дело № 12-241/2021

РЕШЕНИЕ

2 июня 2021 года г. Оренбург

Судья Оренбургского областного суда Хлынина Е.В., при секретаре Лоблевской Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Сакмарского районного суда Оренбургской области от 26 апреля 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1,

установил:

постановлением судьи Сакмарского районного суда Оренбургской области от 26 апреля 2021 года дело об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее-КоАП РФ), в отношении ФИО1 прекращено на основании пункта 5 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ в связи с признанием утратившими силу закона или его положения, устанавливающих административную ответственность за содеянное, за исключением случая одновременного вступления в силу положений закона, отменяющих административную ответственность за содеянное и устанавливающих за то же деяние уголовную ответственность.

В жалобе, поданной в Оренбургский областной суд, ФИО1 просит об отмене судебного постановления, указывая на то, что производство по делу должно быть прекращено на основании пункта 3 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ.

ФИО1, должностное лицо, составившее протокол по делу об административном правонарушении, ст. УУП ОУУП и ПДН Отд. МВД России по Октябрьскому району Оренбургской области ГНИ, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения настоящей жалобы, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявляли, в связи с этим жалоба рассмотрена в их отсутствие. 

Изучив материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы, прихожу к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 6.3 КоАП РФ административным правонарушением является нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий. 

Частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий, совершенные в период режима чрезвычайной ситуации или при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, либо в период осуществления на соответствующей территории ограничительных мероприятий (карантина), либо невыполнение в установленный срок выданного в указанные периоды законного предписания (постановления) или требования органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, о проведении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий.

В соответствии с часть 1 статьи 33 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее - Федеральный закон № 52) больные инфекционными заболеваниями, лица с подозрением на такие заболевания и контактировавшие с больными инфекционными заболеваниями лица, а также лица, являющиеся носителями возбудителей инфекционных болезней, подлежат лабораторному обследованию и медицинскому наблюдению или лечению и в случае, если они представляют опасность для окружающих, обязательной госпитализации или изоляции в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

При выявлении нарушения санитарного законодательства, а также при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должностные лица, осуществляющие федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, имеют право выдавать, в частности, гражданам предписания, обязательные для исполнения ими в установленные сроки, об устранении выявленных нарушений санитарно-эпидемиологических требований, о проведении дополнительных санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, а также при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний, представляющих опасность для окружающих; главные государственные санитарные врачи и их заместители наделяются полномочиями выносить мотивированные постановления о госпитализации для обследования или об изоляции больных инфекционными заболеваниями, представляющими опасность для окружающих, и лиц с подозрением на такие заболевания, а также о проведении обязательного медицинского осмотра, госпитализации или об изоляции граждан, находившихся в контакте с больными инфекционными заболеваниями, представляющими опасность для окружающих (пункт 2 статьи 50, пункт 6 части 1 статьи 51 Федерального закона № 52-ФЗ.

Таким образом, федеральный законодатель допускает медицинское вмешательство, а также принятие изоляционных мер различного характера в отношении названных выше лиц в порядке, установленном законодательством.

Соблюдение санитарных правил, санитарно-противоэпидемических мероприятий является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц (ч. 3 ст. 39 Федерального закона от 30 марта 1999 №52-ФЗ «О санитарно—эпидемиологическом благополучии населения», п. 1.3, 2.6, 2.7, 10.1, 13.1 Санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1\3.2.3146-13 «Общие требования по профилактике инфекционных и паразитарных болезней», утвержденных постановлением Врио Главного государственного санитарного врача РФ от 16 декабря 2013 № 65)

В силу разъяснений, данных Верховным Судом Российской Федерации в пункте 22 «Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1» (утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 21 апреля 2020 года) исходя из толкования приведенных выше норм в их системной взаимосвязи привлечению к административной ответственности по части 2 статьи 6.3 КоАП РФ в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) подлежат: 

лица с подозрением на наличие заразной формы инфекционного заболевания, лица, прибывшие на территорию Российской Федерации, в том числе, из государства, эпидемически неблагополучного по коронавирусной инфекции, лица, находящиеся или находившиеся в контакте с источником заболевания, в контакте с лицами с подозрением на наличие заразной формы инфекционного заболевания, лица, уклоняющиеся от лечения опасного инфекционного заболевания, нарушающие санитарно-противоэпидемический режим, а также не выполнившие в установленный срок выданное в периоды, указанные в части 2 статьи 6.3 КоАП РФ, законное предписание (постановление) или требование органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.

Часть 2 ст. 6.3 КоАП РФ (нарушение санитарно-эпидемиологических норм в период угрозы распространения опасного заболевания, карантина либо невыполнение санитарно-противоэпидемических мероприятий, в том числе, по предписанию надзорного органа) является специальной нормой по отношению к норме ч. 1 ст. 20.6.1 КоАП РФ, которая предусматривает ответственность за невыполнение правил поведения при введении режима повышенной готовности на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, или в зоне чрезвычайной ситуации, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ.

Согласно постановлению Правительства РФ от 31 января 2020 года № 66 «О внесении изменения в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих» перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих, утвержденный постановлением Правительства РФ от 01 декабря 2004 года №715 «Об утверждении перечня социально-значимых заболеваний, представляющих опасность для окружающих» коронавирусная инфекция (2019- nCoV) включена в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих.

Правительство Российской Федерации устанавливает обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации (подпункт "а.2" пункта "а" статьи 10 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 68-ФЗ (в редакции от 1 апреля 2020 г.) "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера").

Такие правила утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 2 апреля 2020 г. N 417 (далее - Правила).

Правила предусматривают, в том числе, что при введении режима повышенной готовности на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, граждане обязаны выполнять законные требования должностных лиц, осуществляющих мероприятия по предупреждению чрезвычайных ситуаций; при угрозе возникновения чрезвычайной ситуации гражданам запрещается осуществлять действия, создающие угрозу собственной безопасности, жизни и здоровью, а также осуществлять действия, создающие угрозу безопасности, жизни и здоровью, санитарно-эпидемиологическому благополучию иных лиц, находящихся на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации (подпункт "б" пункта 3, подпункты "в", "г" пункта 4 Правил).

Органы государственной власти субъектов Российской Федерации принимают в соответствии с федеральными законами законы и иные нормативные правовые акты в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций межмуниципального и регионального характера и обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, а также с учетом особенностей чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации или угрозы ее возникновения во исполнение правил поведения, установленных в соответствии с подпунктом "а.2" пункта "а" статьи 10 названного федерального закона, могут предусматривать дополнительные обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации (подпункт "б" пункта 6 статьи 4.1, пункты "а", "у", "ф" части 1 статьи 11 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 68-ФЗ (в редакции от 1 апреля 2020 г.) "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера").

В связи с угрозой завоза и распространения новой коронавирусной инфекции, вызванной COVID-2019, внесенной Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 января 2020 года № 66 в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих, учитывая сложившуюся эпидемиологическую ситуацию в мире, с целью усиления противоэпидемических мероприятий для недопущения распространения среди населения Оренбургской области, с целью предупреждения формирования очагов заболеваемости новой коронавирусной инфекции (COVID-2019), руководствуясь ст. 6 Федерального закона № 52-ФЗ, постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 2 марта 2020 года № 5 «О дополнительных мерах по снижению рисков завоза и распространения новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)», решениями оперативного штаба по предупреждению завоза и распространения новой коронавирусной инфекции на территории Российской Федерации, принимая во внимание, что распространение новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV) является обстоятельством непреодолимой силы, в целях снижения рисков ее завоза и распространения на территории Оренбургской области, Губернатором Оренбургской области был издан указ от 17 марта 2020 года в «О мерах по противодействию распространению в Оренбургской области новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)», которым на территории Оренбургской области введен режим повышенной готовности для органов управления и сил Оренбургской территориальной подсистемы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций.

В соответствии с п. 8.1 Указа (в редакции № 13 от 30 апреля 2020 года) граждане Российской Федерации, иностранные граждане, лица без гражданства (далее - лица), прибывшие на территорию Оренбургской области из иностранных государств либо иных субъектов Российской Федерации: при въезде на территорию Оренбургской области обязаны заполнять анкету, указывая сведения о месте жительства (пребывания) на территории Оренбургской области и номер контактного телефона, знакомиться с настоящим указом; незамедлительно сообщать о своем прибытии на территорию Оренбургской области и месте жительства (пребывания) на ее территории; обеспечить самоизоляцию на дому в течение 14 дней со дня прибытия в Оренбургскую область (за исключением лиц, прибывших в командировку либо на работу вахтовым методом), при появлении признаков респираторного заболевания незамедлительно обращаться за медицинской помощью с вызовом медицинского работника на дом.

Граждане РФ обязаны соблюдать законы и иные нормативные правовые акты РФ, законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций, выполнять установленные правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации. 

Из анализа приведенных норм в их системной взаимосвязи следует, что по ч. 1 ст. 20.6.1 КоАП РФ могут быть квалифицированы действия физического лица, выразившиеся в нарушении п. 8.1 Указа Губернатора Оренбургской области от 17 марта 2020 года «О мерах по противодействию распространению в Оренбургской области новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)», а именно не обеспечение самоизоляции на 14 дней со дня прибытия с другого субъекта Федерации в Оренбургскую область.

Согласно Обзора ВС РФ от 17 февраля 2021 года № 3 в силу пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. N 5 (ред. от 19 декабря 2013 г.) "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" право окончательной юридической квалификации действий (бездействия) лица КоАП РФ относит к полномочиям судьи.

Если при рассмотрении дела об административном правонарушении будет установлено, что протокол об административном правонарушении содержит неправильную квалификацию совершенного правонарушения, то судья вправе переквалифицировать действия (бездействие) лица, привлекаемого к административной ответственности, на другую статью (часть статьи) КоАП РФ, предусматривающую состав правонарушения, имеющий единый родовой объект посягательства, в том числе и в случае, если рассмотрение данного дела отнесено к компетенции должностных лиц или несудебных органов, при условии, что назначаемое наказание не ухудшит положение лица, в отношении которого ведется производство по делу.

В таком же порядке может быть решен вопрос о переквалификации действий (бездействия) лица при пересмотре постановления или решения по делу об административном правонарушении.

Как следует из диспозиции части 1 статьи 20.6.1 КоАП РФ, она является общей нормой по отношению к части 2 статьи 6.3 названного кодекса, что свидетельствует о наличии единого родового объекта посягательства у закрепленных указанными нормами составов административных правонарушений, в качестве которого выступают общественные отношения в области обеспечения общественной безопасности, включая обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения, в том числе общественные отношения в сфере предотвращения или устранения угрозы для жизни, здоровья людей.

Санкция части 1 статьи 20.6.1 КоАП РФ является менее строгой, чем санкция части 2 статьи 6.3 КоАП РФ.

В силу части 3 статьи 23.1 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 6.3 и статьей 20.6.1 данного кодекса, рассматриваются судьями районных судов.

При таких обстоятельствах в том случае, если при рассмотрении дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ, либо жалобы на постановление по делу о таком административном правонарушении будет установлено, что совершенные лицом действия (бездействие) образуют объективную сторону состава административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 1 статьи 20.6.1 КоАП РФ, такие действия (бездействие) подлежат переквалификации.

Из материалов дела следует, что постановлением администрации муниципального образования Нижнегумбетовский сельсовет Октябрьского района Оренбургской области от 30 апреля 2020 года № 24-п введен на территории квартиры, расположенной по адресу: (адрес), режим ограничительных мероприятий (карантин) на период с 30 апреля 2020 года по 13 мая 2020 года, установлен режим самоизоляции в отношении ФИО1, по месту жительства в вышеуказанной квартире. 5 мая 2020 года около 16 часов 30 минут ФИО1 находился на заднем дворе дома, расположенного по адресу: (адрес)

Указанные обстоятельства послужили основанием для составления в отношении ФИО1 протокола об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ.

В данном случае материалы дела не содержат данных о том, что ФИО1 на момент выявления правонарушения относился к лицам с подозрением на наличие заразной формы инфекционного заболевания, к лицам, прибывшим на территорию Российской Федерации из государства, эпидемически неблагополучного по коронавирусной инфекции, лицам, находящимся или находившимся в контакте с источником заболевания, в контакте с лицами с подозрением на наличие заразной формы инфекционного заболевания, лицам, уклоняющиеся от лечения опасного инфекционного заболевания, имел инфекционное заболевание либо в отношении него имелись подозрения на такие заболевание, либо он контактировал с больными инфекционными заболеваниями. 

Также материалы дела не содержат информации, подтверждающей выдачу на имя ФИО1 уполномоченным лицом, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор предписания об ограничительных мероприятиях.

Таким образом, действия ФИО1 не могут образовывать состав административного правонарушения предусмотренного ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ. 

Нарушения, которые были вменены ФИО1, предусмотрены Указом губернатора Оренбургской области от 17 марта 2020 года.

Принимая решение о прекращении производства по делу на основании пункта 5 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ, судья районного суда исходил из того, что на момент рассмотрения дела об административном правонарушении в районном суде пункт 8.1 Указа Губернатора Оренбургской области от 17 марта 2020 года № 112-УК (с изменениями от 5 апреля 2021 года) утратил силу, в связи с чем пришел к выводу о прекращении производства по делу по основанию указанному в п. 5 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Не согласиться с указанными выводами судьи районного суда и принятым постановлением вопреки доводам жалобы оснований не имеется.

Административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое КоАП РФ или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность (часть 1 статьи 2.1 названного Кодекса).

Статьей 54 Конституции Российской Федерации гарантировано, что никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. Если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при наличии такого обстоятельства как признание утратившими силу закона или его положения, устанавливающих административную ответственность за содеянное, за исключением случая одновременного вступления в силу положений закона, отменяющих административную ответственность за содеянное и устанавливающих за то же деяние уголовную ответственность.

Согласно части 2 статьи 1.7 КоАП РФ закон, смягчающий или отменяющий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом улучшающий положение лица, совершившего административное правонарушение, имеет обратную силу, то есть распространяется и на лицо, которое совершило административное правонарушение до вступления такого закона в силу и в отношении которого постановление о назначении административного наказания не исполнено. Закон, устанавливающий или отягчающий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Положения части 2 статьи 1.7 и пункта 5 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ являются взаимосвязанными. Они воспроизводят и конкретизируют соответствующие положения Конституции Российской Федерации применительно к институту административной ответственности физических и юридических лиц. Согласно этим нормам, действие закона, отменяющего административную ответственность, распространяется на лиц, в отношении которых не исполнено постановление о назначении административного наказания.

На момент рассмотрения дела об административном правонарушении в отношении ФИО1, которое поступило в Сакмарский районный суд Оренбургской области 22 апреля 2021 года Указ Губернатора Оренбургской области от 17 марта 2020 года № 112-ук «О мерах по противодействию распространению в Оренбургской области новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)» претерпел изменения, пункт 8.1, обязывающий граждан соблюдать режим самоизоляции в течение 14 дней с момент приезда с иного субъект РФ, утратил силу.

Выводы судьи районного суда в части прекращения производства по делу не противоречат правовой позиции, выраженной в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 3, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 февраля 2021 года (вопрос N 22), из которого, в частности, следует, что отмена нормативного правового акта, принятого уполномоченным государственным органом субъекта Российской Федерации и содержащего обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности, или исключение из такого акта отдельных правовых норм, закрепляющих те или иные правила поведения, являются основанием для прекращения производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном соответствующей частью статьи 20.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, либо отмены состоявшегося по делу об указанном правонарушении постановления о назначении административного наказания, если оно не было исполнено (пункт 5 части 1 статьи 24.5 данного Кодекса).

Жалоба заявителя, в которой указаны доводы о незаконности судебного постановления, в тоже время не содержит доводов о наличии существенных нарушений, повлиявших на исход дела, и представляет собой переоценку выводов судьи, что не может служить основанием к отмене вынесенного судебного постановления. 

Оснований для прекращения производства по основаниям указанным заявителем не имеется, поскольку на момент рассмотрения дела закон предусматривающий ответственность за вмененное ФИО1 нарушения утратил силу.

Другие доводы жалобы не влияют на правильность постановления судьи и поэтому не могут служить основанием для его отмены.

При таких обстоятельствах, постановление судьи Сакмарского районного суда Оренбургской области от 26 апреля 2021 года является законным и обоснованным. 

Руководствуясь статьями 30.6 - 30.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

решил:

постановление судьи Сакмарского районного суда Оренбургской области от 26 апреля 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 оставить без изменения, а жалобу заявителя без удовлетворения. 

Решение вступает в законную силу со дня его вынесения, но может быть обжаловано и (или) опротестовано в порядке, установленном статьями 30.12 - 30.19 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в Шестой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Оренбургского 

областного суда Е.В. Хлынина