АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

ф/с фио

гр.д. № 33-1959

10 февраля 2026 г. адрес

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Лемагиной И.Б.

и судей фио и фио,

с участием адвокатов Разыграевой Ю.С., фио,

при помощнике ФИО1,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Лемагиной И.Б.

гражданское дело № 2-31/2025 по апелляционной жалобе представителя фио по доверенности адвоката Разыграевой Ю.С. на решение Чертановского районного суда адрес от 10 июня 2025 г., которым постановлено:

В удовлетворении иска фио (паспортные данные) к ФИО2 (паспорт ...) о признании завещания недействительным, признании недостойным наследником, отстранении от наследования отказать.

После вступления настоящего решения в законную силу отменить запрет Управлению Росреестра по Москве на регистрацию каких-либо сделок и обременений в отношении квартиры по адресу: адрес, 10-1-124, кадастровый № ..., наложенный определением Чертановского районного суда адрес от 12.07.2024 г.;

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО3 обратился в суд с иском к ответчику ФИО2 о признании завещания от 16.06.2021 г. недействительным, признании ответчика недостойным наследником, отстранении его от наследования, указывая, что 19.06.2021 г. умерла его мачеха фио, паспортные данные, которая была зарегистрированы и постоянно проживала по адресу: адрес, 10-1-124; других наследников по закону у неё не имеется; супруг наследодателя - его отец фио скончался 25.02.2021 г.; он является его наследником по закону первой очереди на ¼ долю квартиры, в которой проживали отец и мачеха. Наследственное дело № 40/2021 было открыто нотариусом фио Наследственное дело после смерти фио № 115/2021 было открыто 21.07.2021 г. этим же нотариусом. Поскольку он с семьёй проживал отдельно по другому адресу, он обратился за возмездной помощью в размере сумма по уходу за болеющим отцом и мачехой к соседу по дому ФИО2, который под его контролем покупал продукты, лекарства, принимал врачей, которых он вызывал. В день смерти наследодателя фио 19.06.2021 г. он узнал от ответчика, что мачеха 16.06.2021 г. составила завещание на принадлежащее ей имущество на имя ответчика. Истец считает, что завещание является недействительным, поскольку в момент подписания завещания мачеха могла не понимать значение и последствия своих действий, т.к. за 2 дня до смерти упала дома, долго лежала на полу; ответчик своевременно не вызвал скорую медицинскую помощь, не обратился за медицинской помощью в поликлинику, не сообщил о случившемся ему, вызвав скорую только через сутки. Ответчик, представившись внуком умершей, получил справку о её смерти для организации похорон; сменил замки в квартире, что явилось основанием для обращения истца в ОМВД по адрес с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении фио Истец считает, что ответчик должен быть отстранён от наследования по завещанию как недостойный наследник. Также считает, что была нарушена тайна завещания, поскольку ответчик присутствовал при его составлении.

Истец ФИО3 и его представитель в судебном заседании поддержали заявленные требования. Ответчик ФИО2 в суд не явился, о слушании дела был извещён надлежащим образом; его представитель в судебном заседании против удовлетворения иска возражал. Третьи лица в суд не явились, о слушании дела были извещены надлежащим образом.

Решением Чертановского районного суда адрес от 16.11.2022 г. в удовлетворении исковых требований фио к ФИО2 о признании завещания от 16.06.2021 г. недействительным, признании недостойным наследником, отстранении от наследования было отказано. Дополнительным решением Чертановского районного суда адрес от 07.09.2023 г. в удовлетворении исковых требований фио к ФИО2 о признании недействительным завещания по основанию нарушения тайны завещания было отказано. С данными судебными постановлениями ФИО3 не согласился, им была подана апелляционная жалоба, по которой дело было направлено в суд апелляционной инстанции. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 08.11.2023 г. решение от 16.11.2022 г. и дополнительное решение от 07.09.2023 г. Чертановского районного суда адрес были оставлены без изменения. С данным судебным постановлением ФИО3 также не согласился, обратился в суд кассационной инстанции с кассационной жалобой. Определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 20.02.2024 г. решение Чертановского районного суда адрес от 16.11.2022 г., дополнительное решение от 07.09.2023 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 08.11.2023 г. были отменены, дело было направлено на новое рассмотрение в Чертановский районный суд адрес, поскольку при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций было принято и оценено как доказательство заключение судебной посмертной психиатрической экспертизы от 04.07.2022 г. и её выводы о невозможности экспертов оценить психическое состояние наследодателя на момент оформления завещания, тогда как данное заключение не содержит ответ на поставленный перед экспертами вопрос о том, могла ли фио понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период – 16.06.2021 г., страдала ли она каким-либо психическим расстройством, которое лишало её способности понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления завещания; указание судов, не обладающих специальными познаниями в области психиатрии, со ссылкой на выводы, сделанные комиссией экспертов от 04.07.2022 г., фактически сообщивших о невозможности дать заключение по вопросу, поставленному судом, на необоснованность исковых требований было признано неправильным. Также суд кассационной инстанции указал, что при разрешении спора истец ссылался на нарушение тайны завещания, на присутствие в момент составления, подписания и удостоверения завещания фио в квартире ответчика, со ссылкой на показания нотариуса о том, что она не может сказать, была ли закрыта дверь в комнату, где составлялось, подписывалось и удостоверялось завещание. При этом суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении иска фио к ФИО2 о признании завещания недействительным по этому основанию, указал на то, что лицо, в пользу которого составлено завещание, либо его близкие родственники не присутствовали; составление, подписание и удостоверение завещания состоялось в отсутствие лица, в пользу которого составлено завещание; само по себе нахождение ответчика за закрытиями дверями помещения до совершения нотариального действия не может являться основанием для признания завещания недействительным. Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда, отклонил доводы истца о том, что в момент совершения завещания в комнате находились посторонние люди. Суд кассационной инстанции указал, что выводы судов относительно места и обстоятельств совершения завещания являются противоречивыми, в связи с чем нельзя считать, что судами установлены все фактические обстоятельства дела; суд апелляционной инстанции уклонился от проверки доводов апелляционной жалобы истца о несоответствии выводов суда тем показаниям нотариуса, содержание которых имеется в протоколе судебного заседания от 22.03.2022 г.

При новом рассмотрении дела судом было постановлено указанное решение, об отмене которого в апелляционной жалобе просит представитель фио по доверенности адвокат Разыграева Ю.С.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав истца фио, его представителя адвоката Разыграеву Ю.С., представителя ответчика фио адвоката фио, учитывая надлежащее извещение других участвующих в деле лиц, их неявку в заседание судебной коллегии, несообщение о причинах неявки, судебная коллегия считает возможным рассмотреть жалобу в данном судебном заседании, не находит оснований к отмене решения, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями действующего законодательства.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд руководствовался ст.209 ГК РФ о правах собственника; ст.218 ГК РФ о возникновении права собственности; ст.1111 ГК РФ о наследовании; ст.1117 ГК РФ о недостойных наследниках; ст.ст.1118,1124 ГК РФ о завещании, его форме; ст.1131 ГК РФ о недействительности завещания; ст.ст.177,178 ГК РФ о недействительности сделки; Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании».

При разрешении заявленных требований суд первой инстанции установил, что 19.06.2021 г. умерла фио, которая на момент смерти являлась собственником квартиры по адресу: адрес, 10-1-124, где была зарегистрирована и проживала. 25.02.2021 г. умер её супруг фио – отец истца фио, который также был зарегистрирован в этой квартире; истец после смерти отца обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства. ФИО3 является пасынком наследодателя; других наследников по закону у фио не имеется. После смерти супруга фио ФИО4 26.02.2021 г. выдала истцу доверенность на управление её имуществом, получение пенсии, представление её интересов в различных органах с правом получения денежных средств сроком на 10 лет, которую отменила распоряжением от 16.06.2021 г.; в этот же день 16.06.2021 г. выдала аналогичную доверенность на имя ответчика фио, который осуществлял уход за отцом истца фио, за фио после его смерти.

По заявлению истца проводилась проверка по факту смерти фио Согласно представленной стороной истца переписке с ответчиком, заверенной нотариусом, стороны общались на предмет состояния здоровья фио с марта по июнь 2021 г. включительно.

В возражениях на заявленные исковые требования ответчик ФИО2 указывал, что он со своей супругой осуществляли уход за фио и фио с начала 2020 г. по просьбе фио, которая 16.06.2021 г. вызвала сама нотариуса на дом, отменила доверенность на имя истца фио, составила доверенность на его имя, а также завещание, по которому всё своё имущество завещала ФИО2 Данное завещание было удостоверено фио, временно исполняющей обязанности нотариуса адрес фио; записано со слов завещателя, прочитано завещателем до подписания и собственноручно подписано в присутствии нотариуса; личность завещателя была установлена, дееспособность проверена. Нотариус в судебном заседании показала, что была вызвана фио в качестве нотариуса для отмены доверенности, составленной на имя истца, составлении новой доверенности на имя ответчика, которого в момент составления завещания в комнате не было; она зачитала завещание, фио его подписала, была в здравом уме и ясной памяти, абсолютно адекватна.

Материалами дела подтверждается, что по заявлению ответчика 21.07.2021 г. было открыто наследственное дело № 115/2021 к имуществу умершей фио нотариусом фио

Ранее при рассмотрении данного дела судом была назначена посмертная судебная психиатрическая экспертиза в ПКБ № 1 им. фио, в соответствии с заключением которой ввиду отсутствия в материалах гражданского дела сведений о психическом состоянии фио в юридически значимый период оценить её психическое состояние на момент оформления завещания 16.06.2021 г. не представилось возможным.

Отменяя решение Чертановского районного суда адрес от 16.11.2022 г., дополнительное решение суда от 07.09.2023 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 08.11.2023 г., судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в определении от 20.02.2024 г. указала, что в представленном по назначению суда экспертном заключении не содержится ответ на поставленный судом вопрос, выводы судов относительно места и обстоятельств совершения завещания противоречивы.

По ходатайству истца при повторном рассмотрении дела по делу была назначена и проведена посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении фио в ФГБУ «ЦНЦССП им. фио» на основании определения суда от 08.10.2024 г. Из заключения комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов №16/з от 24.01.2025 г. следует, что в материалах гражданского дела и представленной медицинской документации не содержится данных о наличии у фио в юридически значимый период подписания завещания от 16.06.2021 г. какого-либо психического расстройства, которое ограничивало бы её способность понимать значение своих действий и руководить ими; у неё не отмечалось интеллектуально-мнестического снижения, расстройств сознания, психотической симптоматики, которые бы лишали её способности при составлении завещания 16.06.2021 г. адекватно оценить происходящее и выражать свою волю. Также в представленных документах не содержится сведений о приёме фио лекарственных препаратов, которые бы могли оказать влияние на её способность осознавать свои действия, в связи с чем сделан вывод о том, что при составлении завещания 16.06.2021 г. фио могла понимать значение своих действий и руководить ими. По представленным материалам отсутствуют объективные сведения о наличии у неё выраженных интеллектуально-мнестических и эмоционально-волевых нарушений в юридически значимый период; указанное психологическое состояние не оказывало существенного влияния на осознанно-волевую регуляцию, адекватную смысловую оценку происходящего, способность выражать свою волю, руководить своими действиями, оценивать окружающую действительность и последствия своих действий и действия других лиц.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, показания допрошенных свидетелей, пояснения представителей сторон, заключение судебной экспертизы, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о том, что истцом в нарушение положений ст.56 ГПК РФ не было представлено относимых и допустимых доказательств, отвечающих требованиям ст.ст.59,60 ГПК РФ, в обоснование доводов о том, что в юридически значимый период наследодатель при составлении оспариваемого завещания не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Данные доводы истца не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, а потому оснований для признания завещания от 16.06.2021 г. недействительным суд не установил.

Суд также отметил, что в соответствии с письменными объяснениями ответчика, показаниями допрошенного нотариуса, удостоверявшего оспариваемое завещание, ФИО2 не находился в комнате в момент удостоверения завещания; по просьбе нотариуса он вышел из комнаты, ушёл на кухню, закрыв за собой дверь, позже ушёл из квартиры на 30 мин.; после возвращения он оплатил услуги нотариуса по просьбе фио; после этого нотариус ушла; о чём разговаривали нотариус и фио, он не слышал, что они делали, не видел. Допрошенная в ходе рассмотрения дела нотариус фио также сообщила, что кроме неё и фио в комнате никого не было, но она не помнит, была ли закрыта дверь в комнату.

В ходе повторного судебного разбирательства факт нахождения ответчика фио в момент составления, подписания и удостоверения оспариваемого завещания в комнате вместе с завещателем и нотариусом своего объективного подтверждения не нашёл. В связи с этим суд первой инстанции не установил правовых оснований полагать, что при составлении оспариваемого ФИО3 завещания от 16.06.2021 г. была нарушена процедура его составления, не была соблюдена тайна завещания. В завещании отражено, что нотариальное действие совершено вне помещения нотариальной конторы по адресу: адрес, 10-1-124; оно записано со слов завещателя, полностью прочитано завещателем до его подписания, полностью прочитано нотариусом вслух для завещателя до его подписания; личность завещателя была установлена, дееспособность проверена; завещание было собственноручно подписано завещателем в присутствии нотариуса.

Доказательств того, что при удостоверении завещания 16.06.2021 г. от имени фио в помещении присутствовало постороннее лицо, в материалы дела не представлено; данный довод фио опровергается представленными в материалы дела доказательствами. Из текста завещания не следует, что при его составлении, подписании, удостоверении присутствовало какое-либо постороннее лицо. Суд первой инстанции с учётом установленных по делу обстоятельств сделал вывод о том, что показания нотариуса о том, что он не помнит, была ли закрыта дверь в комнату, не свидетельствуют о том, что при удостоверении оспариваемого истцом завещания присутствовал ответчик. При этом оснований не доверять показаниям нотариуса и ответчика об отсутствии в помещении, где удостоверялось завещание, кого-либо, суд не установил.

Поскольку данных об умышленном неоказании ответчиком помощи фио, причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и смертью фио суд первой инстанции не установил, не было установлено и оснований для признания ответчика фио недостойным наследником.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, судебная коллегия посчитала необходимым согласиться с выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объёме, поскольку достоверных доказательств в их обоснование истцом ФИО3 представлено не было, что также нашло подтверждение в заседании суда апелляционной инстанции.

Доводы апелляционной жалобы не могут служить основанием к отмене решения суда, поскольку судебная коллегия считает, что суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал представленные по делу доказательства в их совокупности, данным доказательствам дал надлежащую правовую оценку, нормы действующего законодательства применил верно, выполнил указания суда кассационной инстанции по установлению фактических обстоятельств по делу.

Доводы жалобы о несогласии с заключением судебной экспертизы, проведённой в рамках настоящего дела, критике методики её проведения судебная коллегия также признаёт несостоятельными. Каких-либо бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность её результатов, истцом не представлено. Согласно ч.3 ст.86 ГПК РФ, заключение экспертов для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст.67 ГПК РФ. Таким образом, заключения судебной экспертизы оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами. Судебная коллегия считает, что заключение судебной экспертизы составлено экспертами, имеющими необходимый стаж работы, квалификацию; заключение является полным, научно обоснованным, подтверждённым материалами дела; эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; не доверять заключению у суда и судебной коллегии оснований не имелось. Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу. По мнению судебной коллегии, заключение судебной экспертизы правомерно положено в основу решения суда, т.к. правовых оснований для того, чтобы ставить под сомнение изложенные в ней выводы, не имеется. Заключение соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ; эксперты конкретно и точно ответили на все поставленные судом вопросы в категоричной форме. Заключение является последовательным, понятным и разъяснений не требует. Выводы экспертизы соответствуют проведённому исследованию.

Достоверных доказательств в обоснование заявленных требований истцом представлено не было; представленным доказательствам была дана надлежащая правовая оценка в совокупности с другими доказательствами по делу. Доводы жалобы направлены на иную оценку представленных доказательств, выводов суда, но не опровергают их. Процессуальных нарушений, которые могут служить основанием к отмене решения суда, судебная коллегия также не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Чертановского районного суда адрес от 10 июня 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя фио по доверенности адвоката Разыграевой Ю.С. - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 16.02.2026 г.

Председательствующий

Судьи