РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

пгт. Забайкальск 05 сентября 2019 г. 

Забайкальский районный суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Дёминой Н.В.,

при секретаре Дондоковой А.Б.,

с участием представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности от 26.11.2018 г.,

ответчика ФИО2,

его представителя адвоката Колесниковой Е.А., действующей на основании ордера № 021424 от 08.04.2019 г., 

ответчика ФИО3,

помощника прокурора Забайкальского района Бадланова Р.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-97/19 по иску ФИО4 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного ДТП, расходов на лечение, компенсации морального вреда, судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

Истица обратилась в суд с вышеуказанным исковым заявлением, ссылаясь на то, что 30.07.2019 г. на 361 км. автодороги ФАД А 350 произошло дорожно – транспортное происшествие с участием управляемого ею транспортного средства марки 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> по управлением ФИО2 Указанное транспортное средство на праве собственности принадлежит ФИО3 ДТП произошло в результате совершенного ФИО2 административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.20 КоАП РФ. Гражданская ответственность ответчика не была застрахована. 

В результате дорожно – транспортного происшествия транспортному средству истца были причинены механические повреждения. Стоимость восстановительного ремонта экспертом оценена в размере 294700 руб. 00 коп. 

Также действиями ФИО2 был причинен вред ее здоровью, что подтверждается медицинской справкой, выданной ГУЗ «Борзинская ЦРБ». До настоящего времени она (истица) вынуждена обращаться за медицинской помощью в медицинские учреждения г. Читы, в связи с чем несет дополнительные материальные расходы на лечение, которые на настоящее время составили 17985 руб., и проезд к месту лечения и обратно в размере 3349 руб.

Действиями ответчика ей причинен моральный вред, компенсацию которого она определяет в размере 1000000 руб.

Учитывая изложенное, истица просила суд взыскать с ФИО2 материальный ущерб, причиненный в результате ДТП, в размере 294700 руб., расходы, связанных с производством экспертизы, в том числе: стоимость экспертизы в размере 28256 руб. 25 коп., стоимость отправки телеграмм в размере 832 руб. 50 коп., расходы на лечение, в том числе: стоимость лечения в размере 17985 руб., стоимость проезда к месту лечения и обратно в размере 3349 руб., а также компенсацию морального вреда в сумме 1000000 руб. 

В ходе производства по делу истица неоднократно уточняла заявленные требования, в окончательной редакции сформулировав их следующим образом: «Взыскать с ответчиков ФИО2 и ФИО3 в ее пользу материальный ущерб, причиненный ДТП, в размере 294700 руб., компенсацию морального вреда в размере 1 000000 руб. 00 коп., расходы на проведение оценочной экспертизы в размере 28256 руб. 25 коп., расходы по отправке телеграмм об уведомлении ФИО2 о проведении экспертизы в размере 832 руб. 50 коп., расходы на оплату услуг представителя в размере 60000 руб.».

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований привлечен ФИО3 После уточнения исковых требований процессуальный статус ФИО3 изменен на статус ответчика. 

В судебном заседании представитель истицы ФИО1 требования своей доверительницы поддержал и суду дал объяснения аналогичные изложенным, дополнив, что доводы ответчика ФИО2 относительно того, что до произошедшего ДТП им были установлены знаки аварийной остановки (впереди и позади транспортного средства) противоречат исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам и показаниям свидетелей. В схеме ДТП не указано на наличие на автодороге остатков разбитого знака. Согласно ПДД РФ водитель должен двигаться со скоростью, позволяющей ему контролировать дорожную ситуацию. ФИО4 дорожную ситуацию контролировала, на что указывает наличие тормозного пути. Избежать дорожно – транспортное происшествие не представилось возможным по причине качества дорожного покрытия и веса транспортного средства. Вопреки доводам ответчика она не могла предпринять каких – либо действий для избежания столкновения со стоявшим на проезжей части большегрузом, в том числе съехать с дороги, поскольку двигалась по объездной дороге, не имеющей съездов, по встречной полосе движения двигались транспортные средства. Таким образом, ФИО4 действовала в соответствии с Правилами дорожного движения. 

Надлежаще извещенная истица ФИО4 в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие. В соответствии с ч. 5 ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие ФИО4 

В предыдущем судебном заседании ФИО4 исковые требования с учетом уточнений поддержала и суду дала объяснения аналогичные вышеописанным, дополнив, что именно она управляла транспортным средством марки «Тойота Лэнд Крузер Cygnus» в момент ДТП. Она двигалась со скоростью не более 80 км/ч. Скоростной режим был выбран исходя из дорожной ситуации – темное время суток, пыльная дорога, интенсивное движение, плохая видимость. При переключении с ближнего на дальний свет она увидела на проезжей части большегрузный автомобиль. После чего предприняла экстренное торможение, однако тяжелую машину на дороге с гравийным покрытием остановить не удалось. Позже выяснилось, что автомобиль стоял на этом месте в течение нескольких дней, водитель ремонтировал двигатель. Знак аварийной остановки им выставлен не был, аварийные огни не были включены. Ее супругу ФИО2 пояснил, что знак аварийной остановки у него украли, а аварийные огни он не включил, так как боялся, что сядет аккумулятор. Сотрудники ДПС, опрашивая ее, пояснили, что ФИО2 привлечен к административной ответственности по ст. 12.20 КоАП РФ. Она 30.07.2018 г. была привлечена к административной ответственности, в связи с тем, что управляла транспортным средством в отсутствие страхового полиса. Также истица указала, что после ДТП ее мучают головные боли, в связи с чем она обращалась в медицинские учреждения. Кроме того, она вынуждена была обратиться к пластическому хирургу, ей проведена одна операция (платная) и еще одна операция предстоит. К пластическому хирургу обратилась в связи с тем, что после ДТП у нее остались шрамы, эстетически это не красиво, а она молодая женщина, для которой имеет значение ее внешность. 

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал и суду пояснил, что при следовании в КНР на объездной дороге возле г. Борзя у него сломалась автомашина. В течение нескольких дней он осуществлял ремонт. Сразу после поломки автомашины он установил знаки аварийной остановки впереди и позади машины. Несколько раз знаки у него похищали. Помимо своего комплекта, знаки аварийной остановки ему передавали другие водители, в том числе ФИО5 и ФИО6 Аварийные огни на его транспортном средстве были в исправном состоянии, чистые, но он их не включил, т.к. сел аккумулятор. В момент ДТП он (ответчик) находился в машине, спал. Проснулся от удара, что произошло, не видел, так как в зеркалах был виден только свет фар остановившихся позади его машины транспортных средств. Когда вышел, потерпевших уже увезли в больницу. Во время беседы ФИО7 пояснил, что транспортным средством управлял он и попросил не вызывать сотрудников ГИБДД. У ФИО7 имелись признаки алкогольного опьянения. Через некоторое время сотрудники прибыли на место ДТП, составили схему и протокол о привлечении его к административной ответственности в связи с тем, что после ДТП он не установил знаки аварийной остановки. Составленные сотрудниками ГИБДД процессуальные документы подписал без замечаний, поскольку в противном случае ему не разрешили бы выезд в КНР. Считает, что единственным виновником ДТП является водитель 

<

данные изъяты>». Также пояснил, что транспортное средство марки 

<

данные изъяты> на момент ДТП принадлежало ему на праве собственности, однако зарегистрирована до настоящего времени на прежнего собственника - ФИО3 Товар в КНР перемещал по личной договоренности с китайской стороной, трудовых обязанностей при этом не выполнял. 

Представитель ответчика адвокат Колесникова Е.А. позицию своего доверителя поддержала и суду дала объяснения аналогичные изложенным в возражениях на исковое заявление, суть которых сводится к тому, что в материалах дела отсутствуют доказательства виновности ФИО2 в произошедшем ДТП. Ответчик в полной мере исполнил свои обязанности, установив знаки аварийной остановки. Об этом свидетельствует, в том числе протяженность тормозного пути – 32 м., по правилам знак аварийной остановки устанавливается на расстоянии 30 м. от транспортного средства, т.е. экстренное торможение было предпринято после того, как водитель увидел знак аварийной остановки. Водитель автомашины «

<

данные изъяты>» значительно превысил скорость, не смотря на то, что на данном участке пути был введен режим ограничения скорости, темное время суток, состояние дорожного покрытия. В представленных медицинских документах указан клинический диагноз поставленный ФИО4 «скальпированная рана волосистой части головы, СГМ», в то время как на приложенных к иску фотографиях изображена потерпевшая с раной на лобной части головы. Экспертное исследование также не является бесспорным, поскольку Балаганский не был извещен о проведения экспертного исследования, в связи с чем был лишен возможности поставить на разрешение эксперта интересующие его вопросы. Экспертиза проводилась в г. Чите, поэтому вызывает сомнения беспристрастность эксперта к ФИО2, не являющемуся жителем Забайкальского края. 

Ответчик ФИО3 суду пояснил, что судьба настоящего иска его не интересует, поскольку он не является собственником автомашины марки 

<

данные изъяты>».

Суд, изучив материалы дела, выслушав стороны и их представителей, свидетелей, заслушав заключение помощника прокурора Балданова Р.Д., считавшего необходимым исковые требования оставить без удовлетворения, в связи с отсутствием в материалах дела доказательств безусловно подтверждающих вину ФИО2 в произошедшем дорожно – транспортном происшествии, приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Таким образом, для удовлетворения исковых требований о возмещении убытков необходимо установить совокупность следующих обстоятельств: наличие убытков, противоправность действий (бездействия) причинителя, причинно-следственную связь между противоправными действиями (бездействием) и наступлением вредных последствий, вину причинителя и размер убытков. Недоказанность одного из указанных обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании убытков.

Поскольку стоящий автомобиль не является источником повышенной опасности, к рассматриваемым правоотношениям не применяются нормы, регулирующие ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности.

Судом установлено, что 30.07.2018 г. в 02 час. 15 мин на объездной дороге ФАД – А 350 Борзинского района 362 км. 700 м. водитель автомашины марки 

<

данные изъяты> ФИО4 допустила столкновение со стоящей на дороге автомашиной марки 

<

данные изъяты> под управлением ФИО2 

В результате ДТП ФИО4 была доставлена в приемное отделение ГУЗ «Борзинская ЦРБ» с диагнозом «скальпированная рана волосистой части головы, СГМ» (т. 1 л.д. 6). В период с 30.07.2018 г. по 07.08.2018 г. с диагнозом «закрытая черепно – мозговая травма. Сотрясение головного мозга. Рванно – скальпированная рана лобно – теменной области слева» ФИО4 находилась на стационарном лечении в ГУЗ «Борзинская ЦРБ» (т. 1 л.д. 116). Из заключения эксперта № 42 от 25.03.2019 г. следует, что данные повреждения могли образоваться в результате травматического воздействия тупого твердого предмета, каковыми могли быть выступающие части салона автомобиля в момент его резкого торможения, столкновения с препятствием (т. 1 л.д. 206).

В результате ДТП автомобилю истца причинен материальный ущерб, размер которого установлен экспертным исследованием № 

<

данные изъяты> от 22.11.2018 г. (т. 1 л.д. 34-68). Так в выводах эксперта указано, что стоимость восстановительного ремонта автомашины 

<

данные изъяты>, составляет 825 000 руб., стоимость восстановительного ремонта с учетом износа – 294 700 руб.

Как следует из представленных суду договоров купли – продажи транспортное средство марки 

<

данные изъяты> принадлежит на праве собственности ФИО4, автомашина марки 

<

данные изъяты> принадлежит на праве собственности ФИО2 Гражданская автоответственность владельцев транспортных средств на момент ДТП не была застрахована.

Оценивая представленные суду письменные доказательства, а также показания свидетелей в совокупности, суд приходит к выводу об обоюдной ответственности ФИО4 и ФИО2 в произошедшем 30.07.2018 дорожно – транспортном происшествии.

Так, водителю транспортного средства 

<

данные изъяты> ФИО4 надлежало руководствоваться п. 10.1 ПДД РФ, в соответствии с которым водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Выбранная скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля над движением транспортного средства для выполнения требования Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Из сообщения ФКУ «Управление федеральных автомобильных дорог на территории Забайкальского края Федерального дорожного агентства» следует, что на время проведения работ по капитальному ремонту участка федеральной автомобильной дороги А-350 Чита – Забайкальск – граница с КНР км 354+486 – км. 366+091 и по состоянию на 30.07.2019 г. было введено временное ограничение скоростного режима для транспорта, движущегося по временной объездной дороге до 50 км/ч.

В судебном заседании ФИО4 пояснила, что она двигалась со скоростью 60-80 км/ч., что подтвердил в судебном заседании свидетель ФИО8

В тоже время из пояснений свидетелей следует, что объездная дорога, по которой двигалась ФИО4 была не освещена, пыльная, видимость плохая, состояние дорожного полотна не идеальное, постоянное движение в обоих направлениях, ДТП произошло в ночное время. Указанные обстоятельства позволяют сделать вывод о наличии в действиях водителя нарушений правил дорожного движения, установленных ограничений скоростного режима. Водитель, исходя из требований п. 10.1 ПДД, при выборе скорости движения должен принимать во внимание, в том числе и состояние дорожного покрытия, видимость в направлении движения. Истица управляла транспортным средством со скоростью, не обеспечивавшей ей возможность контроля над дорожной ситуацией. Увидев на значительном расстоянии (32 м. тормозной путь) стоявшее на проезжей части транспортное средство и предприняв экстренное торможение, остановить автомашину ей не удалось. 

Доводы стороны ответчика о том, что транспортным средством марки 

<

данные изъяты> 30.07.2018 г. управлял ФИО8, голословны, опровергаются изученными в ходе производства по делу доказательствами, в том числе: процессуальными документами, составленными сотрудниками ОМВД России по Борзинскому району, показаниями свидетелей. 

К выводу о наличии вины в дорожно – транспортном происшествии в действиях ответчика ФИО2 суд приходит в связи со следующим.

В силу пункта 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 года № 1090, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования данных Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

В соответствии с п. 7.1. ПДД, аварийная сигнализация должна быть включена:

при дорожно-транспортном происшествии;

при вынужденной остановке в местах, где остановка запрещена;

при ослеплении водителя светом фар;

при буксировке (на буксируемом механическом транспортном средстве);

при посадке детей в транспортное средство, имеющее опознавательные знаки "Перевозка детей", и высадке из него.

Водитель должен включать аварийную сигнализацию и в других случаях для предупреждения участников движения об опасности, которую может создать транспортное средство.

Согласно п. 7.2. ПДД, при остановке транспортного средства и включении аварийной сигнализации, а также при ее неисправности или отсутствии знак аварийной остановки должен быть незамедлительно выставлен:

при дорожно-транспортном происшествии;

при вынужденной остановке в местах, где она запрещена, и там, где с учетом условий видимости транспортное средство не может быть своевременно замечено другими водителями.

Этот знак устанавливается на расстоянии, обеспечивающем в конкретной обстановке своевременное предупреждение других водителей об опасности. Однако это расстояние должно быть не менее 15 м от транспортного средства в населенных пунктах и 30 м - вне населенных пунктов.

В пункте 19.3 ПДД указано, что при остановке и стоянке в темное время суток на неосвещенных участках дорог, а также в условиях недостаточной видимости на транспортном средстве должны быть включены габаритные огни. В условиях недостаточной видимости дополнительно к габаритным огням могут быть включены фары ближнего света, противотуманные фары и задние противотуманные фонари.

В судебном заседании ФИО2 пояснил, что при движении по объездной дороге у него произошла поломка двигателя. Ремонт он осуществлял самостоятельно в течение нескольких дней. При этом им неоднократно устанавливались знаки аварийной остановки как того требуют Правила дорожного движения. Аварийная сигнализация сначала была им включена, однако позже сел аккумулятор, поэтому аварийная сигнализация была выключена. Знак аварийной остановки был разбит при наезде автомашины марки 

<

данные изъяты> К административной ответственности по статье 12.20 КоАП РФ, его привлекли в связи с тем, что на момент прибытия экипажа ДПС на место ДТП он не установил знак аварийной остановки. 

С данными доводами ответчика ФИО2 суд не может согласиться.

Так, из постановления по делу об административном правонарушении № 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 27) следует, что ФИО2 привлечен к административной ответственности в связи с нарушением п.п. 19.3 ПДД – нарушение правил пользования внешними световыми приборами, аварийной сигнализацией, знаками аварийной остановки.

Из пояснений свидетелей ФИО8 и ФИО9 следует, что после произошедшего ДТП ими был установлен знак аварийной остановки (протокол судебного заседания от 24.06.2019 г.). 

Согласно схеме дорожно – транспортного происшествия после ДТП автомобиль марки 

<

данные изъяты> находился вплотную к автомашине марки «

<

данные изъяты>» (т. 1 л.д. 134). Таким образом, в установке второго знака аварийной остановки не было необходимости.

Из схемы дорожно – транспортного происшествия, протокола осмотра места происшествия следует, что на месте ДТП осколков знака аварийной остановки, установленного ФИО2 до ДТП и разбитым при столкновении с автомашиной ФИО4, обнаружено не было. 

Допрошенный в качестве свидетеля инспектор ДПС ФИО10 пояснил, что при наличии на дороге осколков знака аварийной остановки это было бы отражено в схеме ДТП. 

Свидетели ФИО8 и ФИО9 также указали на отсутствие осколков разбитого знака аварийной остановки на месте ДТП. 

Также судом принято во внимание и то обстоятельство, что при установке знака аварийной остановки ФИО2 до ДТП, повреждении этого знака в результате ДТП, и отсутствии реальной возможности заменить этот знак, отсутствовали основания для привлечения ФИО2 к административной ответственности по ст. 12.20 КоАП РФ. Однако ответчик при вынесении постановления каких – либо замечаний не выразил, с привлечением к административной ответственности был согласен, в дальнейшем постановление не обжаловал. В пояснениях, данных следователю СО ОМВД России по Борзинскому району, также не указал о том, что им до ДТП был установлен знак аварийной остановки. Доводы ФИО2 о том, что при внесении в процессуальные документы возражений (замечаний) его не выпустили бы в КНР, суд считает надуманными.

Доводы ФИО2 о невозможности включить аварийную сигнализацию, поскольку сел аккумулятор, суд считает голословными, не подтвержденными какими – либо доказательствами. 

Таким образом, суд считает имеющиеся в материалах дела: постановление о привлечении ФИО2 к административной ответственности по ст. 12.20 КоАП РФ, схему ДТП, протокол осмотра места происшествия, а также показания свидетелей ФИО8 и ФИО9, ФИО10 достаточными доказательствами, подтверждающими, что после вынужденной остановки транспортного средства в связи с неисправностью двигателя и на момент ДТП, ответчиком знак аварийной остановки не был установлен, аварийная сигнализация не была включена. Учитывая дорожную ситуацию, условия ограниченной видимости, нарушение Правил дорожного движения, допущенное ответчиком, является одной из причин произошедшего дорожно – транспортного происшествия. 

По правилам ст. 1064 ГК РФ на истца возложено бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на ответчике. Доказательств отсутствие своей вины в причинении вреда ответчиком ФИО2 суду не представлено. 

Исходя из положений ст. 1064 ГК РФ, оснований возложения ответственности в возмещении материального ущерба и морального вреда, причиненного истице в результате ДТП, на ФИО3 не имеется. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что нарушение ПДД РФ со стороны водителя ФИО4 и водителя ФИО2 находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, т.е. имеется обоюдная вина участников данного дорожно-транспортного происшествия и полагает необходимым определить степень вины водителя ФИО4 равной 70%, степень вины водителя ФИО2 – 30%.

Принимая во внимание, определенную судом степень вины водителя ФИО2, которая составляет 30%, суд считает, что возмещению в пользу истца подлежит сумма ущерба в размере 88410 руб. (294 700 руб. (стоимость восстановительного ремонта с учетом износа, определенная экспертным исследованием № 542/3-6 от 22.11.2018 г.) х 30 /100). 

При определении размера причиненного истцу материального ущерба, суд руководствуется представленным заключением эксперта, поскольку при расчете стоимости восстановительного ремонта эксперт исходил из повреждений, которые были получены автотранспортным средством при дорожно-транспортном происшествии, с учетом тех повреждений, которые указаны в протоколе осмотра и проверки технического состояния транспортного средства, протоколе осмотра места происшествия. 

Оснований не доверять указанному заключению у суда не имеется, поскольку оно соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, изложенные в нем выводы, мотивированы и согласуются с иными доказательствами по данному гражданскому делу. Квалификация эксперта подтверждена приложенными к отчету документами и сомнений не вызывает.

Доводы представителя ответчика о наличии оснований сомневаться в непредвзятом отношении эксперта к ФИО2, не являющемуся жителем Забайкальского края, необоснованны, какими – либо доказательствами не подтверждены. Вопреки суждениям стороны ответчика ФИО2 извещался о времени и месте проведения экспертного осмотра транспортного средства путем направлениям телеграмм по указанным сотрудникам полиции адресам, что подтверждается копией телеграммы и квитанциями об оплате почтовых услуг (т. 1 л.д. 29-31).

В силу ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). 

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. 

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как было указано выше, истицей надлежащим образом доказано наличие вины ответчика в совершении дорожно – транспортного происшествия, в результате которого ей были причинены физические страдания, повреждение здоровья подтверждено соответствующими медицинскими документами (справкой из ГУЗ «Борзинская ЦРБ», картой стационарного больного, экспертным заключением, ответчиком доказательств отсутствия вины не представлено, в связи с чем суд полагает необходимым требования ФИО4 в части компенсации морального вреда удовлетворить. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства, при которых был причинен вред здоровью, степень вины ответчика ФИО2, характер и степень физических и нравственных страданий истца, пережившей психологический стресс, длительное испытание болевых ощущений, необходимость продолжения лечения, в том числе и операбельного лечения у пластического хирурга, а также требования разумности и справедливости 

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Европейский Суд указал на сложность задачи оценки тяжести травм для компенсации ущерба. Особенно она сложна в деле, где предметом иска является личное страдание, физическое или душевное. Не существует стандарта, в соответствии с которым боль или страдания, физический дискомфорт и душевный стресс или мучения могли быть измерены в денежной форме (Постановление от 07.07.2011 г. по делу Ш. против Российской Федерации).

Учитывая изложенное, суд полагает разумным и справедливым определение компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу ФИО4 в размере 7000 руб. При этом суд полагает, что определение компенсации морального вреда в указанном размере будет отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, а именно компенсировать потерпевшим перенесенные ими физические и нравственные страдания.

При этом с доводами представителя ответчика ФИО2 о противоречивости представленных в материалы дела доказательств причинения вреда здоровью истицы в результате ДТП суд не может согласиться, полагая данные доказательства последовательными, согласующимися между собой. При обращении на скорую помощь ФИО4 был поставлен диагноз «скальпированная рана волосистой части головы, СГМ», в дальнейшем при помещении в стационар ГУЗ «Борзинская ЦРБ» диагноз был уточнен и определен как «закрытая черепно – мозговая травма. Сотрясение головного мозга. Рванно – скальпированная рана лобно – теменной области слева». Согласно заключению эксперта № 

<

данные изъяты> от 25.03.2019 г. характер повреждений указывает на возможность их образования в результате травматического воздействия тупого твердого предмета, каковыми могли быть выступающие части салона автомобиля в момент его резкого торможения, столкновения с препятствием.

Требования о взыскании с ответчика стоимости лечения истца в размере 17985 руб. и стоимости проезда истца к месту лечения и обратно в сумме 3349 руб. после уточнения исковых требований заявлены не были. 

Согласно ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

При обращении в суд истцом были понесены расходы по оплате услуг эксперта в размере 28 256 руб. 25 коп., что подтверждается чеком – ордером от 31.10.2018 г. (т. 1 л.д. 32-33), расходы по оплате почтовых услуг, связанных с направлением телеграмм в адрес ФИО2 в сумме 832 руб. 50 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 147 руб., что подтверждается чеком – ордером от 18.02.2019 г. (т. 1 л.д. 75).

В силу ст. 98 ГПК РФ, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

С учетом изложенного, с ответчика в пользу истицы подлежат взысканию судебные расходы по оплате услуг эксперта в размере – 8 476 руб. 88 коп., по отправке телеграмм в размере 249 руб. 75 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 844 руб. 10 коп.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании расходов, связанных с оплатой услуг представителя.

Согласно ст. ст. 88, 94 ГПК РФ расходы на оплату услуг представителей отнесены к издержкам, связанным с рассмотрением дела. 

Согласно материалам дела, 03 октября 2018 года между ФИО4 и ФИО1 было заключено соглашение об оказании юридической помощи по гражданскому делу. В предмет соглашения включены следующие виды и формы оказания юридической помощи: беседа и первичная консультация, изучение и анализ материалов, консультации, разъяснения действующего законодательства, выработка правовой позиции в целях защиты прав и законных интересов доверителя, составление, подготовка и подача искового заявления в суд, участие в суде первой инстанции, составление и подача апелляционной жалобы на решение суда и участие в суде апелляционной инстанции. Согласно п. 2.1 соглашения, сумма вознаграждения исполнителя составляет 60000 руб. 

Вознаграждение оплачено 24.06.2019 г., что подтверждается квитанцией № 

<

данные изъяты> от 24.06.2019 г.

В рамках гражданского дела № 2-93/2019 ФИО1 истице оказаны следующие услуги: консультации, подготовка искового заявления, участие в восьми судебных заседаниях.

Согласно ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ№ 1 от 21.01.2016 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ). 

По смыслу п. 13 указанного Пленума ВС РФ, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17.07.2007 г. № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 ГПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

При этом по смыслу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не предусматриваются. Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, затраченного представителем на ведение дела времени, объема фактически оказанных стороне юридических услуг, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.

Соотнося заявленную ФИО4 сумму расходов на оплату услуг представителя с объемом защищенного права, учитывая характер рассмотренной категории спора, его сложность, продолжительность рассмотрения (восемь судебных заседания с участием адвоката), объем выполненной представителем работы, в частности: подготовка искового заявления и представительство истца в судебном заседании, количество затраченного на это времени, в том числе и на проезд из г. Читы в пгт. Забайкальск и обратно, а также принимая во внимание результат рассмотрения дела, исходя из принципа разумности и справедливости, баланса интересов сторон, суд считает, что судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя подлежат уменьшению, определяя при этом разумный размер данных расходов в сумме 20000 руб.

Судом принято решение о частичном удовлетворении исковых требований, исковые требования удовлетворены в размере 30% от заявленных. 

Принимая во внимание результат рассмотрения гражданского дела, руководствуясь п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ№ 1 от 21.01.2016 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд считает возможным взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя в размере 6 000 руб. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199, суд

решил:

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 материальный ущерб, причиненный ДТП, в размере 88410 руб., компенсацию морального вреда в размере 7000 руб. 00 коп., расходы на проведение оценочной экспертизы в размере 8476 руб. 88 коп., на отправку телеграмм об уведомлении о проведении экспертизы в размере 249 руб. 75 коп., расходы на оплату услуг представителя в размере 6000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 1844 руб. 10 коп., всего 111980 руб. 73 коп. 

В удовлетворении оставшихся требований отказать.

Мотивированное решение изготовлено 10 сентября 2019 г. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Забайкальский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Забайкальского районного суда Н.В. Дёмина