Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

27 ноября 2018 года село Курсавка

Андроповский районный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Куцурова П.О. 

при секретаре Сафоновой И.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Андроповского районного суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору купли-продажи. 

У С Т А Н О В И Л:

10 августа 2018 года ФИО1 обратилась в Андроповский районный суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения. 

Впоследствии на основании статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец изменила предмет иска, уменьшила его размер и указала, что ранее являлась собственником продовольственного магазина, расположенного в селе 

<

адрес>-

<

адрес>, и занималась реализацией продуктов питания, бытовой химии, одежды, посуды и т.д. Продавцами в указанном магазине работали ответчик ФИО2 и ФИО4 В декабре 2015 года и в последующем в июне 2016 года она передала в аренду указанный магазин ответчику ФИО2, а также ФИО4 на сумму 220.064 рубля, с условием погашения суммы за товар по мере возможности и уплаты ежемесячной арендной платы в размере 10.000 рублей. В июле 2017 года она продала магазин ФИО5, так как по состоянию здоровья более не могла им заниматься. По договоренности с новым собственником ответчик ФИО2 продолжила в нем работать, оформив соответствующее "ИП" на свое имя. При этом товар остался у нее. 01 апреля 2018 года она пришла в магазин в месте со своей знакомой ФИО8 где произвела совместно с ответчиком инвентаризацию имеющегося товара, после чего предложила ФИО2 его приобрести. Ответчик согласилась, и в связи с ее согласием ими был оформлен договор купли-продажи по условиям которого она приобретает товар на сумму 130.000 рублей с условием его оплаты в срок до 01 июля 2018 года. Однако своих обязательств ФИО2 надлежащим образом не исполнила, поскольку погасила долг за товар только в сумме 19.900 рублей. При этом на ее неоднократные просьбы вернуть сумму долга ответчик не реагирует. С учетом невозможности разрешения данного спора во внесудебном порядке истец обратилась в суд с настоящим иском, в котором просила взыскать с ФИО2 в ее пользу задолженность за проданный товар в размере 110.100 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 20.000 рублей, а также сумму государственной пошлины в размере 3.820 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1, а также ее представитель ФИО3 поддержали заявленные требования и просили суд удовлетворить их в полном объеме. 

Ответчик ФИО2 в ходе судебного заседания возражала против удовлетворения иска и показала, что действительно совестно с ФИО4 работала в магазине истца ФИО1 продавцом. В связи с тем, что истец не желала заниматься магазином, она в месте с ФИО4 взяли его у нее в аренду в месте с товаром, для чего в апреле 2016 года она на свое имя открыла "ИП". В июле 2017 года ФИО1 продала магазин ФИО5, по договоренности с ней они продолжили работать в магазине и платить истцу аренду за товар. 01 апреля 2018 года истец вместе с ней действительно произвела инвентаризацию наличного в магазине товара на сумму 130.000 рублей, указав количество, наименование и ассортимент товара в книге учета, после чего по ее просьбе, не читая она подписала какой-то документ, как в последующем ей стало известно договор купли-продажи. Однако в действительности никакой товар она не приобретала, а взяла его в аренду. В настоящий момент часть товара реализована, а часть находится у нее, и она готова его вернуть истцу. Также подтвердила, что оплатила истцу за аренду товара 19.100 рублей. Просила суд отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав представленные материалы дела, проверив и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к убеждению о том, что исковые требования подлежат удовлетворению в части по следующим основаниям.

В соответствии с частью 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. 

Статьей 11 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав способами, предусмотренными статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 являлась собственником магазина, расположенного по 

<

адрес>, 

<

адрес>-

<

адрес>.

Из объяснений сторон следует, что ФИО1 будучи индивидуальным предпринимателем занималась в указанном магазине, розничной торговлей продуктов питания, а также иных продовольственных товаров. Продавцами в указанном магазине работали ответчик ФИО2 и ФИО4

Далее судом установлено и подтверждается материалами дела и объяснениями сторон, что на основании договора аренды от 07 декабря 2015 года истец сдала указанный магазин ФИО6, а передала ей товар на сумму 235.000 рублей. В этом же месяце ФИО1 прекратила свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.

27 июня 2016 года на основании договора аренды ФИО1 сдала указанный магазин в аренду ФИО7, ФИО2, которая к этому времени зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя, а также передала им товар на сумму 220.064 рубля, с условием его оплаты постепенно по мере возможности, и уплаты арендной платы в размере 10.000 рублей в месяц. 

В июле 2017 года ФИО1 продала указанный магазин ФИО5 При этом из объяснений ФИО2 следует, что после продажи она взяла в аренду магазин у ФИО5 и продолжила торговать товаром истца.

01 апреля 2018 года на основании письменной расписки ответчик ФИО2 приобрела у ФИО1 товар на сумму 130.000 рублей, который обязалась возвратить в срок до 01 июля 2018 года, однако в нарушение принятых на себя обязательств выплатила истцу только сумму в размере 19.900 рублей, а выплачивать остальную часть отказалась.

Из оснований иска и объяснений истца сделает, что между ней и ответчиком сложились правоотношения, вытекающие из договора купли-продажи, а потому она вправе требовать от ответчика оплаты за проданный ей товар. 

Для ответа на данный вопрос суду необходимо проверить возникшее между сторонами правоотношение на его соответствие правовой конструкции договора купли-продажи.

Так, согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

По договору купли-продажи одна сторона /продавец/ обязуется передать вещь /товар/ в собственность другой стороне /покупателю/, а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму /цену/ /пункт 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации/

Условие договора купли-продажи о товаре считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара /пункт 3 статьи 455 Гражданского кодекса Российской Федерации/.

Количество товара, подлежащего передаче покупателю, предусматривается договором купли-продажи в соответствующих единицах измерения или в денежном выражении. Условие о количестве товара может быть согласовано путем установления в договоре порядка его определения /пункт 1 статьи 455 Гражданского кодекса Российской Федерации/.

Если договор купли-продажи не позволяет определить количество подлежащего передаче товара, договор не считается заключенным.

При этом существенные условия договора по смыслу статьей 160, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть согласованы сторонами не только в едином договоре-документе, но и в нескольких взаимосвязанных документах, в случае, если закон прямо не предусматривает заключение договора в виде одного документа. 

Согласно пункту 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора /отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п./ считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Таким образом, в рамках действующего гражданского законодательства для заключения договора стороны должны недвусмысленно достигнуть согласия по всем существенным условиям подлежащего к заключению договора, а кроме того, так или иначе выразить вовне факт достижения подобного согласия, в частности, путем формализации оферты и акцепта либо через форму самой сделки, возникающей в результате обмена оферты и акцепта.

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Таким образом, договор должен толковаться добросовестно в соответствии с обычным значением, которое следует придавать терминам договора в их контексте, в свете его объекта и целей, а также в соответствии с общим намерением сторон. Если такое намерение не может быть выявлено, договор должен толковаться в соответствии со значением, которое аналогичные сторонам разумные лица придавали бы договору в таких же обстоятельствах.

Изложенные в данной норме правила толкования договора подлежат последовательному применению при соблюдении предусмотренных в ней условий.

В качестве доказательства заключения между истцом и ответчиком договора купли-продажи, ФИО1 представлен документ из содержания которого следует, что она и ФИО8 произвела сдачу товара на сумму 130.000 рублей ФИО2 которую последняя обязалась возвратить в срок до 01 июля 2018 года.

Буквальное значение слов и выражений содержащихся в указанном документе не позволяет прийти к выводу, что между сторонами был заключен договор купли-продажи, поскольку в нем отсутствует указание на количество, ассортимент и наименование приобретаемого товара, следовательно, суд при толковании содержания указанного документа выяснит действительную общую волю сторон с учетом цели договора, использовав при этом все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Так, как было указано судом выше существенные условия договора могут быть согласованы сторонами не только в едином договоре-документе, но и в нескольких взаимосвязанных документах.

Судом установлено, подтверждается книгой учета и не оспаривалось ФИО2, что 01 июля 2018 года истец совместно с ФИО8 и ответчиком, произвела в магазине инвентаризацию наличного товара, отразив ее результаты в книге учета, в которую они внесли сведения о конкретном наименовании товара, его количестве, ассортименте и цене.

Данный факт подтвердила допрошенный в ходе судебного заседания свидетель ФИО8, которая пояснила, что ответчик лично производила инвентаризацию товара, а она с ее слов записывала все в книгу учета. Каких-либо расхождений в количестве, ассортименте и стоимости товара не было. Общая стоимость товара составила 130.000 рублей.

Указанный свидетель также подтвердил, что после инвентаризации ФИО2 собственноручно в ее присутствии написала расписку о том, что покупает указанный товар у истца.

Согласно пункту 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности /пункт 3 статьи 1/.

При наличии сомнений в заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства и доказательства в совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, если стороны не согласовали какое-либо существенное условие договора, но затем действиями по его исполнению и принятию фактически выполнили такое условие, то договор считается заключенным /Определения Верховного Суда Российской Федерации от 03 февраля 2015 года № 52-КГ14-1; от 03 марта 2016 года № 309-эс15-13936/.

В судебном заседании установлено и подтверждается объяснениями ФИО2, что 01 апреля 2018 года она приняла от истца товар, поименованный в книге учета, и после указанной даты оплатила ФИО1 денежную сумму в размере 19.900 рублей. 

Также указала, что в настоящий момент часть приобретенного у истца товара реализована, а другая находится у нее. 

С учетом указанных обстоятельств и принимая во внимание принятие ответчиком от истца товара поименованного в книге учета, его частичной оплаты, суд в соответствии со статьями 160, 431, 432, 434, 454, 455 Гражданского кодекса Российской Федерации приходит к выводу о том, что 01 апреля 2018 года между ФИО1 и ФИО2 был заключен именно договор купли-продажи, предмет, количество и ассортимент которого был поименован ими в отдельном документе /книге учета/.

При таких обстоятельствах суд отклоняет доводы ответчика о том, что по средствам оформления письменного документа от 01 апреля 2018 года между ней и истцом был заключен договор аренды товара. 

О наличии между сторонами правоотношений вытекающих именно из договора купли-продажи также указывает и то обстоятельство, что с одной стороны ответчик зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя, взяла в аренду магазин у ФИО5, что она подтвердила, будучи допрошенной в ходе судебного заседания в качестве свидетеля, а с другой истец прекратила свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, продала магазин, то есть по мнению суда действительная общая воля сторон была направлена именно на продажу истцом товара ответчику, а не на его передачу ей в аренду.

Более того, наличие между сторонами арендных правоотношений опровергается практикой их предшествующих отношений, согласно которым заключая договор аренды от 27 июня 2016 года стороны прямо поименовали, что магазин передается ФИО2 в аренду, а товар передается с условием его постепенной оплаты. Указанное обстоятельство по мнению суда указывает о том, что стороны ясно понимали различие в юридических конструкциях договора купли-продажи и аренды. А учитывая, что истец на дату 01 апреля 2018 года уже не являлась собственником магазина, то соответственно она не могла передать его в аренду ответчику, а могла только продать ей товар, именно поэтому в документе от 01 апреля 2018 года отсутствует оговорка об аренде.

Более того, суд отмечает, что продукты питания, продовольственные товары, одежда и т.д. являвшиеся предметом заключенного между сторонами договора, являются потребляемыми вещами, а потому в соответствии со статьей 607 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут быть предметом договора аренды.

С учетом указанных обстоятельств, суд отклоняет доводы ответчика о том, что она не читала подписанный ею договор, поскольку во-первых, данное обстоятельство опровергается объяснениями истца и показаниями свидетеля ФИО8, согласно которым ответчик купила у истца товар, о чем собственноручно расписалась в расписке после личного ознакомления с ее текстом, а во-вторых ее предшествующее и последующее поведение по принятию товара и его частичной оплате указывает о том, что она ясно понимала основания получения ею от истца товара поименованного в книге учета. 

Показания допрошенных в ходе судебного заседания свидетелей ФИО9 показавшей, что со слов истца ей известно, что ответчик купила у нее товар, а также свидетеля ФИО10, показавшей, что ранее совместно с ответчиком арендовала у истца магазин, суд признает достоверными, но подлежащими отклонению, поскольку в силу своей информативности они неспособны подтвердить или опровергнуть факт заключения между сторонами договора купли-продажи, так как при его заключении они не присутствовали.

В соответствии со статьями 309-310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

Основным принципом договорного права является принцип добросовестного исполнения обязательств, вытекающих из заключенных договоров "pacta sunt servanda – договоры должны соблюдаться".

Пунктом 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Если покупатель своевременно не оплачивает переданный в соответствии с договором купли-продажи товар, продавец вправе потребовать оплаты товара и уплаты процентов в соответствии со статьей 395 настоящего Кодекса /пункт 3 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации/.

В силу пункта 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается надлежащим исполнением.

Между тем, судом установлено, что обязанность по оплате товара ответчиком надлежащим образом не исполнена, поскольку в установленный в договоре срок из согласованной между сторонами продажной цены товара в размере 130.000 рублей ответчик оплатила только 19.900 рублей.

С учетом указанных обстоятельств и принимая во внимание не надлежащее исполнение ФИО2 обязательств по оплате приобретенного товара, суд удовлетворяет заявленные исковые требования о взыскании с нее в пользу истца задолженности в размере 110.100 рублей. 

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно части 1 статьи 88 и статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В силу подпункта 10 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, при уменьшении истцом размера исковых требований сумма излишне уплаченной государственной пошлины возвращается в порядке, предусмотренном статьей 333.40 настоящего Кодекса. 

В судебном заседании установлено, что при подачи настоящего иска истцом в соответствии чеком-ордером от 09 августа 2018 года была уплачена государственная пошлина в размере 3.820 рублей 64 копейки. 

Принимая во внимание, что истец изменил предмет иска и уменьшил его размер, а также учитывая, что иск в уменьшенном размере объеме удовлетворен в полном объеме, то с ответчика в ее пользу подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3.402 рубля, а сумма излишне уплаченной государственной пошлины в размере 418 рублей 64 копейки в соответствии со статьей 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит ей возвращению Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы России № 8 по Ставропольскому краю. 

В соответствии со статьей 100 Гражданского кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении № 382-О-О от 17 июля 2007 года, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Более того, как неоднократно указывал в своих решениях Европейских Суд по правам человека, именно суд предоставляет "справедливое возмещение", и только он правомочен решить, что он будет считать справедливым, основываясь при этом на установлении действительности несения судебных расходов их необходимости в количественном соотношении /Постановление от 06 ноября 1980 года "Sunday Times v. the United Kingdom" – Санди Таймс" против Соединенного Королевства". 

Европейский Суд также обратил внимание на то, что соглашения об оплате услуг адвоката, порождают обязательства исключительно между адвокатом и его клиентом, и не связывают суд, который должен оценить уровень подлежащих присуждению судебных расходов и издержек не только с учетом того, были ли они фактически понесены, но и были ли они разумными /Постановление Большой палаты Европейского суда от 19 октября 2000 года "Iatridis v. Greece" – "Иатридис против Греции". 

В судебном заседании установлено и подтверждается договором на оказание юридических услуг от 05 июля 2018 года и квитанцией к приходному кассовому ордеру № БН-01 № от 05 июля 2018 года, что за оказание юридической помощи в суде первой инстанции истец ФИО1 оплатила представителю ФИО3 денежную сумму в размере 20.000 рублей. Факт оказания услуг установлен судом и ответчиком не оспорен. 

Пунктом 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" установлено, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов /часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации/.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон /статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации/ суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный /чрезмерный/ характер.

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" установлено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В этой связи суд, определяя разумный предел несения истцом расходов по оплате услуг представителя, учитывает фактический объем совершенных представителем действий по настоящему делу, степень сложности дела, продолжительность его рассмотрения, имеющейся по данной категории дел судебной практике, стоимость услуг по представлению интересов сложившейся в регионе, отсутствие надлежащих доказательств представленных ответчиком о том, что заявленные ко взысканию расходы носят явно неразумный и чрезмерный характер, приходит к убеждению о взыскании расходов в размере 10.000 рублей, а в остальной части считает необходимым отказать, поскольку именно этот размер суд считает справедливым, разумным и соразмерным объему оказанных юридических услуг. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору купли-продажи – удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 оплату за проданный по договору купли-продажи от 01 апреля 2018 года товар в размере 110.100 рублей, сумму государственной пошлины в размере 3.402 рубля, а также расходы по оплате услуг представителя в размере 10.000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании расходов на представителя в размере 10.000 рублей, то есть в размере большем чем взыскано по настоящему решению – отказать. 

Обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы России № по Ставропольскому краю возвратить ФИО1 излишне уплаченную государственную пошлину в размере 418 рублей 64 копейки уплаченную согласно чеку-ордеру от 09 августа 2018 года.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Андроповский районный суд.

Судья П.О. Куцуров