Судья: Пересечанская А.С. № 22К-492/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калининград 28 марта 2025 года

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего Станкевич Т.Э., 

при секретаре Алексенко А.А., 

с участием прокурора Новиковой Н.Е., 

обвиняемого П.

его защитника – адвоката Созвариева А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Созвариева А.А. в интересах обвиняемого П. на постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 26 февраля 2025 года, по которому в отношении

П., родившегося ДД.ММ.ГГГГ года в г

<

данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 191, ч. 2 ст. 318 УК РФ, 

продлен срок содержания под стражей на 2 месяца 00 суток, а всего до 7 месяцев 28 суток, то есть до 28 апреля 2025 года; в удовлетворении ходатайства обвиняемого и его защитников об изменении меры пресечения на домашний арест или подписку о невыезде и надлежащем поведении отказано;

доложив материалы дела и существо апелляционной жалобы, заслушав выступления обвиняемого П. путем видео-конференц-связи и его защитника – адвоката Созвариева А.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Новиковой Н.Е., возражавшей против отмены и изменения постановления, 

У С Т А Н О В И Л :

В апелляционной жалобе адвокат Созвариев А.А. в защиту интересов обвиняемого П. считает постановление суда незаконным, необоснованным, а выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что суд в нарушение требований ст. 97, 99 УПК РФ не проанализировал обстоятельства дела и приведенные в ходатайстве доводы следователя, не дал им собственную оценку в постановлении, не обосновал невозможность избрания П. более мягкой меры пресечения. Полагает, что выводы суда о необходимости продления меры пресечения П. сделаны без ссылок на какие-либо проверенные в судебном заседании доказательства, не подтверждаются ими. Обращает внимание на то, что одна лишь тяжесть инкриминируемых деяний и обстоятельства преступления, не предусмотрены ч. 1 ст. 97 УПК РФ в качестве основания для избрания меры пресечения. Указывает, что вывод суда о возможности П. воспрепятствовать доступу к правосудию является преждевременным и противоречит данным о его личности, который ранее не судим, имеет устойчивые социальные связи, постоянный доход и место жительства. Полагает, что суд, фактически, презюмировал основания для избрания данной меры пресечения, не дав оценки возможности применения альтернативной меры пресечения, в том числе, залога или домашнего ареста. Указывает, что обсуждая вопрос о возможности П. воспрепятствовать доступу к правосудию и скрыться, суд фактически вошел в обсуждение вопроса о доказанности его вины, чем вышел за пределы предоставленных законном полномочий при рассмотрении вопроса об избрании меры пресечения. Считает, что, вопреки позиции Конституционного и Верховного Судов РФ, суд формально подошел к рассмотрению дела, не рассмотрел и не оценил доводы защиты и иные заслуживающие внимание обстоятельства, принял решение, не соответствующее требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Просит постановление суда отменить и избрать П. альтернативную меру пресечения, не связанную с заключением под стражу. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного постановления.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда в порядке, установленном ч.3 ст.108 УПК РФ, на срок до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока содержания под стражей может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения, судьей того же суда по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, иного приравненного к нему руководителя следственного органа, до 12 месяцев. 

Эти требования закона соблюдены судом при решении вопроса о продлении срока содержания П. под стражей.

Ходатайство подано следователем в рамках расследуемого уголовного дела, с согласия уполномоченного руководителя следственного органа. 

Срок содержания П. под стражей продлен в соответствии с требованиями ст. 109 УПК РФ, в пределах срока предварительного следствия, который был установлен руководителем следственного органа до 30 апреля 2025 года.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую, или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ.

Вопреки доводам жалобы, данных о том, что необходимость избранной в отношении П. меры пресечения в виде заключения под стражу отпала, либо изменились основания, влекущие изменение избранной меры пресечения, в судебном заседании не установлено. 

Как следует из представленных материалов, П. обоснованно задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ 31 августа 2024 года по основаниям, предусмотренным п.1-2 ч.1 ст. 91 УПК РФ, порядок его задержания не нарушен, протокол задержания подписан подозреваемым после личного прочтения, без замечаний.

Согласно представленным суду материалам, П. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 191, ч.2 ст. 318 УК РФ, которые отнесены к категории тяжких, санкция каждого из которых предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет.

Представленные суду материалы содержат достаточные данные об имевших место событиях преступлений и фактические данные, свидетельствующие о наличии у органа предварительного расследования разумных оснований для осуществления уголовного преследования обвиняемого, чему, вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции, не входя в обсуждение вопроса о виновности П. дал должную оценку в обжалуемом постановлении и которые также установлены и проверены вступившим в законную силу постановлением суда об избрании П. меры пресечения. Сведений о том, что на данном этапе производства по делу они изменились, в представленных материалах не имеется и в апелляционной жалобе не приведено. 

Вопреки доводам стороны защиты, оценивая не только тяжесть предъявленного П. обвинения в совершении двух преступлений, каждое из которых отнесено к категории тяжких, но и характер данных преступлений, посягающих на правоотношения в сфере экономической деятельности, а также направленного против порядка управления; в совокупности с данными о личности обвиняемого, который не трудоустроен, ему известны данные о личностях потерпевших и свидетелей по настоящему уголовному делу, суд пришел к обоснованному и мотивированному выводу о том, что в случае изменения П. меры пресечения на иную не связанную с заключением под стражу, он может скрыться от органов предварительного расследования и суда, оказать давление на участников уголовного судопроизводства, воспрепятствовав производству по делу.

Приведенные стороной защиты доводы о положительной характеристике личности П. отсутствии намерений препятствовать в расследовании дела, были приняты судом во внимание при решении вопроса об избрании и последующем продлении П. меры пресечения, а также, вопреки доводам защитника, учтены судом в обжалуемом постановлении. Вместе с тем, по приведенным выше мотивам, суд первой инстанции оснований, предусмотренных ч. 1 ст. 110 УПК РФ, для отмены либо изменения П. меры пресечения на более мягкую, о чем ходатайствовала сторона защиты, обоснованно не усмотрел, поскольку обстоятельства, по которым ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в настоящее время не отпали, не изменились, не утратили своей значимости, а новых оснований, свидетельствующих, исходя из объективных данных по делу, о возможности отмены или изменения П. меры пресечения, в том числе, на залог, о чем просит сторона защиты в апелляционной жалобе, не усматривается и стороной защиты не представлено.

Судом исследовались причины, по которым предварительное расследование не было завершено в ранее установленный срок, они являются объективными. Следствием приведены сведения о выполненных за истекший период предварительного следствия следственных и процессуальных действиях, обоснована необходимость производства по делу иных действий, направленных на завершение предварительного расследования. Неэффективной организации предварительного расследования и фактов волокиты в действиях лиц, производящих предварительное расследование не установлено. Доводы стороны защиты об обратном получили оценку в постановлении суда.

С учетом характера и обстоятельств расследуемого дела в отношении нескольких обвиняемых, необходимости производства значительного объема следственных и процессуальных действий, связанных с проведением многочисленных экспертиз, допроса 40 свидетелей, вывод суда об особой сложности уголовного дела является правильным. 

Вопреки доводам защитника, выводы суда основаны на исследованных в судебном заседании с участием сторон материалах дела, данных о личности обвиняемого, с приведением конкретных фактических обстоятельств, на основании которых суд принял обжалуемое решение, и отверг доводы стороны защиты. Несогласие стороны защиты с оценкой судом их позиции не свидетельствует о незаконности и необоснованности принятого решения, поскольку мотивы необходимости продления меры пресечения в виде заключения под стражу и невозможности применения к П. иной, более мягкой меры пресечения, в постановлении изложены. С учетом индивидуализированного исследования судом обстоятельств, имеющих значение для принятия решения о мере пресечения, формального рассмотрения вопроса о мере пресечения судом не допущено.

Довод защитника о том, что суд вошел в обсуждение вопроса о доказанности вины П. является несостоятельными, поскольку оспариваемое постановление суда подобных формулировок не содержит. 

С учетом объема планируемых следственных действий, без которых окончить предварительное следствие невозможно, продление срока содержания под стражей на 2 месяца 00 суток не является чрезмерным. 

Каких-либо медицинских документов, свидетельствующих о наличии у П. заболеваний, препятствующих его содержанию в условиях следственного изолятора, в материалах дела не содержатся и суду не представлено. 

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, при рассмотрении ходатайства не допущено. 

Постановление является законным, обоснованным, мотивированным, соответствует как требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, так и руководящим разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Указание во вводной и описательно-мотивировочной частях постановления на то, что П. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 291 УК РФ, является явной технической опиской, поскольку из материалов дела очевидно следует, что П. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 191 УК РФ. Указанная явная техническая описка подлежит исправлению в порядке исполнения указанного постановления и на законность принятого решения не влияет.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения постановления, в том числе, по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 26 февраля 2025 года о продлении срока содержания под стражей обвиняемого П. оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Созвариева А.А. - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47-1 УПК РФ в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Судья: Т.Э. Станкевич