Судья Кунанбаева Е.С. Дело № 22-2441/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Барнаул 10 июля 2025 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Мишиной Е.В.,

при ведении протокола помощником судьи Коваленко К.О.,

с участием:

прокурора Степановой Е.А., 

адвоката Гришечкина Ю.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Хижняка Н.Н. на приговор Змеиногорского городского суда Алтайского края от 6 мая 2025 года, которым 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, несудимая, 

осуждена по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к 280 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Разрешены вопросы об исчислении срока наказания, мере процессуального принуждения и о судьбе вещественных доказательств. 

Автомобиль «HONDA ACCORD 2.0 I», с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты>, постановлено конфисковать с сохранением на него ареста.

Доложив содержание приговора, доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав мнения участников судебного процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 признана виновной в том, что 

<

данные изъяты>, будучи подвергнутой административному наказанию по ч. 2 ст. 12.26 КоАП РФ за невыполнение водителем транспортного средства, не имеющим права управления транспортными средствами, законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, управляла автомобилем «HONDA ACCORD 2.0 I», находясь в состоянии опьянения.

Преступление совершено 

<

данные изъяты> при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре. 

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении инкриминируемого преступления не признала.

В апелляционной жалобе адвокат Хижняк Н.Н., выражая несогласие с приговором, указывает, что ФИО1, как в ходе дознания, так и в судебном заседании виновной себя в предъявленном обвинении не признала, заявив, что она преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, не совершала. Перечисляя доказательства, положенные в основу приговора, в числе которых показания свидетелей, протоколы осмотра места происшествия, вещественные доказательства, приводя содержание ст. ст. 87, 88 УПК РФ, считает, что судом требования закона об оценке и проверке доказательств в полной мере не выполнены. Считает, что вина ФИО1 в инкриминируемом ей деянии не нашла своего подтверждения, а тот факт, что ФИО1 управляла автомобилем, находясь в состоянии опьянения, опровергается исследованными в судебном заседании доказательствами. Ссылается на показания ФИО1, данные ею в ходе судебного разбирательства, указывая, что их нельзя расценивать как версию защиты, выдвинутую с целью уйти от уголовной ответственности, поскольку ее показания являются отражением реально произошедших с нею событий и подтверждаются исследованными по делу доказательствами, в частности, содержанием просмотренных видеофайлов, показаниями свидетелей ФИО 1, ФИО 2, ФИО 3 Полагает, что несмотря на то, что в судебном заседании исследовались акты медицинского освидетельствования, согласно которым на момент исследования у ФИО1 выявлено 0.379 мг/л абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе, не установлено употребляла ли ФИО1 спиртные напитки и когда. Отмечает, что, согласно показаниям ФИО1, она выпила лекарство после того как перестала управлять автомобилем, не передвигалась, заглушила двигатель, автомобиль стоял на месте. В данной части ее показания подтверждаются: показаниями ее матери ФИО 2, пояснившей, что дочь выпила лекарство, взятое ею у соседки ФИО 1, когда находилась в стоящем и заглушенном неработающем автомобиле; показаниями свидетеля ФИО 1, пояснившей, что передавала ФИО 2 самостоятельно изготовленное успокоительное средство для ее дочери ФИО1, у которой часто поднимается артериальное давление; а также показаниями самих работников полиции, пояснивших, что ФИО1 находилась в неработающем, стоящем на месте автомобиле. Считает, что при просмотре вещественного доказательства - диска с видеозаписью судьей были допущены существенные нарушения технического порядка просмотра вещественных доказательств, а также нарушения уголовно-процессуального законодательства, выразившиеся в том, что после того, как диск не был запущен в просматриваемом устройстве, судьей он был извлечен из устройства и она покинула зал судебного заседания вместе с диском, после возвращения диск вновь не запустился, просмотр не состоялся. После того как с диском были проведены какие-то манипуляции, он не был упакован как вещественное доказательство по уголовному делу, судебное заседание было отложено. В следующем судебном заседании с участием технического работника суда диск был запущен, однако при просмотре на диске были видеофайлы, не соответствующие тем, которые ранее стороной защиты были просмотрены по окончании дознания и ознакомлении с материалами уголовного дела в ОМВД 

<

данные изъяты>, в связи с чем был поставлен вопрос о недопустимости указанных доказательств, однако суд критически отнесся к данным доводам. Указывает, что судьей в приговоре (на 10 листе) неверно изложены показания дознавателя ФИО 4, которая, отвечая на вопросы защиты о просмотре диска с видеофайлами при ознакомлении ФИО1 и защитника с материалами уголовного дела, пояснила, что она сама включила диск с того времени, которое указано в протоколе осмотра и просмотра видеозаписи от 

<

данные изъяты>. Считает, что всем представленным доказательствам в ходе судебного заседания судом не дано надлежащей юридической оценки, а других доказательств стороной обвинения не предоставлено. При этом показания ФИО1 последовательны и подтверждаются доказательствами, предоставленными защитой по делу, а показания сотрудников полиции ФИО 5 и ФИО 6 противоречат, как материалам дела, так и показаниям других свидетелей, а также не согласуются между собой. Указывает, что приведенным обстоятельствам судом оценки не дано, приговор основан на сомнительных доказательствах. Кроме того, отмечает, что при решении вопроса о вещественных доказательствах – автомобиле, ФИО1 просила вернуть ей указанный автомобиль, так как он является совместным имуществом, приобретен ее мужем ФИО 8 после выплат за ранения, полученные в зоне СВО, однако суд принял решение конфисковать указанный автомобиль, но не решил вопрос куда, зачем и в чью собственность он подлежит конфискации. В связи с изложенным, просит приговор отменить. 

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель Веселов Д.А., считая приговор законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, уголовное дело рассмотрено судом в пределах предъявленного обвинения при соблюдении общеправовых принципов, в том числе презумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон. Не предоставляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал равные условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. 

Собранные по делу и представленные сторонами доказательства суд, соблюдая положения, закрепленные в ст.240 УПК РФ, исследовал непосредственно, в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ всесторонне проверил, сопоставив их между собой, и дал им верную оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности их совокупности для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора. Нарушения правил оценки доказательств судом первой инстанции, вопреки доводам жалобы, не допущено. 

Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств приведены в приговоре в соответствии с положениями ст. 307 УПК РФ с указанием на то, почему в обоснование решения о виновности осужденной судом приняты одни из них и отвергнуты другие. Противоречий в выводах суда относительно виновности осужденной, юридической оценки ее противоправных действий в приговоре не содержится. 

Нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании вещественных доказательств - дисков с видеозаписями, влекущих признание их недопустимыми, председательствующим по делу судьей не допущено. Меры, принятые судом для устранения технических препятствий в просмотре видеозаписи, свидетельствуют о соблюдении требований закона о непосредственном исследовании доказательств, об обеспечении сторонам условий для реализации их процессуальных прав, а доводы адвоката о незаконных манипуляциях с вещественными доказательствами, изменении их содержания, являются явно надуманными и лишены каких-либо объективных оснований.

Доводы адвоката о неверном отражении в приговоре показаний свидетеля ФИО 4 несостоятельны, поскольку опровергаются протоколом судебного заседания, на который замечаний адвокатом не принесено, и из которого следует, что таких пояснений, которые приведены в жалобе адвоката, свидетель не давала.

Выводы суда о доказанности вины осужденной в совершении указанного в приговоре преступления, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не содержат предположений, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, в числе которых:

показания свидетеля ФИО 5 (сотрудника ДПС) об обстоятельствах несения совместно ФИО 6 службы в 

<

данные изъяты>, в ходе чего ими был остановлен автомобиль под управлением ФИО1 При проверке документов у последней в служебном автомобиле в ходе разговора установлен такой признак опьянения как запах алкоголя изо рта, в связи с чем ей было предложено пройти освидетельствование с помощью алкотектора, по результатам которого установлено алкогольное опьянение. Поскольку ФИО1 с результатами не согласилась, она была направлена на медицинское освидетельствование в 

<

данные изъяты>, где по результатам освидетельствования у нее также было установлено алкогольное опьянение. Настаивал на том, что после остановки ими автомобиля у ФИО1 отсутствовала возможность употребить алкоголь, в его присутствии она ничего не употребляла, подошедшая к автомобилю мать ФИО1 ей ничего не передавала;

показания свидетеля ФИО 6 (сотрудника ДПС), аналогичные показаниям свидетеля ФИО 5, подтвердившего, что с того момента, как он подошел к остановленному автомобилю, до момента, когда ФИО1 проследовала в патрульный автомобиль, где было проведено ее освидетельствование, он никуда не отлучался, в его присутствии ФИО1 никто ничего не передавал, никакую жидкость ФИО1 не употребляла;

показания свидетеля ФИО 7 (врача 

<

данные изъяты>, проводившего освидетельствование осужденной) об обстоятельствах проведения медицинского освидетельствования ФИО1, в результате которого у нее было установлено алкогольное опьянение, о существующей погрешности алкотектора на случай употребления спиртсодержащих лекарственных препаратов, а также о невозможности таких показаний алкотерктора, какие установлены у ФИО1, при употреблении лекарственных препаратов, об особенностях показателей измерения в разное время после употребления алкоголя;

диски с видеозаписями и протоколы их осмотров, согласно которым зафиксирован факт остановки сотрудниками ДПС автомобиля под управлением ФИО1, отражено их общение с последней, в ходе которого сотрудники полиции настоятельно требуют выйти из-за руля и пройти в патрульный автомобиль, стоящая рядом с автомобилем женщина просит простить ФИО1, не привлекать ее к ответственности, при этом факт передачи осужденной какого-либо вещества равно как употребление ею жидкости с момента остановки автомобиля не зафиксирован. В патрульном автомобиле в ходе проверки документов сотрудник полиции сообщает ФИО1, что от нее исходит специфический запах, и предлагает пройти освидетельствование, на что она соглашается, но узнав результат, высказывает недоумение и предположение, что возможной причиной этого является употребление в пищу окрошки на квасе, соглашается на освидетельствование в ЦРБ;

протоколы об отстранении от управления транспортным средством, о направлении на медицинское освидетельствование, акты освидетельствования, которыми зафиксировано алкогольное опьянение ФИО1, постановление мирового судьи о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ч.2 ст. 12.26 КоАП РФ и иные подробно приведенные в приговоре доказательства.

Перечисленные доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, существенных противоречий не содержат, согласуются между собой, дополняют, конкретизируют друг друга и в совокупности свидетельствуют о виновности осужденной в инкриминированном деянии.

Вопреки доводам жалобы адвоката, оснований не доверять показаниям свидетелей ФИО 5 и ФИО 6 у суда не имелось, они обоснованно использованы судом в качестве доказательств виновности осужденной, поскольку получены в установленном законом порядке, после предупреждения свидетелей об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. При этом показания указанных свидетелей последовательны, взаимосвязаны между собой, с показаниями свидетеля ФИО 7 и объективно подтверждаются письменными и вещественными доказательствами по делу. Оснований для оговора осужденной со стороны указанных свидетелей, суд обоснованно не усмотрел, не приведено объективный сведений о наличии таких оснований и в апелляционной жалобе адвоката. 

Доводы жалобы о невиновности ФИО1 в указанном преступлении, употреблении лекарственного средства, содержащего спирт, после остановки автомобиля, повторяют процессуальную позицию стороны защиты в суде первой инстанции. Указанные доводы были предметом тщательной проверки в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции и отвергнуты в приговоре как несостоятельные с приведением убедительных мотивов, с которыми у суда апелляционной инстанции нет причин не согласиться. Данная позиция осужденной, вопреки утверждениям адвоката, правильно оценена судом как защитная, поскольку опровергнута совокупностью перечисленных выше и приведенных в приговоре относимых и допустимых доказательств. Свидетели ФИО 5 и ФИО 6 на протяжении производства по делу последовательно утверждали, что после остановки автомобиля под управлением ФИО1 и ее препровождения в служебный автомобиль ей жидкости никем не передавались и ею не употреблялись, что объективно следует и из видеозаписи, где подобные факты не отражены, но усматривается, как сотрудники полиции настойчиво требуют от осужденной после остановки покинуть свой автомобиль и проследовать патрульный транспорт. Свидетель ФИО 7, обладающий специальными познаниями в области медицины, уполномоченный осуществлять медицинское освидетельствование на состояние опьянения, последовательно настаивал на том, что достижение показателей алкогольного опьянения, установленного у ФИО1, невозможно при употреблении лекарственных препаратов, содержащих спирт. Подобные случаи заложены в погрешность алкотектрора, а с учетом пояснений свидетеля ФИО 1 о том, что лекарственный раствор был на водной основе, концентрация спирта в нем еще меньше. 

Что касается показаний свидетелей ФИО 2, ФИО 3, на которые ссылается в жалобе адвокат, то суд обоснованно отнесся к ним критически, справедливо указав, что они объективными сведениями не подтверждаются, продиктованы родственными, дружескими отношениями и в силу этого направлены на то, чтобы помочь ФИО1 избежать ответственности за содеянное. Пояснения свидетеля ФИО 1 о том, что она передавала ФИО 2 водный раствор успокаивающих средств для ее дочери, выводов суда о виновности ФИО1 не опровергают и не имеют правового значения с учетом указанных выше пояснений свидетеля ФИО 7 и того обстоятельства, что факт передачи каких-либо жидкостей осужденной и их употребления после остановки автомобиля сотрудниками полиции объективно ничем не подтвержден.

По сути, доводы, на которые обращается внимание в жалобе, сводятся к субъективной переоценке доказательств, положенных в основу приговора, попытках их интерпретации в пользу осужденной и повторяют позицию защиты, изложенную при рассмотрении дела судом первой инстанции, проверенную им и надлежаще оцененную в обжалуемом судебном решении. Новых обстоятельств, позволяющих поставить под сомнение выводы суда, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Не устраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденной, требующих истолкования в пользу последней, вопреки доводам жалобы, не имеется. 

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства, суд обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 и верно квалифицировал ее действия по ч.1 ст. 264.1 УК РФ. 

При назначении вида и размера наказания ФИО1 суд руководствовался положениями ст. 60 УК РФ, обязывающими учитывать характер и степень общественной опасности совершенного преступления; личность виновной; обстоятельства, смягчающие наказание; влияние назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи. 

Личность осужденной в полной мере судом изучена, что нашло соответствующее отражение в приговоре.

Судом обоснованно признаны и учтены все имевшиеся на момент постановления приговора смягчающие наказание обстоятельства: 

<

данные изъяты>, оказание посильной помощи матери, состояние здоровья осужденной и ее близких - супруга, матери, 

<

данные изъяты>, отсутствие тяжких последствий от содеянного.

Отягчающих обстоятельств судом не установлено.

Таким образом, приняв во внимание все сведения, влияющие на правильное разрешение вопроса о наказании, касающиеся конкретных обстоятельств совершенного преступления, личности осужденной, суд пришел к обоснованным выводам об отсутствии оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст. ст. 64, 73 УК РФ и о необходимости назначения ей наказания в виде обязательных работ, с назначением обязательного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, размер которых определен в пределах санкции ч.1 ст. 264.1 УК РФ. Назначенное ФИО1 наказание является соразмерным содеянному, ее личности, отвечает целям, предусмотренным ст. 43 УК РФ, в связи с чем его следует признать справедливым.

Вопреки доводам жалобы, решение суда о конфискации автомобиля, признанного вещественным доказательством, в полной мере соответствует требованиям п. «д» ч.1 ст. 104.1 УК РФ, согласно которому конфискации подлежит транспортное средство, принадлежащее обвиняемому и использованное им при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ. Данная норма закона определяет конфискацию как принудительное безвозмездное изъятие соотвествующего имущества и обращение его в собственность государства. В связи с чем указания о том, в чью собственность необходимо обратить автомобиль, вопреки утверждениям адвоката, не требовалось. 

Тот факт, что конфискованный судом автомобиль является совместной собственностью осужденной и ее супруга, на что обращено внимание в жалобе, о незаконности приговора также не свидетельствует. Исходя из разъяснений, изложенных в абз. 2 п. 3.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», для целей главы 15.1 УК РФ принадлежащим обвиняемому следует считать имущество, находящееся в его собственности, а также в общей собственности обвиняемого и других лиц, в том числе в совместной собственности супругов. При этом решение суда о конфискации автомобиля не лишает супруга осужденной в случае необходимости возможности защищать свои права в порядке гражданского судопроизводства.

По смыслу закона при принятии решений о сохранении ареста на имущество необходимо указывать срок его действия. В связи с чем приговор суда в части сохранения ареста на подлежащий конфискации автомобиль следует уточнить указанием на то, что действие ареста сохраняется до исполнения приговора в части конфискации.

Нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона, влекущих отмену приговора, не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Змеиногорского городского суда Алтайского края от 6 мая 2025 года в отношении ФИО1 изменить, указав о сохранении ареста на автомобиль «HONDA ACCORD 2.0 I» (государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>) до исполнения приговора в части конфискации.

В остальном этот приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Председательствующий: Е.В. Мишина