№

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 октября 2018 года г. Таганрог

Таганрогский городской суд Ростовской области в составе:

Председательствующего судьи Исаева С.Н.,

при секретаре судебного заседания Мартыненко О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Министерству Финансов РФ, 3-е лицо Прокуратура Ростовской области о взыскании убытков и компенсации морального вреда.

У С Т А Н О В И Л:

В Таганрогский городской суд обратились ФИО1, ФИО3, ФИО2 с иском к Министерству финансов о компенсации морального вреда и материального вреда. В обосновании иска указали, что 22.05.2000 г. приговором Неклиновского районного суда Ростовской области они признаны виновными в совершении уголовных преступлений и осуждены к различным видам наказания. ФИО1 оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.б ч.3 ст. 188 УК РФ. Определением судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от 29.08.2000 г. приговор оставлен в силе. Постановлением Президиума Ростовского областного суда от 3.05.01г. приговор в части оправдания ФИО1 оставлен без изменения, в остальной части указанные судебные акты отменены и дело направлено на новое судебное рассмотрение в Неклиновский районный суд Ростовской области.

Приговором Неклиновского районного суда Ростовской области в составе от 2.07.2001 г. они вновь признаны виновными в совершении уголовных преступлений и освобождены от наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от 02.10.2001 года приговор оставлен в силе.

Постановлением Президиума Ростовского областного суда от 31.01.2002 года приговор от 2.07.01г. и кассационное определение от 2.10.01г. отменены и производство по делу прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. Решением Европейского суда по правам человека от 09.07.2002 года признана частично допустимой жалоба ФИО1 на нарушение пункта 1 ст.6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Европейским судом было установлено, что народные заседатели ФИО4 и ФИО5, участвовавшие в постановлении приговора Неклиновского суда от 22.05.2000г., не имели права к этому моменту отправлять правосудие, т.к. их годовой 14-ти дневный срок истек. Кроме того, не имелось решения собрания депутатов Неклиновского района Ростовской области, которым был утвержден список народных заседателей для Неклиновского суда, в числе которых бы значились ФИО4 и ФИО5, так же отбор заседателей происходил в нарушении ФЗ «О народных заседателях федеральных судов общей юрисдикции».

ФИО1 считал, что в соответствии со ст. 1100 ГК РФ он имеет право на компенсацию морального вреда, т.к. приговором суда от 22.05.2000г. он был оправдан по обвинения в совершении преступления - контрабанда с использованием должностного положения. ФИО1 полагал, что имеет право на компенсацию морального вреда за незаконное содержание под стражей в течение 172дней и нахождение под подпиской о невыезде в течении 1760 дней. Просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности по п.б ч.3. ст. 188 УК РФ- 500000 рублей, за незаконное содержание под стражей- 172.000 рублей, за незаконное нахождение под подпиской о невыезде – 880.000 рублей, за незаконное привлечение к уголовной ответственности по ст. 170 УК РФ и ст. 194 УК РФ - 500000рублей.

ФИО2 в иске указывает, что имеет право на компенсацию морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности по обвинению в контрабанде по ст. 188 УК РФ и обвинению в уклонении от уплаты таможенных платежей- ч.2.ст. 194 УК РФ, незаконное содержание под стражей в течение 177 дней, незаконное нахождение под подпиской о невыезде 1750 дней, а также право на возмещение материального вреда в виде стоимости изъятой у него водки. ФИО2 просил суд вынести решение, которым взыскать с ответчика за незаконное привлечемте к уголовной ответственности по части первой статьи 188 УК РФ и части первой статьи 194 УК РФ - 500 000 рублей; за незаконное содержание под стражей в течение 177 дней - 177 000 рублей; за незаконное нахождение под подпиской о невыезде в течении 1750 дней – 875.000 рублей; возмещение материального ущерба - 4 798 222 рублей 87 копеек.

ФИО3 в иске указывает, что имеет право на компенсацию морального вреда за незаконное привлечемте к уголовной ответственности по обвинению в контрабанде по ч. 1 ст. 188 УК РФ и обвинению в уклонении от уплаты таможенных платежей по ч.2.ст. 194 УК РФ, незаконное содержание под стражей в течении 168 дней, незаконное нахождение под подпиской о невыезде 1757дней. ФИО3 просил суд вынести решение, которым взыскать с ответчика в его пользу за незаконное привлечение к уголовной ответственности по части первой статьи 188 УК РФ и части первой статьи 194 УК РФ – 500.000 рублей; за незаконное содержание под стражей в течение 168 дней- 168.000 рублей, за незаконное нахождение под подпиской о невыезде в течении 1757 дней – 878.500 рублей;

Решением Таганрогского городского суда от 01 марта 2005 года в пользу ФИО2 с Министерства Финансов РФ взыскан материальный ущерб в сумме 1.836.960 рублей, в удовлетворении остальных требований ФИО2, ФИО1, ФИО3 отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 11 мая 2015 года решение отменено в части удовлетворенных требований ФИО2 к МФ РФ о взыскании материального ущерба в сумме 1.836.960 рублей и отказа в иске ФИО1 к МФ РФ о взыскании компенсации морального вреда в связи с его незаконным привлечением к уголовной ответственности по ч. 3 ст. 188 УК РФ. В остальной части решение оставлено без изменения.

Решением Таганрогского городского суда от 13 октября 2005 года удовлетворен иск ФИО1 к МФ РФ частично, взыскана компенсация морального вреда в сумме 3.000 рублей, в части иска ФИО2 к МФ РФ о взыскании материального ущерба отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 14 декабря 2015 года решение в части взыскания с МФ РФ за счет казны РФ изменено, в пользу ФИО1 взыскана с МФ РФ за счет казны РФ компенсация морального вреда в сумме 30.000 рублей. В остальной части решение оставлено без изменения.

Заявители ФИО1, ФИО3, ФИО2 обратились в суд с заявлением об отмене ранее состоявшихся по гражданскому делу судебных решений по вновь открывшимся обстоятельствам.

Определением Таганрогского городского суда от 24 октября 2017 года в удовлетворении заявления об отмене по вновь открывшимся обстоятельствам решения Таганрогского городского суда от 1 марта 2005 года, Определения судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 11 мая 2015 года, решения Таганрогского городского суда от 13 октября 2015 года, Определения Судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 14 декабря 2015 года - отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 14 марта 2018 года вышеуказанное определение Таганрогского городского суда от 24 октября 2017 года отменено, вынесено новое определение, которым отменено по новым обстоятельствам решение Таганрогского городского суда от 13 октября 2005 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 14 декабря 2005 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО1, реализуя предоставленное право на увеличение заявленных требований, в окончательной редакции просил взыскать 500.000 рублей за незаконное привлечение к уголовной ответственности по п. «б» ч.3 ст. 188 УК РФ, 344.000 рублей за незаконное содержание под стражей в течении 172 дней, 880.000 рублей за незаконное нахождение под подпиской о невыезде в течении 1760 дней, 500.000 рублей за незаконное привлечение к уголовной ответственности по части первой статьи 170 УК РСФСР и части первой статьи 194 УК РФ, 50.000 рублей за нарушение неприкосновенности жилища и частной жизни, фактом производства обыска, 50.000 рублей за нарушение права на доброе имя фактом отстранения от должности сотрудника Таганрогской таможни. 

В ходе судебного разбирательства истец ФИО3, реализуя предоставленное право на увеличение заявленных требований, в окончательной редакции просил взыскать 500.000 рублей за незаконное привлечение к уголовной ответственности по ч.1 ст. 188 УК РФ и ч.1 ст.194 УК РФ, 336.000 рублей за незаконное содержание под стражей в течении 168 дней, 878.500 рублей за незаконное нахождение под подпиской о невыезде в течении 1757 дней, 50.000 рублей за нарушение неприкосновенности жилища и частной жизни, фактом производства обыска по месту жительства, 50.000 рублей за нарушение права на доброе имя фактом производства обыска по месту работы, 50.000 рублей за нарушение права на личную неприкосновенность фактом производства личного обыска.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве 3-го лица, не заявляющего самостоятельные требования привлечена Прокуратура Ростовской области.

В судебное заседание истцы не явились. О месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом. Дело рассмотрено в порядке положений ст. 167 ГПК РФ.

В судебном заседании представитель истцов адвокат Кирьянов А.В. заявленные требования поддержал. Просил удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Представитель МФ РФ ФИО6 в судебном заседании заявленные требования не признала. Пояснила, что иск заявлен не к надлежащему ответчику. По ее мнению иск должен быть заявлен к органу причинившим вред истцам. Указала, что в части компенсации морального вреда за незаконное привлечение ответственности по п. «б» ч.3 ст. 188 УК РФ ФИО1 уже получил компенсацию морального вреда. В части остальных требований его и истцов по делу уголовное преследование было прекращено по не реабилитирующим основаниям. В связи с чем, прав на получения возмещения не имеют. В части требований о взыскании материального ущерба указала, что у истца отсутствует право на возмещения ущерба, так как он не являлся собственником партии водки. По ее мнению данное требование должно было разрешено в порядке УПК РФ. 

Представитель 3-го лица Прокуратуры Ростовской области - ФИО7 в судебном заседании так же возражал против удовлетворения иска, ссылаясь на отсутствие оснований.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд пришёл к следующему выводу: 

К числу прав граждан, закрепленных в Конституции Российской Федерации, относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статьи 52 и 53).

В силу абзаца 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения.

Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда по предусмотренному пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации основанию приобретают лица, незаконно или необоснованно подвергнутые уголовному преследованию (статьи 133 - 139 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Действующее законодательство не исключает принятие судом решения о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного гражданину незаконным привлечением его к уголовной ответственности и незаконным применением к нему меры пресечения в виде заключения под стражу, в том числе в случаях, когда органом предварительного расследования, прокурором или судом не принято решение о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого (Определение Конституционного суда Российской Федерации от 21.03.2005 N 242-О).

Вместе с тем, законом определены случаи, когда у гражданина наступает такое право. Так, граждане, в отношении которых незаконные действия были совершены в период с 1 июня 1981 г. по 1 июля 2002 г., приобретали право на возмещение ущерба при условии постановления в отношении них оправдательного приговора, прекращении уголовного дела за отсутствием события преступления, за отсутствием в деянии состава преступления или за недоказанностью их участия в совершении преступления, прекращения дела об административном правонарушении (Указ Президиума ВС СССР от 18 мая 1981).

Согласно части 4 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, вступившего в действие с 1 июля 2002 г., его правила о реабилитации не распространяются на случаи, когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, за исключением случаев вынесения судом постановления, предусмотренного п. 1 ч. 3 ст. 125.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, нормы как ранее действовавшего, так и действующего законодательства не предусматривали и не предусматривают возникновение у лица права на реабилитацию в случаях, если уголовное дело, возбужденное в отношении него, было прекращено в связи с истечением срока давности, поскольку данное основание к реабилитирующим не относится. 

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования истцов подлежат удовлетворению только в части требований ФИО1 в части взыскания компенсации морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности по п. «б» ч.3 ст. 188 УК РФ и незаконное содержание под стражей в течении 172 дней.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

При определении размера компенсации морального вреда суд так же учитывает, что РФ как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г., с изменениями от 13 мая 2004 г.) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

При решении вопроса о размере компенсации морального вреда, суд учитывает указанные нормы права и доводы истца, который был лишен временно личных неимущественных прав, отстранен от исполнения обязанностей сотрудника Таганрогской таможни, в его жилом помещении был проведен обыск, ранее истец ФИО1 никогда не привлекался к уголовной ответственности, являлся добропорядочным членом общества, работал, в связи с чем незаконное привлечение его к уголовной ответственности за преступление и длительное нахождение под стражей явилось существенным психотравмирующим фактором. В части определения размера компенсации морального вреда суд исходит из следующего. Истец просил взыскать компенсацию морального вреда исходя из сложившейся судебной практики Европейского Суда по правам человека, из расчета 2 000 руб. за сутки содержания под стражей. Общее количество дней проведенных под стражей составило 172 дня и соответственно разумная сумма компенсации морального вреда по данному делу должна составлять 344.000 рублей за незаконное содержание под стражей, а так же 30.000 рублей в качестве возмещения морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности по п. «б» ч.3 ст. 188 УК РФ, включающего в себя том числе и незаконное нахождение под подпиской о невыезде в течении 1760 дней, нарушение неприкосновенности жилища и частной жизни, фактом производства обыска, нарушение права на доброе имя фактом отстранения от должности сотрудника Таганрогской таможни.

Доводы представителя ответчика о том, что надлежащим ответчиком по делу является орган, причинивший вред истцу, основан на неверном толковании норм права. Исходя из положений ст. 1070 ГК РФ суд приходит к выводу о том, что требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению Министерством финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации, поскольку указанный орган несет ответственность за незаконные действия государственных органов РФ и их должностных лиц и является надлежащим ответчиком по данному делу. Доводы ответчика о том, что ранее в пользу ФИО1 уже была взыскана компенсация морального вреда, в связи с чем, отсутствуют основания для ее повторного взыскания, суд учитывает, что судебные акты о взыскании компенсации морального вреда отменены по новым обстоятельствам. 

При определении окончательного размера компенсации морального вреда суд учитывает ранее полученную ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 30.000 рублей. Таким образом, окончательный размер компенсации морального вреда составляет 344.000 + 30.000 – 30.000 = 344.000 рублей. 

Иные требования ФИО3, ФИО2 и ФИО1 в части взыскания компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат. В части требований ФИО2 о взыскании материального ущерба в сумме возмещение материального ущерба - 4 798 222 рублей 87 копеек, суд полагает данные требований не подлежащими удовлетворению, поскольку сведений о принадлежности партии водки истцу ФИО2 суду не предоставлено. В материалах дела имеется указание на принадлежность водки ИЧП «Эксимпекс», у которого имеется правопреемник ООО «Эксимпекс». То обстоятельство что истец ФИО2 является учредителем данного юридического лица, не порождает у него права требования возмещения ущерба.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Министерству Финансов РФ, 3-е лицо Прокуратура Ростовской области о взыскании убытков и компенсации морального вреда- удовлетворить в части. 

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счёт Казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 344.000 рублей;

В остальной части иска - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Ростовский областной суд через Таганрогский городской суд.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 24 октября 2018 года.

Председательствующий: С.Н.Исаев