решение

именем Российской Федерации

7 июня 2018 г. г. Ростов-на-Дону

Ростовский-на-Дону гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Галкина Д.А., при секретаре судебного заседания Власове Д.В., с участием представителя истца – ФИО1 и ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению врио командира войсковой части №00000 к бывшему военнослужащему этой же воинской части 

<

звание> ФИО2 о привлечении его к материальной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

Врио командира войсковой части №00000 обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил привлечь бывшего военнослужащего той же части ФИО2 к полной материальной ответственности и взыскать с него в пользу войсковой части №00000 273 424 руб. 57 коп. в счет возмещения причиненного материального ущерба.

В обоснование заявленных требований истец в иске и его представитель в судебном заседании указали, что в результате ненадлежащего исполнения ответчиком должностных обязанностей командира части уволенные с военной службы в 2016 г. военнослужащие Э., Ш., С. и Я. несвоевременно были исключены из списков личного состава части, что повлекло причинение государству материального ущерба, связанного с излишней выплатой им денежного довольствия за период необоснованного нахождения в указанных списках на общую сумму 273 424 руб. 57 коп.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал и пояснил, что в период прохождения военной службы добросовестно исполнял возложенные на него должностные обязанности, в том числе и в период временного исполнения обязанностей командира части. При этом вопросы, связанные со своевременным исключением уволенных с военной службы военнослужащих не находились в его компетенции, поскольку обязанности командира части он исполнял на короткий промежуток времени. Также он пояснил, что согласно руководящим документам в 2016 г. во внутренних войсках МВД России был установлен порядок, согласно которому приказы об увольнении военнослужащих должны были согласовываться с вышестоящим командованием, в связи с чем в ряде случаев имелись препятствия для исключения военнослужащих из списков личного состава части. 

Заслушав представителя истца и ответчика, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 2 и п. 1, 3 ст. 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб, под которым, в частности, понимаются излишние денежные выплаты, произведённые воинской частью.

Военно-служебные отношения базируются на одном из основных принципов строительства Вооруженных Сил Российской Федерации - принципе единоначалия, который согласно ст. 33 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации заключается в наделении командира (начальника) всей полнотой распорядительной власти по отношению к подчиненным и возложении на него персональной ответственности перед государством за все стороны жизни и деятельности воинской части. 

Согласно ст. 41, 44, 82 и 83 того же Устава приказ должен соответствовать федеральным законам, общевоинским уставам и приказам вышестоящих командиров (начальников). Ответственность за отданный приказ и его последствия, за соответствие содержания приказа указанным требованиям несет командир (начальник). Командир (начальник) обязан осуществлять контроль за исполнением приказов. Командир обязан экономно и целесообразно расходовать материальные и денежные средства, соблюдать штатную и финансовую дисциплину.

Следовательно, командир воинской части является единоначальником и несет персональную ответственность за принятые им решения, а также изданные приказы и распоряжения и обязан осуществлять контроль за их исполнением.

Как следует из материалов дела, ФИО2 до 15 ноября 2016 г. проходил военную службу в войсковой части №00000 на воинской должности начальник штаба – заместителя командира части.

На основании приказов командира войсковой части №00000 от 10 февраля 2016 г. № 28с/ч, от 13 февраля 2016 г. № 32с/ч, 23 марта 2016 г. № 64с/ч, от 25 марта 2016 г. № 67с/ч, от 5 июня 2016 г. № 125с/ч и от 11 июня 2016 г. № 132с/ч ответчик временно исполнял обязанности командира воинской части в периоды: с 10 по 12 февраля 2016 г., с 23 по 24 марта 2016 г. и с 5 по 10 июня 2016 г.

В период исполнения обязанностей командира войсковой части №00000 ФИО2 были изданы приказы от 11 февраля 2016 г. № 76 и 82, от 23 марта 2016 г. № 197 и от 7 июня 2016 г. № 431 о применении к военнослужащим той же части, соответственно, 

<

звание> Ш., 

<

звание> С., 

<

звание> Я. и Э. дисциплинарного взыскания в виде досрочного увольнения с военной службы, что подтверждается имеющимися в деле копиями этих приказов. 

В силу с п. 24 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, военнослужащий, уволенный с военной службы, должен быть исключен из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы не позднее чем через месяц со дня поступления в воинскую часть выписки из приказа об увольнении военнослужащего с военной службы.

Вместе с тем, как следует из приказов командира войсковой части от 28 июня 2016 г. № 147с/ч военнослужащие С. и Ш., уволенные с военной службы 11 февраля 2016 г., исключены из списков личного состава воинской части 30 июня и 4 июля 2016 г., соответственно; Э., уволенный 7 июня 2016 г., исключен – 2 августа 2016 г.; Я., уволенный 23 марта 2016 г., исключен – 13 июля 2016 г., то есть с нарушением установленного п. 24 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы месячного срока.

Согласно заключению по материалам административного расследования, утвержденного врио командира войсковой части №00000 от 26 февраля 2018 г., несвоевременное исключение перечисленных военнослужащих из списков личного состава было допущено в результате ненадлежащего исполнения ФИО2 своих должностных обязанностей, в результате чего воинской частью произведены излишние выплаты указанным военнослужащим на сумму 273 424 руб. 57 коп., чем государству причинен материальный ущерб на эту сумму.

Однако в данном заключением не приведены сведения о том, по какой причине вышеперечисленные военнослужащие не были своевременно исключены из списков личного состава воинской части, в связи с чем не раскрыты конкретные условия, способствовавшие возникновению материального ущерба.

Из представленной в суд телеграммы начальника штаба войсковой части №00000 от 26 сентября 2015 г. № 

<

...> следует, что в соответствии с решением первого заместителя Министра внутренних дел Российской Федерации – главнокомандующего внутренними войсками МВД России увольнение военнослужащих с военной службы производиться с разрешения начальника Главного штаба внутренних войск МВД России.

Как следует из вышеприведенных приказов командира войсковой части №00000, после издания приказов о привлечении вышеупомянутых военнослужащих к дисциплинарной ответственности от 11 февраля 2016 г. № 76 и 82 ответчик исполнял обязанности командира войсковой части №00000 лишь до 13 февраля 2016 г., после издания приказа от 23 марта 2016 г. № 197 – до 25 марта 2016 г., после издания приказа от 7 июня 2016 г. № 431 – до 11 июня 2016 г., то есть в каждом случае не более 4 дней, после чего к исполнению обязанности командира части вновь приступал штатный командир части, на которого в силу вышеприведенных положений Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации и была возложена обязанность по контролю за исполнением этих приказов.

Данный вывод подтверждается и тем, что приказом вышестоящего командира войсковой части №00000 от 18 июня 2017 г. № 333 за ненадлежащее исполнения своих должностных обязанностей и общих обязанностей, определенных ст. 16, 75 и 93 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, выразившееся в невыполнении вышеуказанного распоряжения от 26 сентября 2015 г. № 

<

...> и несоблюдения порядка исключения уволенных с военной службы военнослужащих, в частности Ш., С., Я. и Э. из списков личного состава воинской части, что повлекло причинение ущерба, командир войсковой части №00000 

<

звание> Ч. был привлечен к ограниченной материальной ответственности. 

В тоже время, доказательств того, что на начальника штаба – заместителя командира части ФИО2 была возложена обязанность по контролю за исполнением приказов командира войсковой части №00000 от 11 февраля 2016 г. № 76 и 82, от 23 марта 2016 г. № 197 и от 7 июня 2016 г. № 431 путем их согласования с вышестоящим командованиям с последующим исключением указанных военнослужащих из списков личного состава воинской части, материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах утверждение истца о том, что несвоевременное исключение военнослужащих Ш., С., Я. и Э. из списков личного состава воинской части произошло по вине ответчика, суд признает необоснованным, поскольку подтверждающих данное обстоятельство доказательств в соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ истцом в суд не представлено.

Суд считает необходимым отметить также, что согласно копиями приказов от 28 июня 2016 г. № 147с/ч, и от 30 июня 2016 г. 149с/ч об исключении Ш., Э., Я. и С. из списков личного состава воинской части, первые трое сдали дела и должность 28 июня 2016 г., а последний – 30 июня 2016 г., в связи с чем оснований полагать, что указанные военнослужащие до освобождения их от занимаемых должностей по вине ответчика необоснованно получали денежного довольствие, не имеется.

Совокупность вышеизложенных обстоятельств свидетельствует об отсутствии правовых и фактических оснований для привлечения ФИО2 к материальной ответственности, в связи с чем иск командира войсковой части №00000, как необоснованный, удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, военный суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления врио командира войсковой части №00000 к ФИО2 о привлечении его к материальной ответственности отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Северо-Кавказского окружного военного суда через Ростовский-на-Дону гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Д.А. Галкин