Дело № 2-503/2017 29 сентября 2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кузьминой О.В.

при секретаре Клочкове И.Д.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании недействительными свидетельств о праве на наследство по закону, признании недействительным договора о разделе наследственного имущества, истребовании жилых помещений из владения, признании права собственности,

У С Т А Н О В И Л:

Истец П.. обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании недействительными свидетельств о праве на наследство по закону, признании недействительным договора о разделе наследственного имущества, истребовании жилых помещений из владения, признании права собственности, ссылаясь на то, что она является собственником ? доли трехкомнатной 

<

адрес> в Санкт-Петербурге. Истец указывает, что в 2007 году скончалась ее мать М. после смерти которой осталось три наследника первой очереди: несовершеннолетняя дочь П.., муж С. и дочь В..; нотариусом СПб было выдано свидетельство о праве на наследство по закону 78ВЗ 

<

№> от 26.11.2007 года. После смерти М. осталось наследственное имущество в виде однокомнатной 

<

адрес> в Санкт-Петербурге и трехкомнатной 

<

адрес> в Санкт-Петербурге. В дальнейшем на основании Договора о разделе наследственного имущества от 26.11.2007 года в собственность В. перешла 

<

адрес> в Санкт-Петербурге; в собственность ФИО7 по ? доли в праве собственности на 

<

адрес> в Санкт-Петербурге. Истец указывает, что в 2007 году она, родившаяся 

<

дата>, являлась несовершеннолетней, раздел наследственного имущества производился с разрешения Органа опеки и попечительства на основании Распоряжения МА МО МО Пороховые 

<

№> от 22.11.2007 года, однако она проживала на территории МО жевка, в связи с чем, выдача разрешения МО Пороховые является неправомерной, Разрешение 

<

№> от 22.11.2007 года является ничтожным и заключенный на основании указанного распоряжения договор о разделе наследственного имущества подлежит признанию недействительным на основании ст. 173.1 ГК РФ, как сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия органа местного самоуправления. Также истец указывает, что в декабре 2009 года С. подарил принадлежащую ему ? доли 

<

адрес> в Санкт-Петербурге своей жене ФИО2 на основании договора дарения от 08.12.2009 года, что противоречит требованиям закона и привело к нарушению прав несовершеннолетней П.., поскольку указанная сделка была совершена без разрешения Органов опеки и попечительства и П.. стала владеть квартирой совместно с посторонним лицом, не являющимся членом ее семьи. 22.12.2014 года ФИО2 подарила принадлежащую ей ? доли 

<

адрес> в Санкт-Петербурге ФИО6 на основании договора дарения. Истец указывает, что в 2014 году со слов третьих лиц ей стало известно, что 21.12.2006 года М. было составлено завещание, в соответствии с которым, она завещала все свое имущество П.., завещание истец впервые увидела 25.03.2016 года. 

<

дата> С. скончался. Постановлением Главы МА МО МО Ржевка от 19.02.2010 года опекуном несовершеннолетней П.. был назначен ФИО8, являющийся сыном ФИО2. 22.03.2013 года 

<

адрес> в Санкт-Петербурге принадлежащая В.. была отчуждена в пользу ФИО3 на основании договора купли-продажи; 29.08.2016 года; 29.08.2016 года 1/2 доли 

<

адрес> в Санкт-Петербурге, принадлежащая ФИО6 была отчуждена в пользу ФИО4 и ФИО5 на основании договора купли-продажи. Уточнив заявленные требования истец просит: признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону от 26.11.2007 года, выданное нотариусом СПб ФИО9 на имя ФИО17 на 1/3 доли наследственного имущества, оставшегося после смерти М.; признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону от 26.11.2007 года, выданное нотариусом СПб ФИО9 на имя В. на 1/3 доли наследственного имущества, оставшегося после смерти М.; признать недействительным договор о разделе наследственного имущества от 26.11.2007 года, заключенный между ФИО17, В., П..; признать недействительным договор дарения ? доли квартиры № 13 дома 28 корпус 5 по проспекту Косыгина в Санкт-Петербурге, заключенный 08.12.2009 года между ФИО17 и ФИО2; истребовать из владения ФИО4 и ФИО5 ? доли 

<

адрес> в Санкт-Петербурге; истребовать из владения ФИО3 

<

адрес> в Санкт-Петербурге; признать за П.. право собственности на 

<

адрес> в Санкт-Петербурге и 

<

адрес> в Санкт-Петербурге в порядке наследования по завещанию от 21.12.2006 года, оставленному М., скончавшейся 12.02.2017 года.

Истец П.. в судебное заседание не явилась, доверила представлять свои интересы ФИО10, который в судебное заседание явился, заявленные исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, доверила представлять свои интересы ФИО11, которая в судебное заседание явилась, заявленные исковые требования не признала, заявила о пропуске истцом срок исковой давности по заявленным требованиям.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, доверила представлять свои интересы ФИО12, ФИО13, которые в судебное заседание явились, заявленные исковые требования не признали.

Ответчики ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом, об уважительности причин своего отсутствия суду не сообщили.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание явился, заявленные исковые требования не признал, заявил о пропуске истцом сроков исковой давности по заявленным требованиям.

Третье лицо нотариус Санкт-Петербурга ФИО9 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Третье лицо нотариус Санкт-Петербурга ФИО14 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель третьего лица Управления РОСРЕЕСТРА в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, об уважительности причин своего отсутствия суду не сообщил.

Третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, об уважительности причин своего отсутствия суду не сообщил.

Третье лицо ФИО15 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом, об уважительности причин своего отсутствия суду не сообщила.

Представитель третьего лица МА МО Ржевка в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, об уважительности причин своего отсутствия суду не сообщил.

Представитель третьего лица ЖСК № 1080 в судебное заседание явился, возражений по существу заявленных требований суду не представил.

Выслушав представителя истца, ответчика, представителей ответчиков, изучив и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд находит исковые требования заявленными не обоснованно и удовлетворению не подлежащими, по следующим основаниям.

Как усматривается из представленных суду материалов, 12.02.2007 года скончалась ФИО16 (л.д. 11).

После смерти М. осталось три наследника по закону первой очереди – несовершеннолетняя дочь П.., дочь В.., муж С., которые приняли наследство путем обращения к нотариусу с соответствующими заявлениями (л.д. 42); С. от выдела супружеской доли в наследственном имуществе отказался (л.д. 53).

Нотариусом СПб ФИО9 были выданы свидетельства о праве на наследство по закону от 26.11.2007 года (л.д. 78, 79). 

После смерти М. осталось наследственное имущество в виде однокомнатной 

<

адрес> в Санкт-Петербурге и трехкомнатной 

<

адрес> в Санкт-Петербурге. 

На основании Договора о разделе наследственного имущества от 26.11.2007 года в собственность В. перешла 

<

адрес> в Санкт-Петербурге; в собственность ФИО7 по ? доли в праве собственности на 

<

адрес> в Санкт-Петербурге (л.д. 80-81). 

Судом установлено, что раздел наследственного имущества производился с разрешения Органа опеки и попечительства на основании Распоряжения МА МО МО Пороховые № 316 от 22.11.2007 года.

На основании Договора дарения от 08.12.2009 года С. подарил принадлежащую ему ? доли 

<

адрес> в Санкт-Петербурге своей жене ФИО2.

22.12.2014 года ФИО2 подарила принадлежащую ей ? доли 

<

адрес> в Санкт-Петербурге ФИО6 на основании договора дарения. 

21.12.2006 года М. было составлено завещание, в соответствии с которым, она завещала все свое имущество П.. (л.д. 205). 

<

дата> С. скончался. 

Постановлением Главы МА МО МО Ржевка от 19.02.2010 года опекуном несовершеннолетней П.. был назначен ФИО8, являющийся сыном ФИО2. 

22.03.2013 года 

<

адрес> в Санкт-Петербурге принадлежащая В.. была отчуждена в пользу ФИО3 на основании договора купли-продажи от 20.03.2013 года (л.д. 152-156); право собственности ФИО3 зарегистрировано 22.03.2013 года.

29.08.2016 года 1/2 доли 

<

адрес> в Санкт-Петербурге, принадлежащая ФИО6 была отчуждена в пользу ФИО4 и ФИО5 на основании договора купли-продажи (л.д. 187-188).

Судом установлено, что 25.11.2010 года МА МО МО Ржевка в интересах несовершеннолетней П.. был подан иск в Красногвардейский районный суд к В., ФИО2 о признании Распоряжения № 316 от 22.11.2007 года, выданного МА МО МО Пороховые незаконным; признании недействительным договора о разделе наследственного имущества от 26.11.2007 года; признании недействительным договора дарения доли квартиры от 08.12.2009 года, заключенного между ФИО17 и ФИО2.

В данном исковом заявлении МО Ржевка ссылается на наличие завещания, составленного М. 21.12.2006 года; в материалах дела 

<

№> имеется копия указанного завещания; несовершеннолетняя П.. принимала участие в судебном разбирательстве.

24.05.2011 года П.. и ее опекуном ФИО8 было подано заявление о прекращении производства по делу, в связи с отказом от заявленных требований.

Определением Красногвардейского районного суда СПб от 24.05.2011 года производство по делу было прекращено.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" в случае нарушения прав физических лиц, не обладающих полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособностью (например, малолетних детей, недееспособных граждан), срок исковой давности по требованию, связанному с таким нарушением, начинается со дня, когда об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, узнал или должен был узнать любой из их законных представителей, в том числе орган опеки и попечительства. В исключительных случаях, когда пропуск срока исковой давности имел место, например, ввиду явно ненадлежащего исполнения законными представителями таких лиц возложенных на них законодательством полномочий, пропущенный срок исковой давности может быть восстановлен по заявлению представляемого или другого уполномоченного лица в его интересах (статья 205 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если нарушение прав названных лиц совершено их законным представителем, срок исковой давности по требованиям к последнему, в том числе о взыскании убытков, исчисляется либо с момента, когда о таком нарушении узнал или должен был узнать иной законный представитель, действующий добросовестно, либо с момента, когда представляемому стало известно либо должно было стать известно о нарушении его прав и он стал способен осуществлять защиту нарушенного права в суде, то есть с момента возникновения или восстановления полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособности (статья 21 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 37 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу ст. ст. 196, 197 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком. Правила статьи 195, пункта 2 статьи 196 и статей 198 - 207 настоящего Кодекса распространяются также на специальные сроки давности, если законом не установлено иное.

Согласно ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, суд полагает, что П.. достоверно стало известно о наличии завещания М. не позднее 25.11.2010 года, оспариваемые свидетельства о праве на наследство и договор составлены 26.11.2007 года, настоящее исковое заявление подано в суд 01.09.2016 года, то есть с пропуском сроков, установленных ст. 181 ГК РФ; доказательств уважительности пропуска срока исковой давности по заявленным требованиям истец суду не представила, в связи с чем, заявленные П.. требования в указанной выше части подлежат отклонению. Также суду не представлено доказательств недобросовестности со стороны опекуна истца.

Требования истца в части признания недействительным договора дарения ? доли 

<

адрес> в Санкт-Петербурге, заключенного 08.12.2009 года между ФИО17 и ФИО2; истребовании из владения ФИО4 и ФИО5 ? доли 

<

адрес> в Санкт-Петербурге; истребовании из владения ФИО3 

<

адрес> в Санкт-Петербурге; признании за П.. права собственности на 

<

адрес> в Санкт-Петербурге и 

<

адрес> в Санкт-Петербурге в порядке наследования по завещанию основаны на недействительности свидетельств о праве на наследство по закону и договора о разделе наследственного имущества, в связи с чем, также подлежат отклонению.

Ссылки истца на нарушение требований ст. 173.1 ГК РФ при заключении Договора о разделе наследственного имущества от 26.11.2007 года являются несостоятельными, поскольку ст. 173.1 ГК РФ введена Законом № 100-ФЗ от 07.05.2013 года и в соответствии со ст. 3 указанного Закона положения указанной статьи применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Доводы истца в части отсутствия согласия органа опеки и попечительства на заключение ФИО17, договора дарения в пользу ФИО2 от 08.12.2009 года и нарушение при заключении указанного договора положений п. 4 ст. 292 ГК РФ также являются несостоятельными, поскольку применение п. 4 ст. 292 ГК РФ имеет сферу действия в отношении определенной категории несовершеннолетних лиц, находящихся под опекой или попечительством либо оставшихся без родительского попечения, к которым П.. на момент заключения ФИО17 договора по отчуждению доли не относилась; кроме того, данная сделка прав и законных интересов П.. не затрагивает и согласия ООиП на ее заключение не требовалось.

Кроме того, требования истца в части истребования имущества из владения ответчиков ФИО3, ФИО4, ФИО5 не могут быть удовлетворены судом, по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 302 ГК РФ если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Судом установлено, что собственником истребуемого имущества П.. никогда не являлась, имущество из ее владения и пользования не выбывало, приобретено ответчиками по возмездным сделкам и не подлежит истребованию в пользу истца.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено суду достаточных, достоверных и неопровержимых доказательств, которые могли бы служить основанием для удовлетворения заявленных требований и требования П.. подлежат отклонению в полном объеме.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 56, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании недействительными свидетельств о праве на наследство по закону, признании недействительным договора о разделе наследственного имущества, истребовании жилых помещений из владения, признании права собственности - отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 29.09.2017 года.