УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Зарубежнова С.О.                    Дело №22-2813/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Ульяновск                      11 января 2023 года

Ульяновский областной суд в составе:

председательствующего судьи Грыскова А.С., 

с участием прокурора Чашленкова Д.А.,

осужденного ФИО1, защитника в лице адвоката Мухиной А.Ю., 

при секретаре Григорьевой М.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Булгакова О.Г., апелляционным жалобам адвоката Мухиной А.Ю., осужденного ФИО1 на приговор Железнодорожного районного суда г.Ульяновска от 9 августа 2021 года, которым

ФИО1,

***, судимый:

1) приговором Железнодорожного районного суда г.Ульяновска от 25 августа 2010 года (с учетом постановления Менделеевского районного суда Республики Татарстан от 1 апреля 2011 года, определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 31 мая 2011 года, постановления Железнодорожного районного суда г.Ульяновска от 29 апреля 2021 года) по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ (23 преступления), п.п.«а, в» ч.3 ст.158, ч.3 ст.30, п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ, на основании ч.3 ст.69 УК РФ к наказанию в виде 3 лет 7 месяцев лишения свободы, освобожденный 11 мая 2012 года по постановлению Менделеевского районного суда Республики Татарстан от 27 апреля 2012 года условно-досрочно на неотбытый срок наказания 1 год 2 месяца 11 дней;

2) приговором Засвияжского районного суда г.Ульяновска от 19 марта 2014 года (с учетом определения судебной коллегии по уголовным делам Ульяновского областного суда от 28 мая 2014 года, апелляционного постановления Ульяновского областного суда от 12 декабря 2022 года) по п.п.«а, в» ч.2 ст.161, п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ (4 преступления), ч.3 ст.30, п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ, на основании ч.3 ст.69 УК РФ, ст.ст.79, 70 УК РФ окончательно к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года 10 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, освобожденный 21 мая 2018 года по отбытии срока наказания;

3) приговором Засвияжского районного суда г.Ульяновска от 25 декабря 2020 года по ч.4 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 11 лет с отбыванием в исправительной колонии особого режима,

осужден по ч.2 ст.321 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору Засвияжского районного суда г.Ульяновска от 25 декабря 2020 года, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 11 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Срок отбытия наказания ФИО1 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбытия наказания ФИО1 отбытое им наказание по приговору Засвияжского районного суда г.Ульяновска от 25 декабря 2020 года, с 28 мая 2020 года по 9 марта 2021 года по правилам п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ, с 10 марта 2021 года до дня вступления настоящего приговора в законную силу без льготного исчисления.

Приговором решены вопросы о вещественных доказательствах и процессуальных издержках.

Доложив содержание приговора, существо апелляционного представления и апелляционных жалоб, выслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совместно с иными лица признан виновным в дезорганизации деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, то есть применении насилия, не опасного для жизни или здоровья, совершенное в отношении сотрудника места содержания под стражей, в связи с осуществлением им служебной деятельности.

Преступление совершено в ФКУ СИЗО*** УФСИН России по Ульяновской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Булгаков О.Г. считает приговор в отношении ФИО1 незаконным, необоснованным, вынесенным с нарушением законодательства. Полагает, что суд неверно оценил установленные фактические обстоятельства, недостаточным образом мотивировал выводы относительно квалификации преступления и размера назначенного наказания в отношении ФИО1, а также не в полной мере дал оценку всем доводам стороны защиты. По мнению автора представления, назначенное ФИО2 наказание является несправедливым вследствие чрезмерной мягкости с учетом тяжести совершенного преступления, ему необходимо назначить более строгое наказание. Считает, что судом при вынесении приговора не учтены все смягчающие и отягчающие обстоятельства.

Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, но в ином составе судей.

В апелляционной жалобе адвокат Мухина А.Ю., в интересах ФИО1, считает приговор незаконным, необоснованным, вынесенным с нарушением законодательства. По мнению автора жалобы, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Считает, что действия лиц, которые признаны потерпевшими в рамках уголовного дела, в период исследуемых событий 9 июня 2020 года являются заведомо незаконными. Обращает внимание, что П***. и Пл*** грубо нарушили положения статьи 28.1 Закона РФ «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», а именно п.3. Все сотрудники, которые были допрошены в судебном заседании, включая П*** и Пл***., пояснили, что ни с кем из руководства произошедшее не обсуждали и об этом не докладывали. В материалах данного уголовного дела отсутствуют показания начальника учреждения о направлении прокурору документов. При обысковом мероприятии 9 июня 2020 года старшим группы был К***., который ни в одном допросе не подтвердил то, что отдавал приказы о применении физической силы к лицам, заключенным под стражу. П*** нарушил Приказ начальника ФКУ СИЗО*** УФСИН России по Ульяновской области от 9 июня 2020 года №*** о проведении обыскных мероприятий и сознательно не проследовал на пост №***, куда был назначен старшим группы. В нарушение Приказа руководства П*** проследовал на пост №***, где старшим был назначен К***., и самовольно принял участие в обыскных мероприятиях в камере ***, которая находится на посту №***. В ходе следственных действий на предварительном следствии и в суде П*** пояснил, что он с самого начала обыскных мероприятий находился в камере ***. Покинул он её также самовольно после того, как применил физическую силу к следственно-арестованному Х*** Действия П*** и Пл*** носили заведомо незаконный характер и не могут охватываться диспозицией ч.2 ст.321 УК РФ. Считает, что в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, предусмотренный ч.2 ст.321 УК РФ, а привлечение его в качестве подозреваемого, впоследствии обвиняемого обусловлено лишь его нежеланием вступать в сговор с сотрудниками правоохранительных органов и оговаривать других людей в совершении преступления. Данный факт подтверждается материалами дела. Ссылаясь на видеоматериалы, показания ФИО3, других участников процесса, указывает, что осуждённый никакого насилия в отношении сотрудников СИЗО не применял. В момент описываемых событий 9 июня 2020 года он стоял позади П***, и когда последний начал падать, машинально его схватил, ровно также как и другой сотрудник СИЗО - У***. Факт того, что П***  наравне с ФИО3 машинально за руку взял У*** в приговоре отсутствует, хотя отчётливо виден на видеозаписи «***», имеющейся в материалах дела. В суде первой инстанции был исследован протокол осмотра места происшествия (т.2 л.д.156-163), на л.д.162 отчетливо виден левый дальний угол камеры, где и происходили описываемые события, расстояние между кроватью и столом небольшое, более того, стоит лавка, что само по себе доказывает невозможность свободного прохода и свободного совершения различных движений. Обращает внимание, что судебно-психиатрическая экспертиза от 12.11.2020 №*** в отношении ФИО2 была проведена с грубыми нарушениями действующего законодательства, само заключение дублирует заключение №***, которое было составлено в результате проведения судебно-психиатрической экспертизы в рамках другого уголовного дела. Достоверно психическое состояние подзащитного на момент произошедшего установлено не было. Автор жалобы считает, что в рамках предварительного расследования были и другие многочисленные нарушения закона со стороны следователя, в том числе и его самоустранение от ознакомления обвиняемых с материалами уголовного дела, передача их неуполномоченным в установленном законом порядке на то лицам. Более того, протоколы допроса не одного десятка свидетелей, сотрудников ФКУ СИЗО*** УФСИН России по Ульяновской области содержат в себе идентичную информацию, одинаковые формулировки. В судебном заседании никто из свидетелей не смог достоверно воспроизвести информацию, хотя бы немного приближенную к той, что содержится в протоколах их допросов. Выводы суда о том, что свидетели не помнят некоторые события из-за того, что прошел год, безосновательны. Все изложенное свидетельствует о том, что допросы в рамках УПК РФ с ними не проводились. Более того, свидетели С*** и У*** в ходе допроса в рамках судебного следствия указывали, что никаких противоправных действий ФИО2 не видели. Таким образом, протоколы допросов свидетелей К***., Г***., Ж***., К***., Е***., С***., У***., С***., М***., К***., М***., П***., Т***., Д***., С***., П***., Т*** являются недопустимыми доказательствами и не могут лежать в основе приговора. По мнению автора жалобы, не вызывает сомнений тот факт, что имеющаяся в материалах дела видеозапись подвергалась правкам, поскольку в последовательных видеозаписях, отражающих события утра 9 июня 2020 года, отсутствует промежуток 5-6 секунд, в который как раз и происходили важные для квалификации события. Факт отсутствия указанного промежутка в суде первой инстанции в ходе допроса был подтвержден следователем М***, который также сказал, что его попытки найти потерянный промежуток не принесли должных результатов. Из этого следует, что имеющиеся в материалах дела видеозаписи также являются недопустимыми доказательствами и не могут лежать в основе приговора. Обращает внимание, что из материалов уголовного дела, а именно рапорта (т.1 л.д.41 и л.д.42) видно, что действия ФИО3 на 9 июня 2020 года вообще не квалифицируются ни сотрудниками СИЗО, ни впоследствии долгое время следователями как нарушающие закон. Также в ходе отбирания объяснений у П***, П***, Т*** от 13 июня 2020 года - никто из них вообще не упоминает ФИО2 Сам он был допрошен в качестве подозреваемого только в октябре 2020 года. Администрация СИЗО спустя 2 месяца после произошедших событий, а именно 7 августа 2020 года предоставила следственным органам справку-характеристику на ФИО1, где указано, что режим содержания под стражей и правила внутреннего распорядка в СИЗО он не нарушает, дисциплинарных взысканий не имеет. Следовательно, объективные причины привлекать его к уголовной ответственности отсутствуют.

Просит приговор в отношении ФИО1 отменить и постановить в отношении него оправдательный приговор.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительных) осужденный ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным, вынесенным с нарушением законодательства, его виновность в судебном заседании не установлена. По мнению автора жалоб, судом не приняты во внимание нарушения, допущенные при производстве судебно-психиатрической экспертизы. Его психическому и психологическому состоянию в момент исследуемых событий не дана оценка. Заключение №*** от 12 ноября 2020 года скопировано с заключения экспертизы по другому уголовному делу. Обращает внимание, что П*** нарушил приказ начальника и проследовал на пост №*** и самовольно принял участие в обыскных мероприятиях в камере ***. Его действия, направленные на предотвращение потери равновесия П***, выразились в машинальном прикосновении к последнему, данный факт был установлен в суде. Одновременно с ФИО3 к П*** прикасались У*** и П***. Обращает внимание, что из справки-характеристики на него от 7 августа 2020 года следует, что режим содержания под стражей и правила внутреннего распорядка в СИЗО он не нарушает, дисциплинарных взысканий не имеет, в обращении с сотрудниками СИЗО ведет себя корректно. Акцентирует внимание на том, что спустя 51 день после возбуждения уголовного дела (17 июня 2020 года) ни руководство ФКУ, ни сам потерпевший не считали, что ФИО3 были совершены какие-либо противоправные действия. По мнению автора жалоб, факт того, что П*** 24 августа 2020 года вспомнил о том, что почувствовал острую физическую боль 9 июня 2020 года, именно от действий ФИО3, нельзя признать достоверным. Указывает, что 14 сентября 2021 года постановлением Железнодорожного районного суда г.Ульяновска были внесены изменения в приговор Засвияжского районного суда г.Ульяновска от 25 декабря 2020 года. Из вводной части данного приговора было исключено указание на судимость по приговору Железнодорожного районного суда г.Ульяновска от 25 августа 2010 года и было постановлено считать, что в его действиях имеется опасный рецидив преступлений. Был изменен вид исправительного учреждения – с исправительной колонии особого режима на исправительную колонию строгого режима. Также указывает на нарушения уголовно-процессуального закона, поскольку ознакомление с материалами уголовного дела по окончании предварительного следствия проводил сотрудники УФСИН РФ, а не следователь. Обращает внимание, что Х*** с материалами уголовного дела знакомил свидетель обвинения П***. Дублирует доводы своего защитника относительно незаконности действий потерпевших при обыскных мероприятиях.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.

Просит вызвать в судебное заседание эксперта врача психиатра К***.  

В суде апелляционной инстанции:

- осужденный ФИО1, защитник Мухина А.Ю. поддержали доводы апелляционных жалоб, просили их удовлетворить, в удовлетворении апелляционного представления просили отказать;

- прокурор Чашленков Д.А., обосновав несостоятельность доводов апелляционных жалоб, просил отказать в их удовлетворении, приговор отменить по доводам апелляционного представления.

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и представления, выслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению. 

Выводы суда о доказанности вины ФИО3 в инкриминируемом деянии соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждены совокупностью доказательств, полно, всесторонне проверенных в судебном заседании, получивших оценку суда в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ и подробно приведенных в приговоре.

Сам осужденный, излагая свою версию произошедшего, вину в совершении содеянного не признал, указав на то, что инкриминируемого ему деяния он не совершал.

Судом тщательно проверена отмеченная версия осужденного, однако своего объективного подтверждения по материалам дела она не нашла и справедливо была отвергнута как несостоятельная с указанием в приговоре соответствующих оснований. 

Доводы жалоб опровергаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре. 

В частности, согласно существу показаний потерпевшего П***. (*** ФКУ СИЗО*** УФСИН России по Ульяновской области) в ходе совместной с другими сотрудниками проверки камеры *** к нему подошел Н***, стал отталкивать, положил свою руку на его руку, которая лежала на спинке кровати, и с применением физической силы пытался убрать его руку от кровати, на замечания не реагировал. Затем к нему подошел следственно-арестованный Х***, начал возмущаться, после чего он (П***) получил от Х*** удар в лицо, от чего  испытал острую физическую боль. С целью пресечения противоправных действий Х***, сотрудник СИЗО П*** оттолкнул Х*** двумя руками от него. После этого Н*** правой рукой схватил П*** за погон на левом плече и стал тянуть его на себя. В это же время сзади к П*** подошли следственно-арестованные Я***, который удерживал П*** за руку и стал тянуть его на себя, и ФИО3, который схватил П*** в районе правого плеча и стал удерживать его. Следственно-арестованные стали кричать на сотрудников СИЗО (но в основном в адрес П***), выражаться грубой нецензурной бранью, оскорбляли, угрожали его семье. После этого П***, чтобы не нагнетать обстановку, вышел из камеры, а они (сотрудники СИЗО) приостановили обыскные мероприятия. 

Из существа показаний потерпевшего П*** (*** ФКУ СИЗО*** УФСИН России по Ульяновской области) применительно к осужденному ФИО3 следует, что его удерживали, в том числе ФИО3. Он реально испугался за свое здоровье, так как ФИО3 и Я*** практически одновременно применили к нему насилие. Когда они хватали его, он испытал физическую боль, но за медицинской помощью не обращался, так как на теле были только покраснения. Следственно-арестованные стали угрожать его семье, он испугался за свою жизнь и здоровье, а также за свою семью. Чтобы не «накалять» обстановку, вышел из камеры. 

В целом аналогичными показаниями свидетелей К***а, Г***., Ж***., К***., С*** и У*** подтверждаются противоправные действия, совершенные ФИО3 в следственном изоляторе в отношении потерпевшего П***. 

Оснований не доверять данным доказательствам суд апелляционной инстанции не усматривает, доводы жалоб осужденного и его защитника в этой части состоятельными признать нельзя, недопустимыми доказательствами показания отмеченных лиц не являются.

По делу не установлено данных, свидетельствующих о том, что потерпевшие и указанные свидетели обвинения в своих показаниях из-за заинтересованности, личной неприязни либо по другим причинам оговорили ФИО3 или умолчали об известных им обстоятельствах, а потому суд обоснованно принял их во внимание и положил в основу приговора. 

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что сам по себе факт наличия между потерпевшими и рядом свидетелей обвинения служебных взаимоотношений (являются сотрудниками следственного изолятора) не может свидетельствовать о недостоверности их показаний. Суд дал им всестороннюю оценку в совокупности с другими доказательствами и обоснованно признал их достоверными. Тексты протоколов допросов не являются копированными, содержание каждого протокола допроса индивидуально с учётом субъективного восприятия событий, участником которых являлись допрошенные лица. 

Каких-либо взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств произошедшего в показаниях указанных лиц суд апелляционной инстанции не усматривает. Существенных противоречий, образующих неустранимые сомнения, которые должны быть истолкованы в пользу осужденного, не имеется. Напротив, показания потерпевших и вышеприведенных свидетелей последовательны, их анализ наряду с иными доказательствами позволяет воссоздать всю картину произошедшего. При этом оглашение показаний потерпевших и свидетелей в связи с существенными противоречиями прямо предусмотрено ч.3 ст.281 УПК РФ и их согласие с показаниями, данными на досудебной стадии уголовного производства, нарушением требований уголовно-процессуального закона не является. 

Таким образом, необъективности суда при оценке показаний потерпевших и свидетелей обвинения суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Помимо приведенных показаний вина ФИО3 также подтверждается приказом начальника ФКУ СИЗО*** №193 от 9 июня 2020 года «О проведении обыскных мероприятий в режимных корпусах №№1, 2, общежитиях и на рабочих местах осуждённых отряда по хозяйственному обслуживанию, подсобных помещениях» (было приказано провести 9 июня 2020 года режимные мероприятия, в том числе в камере №***, задействовать П*** и Пл***).

Из приказа начальника ФКУ СИЗО*** УФСИН России по Ульяновской области №*** от 20 мая 2020 года следует, что Пл*** назначен на должность коменданта отдела режима и надзора ФКУ СИЗО*** УФСИН России по Ульяновской области. Согласно должностной инструкции коменданта отдела режима и надзора ФКУ СИЗО*** УФСИН России по Ульяновской области, утверждённой 15 мая 2020 года, комендант обязан по поручению начальника отдела режима и надзора принимать участие в мероприятиях режимного характера. Из приказа врио начальника УФСИН России по Ульяновской области №*** от 22 января 2019 года следует, что П*** назначен на должность старшего инспектора группы пожарной профилактики отдела режима и надзора ФКУ СИЗО*** УФСИН России по Ульяновской области.

Из должностной инструкции старшего группы пожарной профилактики отдела режима и надзора ФКУ СИЗО*** УФСИН России по Ульяновской области, утверждённой 13 апреля 2020 года, следует, что старший инспектор группы по поручению начальника отдела режима и надзора выполняет обязанности, связанные с обеспечением режима и надзора.

Вина ФИО3 подтверждается и иными доказательствами, существо которых подробно приведено в судебном акте. 

Вопреки изложенным в жалобах и в суде апелляционной инстанции аргументам, каких-либо объективных данных, которые давали бы основание считать, что доказательства по делу сфальсифицированы, а уголовное дело сфабриковано, не имеется. 

В материалах дела также не имеется данных о внесении в процессуальные документы и иные доказательства заведомо ложных сведений, а равно внесении в документы исправлений, искажающих их действительное содержание. Суд верно пришел к выводу о том, что представленные стороной обвинения доказательства каких-либо нарушений норм УПК РФ не содержат.  

Приговор постановлен не на сомнительных, имеющих предположительный характер и противоречивых доказательствах, а на исследованных в судебном заседании доказательствах, которые суд, руководствуясь положениями ч.2 ст.88 УПК РФ, оценил с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все собранные доказательства в совокупности признал достаточными для вынесения обвинительного приговора. 

Трактовка событий произошедшего в том виде, в каком она представлена в апелляционных жалобах, не может быть признана обоснованной, поскольку противоречит исследованным в судебном заседании доказательствам, правильная оценка которым дана в приговоре.

Что касается постановления Железнодорожного районного суда г.Ульяновска от 14 сентября 2021 года, то оно 18 августа 2022 года отменено постановлением суда Шестой кассационной инстанции, поэтому оценки и анализу по доводам жалоб не подлежит. 

Относительно всех видеозаписей, просмотренных в судебном заседании, то они никоим образом не свидетельствуют о невиновности осужденного ФИО3, напротив, подтверждают те события, о которых показывают как потерпевшие, так и свидетели.

То обстоятельство, что видеозапись с видеорегистратора не отображает весь ход произошедшего события в помещении камеры ***, не является основанием считать, что запись монтирована, поскольку фактические обстоятельства произошедшего, не отраженные на видеозаписи, установлены на основании совокупности других доказательств, том числе показаний потерпевших и свидетелей. Доводы жалоб об обратном в этой части явно надуманы, искажается общая объективная картина происходящих событий с целью опорочить их доказательственное значение в совокупности с другими доказательствами виновности ФИО3 в инкриминируемом ему деянии. 

Тот факт, что П*** проводил обыскные мероприятия в иной камере, чем было определено приказом, не ставит под сомнение данную судом квалификацию действиям ФИО3, поскольку П*** был включен в приказ на проведение обыскных мероприятий, и на него была возложена обязанность по проведению данных действий.

Доводы о том, что ФИО3 не применял насилие к П*** с целью дезорганизации деятельности следственного изолятора, а схватил с целью предотвратить падение последнего, тщательным образом проверялись в суде первой инстанции, и суд дал надлежащую оценку данным выводам. Оснований для переоценки данных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Доводы осуждённого ФИО3 и его защитника о недопустимости признания в качестве доказательства заключения судебной психиатрической экспертизы, проведенной ФИО3, были предметом рассмотрения судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда в этой части, признает их правильными.

С учетом выводов указанной экспертизы в отношении ФИО3, которая является достоверной, проведена в соответствии с требованиями УПК РФ, а также адекватного поведения в судебном заседании суда первой и апелляционной инстанций (высказывал мнение по возникающим вопросам, понимал суть происходящего), у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания сомневаться в психической полноценности осужденного ФИО3 как на период содеянного, так и в судах при рассмотрении данного уголовного дела, в связи с чем он является вменяемым и подлежащим уголовной ответственности. 

Доводы ФИО3 и его защиты о том, что при ознакомлении с уголовным делом были допущены нарушения уголовно-процессуального закона, поскольку следователь сам не знакомил осуждённых с уголовным делом, не основаны на требованиях УПК РФ, поскольку уголовно-процессуальный закон не содержит норм, обязывающих следователя лично знакомить с материалами уголовного дела обвиняемых.

Тот факт, что ФИО3 был допрошен в качестве подозреваемого только в октябре 2020 года, а администрация ему дала положительную характеристику, никоим образом не опровергает выводы суда о виновности ФИО3 в содеянном.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что о действиях ФИО3, связанных с захватом потерпевшего П***, свидетели сообщали при допросах еще в августе 2020 года.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что всесторонне и полно исследовав материалы дела, дав собранным доказательствам в их совокупности надлежащую оценку, проверив версию в защиту осужденного и опровергнув ее, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО3 в совершении инкриминируемого ему деяния. 

Об умысле ФИО3 на дезорганизацию деятельности следственного изолятора свидетельствуют такие обстоятельства, как применение насилия, не опасного для жизни и здоровья в отношении сотрудника учреждения во время исполнения своих должностных обязанностей, в результате чего была нарушена нормальная деятельность изолятора. 

При таких обстоятельствах и учитывая изложенное, суд первой инстанции дал правильную юридическую оценку действиям осужденного ФИО3 по ч.2 ст.321 УК РФ.

Суд учел при назначении наказания характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденного, влияние назначаемого наказания на исправление ФИО3 и на условия жизни его семьи. 

Судом в полной мере учтены смягчающие наказание обстоятельства, каких-либо иных смягчающих обстоятельств, в том числе не предусмотренных ст.61 УК РФ, не установлено. 

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО3, обоснованно признан рецидив преступлений.

Доводы апелляционного представления о том, что суд не учёл все смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, являются голословными, поскольку не содержат конкретики.

Исходя из общественной опасности содеянного, обстоятельств совершения преступления, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения ФИО3 наказания в виде реального лишения свободы и об отсутствии обстоятельств, дающих основание для назначения наказания с применением ст.ст.64, 73, ч.6 ст.15 УК РФ, ст.53.1 УК РФ, а также ч.3 ст.68 УК РФ. Выводы суда в этой части надлежащим образом мотивированы в приговоре. 

Материалы дела, характеризующие личность осужденного, исследованы полно, всесторонне и объективно.

Назначенный ФИО3 вид исправительного учреждения - исправительная колония особого режима с учетом приговора Засвияжского районного суда г.Ульяновска от 25 декабря 2020 года (ч.5 ст.69 УК РФ), изменению не подлежит.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст.259 УПК РФ, он полно и объективно отражает ход судебного заседания. 

Из протокола судебного заседания не видно, чтобы со стороны государственных обвинителей и председательствующего судьи проявлялись предвзятость либо заинтересованность по делу. 

Вопросы по процессуальным издержкам в отношении ФИО3 судом также решены правильно. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что содержание апелляционных жалоб сводится к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст.17 УПК РФ. Предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для переоценки доказательств в апелляционном порядке не имеется.

Иные доводы жалоб не влекут отмену судебного решения, поскольку существенных нарушений уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, допущено не было, вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям. 

Из описания преступного деяния подлежит исключению указание о высказывании со стороны ФИО3 угроз применения насилия в адрес П*** и его близких, поскольку суд первой инстанции при квалификации действий ФИО3 исключил диспозитивный признак «угроза применения насилия» как не нашедший своего подтверждения.

Также из описания преступного деяния подлежит исключению слово «острой»,  как вид физической боли, причиненной потерпевшему П*** действиями ФИО3, поскольку суд не нашел подтверждения причинения такого вида физической боли как «острая».

Суд при назначении наказания в отношении ФИО1, совершившего преступление средней тяжести, обоснованно признал отягчающим обстоятельством рецидив преступлений. 

Вместе с тем при определении им для отбытия наказания вида исправительного учреждения суд указал на наличие в действиях ФИО1 особо опасного рецидива преступлений, что является неправильным, противоречит положениям ст.18 УК РФ, в связи с чем подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора. 

С учётом совокупности вносимых изменений в приговор, наказание, назначенное осуждённому ФИО3 как по ч.2 ст.321 УК РФ, так и с применением ч.5 ст.69 УК РФ, подлежит смягчению; доводы апелляционного представления о чрезмерной мягкости назначенного наказания в связи с изложенным актуального значения не имеют. 

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33  УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Железнодорожного районного суда г.Ульяновска от 9 августа 2021 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описания преступного деяния указание о высказывании со стороны ФИО1 угроз применения насилия в адрес П*** и его близких;

- исключить из описания преступного деяния указание о причинении потерпевшему Па*** действиями ФИО1 вида физической боли – «острой»;

исключить при определении вида исправительного учреждения указание на наличие в действиях ФИО1 особо опасного рецидива преступлений.

Смягчить ФИО1 наказание по ч.2 ст.321 УК РФ до 1 года 9 месяцев лишения свободы.

В силу ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания по настоящему приговору с наказанием по приговору Засвияжского районного суда г.Ульяновска от 25.12.2020 окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 11 лет 3 месяца с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

В остальном этот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционное представление и апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 471 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путём подачи кассационной жалобы или представления:

- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения, а содержащимся под стражей осуждённым – в тот же срок со дня вручения ему копии такого вступившего в законную силу судебного решения, – через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном статьями 4017 и 4018 УПК РФ порядке;

- по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.ст. 40110-40112 УПК РФ порядке.

Осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий