№ 2-545/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 сентября 2018 г. 

г. Кострома 

Костромской районный суд Костромской области в составе:

председательствующего судьи Гурьяновой О.В., 

при секретаре судебного заседания Носовой А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании право долевой собственности на объекты недвижимого имущества отсутствующим, прекращении права долевой собственности на них и на тесовую пристройку литер а1, аннулировании записи в Едином государственном реестре недвижимости на жилой дом и пристройку литер а1,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании отсутствующим право собственности на объекты недвижимого имущества, аннулировании записи в Едином государственном реестре недвижимости. Требования обосновала тем, что ответчики на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДДММГГГГ после умершего К.П.А. являются собственниками по 1/2 доле в праве на бревенчатый жилой дом литер А общей площадью ***** кв.м, жилой площадью ***** кв.м., бревенчатой пристройки литер а, тесовой пристройки литер а1, тесовой пристройки литер а2, бревенчатого сарая, тесовых сараев, расположенных на земельном участке площадью ***** кв.м, находящегося по адресу: (адрес). Право собственности наследодателя подтверждается договором дарения № от ДДММГГГГ. В силу п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в редакции, действовавшей в момент вступления ответчиков в права наследования, по наследству не переходят самовольно возведенные строения. Согласно договору дарения от ДДММГГГГ №, удостоверенного секретарем исполкома Никольского сельского совета и зарегистрированного Никольской сельской администрацией от ДДММГГГГ, который является основанием перехода права собственности от К.М.К. к К.Н.Д. общая площадь передаваемого имущества составляет ***** кв.м на основании данных похозяйственной книги с ДДММГГГГ по ДДММГГГГ годы, площадь занимаемого земельного участка составлял ***** кв.м. Литерация домовладения на момент дарения отсутствовала. Странным образом в ДДММГГГГ согласно техническому паспорту на жилой дом, площадь дома увеличилась до ***** кв.м и появились литеры А, а1, а2, собственниками дома по 1/2 являлись Н.А.И. (мать истца), К.П.А. (отец ответчиков), домовладение разделено на квартиры. Законные основания для увеличения площади отсутствуют. Кроме того, при заключении договора дарения права на распоряжение домовладения у К.М.К. не имелось: постройка возведена в ДДММГГГГ, находилась на праве собственности у колхоза «*****». В ДДММГГГГ в связи с реорганизацией колхоза имущество передано совхозу «*****». Начиная с ДДММГГГГ хозяйство К.М.К. перестало быть колхозным и в похозяйственных книгах указано статус - рабочее. Данный факт установлен кассационным определением Костромского областного суда от ДДММГГГГ по делу №. Также судом было установлено, что приобретение права собственности на домовладение, относящееся к имуществу колхозного двора возможно только на основании правоустанавливающих документов и в соответствии с нормами действовавшего на то время законодательства. Со ссылкой на нормы ранее действовавшего законодательства (ст. 73 ГК РСФСР 1922 года), п.п. 4,5 Постановления СНК РСФСР от 22.05.1940 № 390 «О мерах борьбы с самовольным строительством в городах, рабочих, курортных и дачных поселках», п.п. 1, 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26.08.1948 «О правах граждан на покупку и строительство индивидуальных жилых домов», ст. 109 ГК РСФСР 1964 года, п.п. 2, 11 Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 12.06.1964 «О порядке введения в действие Гражданского и Гражданского процессуального кодекса РСФСР», а также ст. 5 Федерального закона от 30.11.1994 N 52-ФЗ «О введение в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», п. 1 ст. 222 ГК РФ) в силу отсутствия правоустанавливающих документов законных оснований приобретения права собственности на жилой дом у К.М.К. не имеется. На момент постройки жилого дома необходимые разрешения в соответствии с действовавшими ранее градостроительными и строительными нормами не были получены, что исключает возможность наличия права собственности у ответчиков. С момента государственной регистрации права собственности К-ных на жилой дом они имеют все права, предоставленные законом. В соответствии с п. 52 Постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных права», п. 1 ст. 131, п. 2 ст. 223 ГК РФ, полагает, что право собственности у ответчиков на бревенчатый жилой дом, литер А, пристройки литер а, а1, а2, бревенчатого сарая, двух тесовых сараев, расположенных на земельном участке площадью ***** кв.м, по адресу: (адрес), не могло возникнуть в силу отсутвия права собственности у К.М.К., К.Н.Д., К.П.А. Просила суд признать отсутствующими права собственности К.М.К. на жилой дом, состоящий из деревянного бревенчатого сруба крытый шифером на каменном фундаменте вместе с сараем ДДММГГГГ возведения. Признать отсутствующим право собственности К.Н.Д. на указанные выше объекты. Признать отсутствующим право собственности К.П.А. на бревенчатый жилой дом, состоящий из литера А общей площадью ***** кв.м, жилой площадью ***** кв.м., бревенчатой пристройки литера а, тесовой пристройки литера а1, тесовой пристройки литер а2, площади неотапливаемых помещений с коэффициентом ***** кв.м., бревенчатого сарая, двух тесовых сараев, расположенного на земельном участке площадью ***** кв.м, по адресу: (адрес). Признать отсутствующим право долевой собственности ФИО2, ФИО3 на указанный жилой дом, пристройки, сараи. Аннулировать записи в едином государственном реестре недвижимости. 

В ходе рассмотрения дела истец требования уточнила. Указала, что ей принадлежит на праве собственности жилой дом, расположенный по адресу: (адрес), литер Б, находящийся на земельном участке площадью ***** кв.м с кадастровым номером №. Из материалов наследственного дела К.П.А., умершего ДДММГГГГ, наследственные права его супруги К.Н.Д. не оформлены. Наследственное дело после смерти К.П.А. сведений о включении земельного участка в наследственное имущество и его площадь не содержит. Наследственное дело содержит справку Костромского филиала ФГУП «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» от ДДММГГГГ №, согласно которой жилой дом состоит из основного строения А, бревенчатой пристройки а, тесовых пристроек а1 и а2, бревенчатого сарая, двух тесовых сараев, бани и предбанника. Согласно договору дарения от ДДММГГГГ К.М.К. дарит К.Н.Д. жилой дом, состоящий из бревенчатого сруба, крытый шифером на каменном фундаменте вместе с сараем ДДММГГГГ возведения. Технические характеристики дома отсутствуют, но имеется ссылка на данные учета похозяйственных книг, согласно которым площадь дома составляет ***** кв.м. Данный факт также установлен решением Костромского районного суда от ДДММГГГГ (дело №). При заключении и регистрации договора дарения нарушены положения ч. 3 ст. 257, ст.ст. 239, 239.1 ГК РСФСР, что влечет недействительность договора. Так регистрация договора произведена ДДММГГГГ в Никольской сельской администрации. В день подписания договора в ДДММГГГГ регистрация не проведена. На день регистрации договора К.М.К. уже умерла (ДДММГГГГ), то есть волеизъявление ее на регистрацию договора дарения и передачу в собственность надлежащим образом не оформлено. На тот момент регистрация прав на недвижимое имущество производилась в органах БТИ, у нотариуса, в сельских поселениях. Учреждения Росреестра были образованы в ДДММГГГГ. Таким образом, Никольская сельская администрация, зарегистрировав договор в ДДММГГГГ, нарушила закон о сделках с недвижимостью. Недвижимое имущество включается в наследственную массу на основании имеющихся правоустанавливающих документов, если они до ДДММГГГГ по ранее действовавшему законодательству в соответствии со ст. 239 и 257 ГК РСФСР подверглись учету в органах БТИ, комитете по земельным ресурсам и землеустройству или в местной администрации. Таких сведений в материалы наследственного дела не представлены К-ными. Таким образом, в силу требований ч. 2 ст. 239 ГК РСФСР договор дарения между К.М.К. и К.Н.Д. является недействительным в силу ст.ст. 45, 48, 59 ГК РСФСР с момента совершения сделки. Согласно уведомлению от ДДММГГГГ права К.Н.Д. на жилой (адрес) зарегистрированы не были. Сведений о наличии прав на жилой дом у К.М.К. также отсутствуют. Таким образом у К-ных отсутствует право на указанный жилой дом, состоящий из литер А, пристроек литер а1, а2, сараев. Основанием для вступления в права наследования после смерти отца К.П.А. являлся договор дарения, записанный на К.Н.Д., после смерти которой в права наследования ни муж, ни сыновья не вступали. В свидетельстве о праве на наследство нотариусом сделана отметка, что К.П.А. принял наследство, но наследственных прав не оформил. В силу ст. 1153 ГК РФ фактическое принятие наследства признается в судебном порядке. Все действия по принятию наследства должны быть произведены в течение шести месяцев после смерти наследодателя. К.Н.Д. умерла ДДММГГГГ. Наследники не обращались к нотариусу с заявлением о принятии наследства. Основанием для регистрации права наследования послужила незаконная регистрация договора дарения в Никольской сельской администрации. К.Н.Д. согласно справкам № и № от ДДММГГГГ на день смерти супруги проживал в квартире в (адрес). Сведений о его месте жительства в (адрес) отсутствуют, как и отсутствуют сведения о фактическом принятии им наследства после смерти К.Н.Д., поэтому выводы нотариуса незаконны и необоснованны. Сведений о том, что после смерти К.Н.Д. открылось наследство не имеется. На день ее смерти лицами, проживающими в спорном домовладении являлись истец и ее семья, которая была выселена на основании оформленных наследственных прав ответчиками решением суда по делу №. Ответчики в спорном домовладении не проживали, после смерти матери в дом не вселялись. Имеются многочисленные доказательства, в том числе пояснения свидетелей, о том, что объект находится в аварийном состоянии (дело №). Право собственности ответчиков на спорные объекты, зарегистрированы в едином государственном реестре недвижимости, что нарушает права истца, так как часть дома, принадлежащая ответчикам, находится на земельном участке истца, что подтверждается апелляционным определением от ДДММГГГГ (дело №). Спорная часть дома строилась родителями истца на земельном участке, выделенном в собственность 1992 году, что подтверждено судебными актами: земельный участок был передан в ДДММГГГГ в собственность Н.А.И. и К.Н.Д., участки имеют общую границу. Со ссылкой на п. 52 Постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ, истец указывает, что ранее она претерпела неудачу в двух делах: при оспаривании наследственного дела и договора дарения, в связи с чем ею заявляется негаторный иск о признании отсутствующим право, что является единственным доступным способом защиты. Согласно апелляционному определению Костромского областного суда от ДДММГГГГ установлено, что на месте литера а1 выстроен литер Б, принадлежащий ФИО1, право собственности которой зарегистрировано и сохранено данным определением. Таким образом, право собственности ответчиков на литера а1 должно быть аннулировано из сведений в Росреестре недвижимости. Просит суд признать отсутствующим право долевой собственности ФИО2, ФИО3 на бревенчатый жилой дом, состоящий из литера А площадью ***** кв.м. жилой площадью ***** кв.м., бревенчатой пристройки литер а, тесовой пристройки литера а1, тесовой пристройки литера а2, бревенчатого сарая, двух тесовых сараев, расположенного на земельном участке площадью ***** кв.м., по адресу: (адрес), аннулировать запись в ЕГРН о праве собственности ответчиков на жилой дом. Прекратить право общей долевой собственности ответчиков на тесовую пристройку литер а1, погасив запись в едином государственном реестре недвижимости.

К участию в деле привлечена в качестве третьего лица администрация Костромского муниципального района Костромской области.

В судебном заседании истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержала. Пояснила, что межевание земельных участков не проводилось, границы не установлены

Ответчик ФИО2, действующий также в качестве представителя ответчика ФИО3, исковые требования не признал. Пояснил, что право собственности ответчиков не может быть признано отсутствующим, так как оно зарегистрировано в на законных основаниях в реестре. Истец неоднократно безрезультатно оспаривала право собственности ответчиков на спорные объекты по различным основаниям. Полагал, что права истца не нарушены. Также ею пропущен срок исковой давности. 

Представитель ответчика ФИО2 ФИО4 в судебном заседании исковые требования также не признал. В письменном отзыве на иск указал, что предъявление отрицательного иска как исключительный способ защиты возможен только когда запись в ЕГРН нарушает права истца и только в трех случаях: когда за двумя лицами зарегистрирован один и тот же объект недвижимости, когда в ЕГРН зарегистрирована движимая вещь, когда в ЕГРН зарегистрирована в качестве недвижимого имущества вещь. Истец указывает, что спорный дом находится на ее участке, однако межевание земельных участков сторон не проведено, границы не определены. Истец не указала какие права нарушает запись в ЕГРН о долевой собственности ответчиков, в чем заключается ее законный интерес и каким образом исключение записи в ЕГРН восстановит права истца. Истец не является владеющим и реестровым собственником недвижимости, требования не являются негаторными и к ним применяются сроки исковой давности, которые истцом пропущены. В уточненных исковых требованиях истец указывает на ничтожность договора дарения от ДДММГГГГ и свидетельства о праве на наследство. Однако истец не является лицом, которое вправе оспаривать данные документы, что было отмечено в кассационном определении Костромского областного суда от ДДММГГГГ. Хотя истец и не заявляет требования о признании вышеуказанных сделок недействительными, она пропустила сроки исковой давности по требованиям о признании договора дарения и свидетельств о праве на наследство по закону недействительными.

Третьи лица Управление Росреестра по Костромской области, администрации Никольского сельского поселения Костромского муниципального района Костромской области просили рассматривать дело в их отсутствие. 

Третье лицо ФИО5, действующая также в интересах несовершеннолетних К.В.А., П.Р.Е., П.Е.Е., представитель третьего лица администрации Костромского муниципального района Костромской области, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились. 

С учетом положений ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) и мнения лиц, участвующих в деле, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав истца ФИО1, ответчика ФИО2, его представителя ФИО4, обозрев материалы гражданских дел №, №, №, наследственное дело № на имущество К.П.А., исследовав материалы настоящего гражданского дела, приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что ФИО3, ФИО2 на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДДММГГГГ являются собственниками по 1/2 доле в праве на жилой дом общей площадью ***** кв.м, лит. А, а, а1, а2 по адресу: (адрес) (свидетельство о государственной регистрации права от ДДММГГГГ, л.д. 8, 9).

ФИО1 является собственником жилого дома площадью ***** кв.м., литер Б, и земельного участка с кадастровым номером *****, площадью ***** кв.м., расположенные по адресу: (адрес), Никольское сельское поселение, (адрес), на основании договора дарения от ДДММГГГГ (свидетельство о государственной регистрации права от ДДММГГГГ и ДДММГГГГ, л.д. 95-96)

При этом, как установлено судебными актами Костромского районного суда от ДДММГГГГ и Костромского областного суда от ДДММГГГГ в настоящее время пристройки к жилому дому литер а1 фактически не существует, так как ФИО1 в ДДММГГГГ на ее месте выстроила строение литер Б, право собственности на которое зарегистрировано за истцом. 

В соответствии со ст. 12 ГК РФ право выбора способа защиты гражданских прав принадлежит истцу.

В соответствии с п. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Из положений ст. 2 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (действовавшей на момент регистрации права К-ных на спорные объекты) и ч.ч. 3, 5 ст. 1 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», действующей с 01.07.2017, следует, что государственная регистрация права является единственным доказательством его существования, а зарегистрированное право может быть оспорено только в судебном порядке.

В п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (в том числе, если право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Признание отсутствующим зарегистрированное право собственности третьего лица требуется тогда, когда право собственности на один и тот же объект недвижимости ошибочно зарегистрировано и за истцом, и за другим субъектом или когда право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество.

Оспаривание права по существу означает оспаривание оснований его возникновения, то есть при разрешении такого рода споров подлежат установлению наличие оснований возникновения права собственности и их действительность, отсутствие порочности основания регистрации права.

Вместе с тем в кассационном определении от ДДММГГГГ судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда указала, что ФИО1 не является лицом, которое вправе оспаривать договор дарения домовладения от ДДММГГГГ, свидетельство о праве на наследство по закону № и № от ДДММГГГГ, требовать погашения записей о государственной регистрации права К-ных на домовладение, поскольку ввиду отсутствия доказательство о ее праве на спорное домовладение нельзя сделать вывод, что указанные договор и выданные свидетельства о праве на наследство нарушают ее права и свободы (л.д. 11-14). В удовлетворении требований, в том числе о признании недействительными свидетельств о праве на наследство по закону, договора дарения ФИО1 было отказано. При этом записи похозяйственных книг, на которые по настоящему делу как на доказательства ссылается истец, коллегия не приняла в качестве правоустанавливающих документов, в виду того, что в них вносились исправления и они содержат противоречивые сведения.

Действительность договора дарения, свидетельств о праве на наследство было предметом исков ФИО1 к ФИО6 (в том числе по гражданским делам №, №) в удовлетворении которых ей было отказано, что также было отмечено судом апелляционной инстанции в определении от ДДММГГГГ (л.д. 97-102).

Кроме того, в данном случае имеет место регистрация прав истца и ответчиков на различные объекты недвижимого имущества, что свидетельствует о ненадлежащем выборе способа защиты прав истца. При этом сведения о правах К-ных внесены в Единый государственный реестр недвижимости ранее, чем о правах ФИО1 При оформлении наследственных прав у нотариуса К-ными была представлена справка о данных технического учета по объекту недвижимости - домовладению, содержащую сведения в том числе о пристройке литер а1. Также суд отмечает, что в отношении земельных участков, на которых стоят строения сторон, кадастровые работы не проводились, границы земельных участков не установлены, поэтому утверждать, что литер а1 числится на земельном участке ФИО1 однозначно нельзя, несмотря на то, что земельные участки ограждены между собой забором.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется.

Ответчиком также заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Вместе с тем, требование о признании права (обременения) отсутствующим, заявленное в случае, когда нарушение прав истца не соединено с лишением владения, является негаторным, что исключает применение к нему исковой давности.

Также в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что исковая давность не распространяется на требования, прямо предусмотренные ГК РФ. К их числу относятся требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, если эти нарушения не были соединены с лишением владения, в том числе требования о признании права (обременения) отсутствующим.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется. 

Руководствуясь ст.ст.194, 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В иске ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании право долевой собственности на объекты недвижимого имущества отсутствующим, прекращении права долевой собственности на них и на тесовую пристройку литер а1, аннулировании записи в Едином государственном реестре недвижимости на жилой дом и пристройку литер а1 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Костромской районный суд Костромской области течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья 

О.В. Гурьянова

Решение в окончательной форме 

изготовлено 02 октября 2018 г.