии с ч.8 ст. 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частями 1-6.1 настоящей статьи, если это действие не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет административную ответственность. 

Статьей 31 Конституции Российской Федерации гарантировано право граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Порядок обеспечения реализации установленного Конституцией Российской Федерации права граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование регламентируется Федеральным законом от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях». 

В силу п. 1 ст. 2 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ публичное мероприятие - открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений, в том числе с использованием транспортных средств. Целью публичного мероприятия является свободное выражение и формирование мнений, выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики или информирование избирателей о своей деятельности при встрече депутата законодательного (представительного) органа государственной власти, депутата представительного органа муниципального образования с избирателями. 

Согласно ст. 3 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ одним из принципов, на которых основывается проведение публичного мероприятия, является принцип законности - соблюдения положений Конституции Российской Федерации, названного Федерального закона, иных законодательных актов Российской Федерации.

Как следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 18.05.2012 № 12-П «По делу о проверке конституционности положений части 2 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, пункта 3 части 4 статьи 5 и пункта 5 части 3 статьи 7 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» в связи с жалобой гражданина ФИО2», право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования, закрепленное ст.31 Конституции Российской Федерации, не является абсолютным и в силу ее ч.3 ст.55 может быть ограничено федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства; такой федеральный закон должен обеспечивать возможность реализации данного права и одновременно - соблюдение надлежащего общественного порядка и безопасности без ущерба для здоровья и нравственности граждан на основе баланса интересов организаторов и участников публичных мероприятий, с одной стороны, и третьих лиц - с другой. Данная позиция изложена также в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.07.2016 № 1428-О и других актах.

Данное право, как неоднократно также указывал Европейский Суд по правам человека, являясь основополагающим правом в демократическом обществе, тем не менее, в силу п. 2 ст. 11 названной выше Конвенции может подлежать ограничениям, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц. 

В рамках организации публичного мероприятия Федеральным законом от 19.06.2004 № 54-ФЗ предусмотрен ряд процедур, направленных на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяющих избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности.

К таким процедурам относится организация публичного мероприятия, которая предусматривается оповещение возможных участников публичного мероприятия и подача уведомления о проведении публичного мероприятия в соответствующий орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления; проведение предварительной агитации; изготовление и распространение средств наглядной агитации; другие действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации, совершаемые в целях подготовки и проведения публичного мероприятия (ст.4 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ) и уведомление о проведении публичного мероприятия, которое организатор публичного мероприятия обязан подать в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления (п.1 ч.4 ст.5 Федерального закона от 19.06.2004 №54-ФЗ). 

Исходя из положений ст.4 Федерального закона от 19.06.2004 №54-ФЗ перечень действий, которые могут быть квалифицированы как организация публичного мероприятия, является открытым.

Основанием для привлечения ФИО1 к административной ответственности по ч.8 ст.20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях послужило то обстоятельство, что ФИО1, будучи привлеченной ранее к административной ответственности по ч.2, ч.5 ст.20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, 05.05.2018 в период с 13 часов 30 минут до 16 часов 30 минут без согласования с органами исполнительной власти организовала и провела публичное мероприятие общественно-политического характера в форме шествия по аллее Комсомольского проспекта г. Перми от перекрестка с ул. Полины Осипенко до ул. Ленина и по ул. Ленина до дома №68 по указанной улице, завершившегося митингом по указанному адресу. 

С выводами судьи районного суда о квалификации действий ФИО1 по ч.8 ст.20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях следует согласиться, поскольку они соответствуют Федеральному закону от 19.06.2004 № 54-ФЗ, Кодексу Российской Федерации об административных правонарушениях, основаны на имеющихся в деле доказательствах. 

Факт совершения ФИО1 вмененного ей административного правонарушения с очевидностью подтверждается собранными по делу доказательствами: фото- и видеоматериалами; скриншотами со страниц «***», «***» в социальной сети «Вконтакте», рапортом начальника ОООП УМВД России по г. Перми М., уведомлениями о проведении публичного мероприятия, поданными У. в Администрацию г. Перми 19.04.2018 и 23.04.2018, при этом в уведомлении от 19.04.2018 в качестве уполномоченного лица указана ФИО1; сообщениями Управления по вопросам общественного самоуправления и межнациональным отношениям Администрации г. Перми от 20.04.2018 и 25.04.2018 в адрес У. о проведении мероприятий по иным адресам, нежели указано У. в уведомлении, другими документами, имеющимися в материалах дела.

Как следует из имеющихся в деле доказательств (ответы от 20.04.2018, 25.04.2018 У. были получены, о чем свидетельствуют расписка У. на сообщении от 20.04.2018; его заявление от 28.04.2018 об отказе проведения мероприятия по предложенному в сообщении от 25.04.2018 адресу; факт оспаривания У. действий Администрации г. Перми, выразившихся в уклонении от доведения до сведения организатора публичного мероприятия обоснованного предложения об изменении места и (или) времени проведения публичного мероприятия, письма Администрации г. Перми от 20.04.2018 №СЭД-059-05-14, видеозапись в социальной сети «Вконтакте» на странице «***» («***» от 03.05.2018, где У. совместно с координатором Штаба Навального ФИО1 рассказывает о проведении публичного мероприятия 05.05.2018, его самостоятельной организации, заявляемых лозунгах, характере акции, приглашает приходить на мероприятие, указывает на отказ в согласовании запланированного мероприятия), а также объяснениями ФИО1, данных в судебном заседании, из которых следует, что она совместно с У. организовывала публичное мероприятие, и ФИО1 было известно о том, что организовываемое ими с У. мероприятие 05.05.2018 по указанному выше маршруту не согласовано в установленном порядке. Кроме того, как следует из видеозаписи, которая велась сотрудниками полиции, непосредственно 05.05.2018 в период подготовки к шествию сотрудником полиции М. было сообщено как ФИО1, так и в дальнейшем с помощью звукоусиливающего устройства об отсутствии права проведения публичного мероприятия и возможной административной ответственности по ст.20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Из этой же видеозаписи следует, что ФИО1 принимала активное участие в проводимом мероприятии, что выражалось в подготовке, координации действий участников шествия и митинга, читала речёвки и лозунги, носящие политический характер, которые за ней повторяли участники акции. Кроме того, из видеозаписи также усматривается, что некий гражданин предлагает собравшимся участникам акции защищать организаторов мероприятия от представителей правоохранительных органов, в частности указывая на У., Вавилову и Б.

Таким образом, доводы заявителя о том, что она не являлась организатором публичного мероприятия, в виде прогулки по городу, и не могла быть им в априори, поскольку ранее привлекалась неоднократно к административной ответственности, несостоятелен и противоречит материалам дела. Как указано выше, ФИО1 осуществлены действия по организации и проведению публичного мероприятия, что подтверждается совокупностью доказательств, исследованных и оцененных по правилам, установленным в ст.26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

К утверждению заявителя о том, что она принимала участие в прогулке по городу, а не в публичном мероприятии следует отнестись критически, поскольку тема акции носила общественно-политический характер, выражала отношение к действующей федеральной власти, власти Пермского края, избирательной системе.

Вопреки доводам стороны защиты, протокол об административном правонарушении соответствует требованиям ст.28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, основания для признания его недопустимым доказательством отсутствуют. 

Рапорты сотрудников полиции отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам ст.26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, содержат необходимые сведения, указывающие на событие данного нарушения, так и на лицо, к нему причастное. Каких-либо сведений, объективно свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц, составивших рапорты, материалы дела не содержат, а исполнение сотрудниками правоохранительных органов своих служебных обязанностей, включая выявление правонарушений, само по себе, не может свидетельствовать об их предвзятости в изложении совершенного ФИО1 административного правонарушения.

Указанные рапорты в соответствии с положениями ст.26.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях являются письменными документами сотрудников полиции, а не свидетельскими показаниями, в связи с чем, предупреждать соответствующих сотрудников полиции при написании рапорта по ст.17.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не требуется. Из анализа рапортов сотрудников полиции, полностью совпадающих друг с другом и никаких противоречий с другими доказательствами не содержащих, следует, что мероприятие в виде шествия и митинга 05.05.2018 в действительности имело место, что подтверждается иными доказательствами.

Указанные сотрудники полиции ранее с ФИО1 знакомы не были, наличие неприязненных к ней отношений со стороны сотрудников полиции материалами дела не подтверждено, в связи с чем, основания для оговора последней с их стороны отсутствуют.

Относительно доводов защитника о недопустимости использования в качестве доказательств видеозаписей, следует отметить, что на осуществление видеосъемки указывалось в документах, представленных полицией. Наличие трех дисков изначально было указано в описи прилагаемых к протоколу об административном правонарушении документов, подготовленной врио начальника ОИАЗ ОП №7 П., составившей протокол об административном правонарушении, видеозапись отражает процесс проведения публичного мероприятия, его подготовку. Факт того, что на записи отражено публичное мероприятие, в котором принимала участие ФИО1, самой ФИО1 не оспаривается. В своих объяснениях ФИО1 ссылалась именно на имеющуюся в материалах дела видеозапись, которая по ее мнению, подтверждает тот факт, что она не являлась организатором мероприятия, принимала участие в прогулке, и тот факт, что прогулка прошла мирно. 

Вопреки доводам заявителя для привлечения к административной ответственности по ч.8 ст.20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в данном случае является юридически значимым факт несогласования проведенного публичного мероприятия в установленном порядке, следовательно, доводы о незаконности действий органов власти по отказу в согласовании проведения мероприятия не подлежат оценке в силу ст.26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Вопреки доводам жалобы в протоколе об административном задержании имеется запись о доставлении ФИО1 в ОП №7 (дислокация Свердловский р-н) УМВД РФ по г. Перми, что соответствует положениям ч.3 ст.27.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. При этом, как следует из материалов дела, административное задержание в отношении ФИО1 не применялось. 

Кроме того, доставление и административное задержание являются мерами обеспечения производства по делу об административном правонарушении и непосредственно на существо постановления не влияют.

Доводы о процессуальных нарушениях, допущенных при рассмотрении дела не обоснованные. Обязательное участие в судебном заседании лица, поддерживающего обвинение от имени государства, для данной категории дел нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не предусмотрено. Более того, статьей 6 Конвенции о защите прав и основных свобод, статьями 46, 47 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на судебную защиту посредством независимого и беспристрастного суда, компетенция которого установлена законом. При вынесении судебного акта по делу об административном правонарушении судья руководствуется, в том числе, положениями ст.1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. 

По существу доводы жалобы не содержат аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, которые были исследованы судьей районного суда при рассмотрении дела об административном правонарушении.

Административные санкции сопровождались полноценным, независимым и беспристрастным судебным разбирательством, а судебное постановление является мотивированным.

Каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность вывода судьи районного суда о доказанности вины ФИО1 в совершении описанного выше административного правонарушения, материалы дела не содержат.

Существенных нарушений норм процессуального и материального права, влекущих безусловную отмену постановления, по делу не допущено.

Порядок и срок привлечения к административной ответственности не нарушен.

В соответствии с общими правилами назначения административного наказания, основанными на принципах справедливости, соразмерности и индивидуализации ответственности, административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях (ч.1 ст.4.1 КоАП РФ).

При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (ч.2 ст.4.1 КоАП РФ).

Указанные в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях положения свидетельствуют о наличии у судьи, органа, должностного лица, рассматривающего дело об административном правонарушении, возможности индивидуализировать наказание в каждом конкретном случае.

Оснований для признания назначенного ФИО1 наказания в виде административного штрафа в размере 200000 рублей чрезмерно суровым, не имеется. Назначенное ФИО1 административное наказание согласуется с его предупредительными целями (ст.3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности, а также тяжести содеянного. Кроме того, учитываются цели административного наказания, имевшее место грубое нарушение ФИО1 требований закона, посягающее на общественный порядок и общественную безопасность.

Вопреки доводам жалобы, колонна из большого количества людей двигалась не только по аллее, тротуару, создавая препятствия пешеходам, но и переходила в одном случае проезжую часть в месте, необорудованном пешеходным переходом, а также на красный сигнал светофора (эта же проезжая часть ул. Революции), чем создавались помехи в движении транспортных средств, и угроза безопасности дорожного движения; обеспечение шествия непосредственно по пешеходной дорожке также отсутствовало, поскольку некоторые участники мероприятия следовали по газону, что следует из видеозаписи.

При этом ФИО1, заявляя доводы о невозможности уплаты штрафа в указанном размере, ввиду отсутствия дохода, соответствующих документов, которые бы свидетельствовали о том, что назначение административного штрафа в пределах, установленных санкцией ч.8 ст.20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, несоразмерно ее имущественному положению, не представила как в районном суде, так и при рассмотрении жалобы. Ее доводы о том, что она постоянного места работы не имеет, а оказывает услуги по гражданско-правовому договору, и имеет доход 40000 рублей, ничем не подтверждены.

При таком положении основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, 

р е ш и л а:

постановление судьи Свердловского районного суда г. Перми от 10.05.2018 оставить без изменения, жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Судья – подпись-