Председательствующий: Хорошкина А.А. 

Дело №22-1278/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Абакан 23 сентября 2024 года

Верховный Суд Республики Хакасия в составе 

председательствующего судьи Коробка Т.В.,

при секретаре Соловьян Ж.В.,

с участием 

прокурора отдела прокуратуры Республики Хакасия Кандрашовой Т.А., 

осужденного ФИО43, 

его защитника - адвоката Оськина А.В., 

защитника осужденного ФИО44- адвоката Лепехина В.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление прокурора Алтайского района Гончаренко С.Ю., апелляционную жалобу потерпевшей ФИО45, апелляционные жалобы адвоката Оськина А.В. и адвоката Лепехина В.Н. на приговор Алтайского районного суда Республики Хакасия от 05 июня 2024 года, которым 

ФИО43 

<

данные изъяты> не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 143 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев, в соответствии со ст.73 УК РФ наказание в виде лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением соблюдения требований охраны труда и техники безопасности на срок 2 года, 

ФИО44 

<

данные изъяты> не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 143 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев, в соответствии со ст.73 УК РФ наказание в виде лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением соблюдения требований охраны труда и техники безопасности на срок 2 года.

Гражданский иск Потерпевшей №1 удовлетворен частично.

Взыскано с ООО 

<

данные изъяты> в пользу Потерпевшей №1 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением 1 000 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований Потерпевшей №1 к ФИО43 и ФИО44 отказано.

Приговором разрешены вопросы о мерах процессуального принуждения, исчислении срока дополнительного наказания и вещественных доказательствах.

Изучив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, заслушав выступление осужденного ФИО43, его защитника - адвоката Оськина А.В., защитника осужденного ФИО44 - адвоката Лепехина В.Н., просивших об отмене приговора и вынесении оправдательного приговора в отношении ФИО43 и ФИО44, прокурора Кандрашовой Т.А. поддержавшей доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО43 осужден за то, что он нарушил требования охраны труда, являясь лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц. 

ФИО44 осужден за то, что он нарушил требования охраны труда, являясь лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц. 

Преступление совершено на территории 

<

адрес> при обстоятельствах, указанных в описательно-мотивировочной части приговора. 

В апелляционном представлении прокурор Алтайского района Гончаренко С.Ю., не оспаривая виновности осужденных ФИО43 и ФИО44, выражает несогласие с приговором ввиду чрезмерной мягкости назначенного осужденным наказания.

Приводит положения ст. 6 УК РФ, ч. 2 ст. 43 УК РФ, ст. 73 УК РФ, разъяснения, изложенные в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», выражает несогласие с выводами суда о возможности исправления осужденных без изоляции от общества с назначением наказания с применением положений ст. 73 УК РФ, отмечая, что данный вид назначенного наказания не соответствуют обстоятельствам совершения преступления и личности каждого виновного, а также не способствует достижению цели исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений.

Указывает о том, что ФИО43 и ФИО44 в судебном заседании вину в совершении преступления не признали, в содеянном не раскаялись. Каких - либо данных о их личности, возраста и состояния здоровья, условия их жизни и жизни их семей, которые бы препятствовали отбыванию наказания в виде реального лишения свободы в судебном заседании стороной защиты представлено не было, такое поведение осужденных, по мнению апеллянта, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств совершенного преступления, конкретных действий (бездействий), не свидетельствует о возможности исправления осужденных без реального отбывания наказания.

Просит приговор отменить по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденных. Вынести новый обвинительный приговор, которым признать ФИО43 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 143 УК РФ, назначить наказание в виде лишения свободы на срок 3 года с отбыванием наказания в колонии-поселении с самостоятельным следованием к месту отбывания наказания за счет государства в порядке, предусмотренном, ч.ч. 1,2 ст. 75.1 УИК РФ, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением соблюдения требований охраны труда и техники безопасности на срок 3 года. ФИО44 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 143 УК РФ, назначить наказание в виде лишения свободы на срок 3 года с отбыванием наказания в колонии-поселении с самостоятельным следованием к месту отбывания наказания за счет государства в порядке, предусмотренном, ч.ч. 1,2 ст. 75.1 УИК РФ, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением соблюдения требований охраны труда и техники безопасности на срок 3 года.

В апелляционной жалобе потерпевшая Потерпевшая №1 выражает несогласие с приговором в части назначенного наказания, которое, по мнению апеллянта, является чрезмерно мягким, поскольку в результате преступных действий осужденных погибли два человека, в том числе ее супруг, также полагает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ее исковых требований к осужденным о взыскании компенсации морального вреда.

В апелляционной жалобе адвокат Оськин А.В. действующий в интересах осужденного ФИО43, выражает несогласие с приговором, как постановленным с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.

По мнению апеллянта, выводы суда о том, что ФИО43 нарушил требования охраны труда, не подтверждаются доказательствами по делу.

Отмечает, что суд признал достоверными показания свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО8, ФИО7, ФИО20, ФИО21, ФИО41, ФИО10, ФИО9, данные ими в ходе предварительного расследования, в тоже время, показания данных свидетелей, данные ими в ходе судебного следствия, суд признал достоверными только в той части, в которой они не противоречат показаниям, данными в ходе предварительного следствия, то есть принял одни доказательства и отверг другие при наличии между ними противоречий. При этом суд не указал в приговоре по каким основаниям приоритет был отдан показаниям указанных свидетелей, данным ими на предварительном следствии.

По мнению апеллянта показания специалистов ФИО24 и ФИО32, которые были приняты судом в качестве доказательств по делу, были получены с нарушением требований ст.ст. 58, 71, 164, 168, 270 УПК РФ, в ходе судебного следствия специалисты превысили определенные уголовно-процессуальным законом полномочия, следовательно, в соответствии со ст. 75 УПК РФ показания данных специалистов являются недопустимым доказательством и подлежали исключению из числа доказательств.

Полагает постановление приговора на основании недопустимых доказательств повлекло ограничение права на защиту.

Просит приговор отменить, постановить в отношении ФИО43 оправдательный приговор за отсутствием события преступления.

В апелляционной жалобе адвокат Лепехин В.Н. выражает несогласие с приговором как постановленным с нарушением требований закона.

По мнению апеллянта, уголовное дело рассматривалось судом с обвинительным уклоном, с нарушением прав ФИО44 на защиту, все сомнения в виновности ФИО44 в нарушение действующего законодательства были истолкованы судом в пользу стороны обвинения. В нарушение разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 29.11.2016 года «О судебном приговоре» судом не были приняты во внимание доводы стороны защиты, в том числе, указывающие на проведенное по делу предварительное расследование, которое, по мнению стороны защиты, было проведено не должным образом, а также судом не были приняты во внимание допущенные нарушения экспертами при проведении экспертиз.

Просит приговор отменить, ФИО44 оправдать в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 143 УК РФ.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов Лепехина В.Н. и Оськина А.В., прокурор Алтайского района Гончаренко С.Ю. выражает несогласие с приведенными в них доводами.

Отмечает, что виновность ФИО43 и ФИО44 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 143 УК РФ, установлена материалами дела и подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, которым судом при вынесении приговора дана объективная оценка. Юридическая оценка действиям осужденных ФИО43 и ФИО44 по ч. 3 ст. 143 УК РФ дана судом правильно и оснований для её изменения не усматривается. Совершение ФИО43 и ФИО44 названного преступления установлено материалами дела и подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, которые подробно отражены в приговоре суда первой инстанции. 

Просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения. 

В дополнительной апелляционной жалобе адвокат Оськин А.В. выражает несогласие с приговором, как постановленным с нарушениями норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и не подтверждаются доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия. 

Приводит положения п. 1 ст. 307 УПК РФ, разъяснения, изложенные в п.2 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2018 года № 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», полагая, что в приговоре суда должны быть указаны конкретная правовая норма, содержащая обязательные для обвиняемого предписания, с указанием статьи, части, пункта, абзаца нормативного правового акта в области трудового законодательства, содержание правового предписания, т.е. совокупность действий и решений, которые обвиняемый обязан был совершить во исполнение данного предписания, установленное судом фактическое поведение обвиняемого по соблюдению (несоблюдению) обязательных требований, т.е. действия обвиняемого, совершенные во исполнение обязательных требований, установленные судом факты неисполнения (ненадлежащего исполнения) обвиняемым требований правовых норм, указание на то, какое обязательное требование (с указанием статьи, части, пункта нормативного правового акта) было не выполнено обвиняемым, указание на то, имеется ли и в чем заключается причинная связь между неисполнением обвиняемым обязательных требований в области охраны труда и наступившими последствиями и только на основании указанных данных судом может быть установлено и признанно доказанным наличие преступного деяния и доказанность вины обвиняемого в совершении деяния.

Излагает выводы суда о виновности ФИО43, которые, по мнению апеллянта противоречат фактическим обстоятельствам дела. Однако, в приговоре, по мнению апеллянта, не указан конкретный пункт или абзац статей Трудового кодекса, требования которых не исполнил ФИО43, а примерное положения о системе управления охраной труда состоит из 7 разделов, 79 пунктов и 2 приложений, при этом в приговоре не указан конкретный пункт или абзац Примерного положения, требования которых не исполнил ФИО43.

Указывает, что ни нормы ст.22 ТК РФ, ни нормы Примерного положения не содержат каких-либо предписаний, обязывающих работодателя проводить самостоятельную оценку требований трудового законодательства. Следовательно, по мнению апеллянта утверждение суда о том, что ФИО43 обязан был проводить самостоятельную оценку требований трудового законодательства не основано на нормах закона и следовательно не соответствует фактическим обстоятельствам.

По мнению апеллянта, вывод суда о том, что ФИО43 не обеспечил создание и функционирование СУОТ на ООО 

<

данные изъяты> в полном объеме ничем не обоснован. В приговоре не указано, в чем выражается функционирование СУОТ «не в полном объеме». Судом не приведены сведения о количественных, качественных и иных характеристиках действующей на предприятии СУОТ, не указано какие должны быть характеристики СУОТ согласно правовым нормам, не приведено сравнение характеристик СУОТ на предприятии с нормативными характеристиками, не приведены критерии оценки функционирования СУОТ. Без установления таких данных сделать какой-либо оценочный вывод о функционировании СУ ОТ на предприятии невозможно. 

Суд не указал каким образом допущенное (по мнению суда) ФИО43 нарушение ст. 22 ТК РФ и требований Примерного положения о системе управления охраной труда, утвержденного приказом Минтруда России от 29.10.2021 № 776н, состоит в причинно-следственной связи с наступившими последствиями. Кроме того, в приговоре указано, что преступное деяние, то есть нарушение обязательных для исполнения требований нормативных актов в области охраны труда ФИО43 допустил в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Следовательно нарушение требований ст.22 Трудового кодекса и требований Примерного положения о системе управления охраной труда допускались на протяжении всего этого периода (поскольку конкретные даты нарушений требований данных правовых актов судом в приговоре не указаны).

Однако за указанный период в статью 22 ТК РФ Федеральными законами от 28 июня 2021 года № 220-ФЗ, от 02 июля 2021 года № 311-ФЗ вносились изменения. За указанный судом период действовали три разных редакции ст.22 ТК РФ. Следовательно, судом должно быть указано не только часть, пункт или абзац, но и редакция статьи. Примерное положение о системе управления охраной труда вступило в силу с ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, ФИО43 не может вменяться нарушение требований данной нормы в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, суд счел установленным то обстоятельство, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО43 нарушил требования ст.22 ТК РФ (в редакции, действующей с 01 марта 2022 года) и Примерного положения о системе управления охраной труда (действующего с 01 марта 2022 года), т.е. нормативных актов, не действующих в указанный период.

Полагает, что вывод суда о том, что ФИО43 в нарушение ст. 22 ТК РФ и требований Примерного положения о системе управления охраной труда, утвержденного приказом Минтруда России от 29.10.2021 № 776н не провел самостоятельную оценку соблюдения требований трудового законодательства на ООО 

<

данные изъяты> не обеспечил создание и функционирование СУОТ на ООО 

<

данные изъяты> в полном объеме не соответствует фактическим обстоятельствам и не подтверждается исследованными доказательствами.

Отмечает, что суд первой инстанции указал о том, что в нарушение ст.ст. 214, 218 ТК РФ, п.п. 6, 8 Правил по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах, утвержденных Приказом Минтруда России от 15.12.2020 № 902н, ФИО43 не создал безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места в колодцах, не выявил опасности, связанные с работой в колодцах, в том числе опасность отравления работников метаном и фенолом, не провел оценку профессиональных рисков, связанных с выявленными опасностями, в том числе потерей сознания или асфиксией из-за газа (метана и фенола).

Отмечает, что судом не указан конкретный пункт или абзац ст. 214 ТК РФ, ст. 218 ТК РФ требования которых не исполнил ФИО43

Приводит п.п. 1,2 Правил по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах (далее ОЗП), отмечая, что данные правила обязательны к применению в случае организации и осуществления работ в ОЗП на предприятии. В ходе рассмотрения дела защита неоднократно указывала на то, что ФИО43 не обязан был соблюдать Правила по охране труда в ОЗП, поскольку у предприятия не было необходимости в проведении работ в ОЗП. Руководством предприятия не планировались работы в ОЗП, поскольку отключение поилки от водопроводной сети возможно без проведения спуска в колодец, что сторона защиты доказала в ходе судебного следствия. 

Отмечает, что доводы защиты в этой части обвинением не были опровергнуты. Следовательно, вывод суда о том, что ФИО43 обязан был соблюдать Правила по охране труда в ОЗП только по причине нахождения таких объектов на территории предприятия не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Обращает внимание, что в приговоре указано, что преступное деяние, то есть нарушение обязательных для исполнения требований нормативных актов в области охраны труда ФИО43 допустил в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Следовательно, по версии суда нарушение требований ст.ст.214,218 Трудового кодекса и требований Правил по охране труда в ОЗП допускались на протяжении всего этого периода, однако в данные нормы федеральными законами от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, вносились изменения, а Правила по охране труда в ОЗП введены в действие с ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, ФИО43 по мнению апеллянта не может вменяться нарушение требований данной нормы в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Полагает, что вывод суда о том, что ФИО43 в нарушение ст.ст. 214, 218 ТК РФ, п.п. 6, 8 Правил по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах, утвержденных Приказом Минтруда России от 15.12.2020 № 902н, не создал безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места в колодцах, не выявил опасности, связанные с работой в колодцах, в том числе опасность отравления работников метаном и фенолом, не провел оценку профессиональных рисков, связанных с выявленными опасностями, в том числе потерей сознания или асфиксией из-за газа (метана и фенола), не соответствует фактическим обстоятельствам и не подтверждается исследованными доказательствами.

По мнению апеллянта, вывод суда о том, что в нарушение п. 5 Правил по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах, утвержденных приказом Минтруда России от 15.12.2020 № 902н, ФИО43 не разработал и не утвердил перечень ограниченных и замкнутых пространств на территории ООО 

<

данные изъяты> не соответствует фактическим обстоятельствам и не подтверждается исследованными доказательствами, поскольку, по мнению стороны защиты, Правила по охране труда при работе в ОЗП не являлись обязательными для ФИО43 по основаниям, указанным выше. Кроме того, Правила по охране труда в ОЗП введены в действие с ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, ФИО43 не может вменяться нарушение требований данной нормы в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, также вывод суда о том, что ФИО43 в нарушение п. 5 Правил по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах, утвержденных приказом Минтруда России от 15.12.2020 № 902н, не разработал и не утвердил перечень ограниченных и замкнутых пространств на территории ООО 

<

данные изъяты> не соответствует фактическим обстоятельствам и не подтверждается исследованными доказательствами.

Отмечает, что выводы суда о том, что ФИО43 обязан был разрабатывать локальные документы подобного характера не основаны на нормах закона, следовательно не соответствуют фактическим обстоятельствам, поскольку ни нормы ст.217 Трудового кодекса, ни нормы Примерного положения не содержат каких-либо предписаний, обязывающих работодателя разрабатывать в рамках СУОТ локальные документы, уточняющие и конкретизирующие требования к проведению работ по наряд-допускам в колодцах с учетом возможного отравления работников метаном и фенолом. 

По мнению апеллянта, суд не указал каким образом допущенное (по мнению суда) ФИО43 нарушение ст. 217 ТК РФ и требований Примерного положения о системе управления охраной труда, утвержденного приказом Минтруда России от 29.10.2021 № 776н, состоит в причинно-следственной связи с наступившими последствиями. 

Выражает несогласие с указанием суда о периоде допущенных ФИО43 нарушений обязательных для исполнения требований нормативных актов в области охраны труда с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, поскольку за указанный период в статью 217 ТК РФ изменения внесены Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 311-ФЗ (изменения вступили в силу с ДД.ММ.ГГГГ). 

Отмечает, что примерное положение о системе управления охраной труда вступило в силу с ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, по мнению апеллянта ФИО43 не может вменяться нарушение требований данной нормы в инкриминируемый ему период времени, поскольку Правила введены в действие с ДД.ММ.ГГГГ.

Выражает несогласие с выводами суда о том, что ФИО43 обязан был организовать обучение ФИО1 и ФИО2 по охране труда по работе в колодцах, обеспечить ФИО1 и ФИО2 средствами индивидуальной и коллективной защиты, необходимыми при выполнении работ в колодцах, так как данные выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку ФИО43, являясь руководителем предприятия, достоверно знал о том, что предприятие не планировало проведение каких-либо работ в колодцах, и тем более не планировало привлекать для этой цели ФИО1 или ФИО2 следовательно, у ФИО43 не возникло обязанностей по обучению работников правил по охране труда по работам, по обеспечению данных работников средствами индивидуальной и коллективной защиты, необходимыми при выполнении работ в колодцах, которые не проводились и не планировались проводиться.

Отмечает, что в приговоре не указан конкретный пункт и абзац ст. 219 ТК РФ, требования которых не исполнил ФИО43, при этом в указанной статье не содержится каких-либо правовых норм, обязывающих проводить обучение всех работников правилам охраны труда при работе в колодцах, независимо от их должности и специальности, так же не содержится такого требования в п.п. 2.1.3, 2.2.1 Порядка обучения по охране труда, в связи с чем вывод суда о нарушении в этой части Правил по охране труда при работе в ОЗП не соответствует фактическим обстоятельствам и не подтверждается исследованными доказательствами, поскольку Правила по охране труда при работе в ОЗП не являлись обязательными для ФИО43.

Отмечает, что в указанный судом период времени преступного деяния, в ст. 219 ТК РФ внесены изменения Федеральным законом от 02 июля 2021 года № 311-фз (изменения вступили в силу с ДД.ММ.ГГГГ). Таким образом, по мнению апеллянта, за указанный судом период действовали разные редакции ст.219 ТК РФ и судом должно быть указано не только часть, пункт или абзац, но и редакция статьи. В противном случае не понятно, какая из редакций имеется в виду. 

Указывает, что ст. 219 ТК РФ «Обеспечение работников средствами индивидуальной защиты» содержит 5 правовых норм, при этом в приговоре не указан конкретный пункт или абзац данной статьи, требования которых не исполнил ФИО43, а в указанной статье не содержится каких-либо правовых норм, обязывающих обеспечивать всех работников средствами индивидуальной и коллективной защиты, необходимыми при выполнении работ в колодцах, независимо от их должности и специальности. Так же не содержится такого требования и в иных нормативных актах.

В связи с чем, по мнению апеллянта, вывод суда о нарушении в этой части Правил по охране труда при работе в ОЗП не соответствует фактическим обстоятельствам и не подтверждается исследованными доказательствами, поскольку Правила по охране труда при работе в ОЗП не являлись обязательными для ФИО43.

Полагает, что вывод суда о том, что ФИО43 в нарушение ст. 221 ТК РФ, п. 146, 151, 152 Правил по охране труда в жилищно- коммунальном хозяйстве, утвержденных Приказом Минтруда России от 29.10.2020 № 758н, п. 5 примечания к Типовым нормам бесплатной выдачи сертифицированных специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам сельского и водного хозяйств, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением, утвержденным Приказом Минздравсоцразвития России от 12.08.2008 № 416н (в ред. от 20.02.2014), п. 200 Правил по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах, утвержденных Приказом Минтруда России от 15.12.2020 № 902н не обеспечил ФИО1 и ФИО2 необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей средствами индивидуальной защиты (противогазами), средствами коллективной защиты - страховочными системами обеспечения безопасности работ на высоте в составе анкерного устройства, страховочной привязи, соединительно-амортизирующей подсистемы, а также газоанализатором и газосигнализатором, а также вывод суда о необходимости спуска работников в колодец для перекрытия воды и об осведомленности об этом ФИО43 не соответствуют фактическим обстоятельствам и не подтверждается исследованными доказательствами. 

Полагает, что показаниями свидетелей ФИО3, ФИО8, ФИО10, ФИО41, ФИО9 не подтвержден вывод суда о том, что отключение поилок от системы водоснабжения было возможно только путем перекрытия крана, для чего необходимо было спускаться в колодец, а также то обстоятельство, что ФИО43 знал о том, что работники спускаются в колодец для отключения поилки. 

Отмечает, что суд, признав показания указанных свидетелей на предварительном следствии достоверными, не указал почему показания указанных свидетелей в ходе судебного заседания он признает недостоверными в той части, в которой они противоречат показаниям, данным на предварительном следствии.

По мнению апеллянта показания свидетелей, данные ими в ходе судебного следствия, являются детальными и последовательными, согласуются с письменными материалами дела, а в приговоре суда отсутствуют выводы суда о том, почему показания свидетелей, данные в ходе судебного следствия суд признал недостоверными в части. При этом, по мнению апеллянта, все свидетели указывали на правильность своих показаний, данных в суде, но судом не дана оценка данного обстоятельства, а разница в показаниях данных свидетелей, данных на стадии предварительного следствия и на стадии судебного разбирательства, является существенной.

Полагает, что показания данных свидетелей на стадии предварительного следствия вызывают сомнения в их достоверности, а показания, данные ими в судебном заседании, подтверждают позицию защиты и опровергают доводы обвинения, т.е. являются доказательствами невиновности подсудимого ФИО43. Вместе с тем, судом были нарушены требования п.2 ст. 307 УПК РФ.

Суд первой инстанции сделал категоричный вывод о работе системы водоснабжения, а именно о технических и конструктивных особенностях, связанных с механизмом перекрытия подачи воды, однако, данный вывод не подтвержден заключением специалиста или эксперта. Кроме того, в материалах дела отсутствует какая-либо техническая документация (схемы, планы, технические условия, паспорта на оборудование и т.д.) на данную систему водоснабжения, следовательно не установлено ее конкретное местоположение, не установлено откуда подается вода, не установлено каким образом производится распределение воды в системе, не установлено из чего состоит система водоснабжения, находящаяся на территории ООО 

<

данные изъяты> (водозаборные и водоподъёмные сооружения, насосные и подкачивающие станции, водоводы, распределительные сооружения, водопроводные колодцы, запорная арматура и т.д.), соответственно не установлены характеристики каждого элемента системы водоснабжения.

Таким образом, по мнению апеллянта, суд первой инстанции сделал вывод о работе инженерно-технической системы (системы водоснабжения), не обладая специальными техническими познаниями в этой области, не привлекая для оценки и исследования системы соответствующих специалистов, и не имея никакой технической документации системы водоснабжения, в связи с чем, при таких обстоятельствах, нельзя признать данный вывод суда соответствующим фактическим обстоятельствам.

Отмечает, что в ходе предварительного следствия был проведен следственный эксперимент, в ходе которого Лейман продемонстрировал каким образом можно перекрыть воду, не спускаясь в колодец и не перекрывая кран. В ходе судебного следствия ФИО43 также пояснил, каким образом без спуска в колодец перекрывается подача воды и снимается поилка. При этом, продемонстрированные Лейманом и ФИО43 способы перекрытия воды без спуска в колодец критике со стороны обвинения не подвергнуты. Доказательства невозможности перекрытия подачи воды такими способами стороной обвинения не предоставлены. Оценка данным обстоятельствам, по мнению апеллянта, судом не дана. 

По мнению апеллянта, судом первой инстанции не учтено то обстоятельство, что не установлено кто является собственником системы водоснабжения, расположенной на территории ООО 

<

данные изъяты> Доказательств того, что собственником данной системы водоснабжения является ООО 

<

данные изъяты> не представлено. В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что участок водопровода, находящийся на территории ООО 

<

данные изъяты> является частью централизованной системы водоснабжения 

<

адрес>. Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО42, ФИО5, ФИО30, ФИО31 подтвердили, что данный водопровод существовал еще в советские времена и все время водопровод на территории совхоза (позднее территория ООО 

<

данные изъяты> и водопровод в 

<

адрес> был единым. Более того, свидетели подтвердили, что периодически, когда в 

<

адрес> не хватало мощностей, водоснабжение села осуществлялось из скважины, находящейся на территории ООО 

<

данные изъяты> что также подтверждает довод о том, что система водоснабжения, расположенная на территории ООО 

<

данные изъяты> является неотъемлемой частью системы водоснабжения 

<

адрес>.

В соответствии с п.5 ст.8 Федерального закона от 07 декабря 2011 года № 416-фз «О водоснабжении и водоотведении» в случае выявления бесхозяйных объектов, в том числе водопроводных сетей, путем эксплуатации которых обеспечиваются водоснабжение, эксплуатация таких объектов осуществляется гарантирующей организацией либо организацией, которая осуществляет холодное водоснабжение, со дня подписания с органом местного самоуправления передаточного акта указанных объектов до признания на такие объекты права собственности или до принятия их во владение, пользование и распоряжение оставившим такие объекты собственником в соответствии с гражданским законодательством. Таким образом, ответственность за эксплуатацию систем водоснабжения (в том числе ответственность за соблюдение правил охраны труда при производстве на них работ) собственник которых не определен, возлагается на организации, осуществляющие водоснабжение. Следовательно, по мнению апеллянта, установление собственника системы водоснабжения, имеющейся на территории, арендуемой ООО 

<

данные изъяты> является обстоятельством, имеющим значение для дела, которое суд первой инстанции не учел.

По мнению апеллянта, судом первой инстанции не учтено, что решение о том, что в колодец будет спускаться ФИО2, ФИО1 принял самостоятельно. Более того, поскольку ФИО1 являлся непосредственным руководителем для ФИО2, то именно он несет ответственность за то, что ФИО2 спустился в колодец. В должностных обязанностях скотников не имеется такой трудовой функции, как производство работ в колодцах. Следовательно, указание ФИО1 о спуске в колодец, данное ФИО2, было незаконным. Таким образом, наступление общественно-опасных последствий в виде смерти ФИО2 находится в причинной связи с действиями ФИО1. При этом, отмечает, что согласно показаниям свидетелей, ФИО1 все решения, касающиеся текущей работы на ферме, принимал самостоятельно, при этом часто не ставил в известность как своего непосредственного руководителя ФИО44, так и директора общества ФИО43, смерть ФИО1 в результате того, что он спустился в колодец для того, чтобы оказать помощь ФИО2, а не в силу исполнения трудовых обязанностей. 

По мнению апеллянта, выводы суда первой инстанции основаны на недопустимых доказательствах, поскольку к участию в уголовном деле в качестве специалистов обвинением привлечены ФИО24 и ФИО32, которые были допрошены в ходе судебного следствия, показания которых сводились в основном к разъяснению положений нормативных актов в области охраны труда, что не может входить в компетенцию специалиста. Кроме того, в ходе допросов ФИО24 и ФИО32 неоднократно высказывали суждения о виновности ФИО43 и Леймана, то есть фактически производили оценку обстоятельств и доказательств, что является исключительной компетенцией суда. Кроме того, выводы специалистов о причинной связи между действиями ФИО43 и смертью ФИО1 и ФИО2, фактически являются утверждением о виновности ФИО43. Специалист ФИО32 в своих показаниях анализировала и комментировала акт расследования несчастного случая, высказывая свои суждения о выводах, содержащихся в акте. Между тем, ранее, указанный акт был признан доказательством по делу и приобщен к материалам дела. Показания данных специалистов получены с нарушением требований ст.ст. 58, 71, 164, 168, 270 УПК РФ, при проведении следственных действий специалисты превысили определенные уголовно-процессуальным законом полномочия, в связи с чем, по мнению апеллянта суд первой инстанции был обязан исключить их из числа доказательств. Суд не дал оценки данным доводам стороны защиты. 

По мнению апеллянта, при расследовании несчастного случая и оформлении Акта Комиссией, который был представлен в качестве доказательства стороной обвинения, допущены нарушения Порядка расследования несчастных случаев на производстве, поскольку при расследовании данного несчастного случая требования п. 3.1 Положения о расследовании несчастных случаев, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве, утв. Приказом Минтруда России от 20 апреля 2022 года № 223н, следовательно, в силу ст. 75 УПК РФ, данный Акт является недопустимым доказательством, так как составлен с нарушением требований нормативного правового акта, в связи с чем имелись основания для исключения акта из числа доказательств, однако судом не дана оценка доводам стороны защиты в нарушение требований ст.ст. 87,88 УПК РФ.

Просит приговор отменить, постановить в отношении ФИО43 оправдательный приговор за отсутствием события преступления.

В дополнительной апелляционной жалобе адвокат Лепехин В.Н. выражает несогласие с приговором как постановленным с нарушением требований закона.

Излагает вывод суда о том, в чем ФИО44 признан виновным.

Указывает, что по мнению стороны обвинения, ФИО44 и ФИО43 как руководители предприятия, в нарушение действующего законодательства не создали безопасных условий труда для ФИО2 и ФИО1 не провели инструктаж, не обеспечили указанных работников средствами индивидуальной защиты, что привело к смертельному случаю на производстве.

Отмечает, что допрошенная в судебном заседании специалист по охране труда ФИО32 показала, что если на балансе предприятия нет объектов закрытого типа, с замкнутым пространством, то и инструктаж работникам по технике безопасности в указанной части проводить не требуется.

Обращает внимание, что ФИО44 в инкриминируемый период времени состоял в должности заместителя директора ООО 

<

данные изъяты> обязанности директора ДД.ММ.ГГГГ на указанном предприятии выполнял ФИО5, который свои полномочия директора не возлагал на ФИО44 ФИО43 в период рассматриваемых событий находился в отпуске и руководство данным предприятием не осуществлял. По указанным причинам ФИО44 и ФИО43 не могли вступить в преступный сговор и совместно совершить преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 143 УК РФ. Преступления, отнесенные законодателем к неосторожным, не могут быть совершены группой лиц по предварительному сговору. Между тем, действиям директора ООО 

<

данные изъяты> ФИО5 следственным органом не дано оценки, хотя он ДД.ММ.ГГГГ исполняя обязанности директора ООО 

<

данные изъяты> проявил полное бездействие и самоустранился от руководства деятельностью предприятия и подчиненных ему сотрудников.

Указывает, что в ходе проведенного расследования было установлено, что ФИО44 и ФИО43 в указанный период времени вели спасательные работы, принимали все возможные меры к тому, чтобы вытащить потерявших сознание ФИО2 и ФИО1 из водопроводного колодца.

Полагает, что предъявленное ФИО44 по ч. 3 ст. 143 УК РФ обвинение и вынесенный приговор суда надуманы, инкриминированные действия не конкретизированы, приговор не основан на законе.

Отмечает, что в ходе проведенного расследования установлено, что ФИО44 не поручал ФИО1 и ФИО2, в том числе ДД.ММ.ГГГГ лично ремонтировать поилки и тем более спускаться самостоятельно в водопроводный колодец. Об этом достаточно подробно показывает допрошенный по делу свидетель ФИО6, который в указанный период времени работал заведующим ремонтной мастерской ООО 

<

данные изъяты> Последний показал, что ДД.ММ.ГГГГ ремонтом поилок для КРС они не планировали заниматься. Воду в поилках можно было перекрыть, просто подняв поплавки, а не спускаться в водопроводный колодец. В должностных инструкциях зоотехника ФИО1 и скотника ФИО2 отсутствуют обязанности по ремонту водопроводных систем предприятия. Давая указание ФИО2 спуститься в водопроводный колодец и закрыть там кран, руководитель ФИО1 действовал исходя из собственных желаний и инициативы, не поставив ФИО44 в известность о проведении им данных действий. Об этом свидетельствует то, что ФИО2 не получал наряд допуск на проведение работ в водопроводном колодце. ФИО2 являясь подчиненным лицом ФИО1, обязан был ему подчиниться и выполнить его поручение, которое не входило в его должностные обязанности. По этой причине ФИО44 не может нести ответственность за личные, совершенные по собственной инициативе действия ФИО1 и ФИО2 В ходе судебного расследования было установлено, что решение о ремонте поилок для КРС было принято задолго до рассматриваемого происшествия и продолжалось эпизодически, в дни самостоятельно определяемые ФИО1 То есть, для проведения ремонта поилок не требовалось каждодневного дополнительного согласования с руководством предприятия и ФИО1 проводил их ремонт в любую определенную им дату, по своему усмотрению. Допрошенный в судебном заседании механик ООО 

<

данные изъяты> ФИО12 показал, что он, а также руководители его уровня ООО 

<

данные изъяты> своим подчиненным сотрудникам указания о проведении различного рода ремонтных работ давали самостоятельно и для этого не требовалось согласования с руководством предприятия. Слесари, скотники на планерки с руководством ООО 

<

данные изъяты> не ходили. Данные обстоятельства подтвердили допрошенные по делу свидетели.

Обращает внимание суда на то, что при возникновении какой-либо необходимости проведения работ в указанных водопроводных колодцах, сотрудниками ООО 

<

данные изъяты> обычно привлекались сторонние организации и специалисты. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не просил руководство ООО 

<

данные изъяты> обеспечить ему вызов сторонних работников, в том числе сантехников, для проведения работ в водопроводных колодцах. Также, ФИО1 и ФИО2 не спрашивали разрешение у руководителей ООО 

<

данные изъяты> на спуск в водопроводные колодцы и не предупреждали, что они собираются туда спускаться. Кроме того, при ремонте поилок отключение воды можно было провести разными способами и не требовался обязательный спуск в водопроводный колодец для перекрытия крана водоснабжения. В судебном заседании один из способов был продемонстрирован суду. Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО7 показал, что снять поилку можно было достаточно простым способом вырезать отверстие в поилке, таким образом оставив систему водоснабжения на месте и увести емкость в мастерскую для проведения ремонта. Для этого не требовался спуск в водопроводный колодец.

По мнению апеллянта, указанные обстоятельства дают основания полагать, что ФИО1 самостоятельно принимал решение о спуске ФИО2 в водопроводный колодец для перекрытия крана водоснабжения. ФИО44 данных указаний не давал, да и не мог их дать, так как у скотника ФИО2 прямым начальником был ФИО1

Отмечает, что на балансе ООО 

<

данные изъяты> не было водопровода и водопроводных колодцев. Кому принадлежат данные водопроводные колодцы и кто должен отвечать за их исправность, содержание и безопасность, проведенным расследованием не установлено. 

Указывает, что ООО 

<

данные изъяты> не относится к категории предприятий с опасным производством и не имеет объектов относящихся к территории ограниченного действия. Соответственно, по мнению апеллянта, ФИО44 не мог нести обязанности по созданию безопасных условий труда работникам предприятия и обеспечению их средствами индивидуальной защиты и страховочными системами.

Приводит показания свидетеля ФИО19 о том, что на предприятии контролирующими организациями многократно проводились проверки, в том числе Роснадзором, гострудинспекцией, прокуратурой, выносились предписания, замечаний в части организации или обеспечения техники безопасности в закрытых пространствах, водопроводных колодцах не было, а свидетель ФИО33 показал, что водопроводные колодцы не включены в опасные объекты. Единственное к ним требование, чтобы они были закрыты люком.

Отмечает, что в ООО 

<

данные изъяты> был штатный сотрудник ФИО4, которая отвечала за инструктаж и обеспечение техники безопасности на предприятии, но к данному сотруднику, по мнению апеллянта, у следственных органов не возникло вопросов и всю ответственность за случившееся возложили на ФИО44 и ФИО43

Указывает, что специалист в области медицины свидетель ФИО29 показала, что она после произошедшего несчастного случая проводила замеры газа в водопроводных колодцах расположенных на арендуемой ООО 

<

данные изъяты> территории, откуда там появился газ она объяснить не может, это единичный случай. По мнению апеллянта, орган предварительного следствия не устанавливал, по какой причине в водопроводном колодце скопился газ - метан и фенол. Нельзя исключить, что в данный колодец кто-то сбросил баллончик с указанным газом. Допрошенный в судебном заседании специалист ФИО36 показал, что газ фенол не может образоваться самостоятельно, в том числе выйти из земли, фенол мог попасть в данный колодец только искусственно, кто-то бросил, что исключает уголовную ответственность подсудимых.

Отмечает, что по факту несчастного случая на производстве, на предприятии ООО 

<

данные изъяты> с привлечением различных контролирующих организаций независимых специалистов, была создана комиссия, которая занималась расследованием несчастного случая, члены которой не пришли к единому мнению и не установили лиц, виновных в смерти ФИО1 и ФИО2

Считает, что предъявленное ФИО44 обвинение не конкретизировано, не расписано, в чем именно он и ФИО43 реализовали свой единый преступный умысел, в чем именно проявился данный преступный умысел, что недопустимо и нарушило право на защиту.

Отмечает, что преступление, предусмотренное ст. 143 УК РФ относится к категории неосторожных. Приводит положения ч. 1 ст. 26 УК РФ, отмечая, что в предъявленном ФИО44 обвинении не указана форма неосторожности, что нарушило право на защиту. Данное нарушение закона является существенным и является основанием для возврата дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. 

Приводит разъяснения, изложенные в ч. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2018 N 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», отмечая, что в ходе проведенного расследования по настоящему уголовному делу не установлено причинной связи между действиями ФИО44 и наступившими последствиями в виде смерти зоотехника ФИО1 и скотника ФИО2

Отмечает, что в соответствии с п. 17 постановления Пленума ВС РФ «О судебном приговоре» обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. Следует неукоснительно соблюдать принцип презумпции невиновности (ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ), согласно которому все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены, толкуются в его пользу.

Просит приговор отменить, ФИО44 оправдать, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 143 УК РФ.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО43, действующий в его защиту - адвокат Оськин А.В., действующий в защиту осужденного ФИО44 - адвокат Лепехин В.Н. поддержали доводы апелляционных жалоб, просили отменить приговор, постановить оправдательный приговор.

Прокурор Кандрашова Т.А. просила доводы апелляционных жалоб стороны защиты оставить без удовлетворения, поддержала доводы апелляционного представления и доводы апелляционной жалобы потерпевшей.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления и возражений на апелляционные жалобы, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

В силу положений ч. 1 ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ, основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона, несправедливость приговора.

Суд, вопреки доводам апелляционных жалоб, принял предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона, выразившихся в лишении или ограничении гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства либо несоблюдении процедуры судопроизводства, как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства, по делу не допущено. Нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли бы или могли повлиять на выводы суда о виновности ФИО43 и ФИО44, изложенные в приговоре, судом первой инстанции не допущено. 

Уголовное дело рассмотрено в рамках предъявленного ФИО43 и ФИО44 обвинения, с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ, всесторонне, полно, объективно. Судебное следствие проведено с соблюдением требований ст. 273-291 УПК РФ, с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовывать свои процессуальные права. Не предоставляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Все представленные доказательства исследованы судом по инициативе сторон, им дана надлежащая оценка в приговоре, при этом приведены мотивы, по которым доказательства признаны достоверными, ходатайства разрешены в соответствии с требованиями действующего законодательства. Показания допрошенных судом лиц приведены в приговоре в достаточном объеме и в соответствии с их изложением в протоколе судебного заседания, который выполнен согласно требованиям ст. 259 УПК РФ, замечания на протокол от участников процесса в установленном порядке не поступили.

Доводы апелляционной жалобы об обвинительном уклоне при рассмотрении дела суд апелляционной инстанции находит несостоятельными. Как видно из протокола судебного заседания, суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию имеющихся доказательств, суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При этом сторона защиты пользовалась предоставленными законом правами, в том числе, представляя и исследуя доказательства, а также участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Суд первой инстанции исследовал все представленные сторонами доказательства и разрешил по существу все заявленные сторонами ходатайства в порядке, установленном ст. ст. 256, 271 УПК РФ, путем вынесения соответствующего постановления с учетом мнения участников судебного заседания. Данных, позволяющих сделать вывод о том, что заявленные в ходе судебного разбирательства ходатайства разрешались председательствующим по делу не в соответствии с требованиями уголовного судопроизводства, изложенными в ст. 15 УПК РФ не имеется. Участникам судебного разбирательства были созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Ни одна из сторон не была ограничена в возможности выяснять те или иные значимые для дела обстоятельства и представлять доказательства в подтверждение своей позиции. 

Выводы суда о причастности ФИО43 и ФИО44 к совершению инкриминируемому им деянию и их виновности соответствуют установленным в судебном заседании обстоятельствам и подтверждаются совокупностью доказательств, проверенных судом первой инстанции, приведенных в приговоре и соответствующих материалам дела. 

В суде первой инстанции подсудимый ФИО21, выражая свое отношение к предъявленному обвинению, вину не признал. По обстоятельствам инкриминируемого деяния пояснил, что в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ занимал должность директора ООО 

<

данные изъяты> которое занимается животноводством. Для организации работы ООО 

<

данные изъяты> им были назначены ответственные лица по каждому направлению деятельности предприятия. В ООО 

<

данные изъяты> в структуре управления помимо директора, имеется два заместителя директора: ФИО44, курирующий животноводство, и ФИО5, курирующий финансовые вопросы. Полномочия заместителей определены только должностными инструкциями, иных распорядительных локальных документов о делегировании тех или иных полномочий в ООО 

<

данные изъяты> не издавалось. Территория, на которой осуществляет свою деятельность ООО 

<

данные изъяты> ранее использовалась колхозом, которым также осуществлялась деятельность по животноводству. Соответственно, практически вся инфраструктура, включая водопроводные колодцы и поилки, находящаяся на указанной территории, осталась после колхоза. Территория, на которой осуществляет хозяйственную деятельность ООО 

<

данные изъяты> принадлежит ООО 

<

данные изъяты> на основании договора аренды, заключенного между ООО 

<

данные изъяты> и муниципальным образованием, при этом договором аренды не предусмотрено, что были переданы в аренду инженерные, водопроводные коммуникации. Подача воды осуществлялась из 

<

адрес>, а в летний период из реки 

<

данные изъяты> через скважину, построенную ООО 

<

данные изъяты> Однако после произошедшего несчастного случая подача воды из 

<

адрес> прекращена. Инициатором по вопросам ремонтных работ на ферме всегда являлся ФИО1 После зимы, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 поставил его (ФИО43) в известность о необходимости осуществить ремонт поилок. Ремонт поилок начат в ДД.ММ.ГГГГ. Весь технологический процесс, связанный с ремонтом поилок, ФИО1 определял самостоятельно с привлечением работников ремонтного цеха, не ставя в известность ни директора, ни заместителя директора, поскольку согласование данного вопроса не требовалось со стороны руководства. Вместе с тем, в случае приобретения материалов для ремонта поилки, ФИО1 должен был согласовывать с ФИО44, поскольку ФИО1 был в непосредственном подчинении у ФИО44 Всего на территории ООО 

<

данные изъяты> пять поилок и пять колодцев. Вода в поилки поступает из водопроводных колодцев по трубопроводу, для проведения ремонта поилок отсутствовала необходимость спускаться в водопроводный колодец для отключения воды. Вода в поилки поступает из водопроводного колодца, однако сами водопроводные колодцы никогда не использовались ООО 

<

данные изъяты> никакие работы в этих колодцах не проводились, в связи с чем, не было необходимости в разработке правил по технике безопасности для работ в этих водопроводных колодцах, оценки профессиональных рисков, оформление наряд-допуска. Кроме того, в отношении ООО 

<

данные изъяты> регулярно проводились проверки контролирующими государственными органами, от которых не поступало замечаний о необходимости в разработке таких документов. О том, что работники спускались в водопроводные колодцы перед снятием поилки для отключения подачи воды, ему не было известно, таких указаний он никогда работникам не давал. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился в отпуске, на период его отсутствия обязанности директора исполнял ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ он приехал на работу, где ему сообщили о том, что работники упали в колодец, незамедлительно прибыл на место происшествия для оказания помощи, но спасти ФИО2 и ФИО1 не удалось. В связи с произошедшим случаем, ООО 

<

данные изъяты> была оказана помощь родственникам погибших ФИО1 и ФИО2 по организации похорон и поминок, а также по мировому соглашению с Потерпевшей №1 несовершеннолетнему ребенку погибшего ФИО1 возмещен моральный вред в размере 1000000 руб. С результатами комиссии по расследованию несчастного случая не согласен, но акт был им подписан, поскольку данный акт является обязательным условием для социальных выплат родственникам погибших работников. 

В суде первой инстанции подсудимый ФИО44, выражая свое отношение к предъявленному обвинению, вину не признал, пояснив, что с ДД.ММ.ГГГГ работает в ООО 

<

данные изъяты> в должности заместителя директора по производству. В его обязанности входит организация работ на полях, выпуск на линии автомобилей, техники. Все начальники подразделений находятся у него в подчинении и в подчинении у ФИО43 Скотники подчиняются непосредственно зоотехнику. На момент происшествия должность зоотехника занимал ФИО1, ФИО5 исполнял обязанности директора, но в тот день на работе его не было. На территории ООО 

<

данные изъяты> пять поилок, которые снабжаются водой через водопровод. Ремонт поилок начался еще до случившегося происшествия. После ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 сказал, что необходимо отремонтировать поилки. Вопрос о ремонте поилок обсуждался ФИО1 с ним (ФИО44) и ФИО43, на что руководством был дан ответ, что надо ремонтировать. Ремонтом поилок занималась ремонтная мастерская, а ФИО1 перед ремонтом занимался подготовительными работами по сливу воды, после чего сварщик вырезал поилку, затем поилку увозили в ремонтную мастерскую. ФИО1 самостоятельно принимал решение о том, каким способом будут проводиться подготовительные работы по ремонту поилок. Ни ФИО1, ни другие работники не ставили его в известность о спусках в водопроводные колодцы, таких указаний он (ФИО44) работникам предприятия, в том числе ФИО1, не давал, при производстве работ в водопроводных колодцах никогда не присутствовал. Имеющиеся на территории ООО 

<

данные изъяты> водопроводные колодцы были необходимы для подачи воды в поилки, однако, никаких работ в водопроводных колодцах никогда не велось. ДД.ММ.ГГГГ в его кабинете он проводил планерку, на которой присутствовал только ФИО1, затем он (ФИО44) проводил планерку на улице, где присутствовали рабочие и специалисты, в том числе присутствовал ФИО1, никаких указаний по поводу ремонта поилок ФИО1 он не давал, кроме того, в тот день не планировался ремонт поилок. В тот период на него не было возложено обязанностей, связанных с охраной труда, он проводил только инструктаж по технике безопасности. О происшествии ему стало известно от вет. врача ФИО3 Он и ФИО43 приехали на место происшествия, ФИО43 спустился в колодец, поднял из колодца людей. Затем ФИО2 и ФИО1 оказывали реанимационные мероприятия, но безуспешно. Он (ФИО44) входил в состав комиссии по расследованию несчастного случая, но лично не присутствовал на заседаниях комиссии. По результатам работы комиссии был не согласен с актом, который им подписан с особым мнением.

Исследовав показания ФИО43 и ФИО44 в совокупности с иными доказательствами по делу, судом обоснованно признаны достоверными в той части, в которой они согласуются и сопоставляются с совокупностью доказательств. 

Доводы и заявления ФИО43 и ФИО44 о непричастности к совершению инкриминируемого им преступления, о неосведомленности о спусках работников в водопроводные колодцы, об отсутствии указаний о производстве работ в водопроводных колодцах, не проведение каких-либо работ в водопроводных колодцах, не использования ООО 

<

данные изъяты> водопроводных колодцев, расположенных на территории общества, судом апелляционной инстанции отвергаются и аналогично с позицией суда первой инстанции расцениваются как реализованное ими право на защиту. При этом доводы, изложенные в апелляционных жалобах адвокатов, последовательно и достоверно опровергнуты представленной стороной обвинения совокупностью исследованных судом первой инстанции доказательств.

Вина ФИО43, ФИО44 подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного следствия.

Показаниями Потерпевшей №1 данными в ходе судебного следствия, согласно которым ее супруг ФИО1 работал в ООО 

<

данные изъяты> зоотехником с ДД.ММ.ГГГГ, который рассказывал ей, что соблюдения техники безопасности на предприятии не было, как и средств безопасности. Также со слов супруга знает, что они обслуживали колодцы на территории ООО 

<

данные изъяты> в которых находилась система водоснабжения, связанная с поилками для скота. Часто супруг домой приезжал мокрый, и она понимала, что вся работа проводилась не в спецодежде. Супруг рассказывал, что когда приходилось спускаться в колодец, в колодце он (ФИО1) перекрывал кран, который находился на дне колодца, разбирал поилки для скота и относил их в ремонт, специальное оборудование при этом не выдавалось, все действия производились только после указания руководителей. ДД.ММ.ГГГГ ее супруг уехал на работу, около 10 часов ей позвонила сотрудница из бухгалтерии ФИО3 и сказала, что в коровнике что-то произошло, люди задыхаются. Она со ФИО40, приехали на место происшествия, увидели тела ФИО2 и ФИО1, при этом ФИО43 оказывал реанимационные действия ФИО1 Поскольку она является медицинским работником, она также стала помогать осуществлять реанимационные действия. После того, как приехала скорая помощь из 

<

адрес>, фельдшер констатировала смерть ФИО2 и ФИО1 Со слов ФИО3 ей стало известно, что ее супруг, ФИО2 и ФИО3 пошли ремонтировать трубы, для чего необходимо было отключить воду из поилок. Первым спустился ФИО2, потом ее супруг увидел, что ФИО2 лежит на дне колодца, спустился незамедлительно помочь ему. Стали вытаскивать с ФИО3 ФИО2, затем ее супругу стало плохо, он также упал в колодец, ФИО3 вылез и позвонил ФИО44 Позже стало известно, что отравление ФИО1 и ФИО2 произошло метаном и фенолом. Со слов супруга ей известно, что на предприятии выдавались резиновые сапоги и халаты, страховочные веревки и газоанализаторы не выдавались. Все сотрудники подчинялись непосредственно директору ФИО43 и заместителю директора ФИО44, а скотники находились в подчинении ее супруга ФИО1 После смерти супруга ей ООО 

<

данные изъяты> была оказана материальная помощь на его похороны в размере 100000 руб., также она получила страховую выплату и ежемесячно получает пенсию по утере кормильца. В обязанности ее супруга не входило обслуживание колодцев, супруг пояснял, что делал это по указанию руководства организации. 

Показаниями Потерпевшей №2 подтвердившей свои показания, данные на стадии предварительного следствия о том, что ее брат ФИО2, работавший в должности скотника в ООО 

<

данные изъяты> помимо своих обязанностей, по просьбе руководителей предприятия, выполнял в обществе обязанности разнорабочего, неоднократно спускался в водопроводные колодцы на территории ООО 

<

данные изъяты> для проведения работ. Со слов брата известно, что ФИО2 для проведения указанных работ не выдавалось средств индивидуальной защиты органов дыхания, технике безопасности по спуску в колодец ФИО2 никто не обучал, специальных приборов не выдавалось (т. 1 л.д. 178-180). 

Показаниями Потерпевшего №3 данными в ходе предварительного следствия и подтвержденными потерпевшим в судебном заседании, согласно которым погибший ФИО2 его брат. С ДД.ММ.ГГГГ он (Потерпевший №3.) также работал в ООО 

<

данные изъяты> скотником. В этот период времени ему приходилось с другими работниками обслуживать поилки для скота, при нем ФИО1 спускался в люк, чтобы перекрыть воду, при этом никаких приспособлений у него не было, таких как страховочные веревки и средства индивидуальной защиты, обучение по технике безопасности не проводили. ФИО2 был трудоустроен скотником в ООО 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ, директором данного предприятия является ФИО43 Для того, чтобы заменить поилку, необходимо отключить поилку от водоснабжения, что осуществляется краном в водопроводных колодцах, спускались в колодцы для перекрытия воды обычно скотники. Спуск в колодцы осуществлялся по согласованию с руководством либо ФИО44, либо ФИО43, то есть всегда руководство ООО 

<

данные изъяты> было в курсе о том, что работники осуществляют спуски в водопроводные колодцы. Случаев, чтобы работники спускались по своей инициативе в водопроводные колодцы, во время его трудоустройства в ООО 

<

данные изъяты> никогда не было. Никаких средств индивидуальной защиты органов дыхания ему при работах в водопроводных колодцах не выдавалось, газоанализаторы не использовались для проверки водопроводных колодцев перед тем как осуществлять работы в них. При выполнении работ в водопроводных колодцах наряд-заданий им не выписывалось. Ему известно, что ФИО2 осуществлял спуски в водопроводные колодцы на территории ООО 

<

данные изъяты> никаких средств индивидуальной защиты органов дыхания ему не выдавалось, обучения по безопасному производству работ в водопроводных колодцах с ним не проводилось. Директор ООО 

<

данные изъяты> ФИО43 взял на себя все затраты на погребение брата, также оплатил поминальный обед в связи с похоронами ФИО2 (т. 1 л.д. 193-196, 197-200).

Показаниями свидетеля ФИО3, данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании и подтвержденных свидетелем, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ после утренней планерки с ФИО44 ФИО1 сказал ему, что необходимо отключить поилку от системы водопровода, попросил его помочь ФИО1, он (ФИО3) сказал, что поможет, но в сами водопроводные колодцы спускаться не будет. Кто дал указание ФИО1 по ремонту поилок, он не знает, но и он, и ФИО1 находились в непосредственном подчинении ФИО44 Работы, связанные с поилками для скота, всегда выполняли работники ООО 

<

данные изъяты> скотники, зоотехники. Несколько раз он спускался в водопроводный колодец, который расположен около фермы, где имеется развилка от берега реки 

<

данные изъяты>, в 

<

адрес> и на ферму ООО 

<

данные изъяты> последний раз он спускался в данный колодец примерно за 2-3 месяца до несчастного случая, вызвано это было необходимостью перекрыть воду для ремонта поилки. Никаких инструктажей по безопасному производству работ в водопроводных колодцах никогда с ними не проводилось, средств индивидуальной защиты органов дыхания перед проведением данных работ им не выдавалось. Ему известно, что на складе ООО 

<

данные изъяты> находились противогазы, но он никогда ими не пользовался, когда он осуществлял спуск в водопроводные колодцы, то он также не использовал противогаз, так как не знал о том, что нужно его надевать, руководством ему этого также не доводилось. Страховочные веревки при работах в водопроводных колодцах, ему не выдавались, он не знал, что необходимо использовать страховочные веревки при работах в водопроводных колодцах. Когда при нем работниками общества осуществлялись спуски в водопроводные колодцы ООО 

<

данные изъяты> в том числе и ДД.ММ.ГГГГ, то газоанализаторов ни у кого не было. Инструкции по охране труда при работах в ограниченных и замкнутых пространствах (водопроводных колодцах) не существовало до ДД.ММ.ГГГГ. После несчастного случая руководством ООО 

<

данные изъяты> доводилась инструкция по охране труда в водопроводных колодцах. Наряд-допуски работникам, осуществляющим работы в водопроводных колодцах, не выдавались. Руководством ООО 

<

данные изъяты> ему не разъяснялось, что при привлечении его к работам в водопроводных колодцах, его фактически привлекают к работам с повышенной опасностью, вообще касаемо данных работ никаких разъяснений никогда не поступало, все относились к данному виду работ как к должному, то есть никто из работников не задавал никаких вопросов. Скотник подчиняется зоотехнику и ветеринарному врачу, скотник, зоотехник и ветеринарный врач находятся в непосредственном подчинении заместителя директора ФИО44 и в прямом подчинении у директора ФИО43 (т. 1 л.д. 228-231).

Показаниями свидетеля ФИО4, данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании и подтвержденных свидетелем, согласно которым она с ДД.ММ.ГГГГ работает в ООО 

<

данные изъяты> в должности секретаря. Обязанности специалиста по охране труда на нее возложены с ДД.ММ.ГГГГ. В ее обязанности как специалиста по охране труда входит проведение инструктажей на рабочем месте: вводный, на рабочем месте, ознакомление с инструкциями, ознакомление с техникой безопасности, выдача средств индивидуальной защиты. Работникам ФИО1, ФИО2, ФИО3 проводились указанные инструктажи, инструктаж по эксплуатации сетей водоснабжения и водоотведения не проводился. При проведении работ в водопроводном колодце ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, ФИО1 и ФИО3, не сообщали ей о том, что собираются проводить работы в колодце на территории ООО 

<

данные изъяты> не были обеспечены специальными средствами защиты. ДД.ММ.ГГГГ она находилась на рабочем месте, ФИО43 приехал на работу в 09 часов 30 минут, у ФИО44 рабочий день начинается в 08 часов 00 минут. Расследование несчастного случая с ФИО1 и ФИО2 проводилось комиссией в составе председателя комиссии ФИО24, и членов комиссии: ФИО23, ФИО21, ФИО22, ФИО20, ФИО44 и ее. В период данного расследования на территорию ООО 

<

данные изъяты> приезжала ФИО24, которая осуществляла проверку документации и прочего, ее работа в данной комиссии заключалась в предоставлении необходимых документов, запрашиваемых комиссией, также она получала объяснения от сотрудников ООО 

<

данные изъяты> Насколько она знает, проект акта составлялся ФИО24, но он согласовывался со всеми членами комиссии, в том числе и с ней. Наличие особых мнений у нее, ФИО44, ФИО21 и ФИО20 к акту расследования вызвано тем, что при согласовании акта у них возникли противоречия, которые трудовая инспекция не приняла во внимание и не внесла в акт, в связи с чем, ими были выражены особые мнения к акту. В особом мнении ей отражено, что вывод о виновности ООО 

<

данные изъяты> и директора ФИО43 сделан комиссией без учета обстоятельств произошедшего, в акте не отражена причинная связь между указанными нарушениями и наступившими последствиями, также ей указано, что неверно определен вид происшествия и причина несчастного случая, в акте специальная оценка условий труда проводилась по наименованию рабочего места «Рабочий по уходу за животными», где класс условий труда 2 не подразумевает прохождение обязательного предварительного и периодического медицинского осмотра. Для расследования несчастного случая ФИО43 привлекался агент в качестве специалиста по охране труда - ФИО39, который осуществлял ей практическую помощь в подготовке документов. По окончанию расследования несчастного случая ФИО39 помог ей и ФИО44 составить особое мнение, в котором они изложили свои несогласия с актом. Все материалы расследования группового несчастного случая с ФИО2 и ФИО1 находятся у нее, она готова их предоставить для проведения следственных действий Основной вид ее деятельности это офис-менеджер, в ее обязанности входит подготовка проектов кадровых приказов на работников и ведение прочей документации, которую в последующем подписывает директор ФИО43, она находится в подчинении директора ФИО43 До того, как ее назначили специалистом по охране труда в ООО 

<

данные изъяты> ранее никогда в подобных должностях нигде не работала, это ее первый опыт в сфере охраны труда. Обучение по охране труда проходила дистанционно в организации 

<

данные изъяты> путем прохождения тестирования. Приказ о назначении ее специалистом по охране труда в ООО 

<

данные изъяты> и должностная инструкция специалиста по охране труда изданы ДД.ММ.ГГГГ. Ответственным лицом за техническим состоянием зданий, сооружений и прочих конструкций на ООО 

<

данные изъяты> является заместитель директора ФИО44 На ООО 

<

данные изъяты> имеются противогазы, респираторы, перчатки, ботинки, сапоги, очки, плащи. Документации на противогазы не имеется, они остались еще с давних времен, противогазы не бывшие в употреблении, но действует ли еще срок их использования, она не знает. Кем осуществляется ремонт и обслуживание поилок на территории ООО 

<

данные изъяты> и кто ответственный за данный вид работ, она не знает. Она не может ответить, почему на ООО «

<

данные изъяты> не был разработан перечень ограниченных и замкнутых пространств, а также в чьи полномочия входит разработка указанного перечня. Она не знает, почему не были выявлены опасности, связанные с работой в колодцах, до произошедшего несчастного случая с ФИО1 и ФИО2, как она уже говорила ранее, до несчастного случая она не знала о наличии колодцев. Она не знает, почему не была разработана инструкция по охране труда при работе в колодцах, камерах, резервуарах на объектах водоснабжения и канализации ООО 

<

данные изъяты> до ДД.ММ.ГГГГ, и кто ее должен был разработать. Она не знает, почему на ООО 

<

данные изъяты> не было назначено ответственное лицо за производство работ в колодцах. Она не знает, почему на ООО 

<

данные изъяты> не была разработана форма наряда-допуска для производства работ в колодцах и кто ее должен был разрабатывать. Она не знает, почему с работниками ФИО2 и ФИО1 не проводилось обучение по охране труда при производстве работ в колодцах, скорее всего потому, что она не знала о колодцах. Обучение должна была проводить она, но по указанию директора, а от директора ей никаких указаний не поступало. По той же причине с ФИО2 и ФИО1 не проведен теоретический экзамен с оценкой наличия у них соответствующих навыков и умений для производства работ в колодцах. Она не знала о том, что скотник ФИО2 и зоотехник ФИО1 осуществляют спуски в водопроводные колодцы на территории ООО 

<

данные изъяты> Она не знает, почему в материалах по расследованию группового несчастного случая с ФИО1 и ФИО2 отсутствуют сведения об отпуске ФИО43, о возложении обязанностей на ФИО5, должностные инструкции ФИО44 и ФИО4, так как расследованием несчастного случая занимался ФИО39, она только предоставляла документацию по его просьбам (т. 2 л.д. 1-4, 5-7, 216-222).

Показаниями свидетеля ФИО5, данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании и подтвержденными свидетелем, согласно которым, он с 1991 года до ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО 

<

данные изъяты> в последнее время работал в качестве заместителя директора по экономике и финансам. В его обязанности входило ведение экономических и финансовых дел в предприятии. В его подчинении была бухгалтерия ООО 

<

данные изъяты> склады и секретариат. Общее руководство ООО 

<

данные изъяты> осуществлял директор ФИО43 По вопросу охраны труда в ООО 

<

данные изъяты> он может пояснить, что у него было пройдено необходимое обучение, так как это обязательное требование для руководящего состава предприятия, непосредственно с техникой безопасности на территории ООО 

<

данные изъяты> он сталкивался, когда расписывался в соответствующих журналах о том, что ему был проведен очередной инструктаж по технике безопасности. Ранее в ООО 

<

данные изъяты> работала супруга ФИО43, которая была официально ответственным лицом за технику безопасности, после ее увольнения никого конкретно ответственным за технику безопасности и охрану труда не закрепляли. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на него были возложены обязанности директора ООО 

<

данные изъяты> однако ДД.ММ.ГГГГ ему было известно о том, что ФИО43 выходит на работу, в связи с чем, он отсутствовал на работе, о чем он ставил в известность ФИО43 Официально исполнение обязанностей с него не было снято, но так как ФИО43 прибыл на место работы, то ФИО43 приступил к исполнению своих обязанностей как руководитель предприятия. ФИО1 находился в подчинении ФИО43, ФИО2 находился в непосредственном подчинении ФИО1, документально это ничем не закреплено, но так сложилось из многолетнего опыта предприятия. Техническим процессом руководил заместитель директора ФИО44 С результатами акта расследования группового несчастного случая он не согласен, так как считает, что вины директора ФИО43 в несчастном случае нет. Ранее трудовая инспекция производила на территории ООО 

<

данные изъяты> проверки и никаких замечаний по поводу водопроводных колодцев не было, никогда не поступало рекомендаций о том, что необходимо разработать какие-либо дополнительные инструкции (т. 2 л.д. 227-230).

Свидетель ФИО6, работающий в ООО 

<

данные изъяты> в должности заведующего ремонтной мастерской, в ходе судебного следствия подтвердил осуществление ДД.ММ.ГГГГ ремонтных работ трех поилок в ООО 

<

данные изъяты> четвертая находилась на ремонте в ремонтной мастерской. Необходимость ремонта поилок определял либо ФИО43, либо ФИО44 В ремонтную мастерскую поилки поступали после сообщения от ФИО1 или ФИО44 о необходимости демонтировать поилку. До того, как сварщик демонтировал поилку, необходимо было отключить воду. Рядом с каждой поилкой находится колодец, в котором находится система водоснабжения, связанная с поилкой, соответственно, для ремонта пятой поилки должна была быть отключена вода из находящегося рядом с пятой поилкой колодца. Сотрудники его ремонтной мастерской в колодцы не спускались. 

Из показаний свидетеля ФИО7, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании и подтвержденных свидетелем следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ он работал в ООО 

<

данные изъяты> сварщиком. В его обязанности входила сварка различных металлоконструкций и ремонт сельско-хозяйственной техники в части сварочных работ. Он неоднократно участвовал в съеме поилок для скота, он вырезал трубу водопровода от поилки для того, чтобы ее можно было снять, после чего поилка доставлялась в ремонтных цех. Когда его приглашали, он приходил на место к поилке, то она всегда была отключена от трубопровода, вода перекрывалась где-то внутри колодцев, расположенных рядом с поилками. ДД.ММ.ГГГГ он находился на рабочем месте, в утреннее время с 08 часов 00 минут до 08 часов 20 минут проводил планерку заместитель директора ФИО44, ему была поставлена задача осуществлять сварочные работы. О том, что в этот день нужно будет вырезать поилку, ему на планерке никто не сообщал, вообще обычно это происходило по факту, то есть ему говорят идти вырезать поилку, после чего он направлялся к поилке, указание ему давал ФИО6 Примерно в ДД.ММ.ГГГГ, когда они занимались демонтажем первой поилки для скота, то зоотехник ФИО1 рассказывал о том, что он со скотниками спускался в колодец и перекрывал там воду. Ремонт поилок всегда осуществлялся по указанию заместителя директора ФИО44, без его ведома такие работы проводится не могли (т. 3 л.д. 57-61).

Показаниями свидетеля ФИО8, данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании и подтвержденными свидетелем, согласно которым он работает в ООО 

<

данные изъяты> в должности скотника. Он, а также ФИО1 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ неоднократно производили спуски в водопроводные колодцы, расположенные на территории общества, в том числе для перекрытия воды для осуществления ремонта поилки для скота. Поручение на выполнение работ в водопроводных колодцах ФИО8 и ФИО2 давал ФИО1, который в свою очередь получал указание от заместителя директора ФИО44 на утренней планерке. Руководство общества всегда было в курсе проводимых работ на территории ООО 

<

данные изъяты> в том числе, что они выполняли работы в колодцах. Когда ФИО8 выполнял работы во втором колодце, связанные со спуском в колодец, то за работами следил ФИО44 Директор ФИО43 был в курсе того, что они осуществляли работы в колодцах. Всего на территории ООО 

<

данные изъяты> 5 водопроводных колодцев. Никакого обучения по охране труда при производстве работ в колодцах с ним до ДД.ММ.ГГГГ не проводилось, наряд-задание на производство подобных работ ему никогда не выдавалось, технике безопасности никто не обучал, противогазами и газоанализаторами, а также какими-либо страховочными системами его и других работников ООО 

<

данные изъяты> задействованных на работах в колодцах, не обеспечивали. До несчастного случая с ФИО1 и ФИО2 он не знал, что колодец является таким источником опасности, руководством ООО 

<

данные изъяты> никогда никаких предупреждений по поводу колодцев не доводилось. Они всегда думали, что выполняли обычную работу и никакие меры предосторожности им не требуются, в том числе средства индивидуальной защиты. Правила по охране труда при эксплуатации водопроводно-канализационного хозяйства ему никогда не разъяснились. Когда он с ФИО1 и ФИО3 перекрывали краны в колодцах, то им не выдавались средства индивидуальной защиты ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО2 продолжили ремонт поилок, который производился только по указанию руководства ООО 

<

данные изъяты> ФИО44 или ФИО43, сам ФИО1 такого решения принять не мог. До ДД.ММ.ГГГГ было невозможно отключить поилку от водопровода, возле которой произошел несчастный случай, без спуска в колодец, так как на тот момент отсутствовала система из шлангов, которая установлена в настоящее время. ДД.ММ.ГГГГ для отключения поилки от водопровода было необходимо спуститься в колодец и вручную перекрыть там воду. Об этом точно были осведомлены ФИО43 и ФИО44 (т. 2 л.д. 240-244, 236-239).

Показания свидетеля ФИО8 об осуществлении неоднократных спусков в водопроводные колодцы, расположенные на территории общества объективно согласуются с показаниями свидетелей ФИО41, ФИО9, являющимися работниками ООО 

<

данные изъяты> грузчиком и механизатором соответственно, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании. При этом согласно показаниям ФИО41 никаких инструктажей среди работников ООО 

<

данные изъяты> по безопасному производству работ в ограниченных и замкнутых пространствах, в том числе в водопроводных колодцах, не производилось, инструктажи по технике безопасности проводились формально, он расписывался в журналах, на которые ему указывали, при этом никакого инструктажа в действительности с ним не проводилось. Ему известно, что на складе были респираторы, которые выдавались по просьбам работников, но, чтобы лично за каждым сотрудником были закреплены средства индивидуальной защиты органов дыхания, такого не было. О газоанализаторах он вообще ничего не слышал. Насколько ему известно, скотники и зоотехники спускались в водопроводные колодцы только для необходимого ремонта поилок для скота. Инициатива по ремонту поилок исходила от ФИО43, именно ФИО43 постоянно требовал от ФИО44 окончания работ по ремонту поилок. В ООО 

<

данные изъяты> не имелось специально обученных сотрудников, способных осуществлять работы в водопроводных колодцах. ФИО1 и ФИО2 не могли самостоятельно принять решение о спуске в водопроводный колодец, только с ведома ФИО43, либо ФИО44 Все работы, производимые на территории ООО 

<

данные изъяты> проводились только по указанию директора ФИО43, без его указания ФИО44 никаких решений никогда не принимал. Лично ФИО43 рабочим ООО 

<

данные изъяты> не давал указаний, ФИО43 это делал через своего заместителя ФИО44, который и проводил с ними ежедневные планерки. В день несчастного случая он видел на территории ООО 

<

данные изъяты> директора ФИО43, уже после того, как произошел несчастный случай (т. 3 л.д. 31-34, т. 7 л.д. 105-107).

Также согласно показаниям свидетеля ФИО9 никаких инструктажей в организации по производству работ в колодцах ни с кем не производилось, в том числе и с ним, да и вообще инструктажи по технике безопасности проводились формально, он расписывался в журналах, на которые ему указывали. Лично за каждым сотрудником ООО 

<

данные изъяты> не были закреплены средства индивидуальной защиты органов дыхания, газоанализаторов и газосигнализаторов им никогда никем не выдавалось. Специально обученных сотрудников, способных осуществлять работы в водопроводных колодцах, не имелось, до несчастного случая он не знал, что в колодце может угрожать что-то его жизни, им это также никем не разъяснялось. ФИО44 или ФИО43 производить спуски в колодцы работникам ООО 

<

данные изъяты> не запрещали, запрета на спуски в колодцы от ФИО44 и ФИО43 никогда не было, наоборот, если была необходимость, работники должны были спускаться в колодец для устранения проблемы. ДД.ММ.ГГГГ директор ФИО43 был на рабочем месте (т. 7 л.д. 46-48, 108-111).

Помимо этого, свидетели ФИО41, ФИО9, ФИО10 прямо указывают о том, что лично слышали, как на утренней планерке ДД.ММ.ГГГГ ФИО44 ставил задачу ФИО1 по ремонту поилок, при этом свидетель ФИО9 слышал о том, что ФИО44 ставил задачу ФИО1 спуститься в колодец и перекрыть в нем воду, закрыв кран в колодце.

Из показаний свидетеля ФИО10, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании следует, что с ДД.ММ.ГГГГ работает в должности механизатора в ООО 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ он находился на рабочем месте, он присутствовал на утренней планерке, которую проводил заместитель директора ФИО44 На планерке присутствовали практически все работники ООО 

<

данные изъяты> он слышал, что ФИО44 ставил задачу ФИО1 по ремонту поилок. Из этого разговора ему было понятно, что ФИО1 будет необходимо перекрыть воду краном, который расположен внутри водопроводного колодца рядом с поилкой, после чего поилку отвезут на ремонт. Ему это хорошо известно, так как он сам неоднократно присутствовал при ремонте поилок в ремонтном цеху, и он понимает, что для того чтобы отключить поилку от системы водоснабжения, необходимо перекрыть поступление воды краном, расположенным внутри колодца. Насколько ему известно, другим способом поступление воды в поилку из системы трубопровода перекрыть невозможно. Насколько он знает, никаких инструктажей по производству работ в колодцах ни с кем не производилось, в том числе и с ним, да и вообще инструктажи по технике безопасности проводились формально, он просто расписывался в журналах, на которые ему указывали, при этом никакого инструктажа в действительности с ним не проводилось. Лично за каждым сотрудником ООО 

<

данные изъяты> не были закреплены средства индивидуальной защиты органов дыхания, газоанализаторов и газосигнализаторов им никогда никем не выдавалось. Специально обученных сотрудников, способных осуществлять работы в водопроводных колодцах, не имелось (т. 7 л.д. 26-28, 112-114).

Допрошенный в ходе судебного следствия свидетель ФИО11 пояснил, что в его производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО43 и ФИО44 Им были осуществлены допросы свидетелей ФИО41, ФИО10, ФИО9, показания которых фиксировались со слов допрашиваемых лиц, свидетели знакомились лично с протоколом и заверяли своими подписями. 

Исследованные доказательства свидетельствуют о том, что ФИО1 напрямую подчинялся руководителю предприятия ФИО43, но задачи перед работниками общества на планерке ставил ФИО44, задачи были согласованы предварительно с директором предприятия. Обязанность по контролю за качеством выполнения производственной задачи, поставленной ФИО1, осуществления производственного инструктажа рабочих, занятых на производстве ремонтных работ, а также мероприятий по выполнению правил охраны труда и технике безопасности при проведении ремонтных работ, а также обеспечению работников средствами индивидуальной защиты при исполнении работниками трудовых обязанностей, была возложена на ФИО44

Совокупностью исследованных судом первой инстанции доказательств достоверно установлена осведомленность ФИО43 и ФИО44 о том, что сотрудники ООО 

<

данные изъяты> в том числе ФИО1 и ФИО2 неоднократно производили спуски в водопроводные колодцы, связанные с проведением ремонтных работ поилок для скота, в том числе и ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО8, ФИО41, ФИО9, а также потерпевших Потерпевшей №1, Потерпевшей №2, Потерпевшего №3 Кроме того, сама системность ремонтных работ поилок для скота на протяжении летнего периода ДД.ММ.ГГГГ подтверждается показаниями свидетелей ФИО8, ФИО3, ФИО41, ФИО13, ФИО14, ФИО7, ФИО9 и потерпевших Потерпевшей №1, Потерпевшей №2, Потерпевшего №3

Также свидетель ФИО8 пояснил, что ФИО44 ДД.ММ.ГГГГ лично присутствовал при производстве работ в колодцах. Допрошенный по уголовному делу свидетель ФИО3, который находился на месте происшествия в момент гибели ФИО1 и ФИО2, также пояснил, что ФИО1 озвучил задачу по ремонту поилок непосредственно после планерки, проводимой ФИО44 ФИО44 давал указание на производство работ в колодцах именно ФИО1, сам ФИО44 ход указанных работ никак не контролировал, никаких инструктажей работникам перед производством работ не провел, средствами индивидуальной и коллективной защиты их не обеспечил. 

Из показаний свидетеля ФИО7, данных в ходе судебного следствия, следует, что он работает в МКП 

<

данные изъяты> сварщиком. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО 

<

данные изъяты> газоэлектросварщиком. ДД.ММ.ГГГГ с утра он был на планерке, которую проводил ФИО44 

Из показаний свидетеля ФИО12, автомеханика ООО 

<

данные изъяты> данными в ходе судебного следствия следует, что на территории предприятия находятся водопроводные колодцы, используются для сельскохозяйственных нужд. Инструктаж по технике безопасности на предприятии проводится ежемесячно, проводит специалист по технике безопасности ФИО4, после чего все расписываются в журналах. Обстоятельства гибели ФИО2 и ФИО1 ему не известны, знает, что они погибли после того, как спустились в колодец. В тот день он также как и все всегда был с утра на планерке. Являясь механиком предприятия ООО 

<

данные изъяты> любой вопрос по ремонту техники предварительно обсуждал с руководством предприятия, с директором ФИО43 или его заместителем ФИО44, однако мелкие ремонтные работы, например, накачать колесо, проводили без согласования с руководством. Он, как механик, мог поручить водителю выполнение какого-либо задания, без согласования с руководством. Каждое утро и каждый вечер заместитель руководителя ФИО44 проводил планерки с сотрудниками, ответственными за свои объекты. Скотники на планерках не присутствовали. Также планерки проводил ФИО43, на них также обсуждались организационные моменты.

Из показаний свидетеля ФИО13, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании следует, что он работает в ООО 

<

данные изъяты> в должности разнорабочего, работника цеха. ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 проводил планерку ФИО44 Ему было известно о том, что на участке КРС идет ремонт поилок (т. 3 л.д. 51-53).

Из показаний свидетеля ФИО14, данными в ходе судебного следствия следует, что он работает мастером цеха в ООО 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ проводилась планерка у руководства ООО 

<

данные изъяты> Планерку проводил ФИО44, также на планерке присутствовал ФИО1 В ходе рабочих моментов слышал, что на территории общества проводился ремонт коммуникаций.

Из показаний свидетеля ФИО15, данных в ходе судебного следствия следует, работает в ООО 

<

данные изъяты> инспектором по режиму. ДД.ММ.ГГГГ ФИО43 первый день вышел на работу из отпуска, приехал на работу примерно в 09 час. 30 мин. Через некоторое время забежал в здание и сказал вызывать скорую помощь, так как ФИО2 и ФИО1 задохнулись в колодце от газа. 

Из показаний свидетеля ФИО16, данных в ходе предварительного следствия следует, что он работает в ООО 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ он присутствовал на рабочем месте, в этот день в 08 часов планерку проводил заместитель директора ФИО44, он слышал, что между ФИО1 и ФИО44 был разговор по поводу поилок, но что именно они говорили, он не знает. Насколько ему известно директор ФИО43 ДД.ММ.ГГГГ тоже был на рабочем месте, но он лично видел ФИО43 только в послеобеденное время, уже после несчастного случая с ФИО1 и ФИО2 (т. 7 л.д. 99-101).

Из показаний свидетеля ФИО17, данных в ходе судебного следствия следует, что он работает агрономом в ООО 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ присутствовал на общей планерке, которую проводил ФИО44 На планерке также присутствовал ФИО1, ФИО2 не присутствовал. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО18 данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании следует, что она работает в ООО 

<

данные изъяты> в должности заведующего складом. На складе имеются специальные костюмы, комбинезоны, зимние куртки, ботинки, перчатки – верхонки, рукавицы, очки, плащи, респираторы, также на складе имеются противогазы, но на них отсутствуют документы, так как они остались еще со времен существования совхоза, учет противогазов не ведется. Необходимый перечень средств индивидуальной защиты для работников ей не составляется, кем именно он составляется она не знает, в ее обязанности входит только выдача средств защиты и отслеживание, чтобы положенные средства защиты всегда имелись на складах. На складе есть комплект скалолазного оборудования, включающий в себя страховочную веревку. Указанная страховочная система положена любому работнику, кому она потребуется, то есть любой работник имел право получить ее по необходимости. ДД.ММ.ГГГГ директор ФИО43 вышел из отпуска и находился на рабочем месте, обычно он приезжает на работу к 09-10 часам (т. 3 л.д. 35-37, т. 7 л.д. 58-59).

Из показаний свидетеля ФИО19 данными в ходе судебного следствия следует, что с ДД.ММ.ГГГГ она являлась специалистом по охране труда в ООО 

<

данные изъяты> Ею разрабатывались должностные инструкции зоотехника и скотника. Ферма в ООО 

<

данные изъяты> появилась примерно ДД.ММ.ГГГГ. Раньше ферма принадлежала совхозу 

<

данные изъяты>, была в разобранном состоянии, ООО 

<

данные изъяты> были отремонтированы полностью все здания фермы, дом животновода, были построены ограждения, кормовой стол, раскол. На территории находятся поилки для скота, сети водоснабжения, так как вода подавалась в поилки, про коммуникации поилок ей ничего не известно, про наличие колодцев не знала. Инструкция по охране труда при работе в колодцах не разрабатывалась. Скотнику и зоотехнику для работы выдавалась спецодежда, спецобувь, фартуки, перчатки, респираторы, выдавались по заявке работников. Система управления охраны труда была создана на предприятии, рабочие места скотника проходили ежегодную аттестацию, которую проводило ООО 

<

данные изъяты> также аттестацию проходили другие сотрудники. В их перечне не было рабочего места скотника, поэтому они совместно подбирали наименование должности, близкой к рабочему месту. В трудовых договорах должность сотрудников указывалась так, как в штатном расписании в соответствии с перечнем должностей. Примерно раз в три года в ООО 

<

данные изъяты> проводились проверки по охране труда со стороны государственных контролирующих и надзорных органов, Трудовой инспекцией, Роспотребнадзором, пожарными службами, ветеринарными инспекциями. ДД.ММ.ГГГГ также была проведена выездная проверка Трудовой инспекцией и Роспотребнадзора, по результатам которой было вынесено предписание, которое было исполнено. Ни разу после проведенных проверок не было указано на то, что в ООО 

<

данные изъяты> не был составлен перечень замкнутых и закрытых пространств, что отсутствует инструкция по работе в водопроводных колодцах. Также получали запросы от прокуратуры по вопросам соблюдения земельного и трудового законодательства. ДД.ММ.ГГГГ в обеденное время ей позвонил ФИО43 и сообщил, что произошел несчастный случай, погибли ФИО2 и ФИО1, задохнулись в колодце. 

Из показаний свидетелей ФИО20, ведущего специалиста (по охране труда) администрации 

<

адрес> ФИО21, советника Министерства сельского хозяйства и продовольствия 

<

адрес>, соответственно, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании и подтвержденных свидетелями следует, что в силу исполнения своих должностных обязанностей они принимали участие в составе комиссии при расследовании группового несчастного случая, произошедшего на территории ООО 

<

данные изъяты> с ФИО2 и ФИО1, по результатам которого был составлен акт, с выводами которого они не были согласны и ими, а также иными членами комиссии, в частности ФИО4, ФИО44 было составлено особое мнение (т. 3 л.д. 11-14, 15-18).

Показания свидетелей ФИО20, ФИО21, ФИО5 в которых они указывают о невиновности осужденных в наступлении смерти ФИО2 и ФИО1, является субъективным мнением произошедших событий, не исключают виновности ФИО43 и ФИО44 в установленном судом деянии, основанной на совокупности исследованных доказательств по делу, поскольку их оценка основана на субъективном восприятии произошедших событий в отрыве от исследованной судебно-следственной ситуации, которое также отражено в акте расследования. 

Приведение в приговоре показаний свидетелей, выразивших особое мнение при производстве расследования несчастного случая на производстве, отраженного в акте, не является основанием для отмены приговора. 

Из показаний свидетеля ФИО22., главного технического инспектора труда Федерации профсоюзов 

<

данные изъяты>, данных в ходе судебного следствия, следует, что она принимала участие в составе комиссии по расследованию несчастного случая ДД.ММ.ГГГГ с работниками ООО 

<

данные изъяты> как представитель Федерации Профсоюзов 

<

данные изъяты>, членами комиссии являлись ФИО24, ФИО23, она (ФИО22.), ФИО20, ФИО4, ФИО21, ФИО44, последние четверо выразили особое мнение. По результатам проверки комиссия пришла к выводу о том, что несчастный случай произошел в результате неудовлетворительной организации производства работ, которые произошли на территории работодателя. Руководитель должен обеспечить соблюдение дисциплины своих работников, организацию работы по охране труда в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации. Отсутствовал медицинский осмотр у пострадавших, отсутствовала система управления охраны труда, обучение, специальная оценка, профессиональные риски. Комиссия проводила проверку только в рамках трудового законодательства, в соответствии со ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации, с нормативно-правовыми актами по охране труда. Согласно акту расследования несчастного случая, три члена комиссии были согласны с выводами, четверо выразили особое мнение, о чем на заседаниях комиссии не обсуждалось, акт был подписан всеми членами комиссии с выражением особого мнения. В ООО 

<

данные изъяты> отсутствовало положение системы управления охраны труда, в котором должны быть указаны ответственные лица. После изучения документов было установлено, что в должностные обязанности как ФИО2, так и ФИО1 не входило обслуживание колодцев. Канализационные колодцы являются объектом повышенной опасности, в связи со скоплением в них вредных газов. В связи с Приказом Минтруда России от 15.12.2020 № 902н «Об утверждении Правил по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах», должны быть соблюдены меры безопасности. Работа в колодцах должна производиться минимум тремя работниками, при этом должны открываться сразу два колодца. Работники, которые работают в замкнутых пространствах, должны предполагать, что в колодцах может происходить скопление ядовитых газов, так как это свойство колодцев и замкнутых пространств. Нужно соблюдать меры безопасности, должны работать обученные люди, которые проходят специальное обучение, имеют средства индивидуальной защиты, а именно респираторы. 

Из показаний свидетеля ФИО23, главного специалиста Государственного учреждения регионального отделения фонда Социального страхования РФ по 

<

данные изъяты>, данных в ходе судебного следствия, следует, что она принимала участие в составе комиссии по расследованию несчастного случая в ООО 

<

данные изъяты> В ходе расследования установлено, что в ООО 

<

данные изъяты> не была проведена система оценки условий труда ФИО2 и ФИО1, не были проведены риски в отношении рабочих мест пострадавших, отсутствовали программы проведения инструктажей. Также отсутствовали сведения о прохождении пострадавшими медосмотра, обучения по охране труда, не была проведена проверка знаний в области охраны труда, а также навыков по профессии и виду работ при выполнении которой произошел несчастный случай. Пострадавшие скотник ФИО2 и зоотехник ФИО1 не были обеспечены средствами индивидуальной защиты. По результатам расследования были подписаны акты на каждого пострадавшего, в которых указано, что события произошли от воздействия вредных веществ путем вдыхания попадания внутрь абсорбции в результате неправильного применения или обращения с ними, в связи с недостатками в организации проведения и подготовки работников. Лица, которые выразили особое мнение, были против того, что смерть ФИО2 и ФИО1 произошла в результате указанных недостатков, выявленных при проверке в ООО 

<

данные изъяты>

Из показаний свидетеля ФИО24, заместителя руководителя государственной инспекции труда в 

<

данные изъяты>, данными в ходе судебного следствия следует, что она была назначена председателем комиссии по расследованию несчастного случая по факту произошедшего несчастного случая в ООО 

<

данные изъяты> Комиссией было принято решение связать несчастный случай с производством, все было изложено в акте расследования группового несчастного случая. В ходе расследования несчастного случая был установлен ряд нарушений, а именно не проводилось обучение по охране труда, работники осуществляли виды деятельности, не предусмотренные трудовым договором, в результате чего погибли. При спуске в колодец необходимо было соблюдать правила работы в таких колодцах, оценить профессиональные риски отравления газами, чего не было сделано. Ответственным за технику безопасности на предприятии всегда является руководитель организации. Тот специалист, который в момент произошедших событий отвечала в ООО 

<

данные изъяты> за технику безопасности, не обладала знаниями в данной области. На момент подписания акта, появилось особое мнение членов комиссии, но голосования фактически не было. Особое мнение выразили ФИО44, ФИО4, ФИО21 и ФИО20

Из показаний специалиста в области охраны труда ООО 

<

данные изъяты> ФИО32, данных в ходе судебного следствия следует, что при привлечении к работам в ограниченных, замкнутых пространствах ФИО2 и ФИО1 допущен ряд нарушений. При работе в ограниченных замкнутых пространствах сотрудники должны проходить специальное обучение. Сотрудники должны быть обеспечены средствами индивидуальной защиты в соответствии с требованиями, установленными правилами по охране труда в ограниченных и замкнутых пространствах. При спуске в колодцы у рабочих должны быть дополнительные страховочные системы. Что касается действующей системы управления охраны труда в ООО 

<

данные изъяты> то у последней утверждено положение системы управления, охраны труда. Но действующей системы охраны труда, которая бы закрепляла ответственность каждого непосредственного руководителя, приказа об организации соблюдений требований охраны труда и создании системы управления охраны труда, в материалы дела не были предоставлены. Директор ООО 

<

данные изъяты> является непосредственно лицом, отвечающим за общее состояние требований охраны труда на предприятии, поскольку в ООО 

<

данные изъяты> внутренними локальными нормативными актами на иных лиц данные функции не были возложены. ФИО4 не могла занимать должность специалиста по охране труда, поскольку не имела соответствующего образования.

Из показаний свидетеля ФИО25, заместителя Главы администрации 

<

данные изъяты>, данных в ходе судебного следствия следует, что собственник водопроводных сетей на земельном участке, который передан КУМИ МО администрацией 

<

данные изъяты> по договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ ООО 

<

данные изъяты> не установлен, муниципалитету они также не принадлежат.

Из показаний свидетеля ФИО26, данных в ходе судебного следствия следует, что он является главой 

<

данные изъяты>. Земельный участок, на котором находятся ООО 

<

данные изъяты> и водопроводные колодцы, арендует ООО 

<

данные изъяты> у Администрации 

<

данные изъяты> На территории муниципального образования имеется водопровод, который принадлежит МКП 

<

данные изъяты> Однако водопровод, находящийся на территории предприятия, МКП 

<

данные изъяты> не обслуживался и не обслуживается. Кому принадлежит на праве собственности водопровод, не знает. До ДД.ММ.ГГГГ водопровод являлся собственностью совхоза 

<

данные изъяты> Затем до ДД.ММ.ГГГГ вся водопроводная сеть 

<

адрес> стояла на балансе муниципального образования 

<

адрес> как инженерное сооружение, затем водопроводная сеть была передана на баланс Администрации 

<

данные изъяты> на основании соглашения, технической документации и акта. 

Из показаний свидетеля ФИО27, руководителя Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации муниципального образования 

<

адрес>, данными в ходе судебного следствия следует, что после того, как погибли сотрудники ООО 

<

данные изъяты> ему стало известно о том, что на участке, где осуществляет деятельность ООО 

<

данные изъяты> имеется водопровод. Решения о постановке данного водопровода в качестве бесхозяйного, администрацией района не принимались, поскольку согласно действующему законодательству, обязанность по постановке на учет в качестве бесхозяйного, возлагается на органы местного управления сельских поселений. Муниципальной собственностью водопровод не является, ООО 

<

данные изъяты> договор с ресурсоснабжающей организацией не заключало. Со слов директора МКП 

<

данные изъяты> известно о том, что водопровод со стороны села заглушен, вода не поступает. Также ООО 

<

данные изъяты> поскольку пользуется сетью, должна была предпринять меры по постановке водопроводной сети на учет. До ДД.ММ.ГГГГ водопроводная сеть находилась в ведении 

<

данные изъяты> сельсовета, в ДД.ММ.ГГГГ передана 

<

адрес>.

Из показаний свидетеля ФИО28, директора МКП 

<

данные изъяты> данных в ходе судебного следствия следует, что система водопровода была отключена от ООО 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ и ООО 

<

данные изъяты> направляли запрос на подключение к сельскому водопроводу.

Из показаний свидетеля ФИО29, заведующей отделом социально-гигиенического мониторинга и санитарно-эпидемиологических экспертиз ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в 

<

адрес>», данных в ходе судебного следствия следует, что в ДД.ММ.ГГГГ по поручению Роспотребнадзора на территории ООО 

<

данные изъяты> произведены замеры воздуха с помощью газового анализатора, по результатам которых установлено, что показатели метана и фенола были сильно превышены. 

Из показаний специалиста ФИО33, руководителя производственно-технической службы в ГУП 

<

данные изъяты> данных в ходе судебного следствия следует, что в связи с произошедшим несчастным случаем в ООО 

<

данные изъяты> он был привлечен в качестве специалиста по устройству водопроводных колодцев. По существу строения водопроводных колодцев пояснил, что водопроводный колодец это подземное сооружение, выполненное из железобетонных конструкций, служащий для доступа к коммуникациям: водопроводным, тепловым сетям, канализационным сетям. В связи с чем, в водопроводных колодцах размещается какое-то оборудование, например, задвижки, клапаны, подключение абонентов. Водопроводные колодцы должны соответствовать действующим нормам. В ходе предварительного расследования ему предоставлялся на обозрение протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицами, из которого видно, что водопроводный колодец соответствует нормам, также видно, что внутри расположена разводка сети водоснабжения, имеются закрывающие устройства, доступ обеспечен для возможности работы в колодце. По требованиям охраны безопасности труда всегда перед спуском в колодец необходимо проверить в колодце состояние воздуха газоанализатором, либо другим способом, поскольку в колодцах могут скапливаться газы. При работах в колодцах специалистами ГУП 

<

данные изъяты> соблюдаются следующие правила: всегда работают как минимум два специалиста, один спускается в колодец, второй сверху его контролирует, а также перед спуском в колодец проверяется состояние воздуха газоанализатором, при обнаружении газа, проводятся мероприятие по откачке этих газов или проветривание колодцев до того, как спустить туда работника. По вопросу наличия других способов перекрытия поступления воды в поилки пояснить не может, так как необходимо видеть всю схему сети. Перед осуществлением ремонта оборудования, подключенного к системе водоснабжение, необходимо перекрыть подачу воды до этого оборудования. Нормативными документом предусмотрен способ перекрытия воды с использованием запорной арматуры. Способ перекрытия воды к поилке путем пережатия шлангов является не регламентированным и ненадежным, поскольку шланг рассчитан на определенное давление, при его перекрытии методом пережатия, на участке шланга до места перекрытия будет создано увеличенное давление, в связи с чем, может произойти гидроудар, который может разорвать этот шланг или сорвать его с места крепления.

Из показаний специалиста ФИО34, руководителя службы охраны труда ГУП 

<

данные изъяты> данных в ходе судебного следствия следует, что ранее она занимала должность руководителя службы охраны труда ГУ 

<

данные изъяты> Перед тем, как приступить к работе в ограниченных замкнутых пространствах, работники должны пройти обучение, работник, который спускается в колодец, при себе должен иметь газоанализатор, респиратор, противогаз. При производстве таких работ участвует не менее трех работников. Сначала используется газоанализатор, только после этого работник может спуститься, но только с использованием средств защиты.

Из показаний специалиста ФИО35, главного инженера МКУ 

<

данные изъяты> данных в ходе судебного следствия следует, что водопроводный колодец является сооружением линейного объекта. Его обслуживанием должен заниматься собственник земельного участка и в чьей собственности находится линейный объект. В случае заключения договора аренды, обслуживанием занимается арендатор, в связи с передачей линейного объекта. Линейный объект, находящийся на земле муниципалитета, должен быть поставлен на кадастровый учет и иметь регистрационный документ. Обслуживанием занимается управляющая организация, которая осуществляет функцию сетевой организации на территории муниципалитета. Муниципальный орган должен оформить земельный участок, поставить его на кадастровый учет и оформить право собственности на инженерные сооружения.

Из показаний свидетеля ФИО30, данных в ходе судебного следствия следует, что он ранее работал управляющим в совхозе 

<

данные изъяты> где расположена ферма ООО 

<

данные изъяты> там же расположен водопровод.

Из показаний свидетеля ФИО31, данных в ходе судебного следствия следует, что она работала главой 

<

адрес> сельсовета с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала в ООО 

<

данные изъяты> бухгалтером. Через скважину, которая находилась на территории ООО «

<

данные изъяты> подавалась вода в 

<

адрес>, так как территория ООО 

<

данные изъяты> - это территория бывшей фермы 

<

адрес> совхоза. В последующем в ООО 

<

данные изъяты> появилась своя скважина, которую обслуживало МУП 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ МКП 

<

данные изъяты> Водопроводная сеть стояла на балансе у сельсовета, ранее передана была от совхоза напрямую, ООО 

<

данные изъяты> не принадлежала. Сети ООО 

<

данные изъяты> в проект 2014 года не входят, фактически они были, и вода по ним тоже подавалась, отключили их ДД.ММ.ГГГГ. При поломке водопроводных сетей ремонт их осуществляла управляющая компания, технику предоставляло ООО 

<

данные изъяты>

Причина смерти ФИО1 и ФИО2 установлена заключениями судебно-медицинских экспертиз.

Так, согласно заключениям экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, № причиной смерти ФИО2 и ФИО1 явилось острое комбинированное отравление метаном, фенолом (т. 6 л.д. 74-77, 90-93). 

Из показаний эксперта ФИО37, данными в ходе судебного следствия следует, что причиной смерти ФИО1 и ФИО2 явилось острое комбинированное отравление метаном, фенолом. При исследовании их трупов ей был представлен протокол исследования воздуха рабочей зоны, данные из протокола также были внесены в обоснование поставленного медицинского диагноза в совокупности с представленными материалами. При вдыхании газы оказывают токсическое воздействие на организм. Поражение метаном наступает, когда его содержание в воздухе превышает 20%. Газ, проникая в организм, при дыхании заменяет кислород, в результате чего возникает сильное кислородное голодание. Помимо метана и фенола, в крови ФИО1 обнаружено 8% карбоксигемоглоблина, в крови ФИО2 обнаружено 12% карбоксигемоглобина. Указанные показатели у ФИО2 и ФИО1 в пределах нормы. Наличие у погибших в крови карбоксигемоглобина не могло явиться причиной смерти.

Из показаний специалиста ФИО36, заведующего кафедрой химии и геоэкологии Института естественных наук и математики 

<

данные изъяты> данных в ходе судебного следствия следует, что метан - это самый простейший углеводород насыщенного ряда природный газ, на 98% состоит из метана, является природным ископаемым, образовывается наряду с нефтью, газом, углем, это трансформация растительных, животных остатков, метан может выделяться коровами. Фенол – это не газ, а твердое вещество, органическое соединение, ароматического ряда. Фенол - более химически активный, возникает при производственных выбросах, то есть при производстве пластика, переработки угля. Соединение летучее, поэтому образование паров в воздухе возможно. Газ легкий, поэтому он может задерживаться только в замкнутых пространствах, не является ядовитым так каковым. Но при высокой концентрации вытесняет воздух из крови, возникает удушье у человека. Фенол является токсичным веществом, обладает специфическим резким запахом, в отличие от метана, который ничем не пахнет. Допускает, что фенол мог образоваться в колодце, так как является летучим соединением. Метан добывают из недр земли. Метан используют также в производственных целях, а также его можно использовать как топливо для автомобиля. Соединение фенола широко используемое соединение – это химия красителей, химия лекарственных веществ. Природа образования газов метан и фенола может быть, как природного характера, как техногенного характера.

Вопреки доводам стороны защиты, показания потерпевших и свидетелей судом надлежащим образом оценены, в том числе путем сопоставления с другими исследованными доказательствами, с приведением мотивов, по которым признаны достоверными одни доказательства и отвергнуты другие. Незначительные противоречия в показаниях свидетелей, не являются существенными, не влияют на доказанность вины осужденных, объясняются давностью событий и субъективными особенностями памяти свидетелей.

Судом первой инстанции обоснованно признаны достоверными показания потерпевшей Потерпевшей №1, данные в ходе судебного следствия, показания потерпевших Потерпевшей №2, Потерпевшего №3, данные в ходе предварительного расследования, а показания указанных потерпевших, данные на стадии судебного следствия признаны соответствующими действительности только в той части, в которой они не противоречат их показаниям, данных в ходе предварительного расследования, а также признаны достоверными показания свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО8 ФИО7, ФИО20, ФИО21, ФИО41, ФИО10, ФИО9, ФИО16, ФИО13 данные ими в ходе предварительного расследования и показания указанных свидетелей, данные в ходе судебного следствия в части, не противоречащей их показаниям, данным в ходе предварительного следствия. Оснований для оговора осужденных, причин их личной заинтересованности в исходе дела, не усматривается. Оснований не согласиться с данными выводами суд апелляционной инстанции не находит. 

Судом первой инстанции обоснованно признаны достоверными показания свидетелей ФИО25, ФИО27, ФИО28, ФИО30, ФИО31, данные ими в ходе судебного заседания.

Положенные в основу приговора показания потерпевших, свидетелей в значимых деталях согласуются со сведениями, содержащимися в иных материалах дела, показания получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. 

Показания специалистов ФИО29, ФИО24, ФИО32, ФИО33, ФИО38, ФИО34, ФИО36, ФИО35, эксперта ФИО37 оценены судом в совокупности с исследованными доказательствами по делу и обоснованно признаны судом относимыми, достоверными, допустимыми доказательствами по делу, которые согласуются как между собой, так и с совокупностью исследованных доказательств по делу, показания указанными лицами даны и использованы судом в качестве доказательств по делу в части вопросов, входящих в их профессиональную компетенцию при исполнении служебных обязанностей, поскольку оценка доказательств является прерогативой суда. Показания специалистов и эксперта получены в соответствии с требованиями ст.ст. 57, 58 УПК РФ, оснований для признания недопустимыми, суд апелляционной инстанции не находит. 

Приходя к выводу о том, что в период совершения установленного судом преступления ФИО43, занимая должность директора ООО 

<

данные изъяты> выполнял управленческие функции в указанной коммерческой организации, то есть являлся лицом, выполняющим функции единоличного исполнительного органа ООО 

<

данные изъяты> постоянно выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в ООО 

<

данные изъяты> при этом владел знаниями в области охраны труда для руководителей, обязан был обеспечить безопасные условия труда для подчиненных ему работников и соблюдать требования охраны труда, суд сослался на: Устав ООО 

<

данные изъяты> утвержденный общим собранием участников ООО 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому основной целью Общества является извлечение прибыли посредством хозяйственной деятельности. К основным видам деятельности ООО 

<

данные изъяты> помимо прочего относится разведение крупного рогатого скота, разведение лошадей, ослов, мулов и лошаков, производство мяса и мясопродуктов, производство молочных продуктов. Согласно п. 16.1 Устава ООО 

<

данные изъяты> единоличным исполнительным органом Общества является директор, назначаемый общим собранием участников Общества сроком на три года простым большинством голосов участников. В соответствии с п. 16.2. Устава ООО 

<

данные изъяты> директор Общества без доверенности действует от имени Общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки, издает приказы о назначении на должности работников Общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания. Согласно п. 16.3 Устава ООО 

<

данные изъяты> порядок деятельности единоличного исполнительного органа Общества и принятия им решения устанавливается Уставом Общества, внутренними документами Общества, а также договором, заключенным между Обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа (т. 3 л.д. 146-152);

- приказы от ДД.ММ.ГГГГ №, ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №., согласно которым в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО43 занимал должность директора ООО 

<

данные изъяты> (т. 3 л.д. 104,121, т. 4 л.д. 29);

- трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО43, являясь директором ООО 

<

данные изъяты> обязан добросовестно исполнять следующие должностные обязанности: осуществлять руководство текущей деятельностью работодателя (п. 5.1.1); без доверенности действовать от имени работодателя, в том числе представлять его интересы и совершать сделки (п. 5.1.4); издавать приказы о назначении на должности работников, об их переводе и увольнении, применять меры поощрения и налагать дисциплинарные взыскания (п. 5.1.6); издавать приказы и давать указания, обязательные для выполнения всеми работниками работодателя (п. 5.1.7); утверждать правила, процедуры и другие внутренние документы Работодателя, за исключением документов, утверждаемых Общим собранием участников Работодателя (п. 5.1.8); совершать любые другие действия, необходимые для достижения целей Работодателя (п. ДД.ММ.ГГГГ); соблюдать трудовую дисциплину (п. ДД.ММ.ГГГГ); соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда (п. ДД.ММ.ГГГГ) (т. 3 л.д. 122-123);

- приказ от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому директором ООО 

<

данные изъяты> ФИО43 утверждено положение о системе управления охраной труда ООО 

<

данные изъяты> в п. 4.4 раздела 4 которого определено, что распределение в сфере обязанностей в сфере охраны труда между должностными лицами закреплено в приказах Общества и других локальных нормативных актах, планах мероприятий, а также в трудовых договорах и/или должностных инструкциях (т. 2 л.д.194-203);

- удостоверение от ДД.ММ.ГГГГ №, выданное АНО УЦ ДПО 

<

данные изъяты> согласно которому ФИО43 прошел проверку знаний требований охраны труда по программе «Охрана труда для руководителей, специалистов и членов комиссий по проверке знаний работников организаций» в объеме 40 часов (т. 3 л.д. 155).

Приходя к выводу о том, что в период совершения установленного судом преступления ФИО44, занимая должность заместителя директора ООО 

<

данные изъяты> выполнял управленческие функции в указанной коммерческой организации, то есть являлся лицом, постоянно выполняющим организационно-распорядительные функции в ООО 

<

данные изъяты> при этом согласно должностной инструкции владел необходимыми знаниями в области охраны труда для руководителей и был обязан при выполнении своих должностных обязанностей, в том числе по поручению директора ООО 

<

данные изъяты> ФИО43, обеспечить безопасные условия труда для подчиненных ему работников и соблюдать требования охраны труда суд сослался на: трудовой договор, дополнительное соглашение к договору, согласно которым ФИО44 принят в ООО 

<

данные изъяты> на должность заместителя директора и обязан добросовестно, качественно и в установленные сроки исполнять порученные ему производственные задания (п. 2.2.1 раздела 2); соблюдать трудовую и производственную дисциплину, требования по охране и безопасности труда (п. 2.2.3 раздела 2); должностную инструкцию, утвержденную директором ООО 

<

данные изъяты> ФИО43, согласно которой заместитель директора по производительным вопросам и строительству, ФИО44 подчиняется непосредственно директору предприятия (п. 1.3 раздела 1); ФИО44 должен знать нормативные, методические и другие материалы по организации ремонта оборудования, зданий, сооружений, организацию ремонтной службы на предприятии, основы организации производства, правила и нормы охраны труда (п. 1.4 раздела 1); производственными объектами руководства и контроля ФИО44 является территория предприятия (ограждения, инженерные сооружения), строительные объекты (п.п. 5, 6 раздела 2); ФИО44 обязан обеспечить высокую культуру содержания и эксплуатации вверенных ему объектов, соблюдение требований производственной санитарии и противопожарной безопасности (п. 2.1 раздела 2); обязан обеспечить безаварийную и технически правильную эксплуатацию всех видов оборудования и техники, своевременный ремонт и модернизацию (п. 2.2 раздела 2); ФИО44 осуществляет производственный инструктаж рабочих, занятых на производстве ремонтных и строительных работ, проводит мероприятия по выполнению правил охраны труда и техники безопасности, производственной санитарии при проведении ремонтных работ, а также контролирует их соблюдение (п. 2.5 раздела 2); распределяет по рабочим местам работников предприятия, не занятых на сельскохозяйственных работах и работах в цехе переработки; выдает сменное производственное задание, контролирует качество его выполнения (п. 2.8 раздела 2); имеет право давать подчиненным ему работникам поручения, задания по кругу вопросов, входящих в его функциональные обязанности (п. 3.1 раздела 3); несет ответственность за непринятие мер по пресечению выявленных нарушений правил техники безопасности, противопожарных и других правил, создающих угрозу деятельности предприятия и его работникам (п. 4.4 раздела 4); несет ответственность за необеспечение соблюдения трудовой дисциплины работниками, находящимися в его подчинении (п. 4.5 раздела 4) (т. 6 л.д. 8-10). 

ФИО43 и ФИО44 в том числе по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ отвечали за соблюдение правил техники безопасности и правил охраны труда.

Исследованные в ходе судебного следствия доказательства подтверждают, что ФИО1 и ФИО2 осуществляли трудовую деятельность в ООО 

<

данные изъяты> в том числе по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО1 принят на работу в ООО 

<

данные изъяты> в качестве зоотехника, дата начала работы ДД.ММ.ГГГГ. Из п. 1.3 трудового договора следует, что ФИО1 в летний и зимний сезоны обязан выполнять трудовые функции, связанные со слесарными работами. Дополнительным соглашением трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ № дополнен тем, что условия труда на рабочем месте ФИО1 соответствует 2 классу (т. 3 л.д. 107-108, 111).

ФИО2 принят на работу в ООО 

<

данные изъяты> в качестве скотника, дата начала работы ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно п. 1.3 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 в летний и зимний сезоны обязан выполнять трудовые функции, связанные со слесарными работами (т. 3 л.д. 109-110).

Исследовав трудовой договор ФИО2 и ФИО1, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии обязанностей у данных работников в части производства работ в водопроводных колодцах.

Обосновывая виновность ФИО43 и ФИО44 в содеянном, суд также верно сослался в приговоре на: протокол осмотра места происшествия, согласно которому был осмотрен участок местности на территории ООО 

<

данные изъяты> расположенный на расстоянии 390 метров в северном направлении от 

<

адрес>, в ходе осмотра обнаружены и осмотрены трупы ФИО1 и ФИО2, под металлическим люком обнаружен колодец глубиной 320 см, на дне которого расположен грунт, а с четырех сторон колодца выходят сантехнические трубы, которые соединены между собой, на трубах имеется металлический кран, стены колодца выполнены из бетона. В ходе осмотра места происшествия специалистом со дна колодца произведен забор воздуха (т. 1 л.д. 56-62); протокол дополнительного осмотра места происшествия, согласно которому дополнительно осмотрен участок местности на территории ООО 

<

данные изъяты>, в ходе которого водопроводные колодцы и поилки пронумерованы от № до №, определены их географические координаты, колодец, в котором наступила смерть ФИО1 и ФИО2 определен под №, на расстоянии 2 метров от которого расположена поилка №, представляющая собой емкость с водой (т. 1 л.д. 63-76); протокол дополнительного осмотра места происшествия, согласно которому осмотрен кабинет по технике безопасности ООО 

<

данные изъяты> в ходе которого изъяты инструкции по охране труда, которые в последующем были осмотрены, признаны в качестве вещественных доказательств по делу, приобщены к материалам уголовного дела (т. 1 л.д. 77-84, 85-94, 95-113, 114-115); протокол дополнительного осмотра места происшествия, согласно которому дополнительно осмотрены поилка и водопроводные колодцы ООО 

<

данные изъяты> в 

<

адрес> (т. 1 л.д. 116-126); протоколы выемки, согласно которым у потерпевшей Потерпевшей №1 произведена выемка трудовой книжки ФИО1, у свидетеля ФИО4 изъяты материалы расследования группового несчастного случая с ФИО2 и ФИО1 (т. 1 л.д.150-152, т. 2 л.д. 9-11); протокол осмотра документов, согласно которому осмотрены материалы расследования группового несчастного случая с ФИО2 и ФИО1, в ходе расследования дополнительно установлено, что в ООО 

<

данные изъяты> отсутствует СОУТ на рабочем месте зоотехника и скотника, работа по оценке уровней профессиональных рисков на рабочих местах в ООО 

<

данные изъяты> не проведена, отсутствуют программы проведения инструктажей по охране труда, отсутствуют сведения о прохождении ФИО1 и ФИО2 медосмотра, ФИО1 и ФИО2 не проведено обучение по охране труда, проверка знаний и навыков области охраны труда по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай, ФИО1 и ФИО2 не обеспечены в полном объеме средствами индивидуальной защиты, согласно типовым нормам выдачи. Вид происшествия: воздействие вредных веществ, путем вдыхания, попадания внутрь абсорбции в результате неправильного их применения или обращения с ними. Причины несчастного случая: неудовлетворительная организация производства работ; недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда; необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдений трудовой дисциплины; недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда; не проведение обучения и проверки знаний охраны труда (не проводилось обучение по охране труда при работе в колодцах). Исследованные материалы признаны в качестве вещественных доказательств по делу, приобщены к материалам уголовного дела (т. 2 л.д. 12-130, 131-133); протокол выемки, согласно которому у свидетеля ФИО4 изъяты должностная инструкция специалиста по охране труда ООО 

<

данные изъяты> положение о системе управления труда ООО 

<

данные изъяты> журнал регистрации вводного инструктажа ООО 

<

данные изъяты> журнал регистрации инструктажа на рабочем месте, ознакомления должностными инструктажами и трудовым распорядком предприятия ООО 

<

данные изъяты> за ДД.ММ.ГГГГ, трудовая книжка ФИО2, электронные личные карточки учета выдачи СИЗ ФИО1 и ФИО2 на бумажном носителе, журнал регистрации инструктажа на рабочем месте, ознакомления должностными инструктажами и трудовым распорядком предприятия ООО 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ., положение о системе управления охраной труда ООО 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ. Данные документы осмотрены, признаны в качестве вещественных доказательств по делу, приобщены к материалам уголовного дела (т. 2 л.д. 138-140, 141-211, 212-213, 214-215); протокол выемки, согласно которому у ФИО43 изъяты: справка об отсутствии водопровода и водопроводных колодцев на балансе ООО 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ; выписка из ЕГРЮЛ от ДД.ММ.ГГГГ №; протокол измерений показателей тяжести трудового процесса от ДД.ММ.ГГГГ №; карта № специальной оценки условий труда рабочего по уходу за животными от ДД.ММ.ГГГГ; трудовые договоры и дополнительные соглашения к ним; приказ о предоставлении отпуска работнику ФИО43 от ДД.ММ.ГГГГ №; приказ о возложении обязанностей директора на время отпуска от ДД.ММ.ГГГГ №; приказ о приеме работника на работу ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №; приказ о переводе работника на постоянную работу от ДД.ММ.ГГГГ №; приказ о прекращении трудового договора ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №; приказ о прекращении трудового договора ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №; приказ о приеме на работу ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №. Данные документы были осмотрены, признаны в качестве вещественных доказательств по делу, приобщены к материалам уголовного дела (т. 3 л.д. 83-91, 92-157); протокол обыска, согласно которому проведен обыск в помещениях, расположенных на территории ООО 

<

данные изъяты> В ходе обыска изъяты: приказ директора ООО 

<

данные изъяты> ФИО43 от ДД.ММ.ГГГГ №, личные карточки работников на ФИО5, ФИО4, ФИО44, ФИО43, трудовой договор на ФИО44, дополнительные соглашения к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, копия трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № на ФИО5, трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ № на ФИО5, трудовой договор на ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ № к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ № на ФИО5, трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ на ФИО5, трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ № на ФИО4, дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ № на ФИО4, приказ о переводе работника на другую работу от ДД.ММ.ГГГГ №. Данные документы были осмотрены, признаны в качестве вещественных доказательств по делу, приобщены к материалам уголовного дела (т. 4 л.д. 20-24, 25-58, 59-60); акт расследования группового несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому произведено расследование несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ на территории ООО 

<

данные изъяты> с ФИО1 и ФИО2, комиссией в составе председателя: ФИО24, членов: ФИО23, ФИО21, ФИО22, ФИО20, ФИО44, ФИО4, в котором отражены краткая характеристика места (объекта), где произошел несчастный случай, место происшествия: бетонный колодец для подключения подачи воды в поилки для животных, обстоятельства несчастного случая, установлено, что в ООО 

<

данные изъяты> отсутствует система управления охраной труда на рабочем месте зоотехника и скотника, работа по оценке уровней профессиональных рисков на рабочих местах в ООО 

<

данные изъяты> не проведена, отсутствуют программы проведения инструктажей по охране труда, отсутствуют сведения о прохождении ФИО1 и ФИО2 медосмотра, ФИО1 и ФИО2 не проведено обучение по охране труда, проверка знаний и навыков области охраны труда по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай, ФИО1 и ФИО2 не обеспечены в полном объеме средствами индивидуальной защиты, согласно типовым нормам выдачи, указан вид происшествия, причины несчастного случая, такие как неудовлетворительная организация производства работ, недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдений трудовой дисциплины, недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда, не проведение обучения и проверки знаний охраны труда (не проводилось обучение по охране труда при работе в колодцах) (т. 4 л.д. 65-78); протокол № исследований воздуха рабочей зоны от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому исследован воздух рабочей зоны водопроводного колодца, расположенного в 3 метрах от поилки (рабочее место скотника), на содержание в нем углерода оксида, углерода диоксида, фенола (т. 4 л.д. 150); экспертное заключение от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в исследованных пробах воздуха обнаруженная максимально-разовая концентрация фенола, с учетом погрешности, на рабочем месте скотника в водопроводном колодце (в 3 м от поилки) составила 6.63±1.53 мг/м?, при нормативе не более 1 мг/м? (превышение в 6.6 раз), что не соответствует требованиям СанПиН 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания», гл. 2, табл. 2.1. По остальным определяемым показателям (углерод оксид и углерод диоксид) обнаруженные максимально-разовые концентрации на рабочем месте скотника в водопроводном колодце (в 3 м от поилки) не превышают предельно-допустимые концентрации и соответствуют требованиям СанПиН 1.2.3685-21, гл. 2, табл. 2.1. (т. 4 л.д. 151); протокол № исследований воздуха рабочей зоны от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому исследован воздух рабочей зоны водопроводного колодца, расположенного в 3 метрах от поилки (Рабочее место скотника), на содержание в нем сероводорода, метана, аммиака (т. 4 л.д. 152); заключение по результатам гигиенической оценки лабораторных исследований, согласно которому, в исследованных пробах воздуха обнаруженная максимально-разовая концентрация метана на рабочем месте скотника в водопроводном колодце (в 3 м от поилки) составила более 35000 мг/м., при нормативе 7000 мг/м. (превышение более чем в 5 раз), что не соответствует требованиям СанПиН 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания», гл. 2, табл. 2.1. По остальным определяемым показателям (углерод оксид и углерод диоксид) обнаруженные максимально-разовые концентрации на рабочем месте скотника в водопроводном колодце (в 3 м от поилки) не превышают предельно-допустимые концентрации и соответствуют требованиям СанПиН 1.2.3685-21, гл. 2, табл. 2.1. (т. 4 л.д. 153); ответ Автономной некоммерческой организации Учебный центр дополнительного профессионального образования 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому ФИО43 прошел обучение по охране труда для руководителей, специалистов и членов комиссий по проверке знаний организаций в объеме 40 часов, по окончании обучения он прошел проверку знаний требований охраны труда работников и получил результат проверки «сдал». Согласно программы обучения по охране труда для специалистов и руководителей организаций АНО УЦ ДПО 

<

данные изъяты> ФИО43 прошел обучение по организации безопасного производства работ с повышенной опасностью (т. 4 л.д. 229-244); карту вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которой ДД.ММ.ГГГГ поступил вызов в село 

<

адрес> в ООО 

<

данные изъяты> время прибытия на ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ констатирована смерть ФИО2 (т. 4 л.д. 248-252); карту вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которой ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 29 минут поступил вызов в 

<

адрес> на ООО 

<

данные изъяты> время прибытия на место 11 часов 19 минут ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ констатирована смерть ФИО1 (т. 5 л.д. 1-6); договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому между Комитетом по управлению муниципальным имуществом администрации муниципального образования 

<

адрес> и ООО 

<

данные изъяты> заключен договор аренды на земельный участок с кадастровым № сроком на 49 лет (с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ) (т. 5 л.д. 232-238); выписка из Единого государственного реестра юридических лиц от ДД.ММ.ГГГГ №, протокол измерений показателей тяжести трудового процесса № карта № специальной оценки условий труда рабочего по уходу за животными от ДД.ММ.ГГГГ, которые приобщены в качестве вещественных доказательств по делу, хранятся при уголовном деле (т. 3 л.д. 158-161), и иные доказательства.

Субъективная оценка произошедшего и анализ доказательств, которые даны осужденным ФИО43 в суде апелляционной инстанции и защитниками в жалобах и дополнениях, не могут быть приняты во внимание, поскольку суд первой инстанции, как того требуют положения ст. 87, 88 УПК РФ, оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, в том числе показаний лиц, на которые имеется ссылка в жалобах стороны защиты, все доказательства в совокупности, с точки зрения достаточности для вынесения итогового решения по делу. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает и позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены или изменения судебного решения. Вопреки доводам апелляционных жалоб защитников, выводы суда и приведенная судом в приговоре мотивировка оценки доказательств, не вызывает сомнения. Взаимоисключающих выводов относительно фактических обстоятельств совершения каждым из осужденных преступления приговор суда не содержит.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они носят мотивированный характер и основаны на материалах уголовного дела.

Новых обстоятельств, позволяющих поставить под сомнение выводы суда, в апелляционных жалобах не содержится.

Поскольку сведения, содержащиеся в правоустанавливающих документах, приказах, договорах, инструкциях, справках, актах несчастного случая, журналах регистрации инструктажа, положениях, правилах внутреннего распорядка, медицинских документах, протоколах исследований, ответах на запросы, акте расследования несчастного случая, приведенных в приговоре, устанавливают обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, получены и приобщены к делу предусмотренным законом способом, отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам, согласуются с другими данными по делу, источник получения доказательств суду понятен, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно признал их в соответствии с нормами п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств по настоящему уголовному делу, как иные документы. 

Суд первой инстанции, проанализировав должностные инструкции осужденных и правила охраны труда, правильно признал доказанным, что ФИО43 являясь директором ООО 

<

данные изъяты> и ФИО44 занимающий должность заместителя директора ООО 

<

данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, являлись субъектами преступления, предусмотренного ст. 143 УК РФ, поскольку на них возложены обязанности по обеспечению соблюдения требований охраны труда.

Ни одно из доказательств, положенных в обоснование вывода о виновности осужденных, каких-либо сомнений в своей достоверности и допустимости не вызывает. 

Поэтому доводы апелляционных жалоб о недопустимости ряда доказательств, положенных в основу приговора, являются несостоятельными.

Доводы апелляционной жалобы адвоката о недопустимости акта расследования группового несчастного случая были известны суду первой инстанции и обоснованно опровергнуты с приведением мотивов принятого решения, оснований не согласиться с которыми не находит суд апелляционной инстанции. Наличие особого мнения при составлении акта после завершения расследования не свидетельствует о недопустимости и нелегитимности составленного акта, подписанного всеми членами комиссии, и оформленного надлежащим образом. Указанный акт составлен по результатам организованного и проведенного расследования несчастного случая на производстве.

Следственные действия по делу проведены в соответствии с требованиями закона на этот счет, а потому их результаты, нашедшие отражение в протоколах следственных действий, обоснованно положены в основу обвинительного приговора в качестве доказательств виновности ФИО43 и ФИО44

Заключения экспертов правильно признаны судом первой инстанции допустимыми доказательствами, поскольку они научны и обоснованны, выполнены лицами, имеющими достаточный опыт работы в экспертной деятельности, перед проведением экспертизы предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, выводы, изложенные в них, развернуты и мотивированы, сомневаться в их правильности нет оснований. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб, каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, препятствующих вынесению в отношении ФИО43 и ФИО44 обвинительного приговора органами предварительного расследования не допущено, выводы о их виновности в совершении инкриминируемого каждому из них преступления, сделаны судом первой инстанции в результате оценки совокупности доказательств, которых, по мнению суда апелляционной инстанции, исследовано в достаточном объеме для разрешения дела по существу и вынесения по нему итогового решения.

Доводы стороны защиты в отношении приведенных доказательств, изложенные в апелляционных жалобах, аналогичные доводам защиты в суде первой инстанции, были предметом судебной проверки, в полном объеме приведены в приговоре и проверены. 

Каких-либо сомнений и неясностей, связанных с вопросами о доказанности вины и квалификации действий ФИО43 и ФИО44, не осталось. В связи с этим доводы жалоб о неверно произведенной оценке доказательств, предположительных выводах суда, суд апелляционной инстанции полагает несостоятельными, поскольку по настоящему делу судом учтены все обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения уголовного дела, и представленные, как органом предварительного расследования, так и сторонами в судебном заседании. 

Анализ приведенных в приговоре доказательств свидетельствует о том, что фактические обстоятельства дела судом установлены верно и по делу обоснованно постановлен обвинительный приговор. В нем указаны обстоятельства преступного деяния, установленного судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности ФИО43 и ФИО44 в содеянном, и мотивированы выводы относительно квалификации преступления. Оснований сомневаться в правильности данной судом оценки доказательствам не имеется.

Исходя из того, что преступление, предусмотренное ст. 143 УК РФ является бланкетной нормой закона, суд при описании преступного деяния надлежащим образом привел в приговоре сведения о федеральных законах и нормативных правовых актах, которыми предусмотрены требования охраны труда, направленные на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности.

Указание в обвинении и приговоре ссылок на нормы трудового права и правил охраны труда для работодателя обусловлено тем, что нарушения, которые вменены ФИО43 и ФИО44, вытекают из норм, которыми должен руководствоваться работодатель. Должностная инструкция, нарушение пунктов которой также вменено непосредственно ФИО44, разработана на основании норм трудового права и правил охраны труда, приведенных в приговоре. Обвинение изложено полно с конкретным указанием правовых норм, содержащихся в ст.ст. 22, 214, 217, 218, 219, 221 ТК РФ, Примерном положении о системе управления охраной труда, утвержденном приказом Минтруда России от 29.10.2021 № 776н. 

Такое описание обвинения, в совершении которого ФИО43 и ФИО44 признаны судом виновными, не противоречит и разъяснениям Верховного Суда РФ, приведенным в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 29 ноября 2018 года N 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов». 

Все нормы, которые вменены осужденным как нарушение ими, в частности нормы ТК РФ, являлись действующими именно на период совершения инкриминируемого им преступления, в том числе по ДД.ММ.ГГГГ и приведение редакции в приговоре не вызывалось необходимостью. 

Утверждение апеллянтов со ссылкой на постановление Пленума Верховного Суда РФ, что суд не привел в приговоре доказательств, подтверждающих нарушение ФИО43 и ФИО44 норм нормативных актов, перечисленных в приговоре, и наличие причинной связи между нарушениями и наступившими последствиями не основано на материалах дела и содержании приговора.

Конкретизация преступного поведения ФИО43 и ФИО44, в результате которого наступили общественно-опасные последствия в виде смерти потерпевших ФИО1 и ФИО2 в описании преступного деяния в приговоре также имеется. Вопреки доводам апеллянтов, как в обвинительном заключении, так и в описательно-мотивировочной части приговора указан вид формы вины - неосторожности при совершении преступления ФИО43 и ФИО44 – преступная небрежность. 

Предварительное следствие проведено с соблюдением уголовно-процессуального законодательства. Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не имеется, поскольку на стадии предварительного расследования не допущено нарушений уголовно-процессуального законодательства, препятствующих рассмотрению уголовного дела судом. Обвинительное заключение по делу составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, содержит существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела. Препятствий для рассмотрения уголовного дела судом на основе составленного обвинительного заключения не имелось.

Порядок привлечения ФИО43 и ФИО44 к уголовной ответственности, предусмотренный гл. 23 УПК РФ, органами следствия не нарушен. Предъявленное обвинение конкретизировано и содержит описание преступления с указанием времени, места, способа его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с п.п. 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ. Содержание изложенного в обвинительном заключении обвинения является понятным и не препятствовало построению линии защиты и не нарушало прав осужденных на защиту. 

Доводы стороны защиты о том, что в ходе предварительного следствия не установлен источник образования газа, отравление которым явилось причиной смерти ФИО2 и ФИО1, с учетом показаний специалиста, допрошенного в ходе судебного следствия, в сопоставлении с совокупностью исследованных доказательств, не опровергает выводы суда о виновности осужденных в преступном деянии при обстоятельствах, установленных и изложенных в обжалуемом судебном решении. 

Исследовав доказательства в совокупности, суд первой инстанции обоснованно и с приведением мотивов принятого решения пришел к выводу, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО43, являясь директором общества, в нарушение правовых норм, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, не предпринял мер к созданию безопасных условий труда для работников ООО 

<

данные изъяты> в том числе при производстве работ в ограниченных и замкнутых пространствах, к которым относились водопроводные колодцы, расположенные на используемой для осуществления коммерческой деятельности ООО 

<

данные изъяты> территории, а именно: не провел самостоятельную оценку соблюдения требований трудового законодательства на ООО 

<

данные изъяты> не обеспечил создание и функционирование СУОТ на ООО 

<

данные изъяты> в полном объеме; не создал безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места в колодцах, не выявил опасности, связанной с работой в колодцах, в том числе опасность отравления работников метаном и фенолом, не провел оценку профессиональных рисков, связанных с выявленными опасностями, в том числе потерей сознания или асфиксией из-за газа (метана и фенола); не разработал и не утвердил перечень ограниченных и замкнутых пространств на территории ООО 

<

данные изъяты> с включением в указанный перечень колодцев; не разработал и не утвердил в рамках СУОТ локальные документы (инструкцию по охране труда при производстве работ в колодцах, стандарт, устанавливающий порядок организации и проведения работ в колодцах, форму наряда-допуска для производства работ в колодцах), уточняющие и конкретизирующие требования к проведению работ по наряд-допускам в колодцах с учетом возможного отравления работников метаном и фенолом; не организовал обучение ФИО2 и ФИО1 по охране труда при производстве работ в колодцах, в том числе не организовал обучение ФИО2 и ФИО1 безопасным методам и приемам выполнения работ в колодцах, не организовал проведение ФИО1 и ФИО2 теоретического экзамена с выполнением практических (ситуационных) заданий с оценкой наличия у них соответствующих навыков и умений для производства работ в колодцах; не обеспечил ФИО1 и ФИО2 необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей средствами индивидуальной защиты (противогазами), средствами коллективной защиты – страховочными системами обеспечения безопасности работ на высоте в составе анкерного устройства, страховочной привязи, соединительно-амортизирующей подсистемы, а также газоанализатором и газосигнализатором. При этом ФИО44, в нарушение правовых норм, приведенных в описательно-мотивировочной части приговора, вопреки должностным обязанностям заместителя директора общества, не предпринял мер к созданию безопасных условий труда для работников ООО 

<

данные изъяты> в том числе при производстве работ в ограниченных и замкнутых пространствах, к которым относились водопроводные колодцы, расположенные на используемой для осуществления коммерческой деятельности ООО 

<

данные изъяты> территории, а именно: не создал безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места в колодцах, не выявил опасности, связанные с работой в колодцах, в том числе опасность отравления работников метаном и фенолом, не провел оценку профессиональных рисков, связанных с выявленными опасностями, в том числе потерей сознания или асфиксией из-за газа (метана и фенола); не доложил директору ООО 

<

данные изъяты> о необходимости утверждения перечня ограниченных и замкнутых пространств на территории ООО 

<

данные изъяты> с включением в указанный перечень колодцев; не разработал и не предоставил на утверждение директору ООО 

<

данные изъяты> ФИО43 в рамках СУОТ локальные документы (инструкцию по охране труда при производстве работ в колодцах, стандарт, устанавливающий порядок организации и проведения работ в колодцах, форму наряда-допуска для производства работ в колодцах), уточняющие и конкретизирующие требования к проведению работ по наряд-допускам в колодцах с учетом возможного отравления работников метаном и фенолом; не провел с работниками ФИО1 и ФИО2 первичный и целевой инструктаж на рабочем месте, не ознакомил их с имеющимися опасными или вредными производственными факторами, выявленными при работах в колодцах, в том числе опасностью отравления метаном и фенолом в колодце, не провел инструктаж по применению безопасных методов и приемов выполнения работ в колодцах с указанными работниками; не обеспечил ФИО1 и ФИО2 необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей средствами индивидуальной защиты (противогазами), средствами коллективной защиты – страховочными системами обеспечения безопасности работ на высоте в составе анкерного устройства, страховочной привязи, соединительно-амортизирующей подсистемы, а также газоанализатором и газосигнализатором; не провел производственный инструктаж ФИО1 и ФИО2, занятых на производстве ремонтных работ, связанных с отключением поилки от системы трубопровода, не провел мероприятия по выполнению правил охраны труда и техники безопасности с указанными сотрудниками при выполнении работ в водопроводных колодцах, не провел мероприятия по производственной санитарии при проведении работ ФИО1 и ФИО2 в водопроводном колодце, направленные на исключение нахождения в колодце метана и фенола, не проконтролировал соблюдение ФИО1 и ФИО2 правил охраны труда и техники безопасности, производственной санитарии при проведении работ в колодце, не проконтролировал качество выполнения задания, выданного ФИО1 и ФИО2

Суд первой инстанции пришел к выводу, что каждый из осужденных действовал самостоятельно. 

Вопреки доводам стороны защиты, исследованными в ходе судебного следствия доказательствами установлено, что несчастный случай с ФИО1 и ФИО2 находится в причинно-следственной связи с допущенными ФИО43 и ФИО44 нарушениями, в частности с тем, что потерпевшие ФИО2 и ФИО1 при проведении работ, связанных со спуском в колодец, не были обеспечены средствами индивидуальной защиты, в том числе предохранительными поясами, шланговыми противогазами, кислородными изолирующими противогазами, газоанализаторами и газосигнализаторами, защитными касками, специальной одеждой и специальной обувью, т.е. у них отсутствовали необходимые инструментально-технические средства и приспособления. Между бездействием ФИО43 и ФИО44 и наступившими последствиями в виде смерти ФИО1 и ФИО2 имеется прямая причинная связь. 

Вопреки доводам апеллянтов, работники ООО 

<

данные изъяты> непосредственно участвовавшие в проведении работ, связанных с ремонтом поилок, указали на невозможность отключения поилки от водопровода без спуска в колодец, и перекрытии поступления воды механическим перекрытием кранов, без нарушения конструктивной целостности системы, специалист ФИО33 также пояснил, что перекрытие поступления подачи воды в поилку возможно осуществлять только с помощью запорной арматуры, то есть с помощью крана, имеющегося в водопроводном колодце. 

На основании вышеизложенного, в совокупности с исследованными доказательствами по делу, в том числе в сопоставлении с протоколами осмотра места происшествия и приложенных к ним схем, дающих наглядное представление о месте происшествия, довод стороны защиты о том, что суд, не обладая специальными познаниями, при отсутствии экспертных исследований пришел к необоснованному выводу о том, что в связи с конструктивными особенностями поилок для скота вода в них поступает автоматически по системе трубопроводов и прекратить ее подачу, без нарушения конструктивной целостности системы, возможно только механическим перекрытием кранов, расположенных на дне каждого из 5 водопроводных колодцев, о чем было достоверно известно директору Общества ФИО43 и заместителю директора ООО 

<

данные изъяты> ФИО44, является несостоятельным. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что довод осужденного ФИО43 о наличии иного способа перекрытия поступления воды не опровергает выводы суда о виновности в инкриминируемом ФИО43 и ФИО44 деянии, при обстоятельствах, установленных в обжалуемом приговоре. 

Также суд апелляционной инстанции отклоняет, как не основанные на законе, доводы апеллянтов о необходимости правовой оценки действий ФИО5, который, по мнению стороны защиты, на момент инкриминируемого ФИО43 и ФИО44 деяния исполнял обязанности директора, действий специалиста по охране труда ФИО4, поскольку суд не является органом уголовного преследования и в силу ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемых и лишь по предъявленному им обвинению. 

Доводы стороны защиты о том, что ООО 

<

данные изъяты> по роду своей деятельности не занималось обслуживанием водопроводных сетей централизованной системы водоснабжения на территории 

<

адрес> сельсовета, что не являлось собственником водопроводного колодца, где произошла гибель работников, собственник колодца не установлен, не исключает уголовной ответственности ФИО43 и ФИО44 за деяние, в совершении которого они признаны виновными, поскольку осужденные не привлекаются к уголовной ответственности за ненадлежащее исполнение обязанностей при обслуживании водопроводного колодца, их ответственность связана с их должностными полномочиями, в силу которых они не обеспечили безопасные условия труда для подчиненных им работников и не обеспечили соблюдение требований охраны труда работников в процессе их трудовой деятельности. 

Судом первой инстанции на основании исследованных доказательств установлено, что водопроводные колодцы, в том числе колодец, где произошла гибель ФИО1 и ФИО2 находились на территории ООО 

<

данные изъяты> обеспечивали водоснабжением поилки для скота, в летний период ДД.ММ.ГГГГ в ООО 

<

данные изъяты> проводился ремонт поилок, о чем достоверно было известно и ФИО43, и ФИО44 Все подготовительные работы до демонтажа поилки, включая отключение поилки от системы водоснабжения, осуществлялись ФИО1, который находился в непосредственном подчинении ФИО44 и ФИО43 Отключение водоснабжения в поилке происходило путем перекрытия крана, расположенного в колодце, для выполнения данной работы привлекались скотники, зоотехники, которые и ранее осуществляли спуски в колодцы. Поскольку судом первой инстанции достоверно установлено, что работники осуществляли спуски в водопроводные колодцы, работы в которых отнесены к работам повышенной опасности, то производство таких работ должно производиться с Правилами по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах, утвержденным Приказом Минтруда России от 15.12.2020 № 902н, однако подтверждающих о выполнении указанных нормативных предписаний лицами, ответственными за охрану труда, не установлено. Совокупность исследованных судом первой инстанции доказательств позволила суду прийти к выводу, что ФИО44 привлек к работам, связанным со спуском в колодец ФИО1, последним во исполнение поручения ФИО44 был привлечен ФИО2, в должностные обязанности которых (ФИО1 и ФИО2) не входило выполнение указанной работы. В силу занимаемой должности и возложенных на ФИО44 обязанностей должностной инструкцией, на последнего была возложена обязанность по контролю за качеством выполнения производственной задачи, поставленной ФИО1, осуществления производственного инструктажа рабочих, занятых на производстве ремонтных работ, а также мероприятий по выполнению правил охраны труда и техники безопасности при проведении ремонтных работ (п.п. 2.5, 2.8 раздела 2 должностной инструкции), а также по обеспечению работников средствами индивидуальной защиты при исполнении работниками трудовых обязанностей. В свою очередь, ФИО43, являясь директором ООО 

<

данные изъяты> не провел самостоятельную оценку соблюдения требований трудового законодательства на ООО 

<

данные изъяты> не обеспечил создание и функционирование СУОТ на ООО 

<

данные изъяты> в полном объеме.

Иные доводы, приведенные в апелляционных жалобах и в судебном заседании суда апелляционной инстанции, не влияют на законность обжалуемого приговора суда.

Совокупность исследованных доказательств позволила суду сделать вывод о виновности ФИО43 в инкриминируемом деянии и правильно квалифицировать его действия по ч. 3 ст. 143 УК РФ - как нарушение требований охраны труда, совершенное лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц и виновности ФИО44 в инкриминируемом деянии и правильно квалифицировать его действия по ч. 3 ст. 143 УК РФ - как нарушение требований охраны труда, совершенное лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц. Оснований для оправдания осужденных ФИО43 и ФИО44, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката не имеется. 

С учетом данных о личности подсудимых ФИО43 и ФИО44, их поведения в судебном заседании, характеризующееся тем, что они адекватно реагируют на происходящие события, дают логические, выдержанные и мотивированные ответы на поставленные вопросы в соответствии с избранной ими линией защиты, суд обоснованно признал ФИО43 и ФИО44 вменяемыми и в соответствии со ст. 22 УК РФ, подлежащими уголовной ответственности. 

При определении вида и меры наказания осужденным, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, относящегося к категории средней тяжести, предмет преступного посягательства, влияние назначенного наказания на исправление подсудимых, на условия их жизни и жизни их семей, состояние их здоровья, данные о их личности, обстоятельства, смягчающие наказание.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО43, суд в соответствии со ст. 61 УК РФ признал: оказание неотложной и иной помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, привлечение к уголовной ответственности впервые, наличие семьи, занятие общественно-полезной деятельностью, положительные характеристики, наличие почетных грамот и благодарственных писем, отсутствие судимостей.

Обстоятельствами, смягчающим наказание ФИО44, суд в соответствии со ст. 61 УК РФ признал: оказание неотложной и иной помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительную характеристику с места работы, наличие почетного звания «Заслуженный работник сельского хозяйства 

<

данные изъяты>», почетных грамот.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденным, судом не установлено.

Учитывая имущественное положение осужденных, принимая во внимание все данные, характер и степень общественной опасности преступления, относящегося к категории средней тяжести, личности подсудимых, условий их жизни и жизни их семей, влияние наказания на их исправление, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, возраст и состояние их здоровья, ставя перед собой цель наиболее эффективного воздействия наказания на исправление осужденных, суд пришел к выводу о том, что исправление осужденных ФИО43 и ФИО44 возможно при назначении каждому наказания в виде лишения свободы с применением положений ст. 73 УК РФ, условно, с установлением испытательного срока и возложением обязанностей.

Назначение наказания каждому осужденному без применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, ст. 64 УК РФ, ст. 53.1 УК РФ, с назначением дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч. 3 ст. 143 УК РФ, судом мотивировано, а также освобождения ФИО43 и ФИО44 от уголовной ответственности или наказания, отсрочки исполнения приговора, суд не усмотрел, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению ввиду неправильного применения уголовного закона в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ. 

При определении вида и меры наказания осужденным, суд учел положения ст. 67 УК РФ, а именно характер и степень фактического участия лица в совершении преступления, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного вреда.

Вместе с тем, в силу положений ст. 67 УК РФ указанные обстоятельства учитываются при назначении наказания за преступление, совершенное в соучастии, при этом, из установленных обстоятельств дела установлено совершение ФИО43 и ФИО44 преступления без соучастия, поскольку каждый действовал самостоятельно в пределах своих полномочий, в связи с чем, указание суда на принятие во внимание при назначении наказания степени фактического участия осужденных в совершении преступления подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора. 

Внесение указанного изменения не уменьшает объем обвинения и не ставит под сомнение категорию совершенного ФИО43 и ФИО44 преступления. 

Кроме того, суд первой инстанции при назначении наказания пришел к выводу об отсутствии оснований для применения при назначении наказания каждому осужденному положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, ввиду отсутствия у осужденных ФИО43 и ФИО44 смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п.п. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Вместе с тем, указанные судом обстоятельства, учтенные в качестве обстоятельств, смягчающих наказание в соответствии со ст. 61 УК РФ, такие как оказание неотложной и иной помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, являются обстоятельствами, смягчающими наказание, предусмотренными п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ в связи с чем, при назначении наказания осужденным подлежат применению положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В этой связи суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что основное наказание, назначенное ФИО43 и ФИО44 подлежит снижению.

Оснований к снижению назначенного осужденным дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением соблюдения требований охраны труда и техники безопасности, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Вопреки доводам апелляционного представления и апелляционной жалобы потерпевшей, все существенные обстоятельства, имеющие значение для дела, были известны суду первой инстанции и учтены при определении вида и размера наказания ФИО43 и ФИО44, которое с учетом изменений, вносимых судом апелляционной интстанции, является справедливым, назначенным в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, соответствующим общественной опасности содеянного и личности каждого виновного, а также закрепленным в уголовном законе принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ, в связи с чем, наказание, назначенное осужденным, усилению не подлежит.

Доводы, приведенные потерпевшей в жалобе, свидетельствующие о необходимости назначения более строгого наказания, основаны на эмоциональной оценке произошедшего и недостаточны для изменения обжалуемого судебного акта. 

Каких-либо новых обстоятельств, влияющих на вид и размер наказания, назначенного осужденным, в жалобе потерпевшей, апелляционном представлении, и в суде апелляционной инстанции не приведено.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что для применения положений ст. 73 УК РФ не требуется наличия каких-то исключительных обстоятельств, определяющим является основанное на материалах дела и исследованных в судебном заседании обстоятельствах убеждение суда в том, что исправление подсудимых возможно без реального отбывания назначенного им наказания. 

Именно совокупность таких обстоятельств, связанных с совершением осужденными преступления средней тяжести с неосторожной формой вины к наступившим последствиям, данных о личности каждого, наличием смягчающих обстоятельств, позволила суду первой инстанции прийти к выводу об исправлении осужденных без реального отбывания наказания, с которым суд апелляционной инстанции соглашается. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшей, решение суда первой инстанции о частичном удовлетворении гражданского иска Потерпевшей №1 о взыскании компенсации морального вреда и взыскании с ООО 

<

данные изъяты> в пользу Потерпевшей №1 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением 1 000 000 рублей, принято в строгом соответствии с требованиями как гражданского, так и уголовно-процессуального законов, а также в соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года №23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», согласно которым при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, связанных с причинением вреда работником организации (юридического лица) при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (например, о преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 109, статьями 143, 238 УК РФ, к участию в деле в качестве гражданского ответчика привлекается юридическое лицо (ст. 1068 ГК РФ).

Поскольку приговором суда ФИО43 и ФИО44 признаны виновными в совершении инкриминируемого каждому преступления при исполнении трудовых обязанностей, то суд обоснованно возложил обязанность по возмещению причиненного вреда потерпевшей на ООО 

<

данные изъяты> с учетом требований разумности, справедливости и степени вины директора ООО 

<

данные изъяты> ФИО43 и заместителя директора ООО 

<

данные изъяты> ФИО44, в размере 1 000 000 рублей.

Решение суда первой инстанции в части определения размера компенсации морального вреда вынесено с учетом всех заслуживающих внимание обстоятельств, надлежащим образом мотивировано и не вызывает каких-либо сомнений у суда апелляционной инстанции. 

Доводы потерпевшей в части гражданского иска не содержат каких-либо новых обстоятельств, которые не были бы предметом исследования суда первой инстанции или опровергали его выводы, направлены на переоценку выводов, потому не могут служить основанием к отмене приговора. 

Вопросы о мерах процессуального принуждения, исчислении срока дополнительного наказания и вещественных доказательствах, судом разрешены в соответствии с требованиями закона.

Нарушений уголовно-процессуального закона, а равно неправильного применения уголовного закона при рассмотрении дела судом, влекущих отмену приговора, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.19, ст. 389.20, ст. 389.28 и ст. 389.33 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Алтайского районного суда Республики Хакасия от 05 июня 2024 года в отношении ФИО43, ФИО44 - изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на учет при назначении осужденным наказания положений ст. 67 УК РФ.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при назначении осужденным наказания, указание суда на отсутствие оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

Дополнить описательно-мотивировочную часть приговора указанием о применении при назначении наказания осужденным ФИО43 и ФИО44 положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

Снизить назначенное ФИО43 основное наказание в виде лишения свободы до 2 (двух) лет 4 (четырех) месяцев, в соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы считать условным, установив испытательный срок 2 (два) года, с возложением обязанностей:

- встать на учет в уполномоченный на то специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, по месту жительства;

- не реже одного раза в месяц являться для регистрации в уполномоченный на то специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, по месту жительства, в дни установленные данным органом; 

- без уведомления уполномоченного на то специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, не менять постоянного места жительства.

Снизить назначенное ФИО44 основное наказание в виде лишения свободы до 2 (двух) лет 4 (четырех) месяцев, в соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы считать условным, установив испытательный срок 2 (два) года, с возложением обязанностей:

- встать на учет в уполномоченный на то специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, по месту жительства;

- не реже одного раза в месяц являться для регистрации в уполномоченный на то специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, по месту жительства, в дни установленные данным органом; 

- без уведомления уполномоченного на то специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, не менять постоянного места жительства.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление прокурора Алтайского района Гончаренко С.Ю. и апелляционные жалобы Потерпевшей №1., защитников-адвокатов Оськина А.В., Лепехина В.Н. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение 6-ти месяцев со дня его вынесения.

При подаче кассационных жалобы либо представления осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Т.В. Коробка

Справка: осужденный ФИО43 проживает по адресу: 

<

адрес>.

Справка: осужденный ФИО44 проживает по адресу: 

<

адрес>.