Дело № 2-916/2023

УИД 42RS0011-01-2023-000447-50

З А О Ч Н О Е 

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

Ленинск-Кузнецкий городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Чеплыгиной Е.И.,

при секретаре Филимоновой Н.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Ленинске-Кузнецком 

«03» мая 2023 года

гражданское дело по иску иностранное лицо «Harman International Industries, Incorporated» к ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

У С Т А Н О В И Л:

Истец Иностранное лицо «Harman International Industries, Incorporated» обратилось в суд с иском к ответчику ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, мотивируя свои требования тем, что в ходе закупки, произведенной 22 октября 2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

адрес>, установлен факт продажи контрафактного товара (наушники), в подтверждение продажи был выдан чек, где указано: наименование продавца: ФИО1, дата продажи: 

<

дата>, ИНН продавца: 

<

номер>; ОГРНИП продавца: 

<

номер>; представителями истца на основании ст. 12, 14 ГК РФ и ч.1 ст. 55 ГПК РФ в целях самозащиты гражданских прав была произведена видеосъёмка, которая также подтверждает предложение к продаже, заключение договора розничной купли-продажи, а кроме того подтверждает, что представленный товар был приобретен по представленному чеку; на приобретенном товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком 

<

номер> (JBL); исключительные права на данные товарные знаки принадлежат компании «Harman International Industries, Incorporated» («Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпоретед») и ответчику не передавались; компания является действующим юридическим лицом, и обладателем исключительного права на товарный знак 

<

номер> (JBL), который имеет правовую охрану в отношении следующего перечня товаров и услуг – 09 Международной классификации товаров и услуг, включающего, в том числе наушники, аппаратуру для записи, передачи и воспроизведения звуков; товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с его согласия; разрешение на такое использование объектов интеллектуальной собственности истца путем заключения соответствующего договора ответчик не получал, следовательно, такое использование осуществлено незаконно; истцу действиями ответчика реально причинены убытки, расчет которых в силу специфики объекта затруднителен для истца; в ходе восстановления нарушенных прав на вышеуказанный объект интеллектуальной собственности истцом понесены расходы: стоимость контрафактного товара - 160,00 руб., отправление ответчику искового заявления - 284,74 руб., расходы по оплате государственной пошлины; ответчик прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, о чем в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей внесена соответствующая запись. В соответствии со ст. 1252, 1259, 1301, 1484, 1515 ГК РФ, ст. ст. 12, 35, 55, 88, 131, 132 ГПК РФ, просят взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак 

<

номер> (JBL) в размере 10 000 рублей; взыскать с ответчика в пользу истца судебные издержки в размере стоимости вещественного доказательства - товара, приобретенного у ответчика в сумме 160,00 руб., стоимость почтового отправления в виде искового заявления в размере 284,74 руб., сумму оплаченной государственной пошлины в размере 400 руб. 

Представитель истца иностранного лица «Harman International Industries, Incorporated» в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом по последнему известному суду месту жительства и регистрации, почтовая корреспонденция, направленная в адрес ответчика, возвращена в адрес суда с отметкой «истек срок хранения».

В силу положений ст. 9 ГК РФ, граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Ответчик не воспользовался своим правом на получение судебной корреспонденции, на личное участие в судебном заседании, что является субъективным правом ответчика; не направил в суд своего представителя, не представил каких-либо возражений по иску, соответственно несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий.

В целях соблюдения баланса интересов сторон и процессуальных сроков, учитывая, что судом были приняты все исчерпывающие меры по надлежащему извещению ответчика, суд признает причины неявки ответчика неуважительными и, учитывая мнение истца, в соответствии с требованиями ч.4 ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика в порядке заочного судопроизводства.

Суд, исследовав письменные материалы дела, представленную видеозапись, осмотрев вещественное доказательство, приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1259 ГК РФ произведения изобразительного искусства относятся к объектам авторских прав.

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Как установлено судом, 22 октября 2022г. в торговой точке 

<

адрес>, без разрешения правообладателя ответчиком ФИО1 был реализован контрафактный товар – наушники СК-5 содержащие изображение товарного знака 

<

номер> (JBL), что подтверждается представленными истцом наушниками, а также товарным чеком, в котором содержатся данные ответчика – ИП ФИО1, оттиск печати, ИНН индивидуального предпринимателя 

<

номер>, совпадающий с данными, содержащимися в ЕГРИП, наименование товара и стоимость товара (160 руб.), дата заключения договора розничной купли-продажи (л.д. 66). 

Кроме того, истцом в подтверждение совершенной сделки по розничной купле-продаже товара представлена видеосъемка, обозренная в процессе рассмотрения дела наряду с вещественным доказательством, представленным истцом (л.д. 67).

Таким образом, совокупность доказательств - приобретенный товар, товарный чек, видеозапись процесса заключения договора купли-продажи - подтверждает факт продажи товара от имени ответчика.

Согласно выписке из ЕГРПИ с 

<

дата> ФИО1 был зарегистрирован как индивидуальный предприниматель, виды деятельности, в том числе: торговля розничной одеждой в специализированных магазинах, прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 

<

дата>г. (л.д.34-36).

Как установлено судом, исключительные права на территории РФ на товарный знак 

<

номер> (JBL) принадлежат истцу – иностранному лицу компании «Harman International Industries, Incorporated», что подтверждается: свидетельством (л.д. 37), письмом ООО «Харман РУС СиАйЭс» (л.д. 24-29).

Доказательств передачи исключительных прав на указанные произведения изобразительного искусства истцом ответчику суду не представлено.

Также, не представлено суду доказательств, подтверждающих выдачу ответчику разрешения со стороны истца на использование на спорные произведения изобразительного искусства.

Как следует из искового заявления, истец не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав. Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот Иностранным лицом «Harman International Industries, Incorporated» и (или) третьими лицами с согласия истца.

При таких обстоятельствах, поскольку, судом достоверно установлено, что истец является правообладателем объекта авторского права, в защиту прав на которые предъявлен иск по настоящему делу, факт реализации ответчиком товара, на котором размещены спорный товарный знак, а также контрафактность этого товара подтверждены имеющимися в деле доказательствами, суд приходит к выводу, что ответчик своими действиями по предложению к продаже спорных наушников нарушил исключительные права истца на товарный знак.

Обращаясь с настоящим иском, истец на основании подп. 1 ст. 1301 ГК РФ заявил требование о взыскании с ответчика компенсации в общем размере 10000 руб. за использование товарного знака.

В пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» отмечено, что заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

В пункте 62 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 года N 10 разъяснено, что, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Таким образом, с учетом приведенных выше правовых норм и акта их толкования, по общему правилу, разрешая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного подп. 1 ст. 1301, подп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ.

Конституционный Суд РФ в постановлении от 13 декабря 2016 года N 28-П сформулировал следующие правовые позиции:

- взыскание компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является тем не менее институтом частного права, которое основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК Российской Федерации) и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота, т.е. с соблюдением требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации);

- нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете - к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство;

- отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применить на основании прямого указания закона санкцию, явно - с учетом обстоятельств конкретного дела - несправедливую и несоразмерную допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

Опираясь на приведенные правовые позиции, Конституционный Суд РФ пришел к выводу о несоответствии подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Положенные в основу этого вывода правовые позиции получили развитие в постановлении от 13 февраля 2018 года N 8-П, где Конституционный Суд РФ указал, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Таким образом, с учетом приведенной правовой позиции Конституционного Суда РФ после установления размера компенсации, рассчитанного на основании подп. 1 ст. 1301 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 56 ГПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

При этом следует учитывать изложенную в постановлении Конституционного Суда РФ от 13 декабря 2016 года N 28-П следующую правовую позицию - поскольку, как следует из абз. 3 п. 3 ст. 1252 ГК РФ, общий размер компенсации при этом все равно не должен составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения, не исключаются ситуации, при которых определяемая на основании указанных норм Гражданского кодекса Российской Федерации мера ответственности за однократное нарушение исключительных прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации - даже принимая во внимание его характер и последствия, а также другие обстоятельства дела - может оказаться чрезмерной, не отвечающей требованиям разумности и справедливости. Причем, если применение подобной санкции к нарушителю - юридическому лицу обычно не приводит к непропорциональному вторжению в имущественную сферу его участников - физических лиц, то в отношении индивидуального предпринимателя оно не исключает возложение на нарушителя столь серьезных имущественных обязательств, что их исполнение, в свою очередь, может не только поставить под сомнение продолжение им предпринимательской деятельности (что само по себе можно рассматривать как конституционно допустимое следствие совершенного правонарушения), но и крайне негативно отразиться на его жизненной ситуации. При этом - учитывая, что в силу статьи 24 ГК Российской Федерации гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание, - последствия применения данной санкции сохраняются для нарушителя даже после прекращения им предпринимательской деятельности.

Нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете - к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану государством достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство.

Как установлено судом, в данном случае одним действием ответчика по продаже контрафактного товара нарушены права на товарный знак, принадлежащий одному правообладателю - на реализованные ответчиком наушники нанесен товарный знак, исключительные права на который принадлежат истцу, в связи с чем при разрешении спора применимы правовые подходы, изложенные в постановлении Конституционного Суда РФ от 13 декабря 2016 года N 28-П.

Ответчиком каких-либо ходатайство о снижении размера компенсации суду не заявлено.

Определяя размер компенсации, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд, руководствуясь положениями ст. ст. 1252, 1301, 1515 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ), разъяснениями, содержащимися в п. 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 года N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», правовой позиции, отраженной в п. 32 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, постановлении Конституционного Суда РФ от 13 декабря 2016 года N 28-П, учитывая отсутствие мотивированного заявления ответчика о снижении размера компенсации, характер допущенного ответчиком нарушения, прекращение ФИО1 предпринимательской деятельности, установленные по делу фактические обстоятельства, при которых допущено нарушение, степень вины нарушителя, отсутствие ранее совершенных ответчиком как предпринимателем нарушений, отсутствие доказательств причинения каких-либо крупных убытков правообладателю, а также то, что стоимость товара является незначительной, а незаконное использование объектов интеллектуальной собственности не носило грубый характер, исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принципов разумности и справедливости, посчитал возможным удовлетворить требования истца в полном размере 10000 руб.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом заявлено о взыскании с ответчика следующих судебных издержек: стоимости вещественных доказательств - товара, приобретенного у ответчика в размере 160 руб., стоимости почтовых отправлений в виде искового заявления в размере 284,74 руб., суммы уплаченной государственной пошлины в размере 400 руб., данные расходы подтверждены истцом документально (л.д. 65,66,68).

В соответствии с положениями ст.98 ГПК РФ, п.21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд считает, что требования истца о взыскании с ответчика расходов по оплате государственной пошлины в размере 400 руб. подлежат удовлетворению в полном объеме.

Также, с ответчика подлежат взысканию расходы по оплате товара, приобретенного у ответчика в размере 160 руб., стоимость почтовых отправлений в виде искового заявления в размере 284,44 руб., поскольку данные расходы понесены истцом в связи с необходимостью обращения за судебной защитой.

Учитывая положения, предусмотренные в пункте 4 статьи 1252 ГК РФ, суд считает, что вещественное доказательство (наушники, имеющие торговый знак) обладает признаками контрафактного товара.

В связи с чем, в соответствии со статьей 76 ГПК РФ товар (вещественное доказательство) подлежит уничтожению по истечении срока хранения дела.

Руководствуясь ст.ст. 194-198, ст.237 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Иностранного лица «Harman International Industries, Incorporated» (регистрационный 

<

номер>) к ФИО1, 

<

данные изъяты> о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав удовлетворить.

Взыскать с ФИО1, 

<

данные изъяты>, в пользу Иностранного лица «Harman International Industries, Incorporated» (регистрационный 

<

номер>) компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак в размере 10 000 руб., судебные расходы в виде стоимости вещественного доказательства – 160 руб., на почтовые отправления – 284,44 руб., расходы по уплате государственной пошлины – 400 руб.

Вещественные доказательства (наушники) уничтожить после истечения срока хранения настоящего дела.

Ответчик вправе подать в Ленинск - Кузнецкий городской суд Кемеровской области заявление об отмене заочного решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья: подпись.

Решение в окончательной форме изготовлено 12 мая 2023г.

Подлинник документа находится в гражданском деле № 2-916/2023 Ленинск-Кузнецкого городского суда г. Ленинска-Кузнецкого Кемеровской области.