Производство № 2-6797/2020

УИД 28RS0004-01-2020-009279-29

РЕШЕНИЕ

 именем Российской Федерации 

г.Благовещенск 25 ноября 2020 года

Благовещенский городской суд Амурской области в составе председательствующего судьи Касымовой А.А., при секретаре Горпинченко М.С., с участием ФИО1, ее представителя ФИО2, представителя ООО «17 апреля» ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «17 апреля» о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, встречному иску ООО «17 апреля» к ФИО1 о понуждении к заключению основного договора, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, в обоснование указав, что 28 апреля 2020 года между ФИО1 и ООО «17 апреля» в ходе выполнения обязательств по предварительному договору б/н от 27 апреля 2020 года была передана сумма в размере 310000 рублей. По договоренности между сторонами в срок до 01 августа 2020 года стороны должны были подписать Лицензионный договор на условиях, согласованных в Предварительном договоре. В указанный срок Лицензионный договор не был заключен. 

Неосновательное обогащение ответчика возникло в результате следующих действий: нарушение Лицензиатом условий, согласованных Предварительным договором, а именно: в соответствии с пп. 2.1 Предварительного договора и условиями Приложения № 1 к нему стоимость Лицензионного договора должна состоять только из паушального платежа в сумме 310000 рублей, в то время как пп. 4.2 Лицензионного договора дополнительно установлен роялти-платеж; условиями Предварительного договора не предусмотрено заключение иных договоров, кроме Лицензионного, в то время как ООО «17 апреля» навязывает заключение Договора на оказание услуг, в соответствии с пп. 2.4.1 и 4.1 которого для истицы наступают финансовые обязательства в виде роялти-платежей. Кроме этого, несмотря на то, что проект договора был направлен истице 02 июля 2020 года, обязанность по оплате наступает с 01 июля 2020 года.

Кроме того предлагаемый ответчиком Лицензионный договор не содержит информации, предусмотренной положениями п.1 ч.6 ст.1235 ГК РФ, кроме этого, в реестрах ФИПС отсутствуют сведения об ООО «17 апреля», как о правообладателе исключительных прав на какие-либо результаты интеллектуальной деятельности. 

Таким образом, передача комплекса имущественных прав не состоялась, поскольку у передающего лица не зарегистрирован товарный знак и, соответственно, передать его в установленном порядке общество не может. Регистрация передачи комплекса исключительных прав также невозможна в силу отсутствия самого зарегистрированного права. Из этого прямо вытекает тот факт, что, несмотря на название и видимое сходство с договором коммерческой концессии и/или лицензионным договором, данный договор представляет собой обычный договор на оказание услуг (регулируется нормами ст.782 ГК РФ), что является нарушением условий пп. 1.1 Предварительного договора.

Кроме того, ООО «17 апреля» не выполнены требования, установленные положениями ч.2 ст.10 Федерального закона от 29 июля 2004 года №98-ФЗ «О коммерческой тайне». Указанное обстоятельство лишает информацию, передаваемую в соответствии с договором, статуса коммерческой тайны. У ответчика отсутствуют зарегистрированные исключительные права: на основании реестра ФИПС за № 2019712315 зарегистрирован товарный знак DO.BRO (правообладатель ФИО4). Требование о возвращении суммы неосновательного обогащения оставлено ответчиком без удовлетворения.

Просит суд взыскать с ответчика сумму неосновательного обогащения в размере 300000 рублей, проценты за пользования чужими денежными средствами в сумме 1311 рублей 48 копеек, судебные расходы в сумме 49167 рублей (услуги представителя, госпошлина, почтовые расходы).

ООО «17 апреля», не согласившись с иском, предъявило в суд встречный иск об обязании заключить основной договор на условиях предварительного договора от 27 апреля 2020 года.

Свою позицию истец по встречному иску основывал на том, что согласно условиям предварительного договора б/н от 27 апреля 2020 года стороны пришли к соглашению в срок до 01 августа 2020 года заключить лицензионный договор по расширению использования в коммерческой деятельности принадлежащего лицензиару комплекса исключительных прав.

В установленный предварительным договором срок на расчетный счет лицензиара поступил паушальный взнос в сумме 310000 рублей (платежное поручение №664394 от 28 апреля 2020 года).

02 июня 2020 года в адрес ФИО1 поступил лицензионный договор, договор о коммерческой тайне и договор оказания услуг. Однако до настоящего времени подписанный экземпляр лицензионного договора от лицензиата не поступил.

Из содержания претензии от 15 июля 2020 года следует, что заключение основного договора не состоялось в связи с недобросовестностью лицензиара, нарушением условий, согласованных предварительным договором, существенным изменением обстоятельств.

Однако лицензиат в одностороннем порядке отказался от подписания лицензионного договора, получив при этом доступ к Базе знаний в электронном формате на базе программы «Эверноут», к очному обучению на территории управляющей компании, руководству франчайзи и пособию бариста, что подтверждается электронной перепиской между лицензиаром и лицензиатом.

По мнению общества, отказ и уклонение ФИО1 от заключения основного договора является необоснованным и незаконным.

31 июля 2020 года в адрес ФИО1 направлена претензия с требованием заключить основной лицензионный договор, в том числе при наличии замечаний, направить в адрес общества проект протокола разногласий относительно заключения основного договора, одновременно с лицензионным договором.

Претензия оставлена без ответа, мер, направленных на заключение лицензионного договора, ФИО1 не предпринято.

Просит суд обязать ФИО1 заключить основной лицензионный договор с ООО «17 апреля» на условиях предварительного договора б/н от 27 апреля 2020 года, заключенного между ФИО1 и ООО «17 апреля».

В судебном заседании ФИО1 и ее представитель настаивали на удовлетворении заявленных требований по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснили, что на момент заключения предварительного договора товарный знак не был зарегистрирован, в связи с чем лицензионный договор не может быть заключен между сторонами.

Представитель ООО «17 апреля» в судебном заседании с иском не согласился, настаивал на требованиях встречного иска. Дополнительно пояснил, что в настоящее время зарегистрировано исключительное право лицензиара, при этом при заключении предварительного договора условия о наличии товарного знака не обсуждались. После заключения предварительного договора истцу переданы исключительные права, обучающий материал. Взнос, осуществленный истицей, является встречным исполнением лицензионного договора.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

На основании пункта 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договоров. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (п. 4 ст. 421 ГК РФ).

В соответствии со статьей 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора (в рассматриваемом случае: истцом выбран объем ноу-хау, ответчиком сформирован это объем и передан истцу способом предоставления доступа к ноу-хау ответчика на сайте), условия, которые названы в Законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (соглашение достигнуто способом подписания договора со всеми приложениями к нему).

Принцип свободы договора предусматривает предоставление участникам гражданских правоотношений возможности по своему усмотрению вступать в договорные отношения с другими участниками, определяя условия таких отношений, а также заключать договоры как предусмотренные, так и прямо не предусмотренные законом.

Согласно пункту 1 статьи 1465 ГК РФ секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 1466 ГК РФ обладателю секрета производства принадлежит исключительное право использования его в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на секрет производства), в том числе при изготовлении изделий и реализации экономических и организационных решений. Обладатель секрета производства может распоряжаться указанным исключительным правом.

Секрет производства является охраняемым результатом интеллектуальной деятельности (статья 1225 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что 27 апреля 2020 года между сторонами заключен предварительный договор б/н, предметом которого является заключение лицензионного договора в срок до 01 августа 2020 года по расширению использования в коммерческой деятельности принадлежащего лицензиару комплекса исключительных прав, указанного в приложении к настоящему договору. Объем предоставляемых исключительных прав будет определяться согласно условиям лицензионного договора и приложением к настоящему договору. Лицензиар гарантирует соблюдение законного порядка приобретения и предоставления им соответствующих исключительных прав. Неисключительное право использования комплекса исключительных прав переходит к пользователю после исполнения им соответствующих обязательств по лицензионному договору.

Пунктом 3 предварительного договора установлено, что в случаях, если сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 ГК РФ. Требование о понуждении к заключению основного договора может быть заявлено в течение шеста месяцев с момента неисполнения обязательства по заключению договора. В случае несогласия одной из сторон на заключение основного договора такая сторона может предоставить отступное второй стороне в размере 50000 рублей. Размер отступного не является мерой ответственности. Обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен, либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор.

Приложением №1 к предварительному договору являются существенные условия лицензионного договора, из которого следует, что предметом лицензионного договора является предоставление лицензиату за вознаграждение и на указанный в договоре срок право на использование в предпринимательской деятельности лицензиата принадлежащий лицензиару секрет производства (ноу-хау), при помощи которого лицензиат намерен извлекать прибыль в сфере реализации кофейной продукции, используя принадлежащие лицензиару исключительные права.

Секрет производства (ноу-хау) – это сведения экономического, организационного и иного характера, а также совокупность различных знаний и опыта (научного, административного, финансового, коммерческого или иного характера), которые собраны лицензиаром в процессе предпринимательской деятельности в сфере реализации кофейной продукции или имеют потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых лицензиаром введен режим коммерческой тайны. 

В приложении также указан состав секрета производства (ноу-хау). 

Размер паушального взноса определен сторонами в размере 310000 рублей, которые подлежат уплате в срок до 28 апреля 2020 года путем перечисления денежных средств на расчетный счет лицензиара, либо другим способом по договоренности сторон. Лицензия по настоящему договору выдается лицензиату на открытие одной торговой точки по проекту «кофе-поинт to go» в г. Калининград.

28 апреля 2020 года ФИО1 произведена оплата по указанному договору в размере 310000 рублей (платежное поручение №664394).

Вместе с тем, основной лицензионный договор в установленный предварительным договором срок (01 августа 2020 года) не заключен.

15 июля 2020 года ФИО1 направила в адрес ООО «17 апреля» уведомление об отказе в подписании договора и претензию с требованием считать предварительный договор от 27 апреля 2020 года расторгнутым в добровольном порядке возвратить денежные средства по договору в размере 300000 рублей. 

31 июля 2020 года ООО «17 апреля» в адрес ФИО1 направлен ответ на претензию, согласно которой в случае несогласия с условиями лицензионного договора заявителю необходимо было направить в адрес лицензиара протокол разногласий, что предусмотрено условиями предварительного договора. В удовлетворении претензии было отказано.

В соответствии со статьей 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором. Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме. Несоблюдение правил о форме предварительного договора влечет его ничтожность. Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также другие существенные условия основного договора. В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор. Если такой срок в предварительном договоре не определен, основной договор подлежит заключению в течение года с момента заключения предварительного договора. В случаях, когда сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 настоящего Кодекса. Обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен, либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор.

Согласно пункту 3 статьи 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору, либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности. Действия истца содержат признаки злоупотребления правом, так как ФИО1, получив исполнение по договору и доступ к сведениям, составляющим секрет производства, в случае незаключения основного договора получит сведения ответчика безвозмездно.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Из пояснений представителя ответчика усматривается, что посредством электронной почты с истцом велась переписка по исполнению обязательств по лицензионному договору. ФИО1 были переданы сведения, составляющие исключительные права ответчика, а именно: доступ к базе знаний в электронном формате на базе программы «Эверноут», к очному обучению на территории управляющей компании, руководству франчайзи и пособию бариста, а также для истца в типографии заказаны бренд-буки. Указанное обстоятельство стороной истца не оспаривается.

Поскольку вся необходимая информация и право работать с использованием указанного обозначения ответчиком была передана истцу после поступления оплаты на счет правообладателя в соответствии с условиями договора, такой договор не может считаться неисполненным.

При разрешении настоящего спора суд считает установленным, что ФИО1 исполнила принятые на себя обязательства, получила информацию о бизнесе правообладателя, истребование этой информации у истца невозможно, то есть невозможен возврат сторон в первоначальное положение.

В обоснование иска ФИО1 ссылается на то, что ответчик ООО «17 апреля» фактически не предоставил лицензиату секрет производства (ноу-хау). Возражением против заключения лицензионного договора со стороны ФИО1 послужило, в том числе отсутствие у ООО «17 апреля» зарегистрированного товарного знака, между тем на момент рассмотрения данного дела право на товарный знак зарегистрировано. 

В силу пункта 1 статьи 1229 ГК РФ использование результата интеллектуальной деятельности без получения согласия правообладателя на такое использование является незаконным.

Как отмечено в Соглашении по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС), заключенного в г. Марракеше 15.04.1994 г., использование результата интеллектуальной деятельности без получения согласия правообладателя на такое использование является незаконным. Члены Всемирной торговой организации могут, но не обязаны, предоставлять в своих национальных законах более широкую охрану, чем требуется по названному Соглашению при условии, что такая охрана не противоречит положениям этого Соглашения.

Согласно пункту 2 статьи 1486 ГК РФ использование товарного знака лицом под контролем правообладателя – это использование такого знака при отсутствии заключенного между правообладателем и лицом, фактически использующим товарный знак, лицензионного договора.

При этом под использованием товарного знака под контролем правообладателя понимается использование товарного знака по воле правообладателя. Вместе с тем воля правообладателя может быть установлена и при отсутствии прямого указания в договоре с третьим лицом о согласии на использование товарного знака.

В предварительном договоре от 27 апреля 2020 года стороны оговорили согласие на использование истцом права обозначения «DO.BRO» в предпринимательской деятельности лицензиата. Право на товарный знак, как зарегистрированный объект интеллектуальной собственности, не передается, поскольку в силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован.

Обозначение «DO.BRO» должно было использоваться истцом при проведении ремонта (в соответствии с брэндбуком), изготовления вывесок и т.п.

В силу положений статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вместе с тем, в нарушение указанных положений закона истцом не представлено суду достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что сведения и документы, входящие в состав передаваемого секрета производства, не имеют коммерческой ценности, известны третьим лицам, у которых к ним имеется свободный доступ на законном основании. Доказательств того, что ответчик не принимал мер, направленных на обеспечение режима конфиденциальности, истцом в материалы дела также не представлено.

Данные обстоятельства позволяют суду сделать вывод о том, что ответчик выполнил все обязательства по договору, а именно в срок передал логин и пароль, которые открывают доступ к полному перечню информации секрета производства (ноу-хау), то есть полностью исполнил свои обязательства в рамках договора.

Соответственно, заключая договор в письменной форме, истец, действуя добросовестно и разумно, обязан был ознакомиться с условиями договора, и имел возможность оценить для себя последствия получения доступа к ноу-хау на указанных условиях. Данный договор заключен истцом добровольно, условия, предложенные ответчиком, не противоречат действующему законодательству РФ. При подписании и фактическом исполнении договора у истца не возникло вопросов и претензий к тексту договора и передаваемому секрету производства.

Изучив условия договора, суд приходит к выводу, что сторонами был согласован его предмет, а также способы использования исключительных прав ответчика, воля сторон была направлена на его исполнение. В связи с этим, суд полагает, что условия предварительного договора от 27 апреля 2020 года со стороны ответчика исполнены, переданные ответчиком лицензиату сведения составляют секрет производства и объект исключительного права ООО «17 апреля» в сфере франчайзинговых услуг, что подтверждено документально. Данные услуги ответчиком были оказаны лицензиату, и последним приняты и оплачены.

В связи с изложенным основания для взыскания с ответчика ООО «17 апреля» в пользу истца уплаченного по договору вознаграждения в размере 300000 рублей отсутствуют. 

В силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Из смысла приведенной нормы следует, что право на взыскание неосновательного обогащения имеет только то лицо, за счет которого ответчик приобрел имущество без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

28 апреля 2020 года ФИО1 произведена оплата по указанному договору в размере 310000 рублей (платежное поручение №664394).

Указанная денежная сумма, как следует из текста договора, является оплатой именно за предоставленное право на использование объектов интеллектуальной собственности и не может быть признана судом неосновательным обогащением ответчика.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что уплаченный истицей по условиям предварительного договора паушальный взнос не может быть признан неосновательным обогащением ответчика и, следовательно, не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения.

При этом, суд полагает необходимым указать, что в рассматриваемом случае истец имеет право требовать от ответчика исполнения обязательства в части предоставления указанных в договоре прав, а в случае неисполнения обязательства требовать от него возмещения убытков на основании статей 15 и 393 ГК РФ.

Кроме того, представленные документальные доказательства указывают на, то истец получила доступ к секрету производства ноу-хау, и по настоящие время она имеет доступ, при таких обстоятельствах суд считает, что истец проявляет недобросовестное осуществление гражданских прав, что запрещено законом (статья 10 ГК РФ).

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с ООО «17 апреля» неосновательного обогащения. 

Требования ФИО1 о взыскании процентов за пользования чужими денежными средствами, судебных расходов, являются производными, в связи с чем в их удовлетворении также необходимо отказать.

Рассматривая встречный иск ООО «17 апреля», суд приходит к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения, в связи со следующим. 

В соответствии с положениями статьи 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором (пункт 1). Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме. Несоблюдение правил о форме предварительного договора влечет его ничтожность (пункт 2). Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также условия основного договора, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение при заключении предварительного договора (пункт 3). В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор (пункт 4). В случаях, если сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 настоящего Кодекса. Требование о понуждении к заключению основного договора может быть заявлено в течение шести месяцев с момента неисполнения обязательства по заключению договора (пункт 5).

Согласно пункту 4 статьи 445 ГК РФ, если сторона, для которой в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор. В этом случае договор считается заключенным на условиях, указанных в решении суда, с момента вступления в законную силу соответствующего решения суда.

С учетом установленных по данному делу обстоятельств, суд пришел к выводу об исполнении истцом по встречному иску своих обязательств перед ответчиком ФИО1 по предварительному договору от 27 апреля 2020 года, а также принятии и оплаты ответчиком услуг по использованию исключительных прав ООО «17 апреля».

При этом, возражения ФИО1 о том, что ООО «17 апреля» фактически не предоставил ей секрет производства (ноу-хау), у него отсутствует зарегистрированный товарный знак, а также обстоятельства того, что на момент рассмотрения данного дела право на товарный знак зарегистрировано, имеют существенное значение для рассмотрения требований об обязании заключить лицензионный договор, поскольку его предметом на актуальную дату может являться предоставление права на использование секрета производства, в том числе зарегистрированного товарного знака.

Фактические обстоятельства, связанные с обладанием ООО «17 апреля» исключительным правом на товарный знак, носят существенный характер для заключения лицензионного договора между сторонами, его предмета и условий. 

Учитывая, что регистрация товарного знака произведена ООО «17 апреля» после заключения между сторонами предварительного договора, на момент рассмотрения данного дела общество обладает исключительным правом на товарный знак, в связи с чем условия и содержание предоставляемых обществом прав изменились, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца по встречному иску о понуждении ФИО1 заключить основной лицензионный договор с ООО «17 апреля» на условиях предварительного договора б/н от 27 апреля 2020 года.

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

ФИО1 отказать в удовлетворении исковых требований к ООО «17 апреля» о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов.

ООО «17 апреля» отказать в удовлетворении встречного иска, предъявленного к ФИО1 о понуждении к заключению основного договора. 

Решение может быть обжаловано в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий А.А. Касымова

Решение суда в окончательной форме изготовлено 29 декабря 2020 года.