Дело № 2-3219/20 (УИД 59RS0002-01-2019-006117-03) 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Пермь 15 октября 2020 года

Индустриальный районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Ветлужских Е.А.,

при секретаре Устюговой Г.Н.,

с участием представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности,

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 в лице финансового управляющего ФИО4 к ФИО5 об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

у с т а н о в и л :

Истец ФИО3 в лице финансового управляющего ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО5 об истребовании имущества из чужого незаконного владения. В обоснование иска указав, что решением Арбитражного суда Пермского края от 04.12.2017г. по делу № ФИО3 признана несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества сроком на четыре месяца. Финансовым управляющим утвержден ФИО4. Определением Арбитражного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ по делу № срок процедуры реализации в отношении ФИО3 продлен до ДД.ММ.ГГГГ Нежилое помещение общей площадью 1 000 кв.м., кадастровый №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, ранее принадлежало ФИО3 на праве собственности и выбыло из владения ФИО3 вследствие совершения ничтожной сделки - договора купли- продажи от 31.08.2017г., заключенного между ФИО6 и ФИО7 При осуществлении процедуры реализации имущества ФИО3 финансовым управляющим должника установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (продавец) и ФИО8 (покупатель) заключен договор купли -продажи, в соответствии с которым ФИО3 продала ФИО8 по цене 100 000 рублей принадлежащее ей здание общей площадью 1 000 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №. Переход права собственности в отношении указанного выше здания от ФИО3 к ФИО8 зарегистрирован Управлением Росреестра по Пермскому краю ДД.ММ.ГГГГ В период осуществлявшейся в отношении ФИО3 процедуры реструктуризации долгов ФИО8 передал указанное выше здание по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ в собственность своей дочери ФИО6, а та в соответствии с договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ продала здание в собственность ФИО5 Определением Арбитражного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ и постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от ДД.ММ.ГГГГ признан недействительным заключенный между ФИО3 и ФИО8 договор от ДД.ММ.ГГГГ купли-продажи здания общей площадью 1000 кв.м., по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №. Делая данный вывод, арбитражный суд принял также во внимание также систематического совершения между ФИО3 и ФИО8 сделок купли-продажи недвижимости (договоры от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ), сопровождавшие также отношения по поводу займов. Кроме того, обе стороны признали, что предоставление ответчиком должнику значительных наличных денежных средств и их возврат обычно не сопровождался составлением расписок. Это подтверждает наличие между ними доверительных, дружеских отношений. Система сложившихся между ними отношений позволяет констатировать такое их качество когда стороны не только достоверно осведомлены о существенных аспектах бизнеса друг друга, но и соотносят свои предпринимательские действия с деятельностью другой стороны (последнее в частности, может проявляться в системе предоставления и возврата займов). Следовательно, стороны договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ должны считаться фактически аффилированными по отношению друг к другу. Нужно учитывать и то, что как сторона ответчика, так и сторона должника в достаточной степени не раскрыла деловой цели и обстоятельств, сопровождавших заключение и исполнение оспариваемого договора. Факт пребывания спорного объекта недвижимости в собственности ФИО8 на протяжении 2,5 лет после совершения сделки (до отчуждения дочери по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ) само по себе ещё не свидетельствует о его добросовестности, поскольку отчуждение здания ФИО8 дочери и практически сразу после этого последовавшее его отчуждение в пользу ФИО7 по договору от ДД.ММ.ГГГГ имели место непосредственно после введения в отношении ФИО3 процедуры банкротства (определением от ДД.ММ.ГГГГ). Ввиду этого, такое поведение ответчика может быть объяснено намерением исключить возможность возврата недвижимости в состав конкурсной массы должника для расчетов с кредиторами. В рассматриваемом случае отчуждение по оспариваемой сделке объекта недвижимости повлекло за собой ухудшение обеспеченности интересов кредиторов ФИО3 Более того, как выше уже указано, имеются основания полагать, что сделка была совершена должником с фактически аффилированным по отношению к ней лицом в условиях предвидения должником своей неплатежеспособности. Ввиду этого, а также с учетом установленного апелляционным судом недобросовестного поведения обеих сторон сделки, нужно признать, что имеются все условия, для признания оспариваемой сделки недействительной как совершенной в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов. Финансовый управляющий ФИО3 полагает, что ФИО9 и ФИО7 нельзя признать добросовестным, поскольку усматривается связь между участниками сделки, свидетельствует о совместной заинтересованности вывода имущества должника, а также «искусственно» созданные правовые барьеры к возврату имущества в конкурсную массу должника. Финансовым управляющим усматриваются факты, свидетельствующие о том, что сделка совершена заинтересованными и аффилированными лицами, осведомленными о неплатежеспособности должника, и в результате данных действий причинен вред кредиторам должника. Незаконным является владелец, который не только самовольно присвоил имущество, но и тот, кто приобрел вещь у лица, не управомоченного распоряжаться ею. При этом необязательно, чтобы действия незаконного владельца были виновными. Достаточно, чтобы владение было объективно незаконным. На основании ст. 164 ГК РФ, ст. 166 ГК РФ, ст. 167 ГК РФ, ст. 168 ГК РФ, ст. 170 ГК РФ, ст. 433 ГК РФ, ст. 572 ГК РФ, ст. 575 ГК РФ, ст. 301 ГК РФ, ст. 302 ГК РФ истец просит с учетом уточнения в порядке 39 ГПК РФ истребовать из незаконного владения ФИО5 нежилое здание, общей площадью 1000 кв.м., кадастровый №, расположенное по адресу: 

<

адрес> в пользу ФИО3, обязать Управление Росреестра по 

<

адрес> осуществить регистрацию права собственности в отношении нежилого здания общей площадью общей площадью 1000 кв.м., кадастровый №, расположенное по адресу: 

<

адрес> за ФИО3

Истец финансовый управляющий ФИО4, ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. 

Представитель истца финансового управляющего ФИО4 по доверенности ФИО1 в судебном заседании на исковых требованиях настаивает по доводам, изложенным в иске. 

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО2 с иском не согласна по доводам, изложенным в письменном отзыве /л.д. 63-67/. Указав, что помещение приобретено ФИО7 на основании возмездной сделки по рыночной цене; денежные средства переданы продавцу в полном объеме; в материалах дела отсутствуют доказательства аффилированности ФИО7 по отношению к истцу, ФИО8 и ФИО6 Ответчик приобрел помещение для осуществления собственной предпринимательской деятельности; ФИО7 полагался на данные ЕГРН о праве собственности ФИО6 Какие-либо отметки о правопритязаниях на здание со стороны третьих лиц в ЕГРН отсутствовали. У ФИО7 не было оснований усомниться в законности приобретения права собственности ФИО6 Поскольку финансовый управляющий ссылается на единую цель по выводу активов должника, надлежащим способом защиты является иск о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности. Просит суд отказать в удовлетворении требований финансового управляющего ФИО3 ФИО4 об истребовании нежилого помещения, общей площадью 1 000 кв.м, кадастровый №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, из чужого незаконного владения.

Третьи лица ФИО6, ФИО8, ООО «ЙОТА», ФИО10 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в том числе, посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в сети "Интернет" (часть 7 статьи 113 ГПК РФ).

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Возможность признания лица добросовестным приобретателем обусловлена соблюдением совокупности условий, предусмотренных пунктом 1 ст. 302 Гражданского кодекса РФ: отсутствие осведомленности приобретателя о приобретении имущества у лица, которое не вправе было его отчуждать, возмездное приобретение имущества, наличие воли собственника либо лица, которому имущество было передано собственником во владение, на отчуждение имущества.

В соответствии с п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам ст. 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ.

Согласно содержащимся в п. 36 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019) разъяснениям действующее законодательство допускает защиту конкурсной массы как путем предъявления арбитражным управляющим иска о признании недействительной первой сделки об отчуждении имущества должника и применении последствий ее недействительности в виде взыскания стоимости отчужденного имущества с первого приобретателя (ст. 61.1, 61.6 Закона о банкротстве), так и путем предъявления иска об истребовании этого же имущества из незаконного владения конечного приобретателя (ст. 301, 302 ГК РФ).

В соответствии с п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в соответствии со статьей 302 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель). В то же время возмездность приобретения сама по себе не свидетельствует о добросовестности приобретателя.

В силу п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" по смыслу п. 1 ст. 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО3 (

<

данные изъяты> признана несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества сроком на четыре месяца. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

ФИО3 являлась собственником нежилого помещения общей площадью 1 000 кв.м., кадастровый №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, 

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (продавец) и ФИО8 (покупатель) заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым ФИО3 продала ФИО8 по цене 100 000 рублей принадлежащее ей здание общей площадью 1 000 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №. Переход права собственности в отношении указанного здания от ФИО3 к ФИО8 зарегистрирован Управлением Росреестра по Пермскому краю ДД.ММ.ГГГГ /л.д. 50/.

ФИО8 по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ безвозмездно передал указанное выше здание в собственность ФИО6 /л.д. 51/.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ФИО5 заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым ФИО6 продала ФИО5 по цене 10 000 000 рублей принадлежащее ей здание общей площадью 1 000 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес> с кадастровым номером № /л.д. 52/.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ООО «ЙОТА» заключен договор залога (ипотеки) недвижимого имущества: нежилое здание общей площадью 1 000 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: 

<

адрес> /л.д. 53-54/.

Определением Арбитражного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ по делу № по иску финансового управляющего ФИО4, заключенный между ФИО3 и ФИО8 договор от ДД.ММ.ГГГГ купли-продажи здания, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 1000 кв.м., кадастровый №, признан недействительной сделкой, применены последствия её недействительности: с ФИО8 в пользу должника (в конкурсную массу) взыскано 6 748 000 руб. и разъяснено право ФИО8 обратиться к ФИО3 с соответствующими требованиями (сумма предоставленного встречного исполнения, превышающего 100 000 руб.), вытекающими из договора от ДД.ММ.ГГГГ (при документальном обосновании).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № определение Арбитражного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ изменено, исключен из его резолютивной части четвертый абзац пункта 1 следующего содержания: «Разъяснить право ФИО8 обратиться к ФИО3 с соответствующими требованиями (сумма предоставленного встречного исполнения, превышающего 100 000 рублей), вытекающими из договора от ДД.ММ.ГГГГ (при документальном обосновании)». В остальной части обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Указанные судебные акты имеют преюдициальное значение по делу (ст.61 ГПК РФ)

При рассмотрении спора в рамках дела №А50-10713/2017 о признании банкротом ФИО3 и о признании недействительным договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, суд пришел к выводу о том, что отчуждение по оспариваемой сделке объекта недвижимости повлекло за собой ухудшение обеспеченности интересов кредиторов ФИО3 Более того, имеются основания полагать, что сделка была совершена должником с фактически аффилированным по отношению к ней лицом в условиях предвидения должником совей неплатежеспособности.

Таким образом, в рассматриваемом случае условием удовлетворения требования конкурсного управляющего о признании сделки недействительной явилась доказанность действительной воли сторон при совершении сделок, направленной на уменьшение конкурсной массы путем отчуждения имущества по заведомо заниженной стоимости. То есть реализация прав продавца и покупателя по договору была осуществлена исключительно с намерением причинить вред кредиторам.

Тем самым из судебных актов арбитражных судов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 следует, что ФИО3 при совершении сделок купли-продажи спорного имущества не имела намерения передать на праве собственности его иному лицу, а преследовала цель создания видимости возникновения юридических последствий, в частности, добросовестности приобретения данного имущества у последующих его покупателей, что свидетельствует о недобросовестности участников последовательных сделок по отчуждению спорного имущества, в результате совершения которых права на него перешли к ФИО5 

В силу статьи 129 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, что корреспондирует его праву подавать в суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц.

Предъявление финансовым управляющим настоящего иска о виндикации направлено на возврат спорного имущества в конкурсную массу должника – ФИО3 с целью удовлетворения требований её кредиторов.

Согласно п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. В то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя.

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.11.2008 № 126 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения", родственные и иные связи между лицами, участвовавшими в заключении сделок, направленных на передачу права собственности, должны учитываться при разрешении вопроса о добросовестности приобретателя.

Суд соглашается с доводами финансового управляющего ФИО3 и полагает, что ФИО6 и ФИО7 нельзя признать добросовестным приобретателем в силу следующих обстоятельств:

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО8 заключен договор купли-продажи здания, общей площадью 1 000кв.м., по адресу: 

<

адрес>, при этом стоимость имущества определена сторонами в 100 000 руб.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО6 заключен договор дарения о спорного недвижимого имущества.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 заключила договор купли продажи вышеуказанного помещения с ФИО7, общая стоимость имущества передаваемого по договору составила 10 000 000 руб. 

В день регистрации права собственности на здание, расположенное по адресу: 

<

адрес> была зарегистрирована ипотека, на основании договора залога (ипотеки) от ДД.ММ.ГГГГ, где залогодержателем является ООО «ЙОТА».

Согласно выписке из ЕГРП от ДД.ММ.ГГГГ земельный участок расположенный по адресу: 

<

адрес>, право собственности на земельный участок расположенный под спорным объектом недвижимости принадлежит ООО «РиК» (№). 

Согласно представленной истцом информации с информационного ресурса «Контур.Фокус», учредителем и руководителем данного предприятия являлся ФИО3 Ю. /л.д.56/.

Анализируя материалы дела, усматривается связь между участниками сделки, что свидетельствует о совместной заинтересованности вывода имущества должника, а также «искусственно» созданные правовые барьеры к возврату имущества в конкурсную массу должника.

Указанные выводы подтверждают установленные факты, а именно:

-короткий срок владения спорным имуществом со стороны ФИО11; 

-спорное имущество при последующем отчуждении возросло в цене в стократном размере; 

-дата регистрации права собственности на ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ, осуществлена после введения процедуры банкротства в отношении ФИО3,

-имущество приобретено под видом обременения залогом в пользу ООО «ЙОТА».

Также суд соглашается с доводами истца о том, что сделка совершена заинтересованными и аффилированными лицами, осведомленными о неплатежеспособности должника, и в результате данных действий причинен вред кредиторам должника.

Вывод активов должника проходил через привлеченную компанию ООО «ЙОТА», генеральным директором которой ранее являлся ФИО10, Определением Арбитражного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ включен в реестр требований кредиторов на сумму 3 173 369 руб. 86 коп..

Учредителем ООО «ЙОТА» являлась ФИО12, что подтверждается сведениями из информационного источника «Контур.Фокус», представленного истцом /л.д.55/.

Также в определении Арбитражного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что между ФИО3, ФИО3, ФИО10 длительное время существовали дружеские отношения, в рамках которых они оказывали друг другу финансовую помощь путем заключения договоров займа. Денежные средства периодически возвращались без какого-либо документального подтверждения, в том числе в форме зачета. ФИО10 факт наличия дружественных отношений (ранее) и правоотношений по договорам займа подтвердил.

Таким образом, принимая во внимание тот факт, что ФИО7 сразу после приобретения имущества зарегистрировал обременение в пользу компании, контролируемой аффилированным к ФИО3 лицом - ФИО10, можно сделать вывод, о наличии цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов и осведомленности сторон о такой цели свидетельствует так же злоупотребление правом в действиях должника.

Как указывает финансовый управляющий, при рассмотрении апелляционной жалобы Семнадцатым арбитражным апелляционным судом ФИО10 активно возражал против признания сделки недействительной, несмотря на то, что являясь кредитором ФИО3, заинтересован в поступлении денежных средств в конкурсную массу должника и дельнейшем их распределении между кредиторами. Указанное свидетельствует о наличии фактического контроля со стороны ФИО10 в отношении спорного помещения. 

Доводы представителя ответчика и представленные доказательства достоверно данные обстоятельства не опровергают.

Учитывая Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, действуя добросовестно, разумно и осмотрительно, ответчик должен был при совершении сделки усомниться в праве продавца на отчуждение имущества, которое несколько раз поменяло аффилированных собственников за короткий промежуток времени, выбыв из собственности банкрота, возмездность сделки не свидетельствует о добросовестности приобретения имущества.

Таким образом, совокупность всех обстоятельств, при которых приобретатели спорного имущества в силу ст. 302 ГК РФ признаются добросовестными, материалами дела не подтверждена.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Установив, что конечный приобретатель ФИО5 не может быть ввиду аффилированности признан добросовестным, суд считает, что имеются основания для удовлетворения требований финансового управляющего ФИО3, а спорное имущество подлежит истребованию у его недобросовестного приобретателя. При этом, необходимость признавать недействительными сделки по продаже имущества, следующие за первой, отсутствует.

Руководствуясь ст.ст. 199, 235-237 ГПК РФ, суд

Решил:

Истребовать из незаконного владения ФИО5 нежилое здание, общей площадью 1000 кв.м., кадастровый №, расположенное по адресу: 

<

адрес> в пользу ФИО3.

Решение является основанием для регистрации права собственности на нежилое здание, общей площадью 1000 кв.м., кадастровый №, расположенное по адресу: 

<

адрес> за ФИО3.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Индустриальный районный суд г. Перми в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: