Дело №2-2955/2024

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

23 октября 2024 г. г.Липецк

Октябрьский районный суд г. Липецка в составе:

председательствующего судьи Дедовой Е.В.

при секретаре Савенковой А.С.,

с участием прокурора Бердиевой А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги», СПАО «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, указав, что 13 октября 2023 года примерно в 17 часов 30 минут на 

<

данные изъяты>. грузовым поездом №3330 был смертельно травмирован дедушка истца 

<

данные изъяты> который от полученных травм скончался на месте. По данному факту проводилась проверка в Воронежском следственном отделе на транспорте Западного межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета РФ. Дедушка для истца был близким человеком, они часто общались, большей части по телефону, но раз в полгода он приезжал к нему в отпуск. Дедушка всегда помогал ему советом и делом, являлся для него очень важным человеком и был ему очень дорог. Смерть дедушки причинила ему моральные и нравственные страдания, он тяжело переживает его утрату. Ссылаясь на нормы статей 151, 1064, 1068 (часть 1), 1079 (часть1), 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» просит взыскать с ответчика в его пользу компенсацию в размере 1 000 000 рублей. 

В ходе рассмотрения дела протокольным определением от 30 сентября 2024 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено СПАО «Ингосстрах». 

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, доверил представление своих интересов представителю – адвокату Сухареву С.И. В письменных объяснениях указал, что очень сильно переживает гибель своего дедушки, которая была для него неожиданной и болезненной. Гибель дедушки для него – невосполнимая утрата. Указал на тесные семейные связи, несмотря на его отсутствие в г. Липецке; общение, которое доставляло удовольствие как ему, так и его деду. Полагал, что отсутствуют доказательства неосторожности со стороны его дедушки при переходе железнодорожных путей. В подтверждение тесных семейных связей представил фотографии с дедушкой, сделанных в его, истца, детском возрасте и железнодорожные билеты до г. Липецка или г. Грязи в разные даты.

В судебном заседании представитель истца адвокат Сухарев С.И. поддержал заявленные требования, просил их удовлетворить. 

Представитель ответчика открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД») по доверенности ФИО2 полагала исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению, при этом сослался на доводы, изложенные в письменных возражениях (приобщены к материалам дела), просила учесть грубую неосторожность в действиях самого 

<

данные изъяты>, выразившуюся в нарушении пострадавшим Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих обоснованность заявленного размера компенсации морального вреда, а также доказательств степени перенесенных физических и нравственных страданий, тогда как факт родственных отношений сам по себе не является достаточным основанием для возмещения морального вреда. Истец и его погибший дедушка достаточно давно проживали в разных городах. Представленные суду фотографии не подтверждают семейные связи, поскольку ограничиваются только детским периодом жизни истца. Представленные билеты также не подтверждают, что истец приезжал к дедушке. Тем более, что пунктом назначения является г. Грязи, а не г. Липецк. Кроме того, был приведен нализ судебной практики (в том числе по регионам Российской Федерации) по взысканию компенсации морального вреда, в таблице приведены суммы, о которых заявляли истцы, рядом в другой колонке сумма, взысканная судом. Просила отказать в удовлетворении требований в заявленном размере.

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» по доверенности ФИО3 исковые требования не признал, просил отказать в удовлетворении исковых требований к СПАО «Ингосстрах», поскольку страховой компанией были исполнены обязательства в рамках действующего договора страхования на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД», максимально возможная выплата в размере 100 000 руб. по одному страховому случаю произведена отцу истца ФИО4 15 октября 2024 года. Иных обязательств у СПАО «Ингосстрах» нет.

Выслушав лиц, участвующих в деле, прокурора Бердиеву А.М., полагавшей требования подлежащими удовлетворению с определением размера компенсации морального вреда судом, исследовав материалы дела, суд находит заявленные исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 12 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года №33 разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

Аналогичные положения содержались в ранее действующем постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Судом установлено и из материалов дела следует, что истец ФИО1, 

<

данные изъяты> года рождения, является внуком 

<

данные изъяты>, что подтверждается свидетельством о рождении 

<

данные изъяты> ФИО4 и 

<

данные изъяты> ФИО1

<

данные изъяты> умер 13.10.2023 года, что следует из актовой записи о смерти 

<

данные изъяты> (свидетельство о смерти 

<

данные изъяты>).

13 октября 2023 года около 17 часов 30 минут машинист грузового поезда №3330 (тепловоз ВЛ80с-2191) 

<

данные изъяты> при проследовании 

<

данные изъяты>, совершил наезд на гражданина 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> года рождения, проживающего по адресу 

<

данные изъяты>, который находился на железнодорожном полотне в указанном месте, перебегая железнодорожные пути по настилу через ж.д.пути на запрещающий сигнал светофора перед указанным поездом. С целью предотвращения наезда, машинист поезда ФИО5 применил экстренное торможение, однако предотвратить наезд не представилось возможным. В результате наезда от полученных травм ФИО6 скончался на месте. 

Из акта судебно-медицинского исследования №1794/2-23 следует, что смерть 

<

данные изъяты> наступила в результате тупой сочетанной травмы тела, сопровождавшейся образованием открытой черепно-мозговой травмы, тупой травмой шеи, грудной клетки, живота и таза, разрушением вещества головного мозга, множественными переломами костей скелета, повреждением спинного мозга и его оболочек, ушибами и разрывами внутренних органов, наружным и внутренним кровотечением. Комплекс повреждений в составе тупой сочетанной травмы тела состоит с наступлением смерти 

<

данные изъяты> в прямой причинно-следственной связи и согласно пункту 6 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, применительно к живым лицам расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека. 

В ходе проведения проверки Воронежским следственным отделом на транспорте Западного межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации по факту смерти ФИО6 было установлено, что причиной получения ФИО6 телесных повреждений, повлекших его смерть, явилось нарушение им требований Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных приказом Минтранса РФ от 27.01.2022 года №20 в части запрета гражданам переходить ж/д пути в местах не предусмотренных для пешеходного перехода, находиться на железнодорожных путях (в том числе ходить по ним, сидеть на рельсах), ходить вдоль железнодорожных путей, подходить к вагонам до полной остановки поезда. 

Объективных данных, свидетельствующих о совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 263 Уголовного кодекса Российской Федерации, получено не было, в связи с чем, постановлением от 06.12.2023 года отказано в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного частью 2 статьи 263 Уголовного кодекса Российской Федерации. Каких-либо нарушений правил безопасности машинистом 

<

данные изъяты> и помощником машиниста 

<

данные изъяты> не допускалось.

Также из акта №10 служебного расследования транспортного происшествия, повлекшего причинение вреда жизни или здоровью граждан, не связанных с производством, на железнодорожном транспорте, составленному 27.10.2023 года следует, что 13.10.2023 года 

<

данные изъяты> в 17-25 час на станции Липецк ТЧМ 

<

данные изъяты>., следовавший на локомотиве ЭЛ80С №2191 (депо приписки ТЧЭ-14 Елец) с грузовым поездом №3330 по 2 пути на разрешающий сигнал семафора с разрешенной скоростью 80 км/час, увидел постороннего человека, который перед приближающимся поездом стал переходить через ж.д. пути на запрещающий сигнал световой и звуковой сигнализации по пешеходному переходу. Для предотвращения наезда был подан звуковой сигнал большой громкости, применено экстренное торможение. Ввиду имеющейся у грузового поезда скорости и недостаточного расстояния до полной остановки поезда, наезд предотвратить не удалось. Причиной транспортного происшествия явилась грубая неосторожность 

<

данные изъяты> нарушение пострадавшим подпункта 7 раздела II пункта 4 и пункта 14 раздела VI Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через ж.д. пути, утв. приказом Минтранса России от 27.01.2022 № 20 в части запрета гражданам переходить по железнодорожному переезду или пешеходному переходу при запрещающем сигнале светофора переездной или пешеходной сигнализации независимо от положения и наличия шлагбаума, а при отсутствии светофора на железнодорожном переезде – в пределах видимости приближающегося к переезду железнодорожного подвижного состава. Граждане перед переходом через ж.д. пути по пешеходному настилу обязаны обеспечить личную зону видимости приближения железнодорожного транспорта и слышимости подаваемых машинистом или другим работником железнодорожного транспорта звуковых сигналов (снять капюшон и наушники), убедиться в отсутствии движущегося железнодорожного подвижного состава, что пострадавший не выполнил. 

Также в ходе служебного расследования установлено, что локомотив был освещен буферными фонарями, прожектор включен. Тормозное оборудование, система пескоподачи, звуковые приборы исправны, крепление песочных труб в норме. Экипажная часть, подвеска рукавов ТМ, ПМ исправна. Замечаний к техническому состоянию пешеходного перехода со стороны контролирующих органов не имеется. Нарушений правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного транспорта со стороны работников ОАО «РЖД» не установлено, вина работников железной дороги в произошедшем случае отсутствует. На месте происшествия санкционированный пешеходный переход с резинокордовым настилом, оборудованный исправной звуковой и световой сигнализацией, имеющий накопители с обеих сторон и соответствующие информационные и предупреждающие аншлаги. Замечаний к техническому состоянию пешеходного перехода со стороны контролирующих органов не имеется. 

На момент транспортного происшествия ответственность ОАО «РЖД» как владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика была застрахована по договору на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности от 22 декабря 2022 года №51033 08, заключенному между ОАО «РЖД» (страхователь) и СПАО «Ингосстрах» (страховщик).

Указанный договор страхования вступил в силу 8 декабря 2022 г. и действовал по 7 декабря 2023 г. (п. 5.1.).

Согласно п. 1.1. договора, страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного настоящим договором события (страхового случая) выплатить страховое возмещение за ущерб, возникший вследствие причинения вреда жизни, здоровью, имуществу третьих лиц, а также ущерб, возникший вследствие причинения вреда окружающей природной среде.

Страховым случаем является наступление гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, в течение действия настоящего договора, жизни, здоровью, имуществу выгодоприобретателей и/или окружающей среде, которые влекут за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату, за исключением случаев, указанных в п. 2.5. настоящего договора (п. 2.2. договора).

Событие признается страховым случаем, если оно произошло в результате транспортного происшествия на территории страхования, указанной в настоящем договоре, при использовании инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования и железнодорожных путей необщего пользования (подп. а п. 2.2.).

Согласно подп. а п. 2.3. договора, по договору застрахован риск гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда в течение действия настоящего договора жизни и/или здоровью выгодоприобретателей, в том числе морального вреда лицам, которым причинены телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья, а также лицам, которым в случае смерти потерпевшего страхователь обязан компенсировать моральный вред.

Пунктом 2.4. указанного договора предусмотрено, что обязанность страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть на основании предъявленной страхователю претензии, признанной им добровольно; на основании решения суда, установившего обязанность страхователя возместить ущерб, причиненный выгодоприобретателям; на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба выгодоприобретателям в результате наступления страхового случая, предусмотренного настоящим договором.

Из п. 8.1.1.3. договора страхования следует, что в случае, если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком не более 100 000 рублей - лицам, которым в случае смерти потерпевшего, страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред. Выплата компенсации морального вреда этим лицам производится из общей суммы 100 000 рублей в равных долях.

Подпунктом 1 п. 8.2. договора страхования установлено, что страховщик производит страховую выплату непосредственно выгодоприобретателю. Выгодоприобретатель имеет право предъявить непосредственно страховщику требования о возмещение вреда.

Материалами дела установлено, что 15 октября 2024 года ФИО4 произведена выплата в размере 100 000 руб., что является максимальной выплатой по одному страховому случаю. Следовательно обязанность возместить причиненный ФИО1 моральный вред у страховой компании возникнуть не может. На основании изложенного суд отказывает истцу в удовлетворении исковых требований к ответчику СПАО «Ингосстрах» в полном объеме. 

Разрешая спор по существу, руководствуясь вышеизложенными нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (в соответствии с которым под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ)) установив, что смертельное травмирование 

<

данные изъяты> произошло вследствие воздействия источника повышенной опасности локомотива ЭЛ80С №2191 грузового состава №3330, владельцем которого является ОАО «РЖД», машинист 

<

данные изъяты>. состоял на момент транспортного происшествия с ОАО «РЖД» в трудовых отношениях, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика ОАО «РЖД» гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда.

То обстоятельство, что владельцем источника повышенной опасности - грузового поезда №3330 локомотив является ОАО «РЖД», ответчиком в судебном заседании не оспаривалось.

Приказом Минтранса России от 27.01.2022 года №20 утверждены Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути (приказ зарегистрирован в Минюсте России 25.05.2022 № 68592), в соответствии с которыми железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности и при необходимости могут быть огорожены за счет средств владельцев инфраструктур железнодорожного транспорта общего пользования (далее - владелец инфраструктуры) или владельцев железнодорожных путей необщего пользования (пункт 1).

Согласно п.п.7 пункта 4 Раздела 2 указанных Правил при нахождении граждан в зонах повышенной опасности и при пользовании железнодорожным подвижным составом гражданам запрещается: переходить по железнодорожному переезду и пешеходному переходу при запрещающем сигнале светофора переездной сигнализации независимо от положения и наличия шлагбаума, а при отсутствии светофора на железнодорожном переезде - в пределах видимости приближающегося к переезду железнодорожного подвижного состава.

Проезд и переход граждан через железнодорожные пути допускается только в установленных и оборудованных для этого местах (пункт 10). При проезде и переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этого пешеходными переходами, тоннелями, мостами, железнодорожными переездами, путепроводами, а также другими местами, предусмотренными для перехода и обозначенными информационными знаками (при этом следить за сигналами, подаваемыми техническими средствами и (или) работниками железнодорожного транспорта) (пункт 11). Граждане перед переходом через железнодорожные пути по пешеходному настилу должны обеспечить личную зону видимости приближения железнодорожного транспорта и слышимости подаваемых машинистом или другим работником железнодорожного транспорта звуковых сигналов (снять капюшон и наушники), убедиться в отсутствии движущегося железнодорожного подвижного состава.

Как разъяснено в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст. 1083 ГК Российской Федерации). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Учитывая положения Конституции Российской Федерации, гарантирующие каждому человеку право на родственные и семейные связи, на защиту семьи, в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющими понятие морального вреда, способы и размер компенсации морального вреда, а также принимая во внимание сложившиеся отношения между истцом и его дедушкой, в данном случае гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истца, который лишился дедушки, являвшегося для него близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания. Довод представителя ответчика о том, что семейные связи между истцом и его дедушкой не подтверждены никакими доказательства опровергается материалами дела. Так, представленные фотографии истца вместе со своим дедушкой в детском возрасте свидетельствуют о теплых отношениях внутри семьи. Истец всегда на фотографиях находится рядом со своим дедушкой, прижимается к нему, доволен и улыбается, как и его дед. Тактильный контакт между родственниками на фотографии подтверждает любящие отношения между дедушкой и внуком. Отсутствие фотографий в более старшем возрасте не свидетельствует о разрыве семейных связей и может объясняться как общей цифровизацией фотоконтента, когда люди перестали использовать пленочные фотоаппараты и перестали печатать снимки, так и взрослением мальчика, которые не всегда любят фотографироваться в подростковом и более старшем возрасте.

Довод представителя ответчика о том, что представленные железнодорожные билеты не подтверждают приезд истца в г. Липецк, поскольку своей конечной станцией прибытия имеют г. Грязи, суд также отвергает. Людям, проживающим в г. Липецке очевидно, что многие при передвижениях на поездах конечным или начальным пунктом своего маршрута выбирают г. Грязи из-за небольшого расстояния между городами, а также из-за более широких возможностей выбрать направление и удобный поезд, поскольку ж/д станция г. Грязи является узловой.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

С учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, действий самого 

<

данные изъяты> учитывая, что ответчик ОАО «РЖД» является владельцем источника повышенной опасности и должен компенсировать моральный вред независимо от установления вины, также учитывая требования разумности и справедливости, характера семейных связей между внуком и дедушкой, суд полагает подлежит взысканию в пользу истца ФИО1 сумма компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей.

Руководствуясь статьями 194-197, 233-237 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт серии 

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей. 

В удовлетворении требований ФИО1 к СПАО «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда отказать. 

Решение может быть обжаловано в Липецкий областной суд через Октябрьский районный суд г. Липецка в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий (подпись) Е.В. Дедова

Решение в окончательной форме изготовлено 06 ноября 2024 года

Председательствующий (подпись) Е.В. Дедова