дело № 2-3642/2018

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

4 июля 2018 года город Казань

Советский районный суд города Казани в составе

председательствующего судьи Шадриной Е.В.

при секретаре судебного заседания Миннемуллиной А.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Северный Ветер» о возмещении убытков, причиненных расторжением договора воздушной перевозки в одностороннем порядке, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику, указывая, что приобрела для себя и своего несовершеннолетнего сына ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, тур в Тунис из г. Казани с 01.10.2016 по 11.10.2016. 01.10.2016 истица с сыном прибыла для вылета на о. Джерба (Тунис) рейсом 

<

номер изъят> авиаперевозчика ООО «Севернай Ветер» в аэропорт г. Казани. Процедуру регистрации на рейс истица прошла, багаж был сдан, они с сыном проследовали на борт воздушного судна и заняли свои места. Однако в дальнейшем (до вылета самолета из аэропорта) командир воздушного судна принял решение о снятии ФИО1 и ее сына с рейса, после чего они были выведены из самолета. Никакие разъяснения истице даны не были. Вследствие снятия с рейса истица с сыном не смогли воспользоваться туристической путевкой. На направленную в его адрес претензию ООО «Северный ветер» не отреагировало. Истица полагает, что ответчик без достаточных к тому оснований отказал в предоставлении услуг по авиаперевозке, что повлекло за собой причинение ей убытков в виде стоимости оплаченного тура в Тунис.

В ходе судебного разбирательства ФИО1, изменив исковые требования, просила суд взыскать с ответчика в ее пользу в возмещение – причиненные убытки в виде оплаты стоимости тура в Тунис на нее и ФИО9., составляющие 49 718 рублей 33 копейки (стоимость тура – 62 237 рублей 74 копейки, из них 12 519 рублей 41 копейка были возвращены туроператором в связи с тем, что туром истица и ее сын не воспользовались); компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя и в возмещение – расходы на оплату услуг представителя в сумме 25 000 рублей.

Представитель ответчика ООО «Северный Ветер» в судебных заседаниях возражал против исковых требований ФИО1, суду пояснял, что после размещения пассажиров на своих местах на борту воздушного судна у малолетнего сына истицы – ФИО3 началась паническая атака, он впал в истерику, кричал; бортпроводники предпринимали попытки успокоить ребенка, однако сделать это не получилось; командир воздушного судна просил ФИО1 успокоить ребенка, но она этого не сделала, ребенок продолжал плакать, а также дергал дверь и пытался покинуть самолет. Время вылета самолета в связи с создавшейся ситуацией пришлось отложить. Заставить ребенка лететь против его воли команда воздушного судна не мог. В этой связи командир, осмотрев сына истицы, принял решение о снятии истицы и ее сына с рейса в целях того, чтобы избежать причинения вреда здоровью ребенка, его психическому, эмоциональному состоянию, так как были опасения за его здоровье в случае оставления на борту, а кроме того в связи с тем, что оставление ребенка в самолете создало бы психологически неустойчивый климат на борту, мешало бы другим пассажирам. Полагает также, что авиаперевозчик является ненадлежащим ответчиком по заявленным ФИО1 требованиям, поскольку всю ответственность перед туристом по приобретенному туристскому продукту должен нести туроператор; ООО «Северный Ветер» требуемые истицей денежные средства - 49 718 рублей 33 копейки от нее не получал. В случае удовлетворения иска просил снизить размер штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в порядке статьи 333 Гражданского кодекса РФ.

В судебных заседаниях по делу истица и ее представитель на удовлетворении исковых требований настаивали, пояснили, что при снятии с рейса ФИО1 не была объяснена причина отказа в перевозке, каких-либо документов не составлялось и ей на ознакомление не передавалось. Сын истицы ФИО3 действительно по непонятной причине испугался лететь, возможно, из-за длительности перелета, начал плакать, однако истерики или панической атаки у него не было, он просто говорил о том, что не хочет лететь. Истица обратилась с ребенком к бортпроводникам, так как полагала, что они обладают опытом в таких ситуациях и могут успокоить ребенка. Через некоторое время ФИО3 перестал плакать, успокоился, только изредка всхлипывал и говорил, что не полетит. Выйти из самолета ребенок не пытался, он сидел в том кресле, куда его усадили бортпроводники. Однако по какой-то причине командир воздушного судна, который к ФИО1 не подходил и с ней не разговаривал, выглянув из своей кабины и посмотрев на ребенка, принял решение о снятии их с рейса. Полагают, что какой-либо опасности ни для здоровья, ни для безопасности ребенка не имелось, особых неудобств для других пассажиров самолета создано не было, они лишь недоумевали, почему задерживается вылет. Какими-либо заболеваниями ФИО3 не страдает. В этой связи считают, что в воздушной перевозке истице и ее сыну было отказано безосновательно и незаконно, ввиду чего понесенные убытки подлежат возмещению авиаперевозчиком. Также сообщили, что ребенок с рождения каждый год постоянно летает с матерью на отдых, с его перелетом никогда не возникало проблем, летать он не боялся; через пять дней после произошедшего случая истица с сыном улетели на отдых в Турцию, при перелете с ФИО3 все было нормально. 

Представитель привлеченного к участию в деле третьего лица ООО «Спутник-Транс-Сервис-Казань», являющегося туроператором, реализующим услуги туроператора ООО «Пегас Казань», то есть выполняющим посреднические функции между данным туроператором и турагентом, в судебном заседании вопрос об удовлетворении исковых требований оставила на усмотрение суда, пояснила, что ООО «Спутник-Транс-Сервис-Казань» была возвращена истице через турагента часть стоимости тура (поступившая от ООО «Пегас Казань») в размере 12 519 рублей 41 копейка, поскольку ФИО1 с сыном так и не воспользовались туристическим продуктом. О причинах произошедшего, изложенных в письменных пояснениях по иску, третьему лицу стало известно лишь со слов сотрудников ООО «Пегас Казань», которые созванивались с сотрудниками авиаперевозчика и истицей.

Судом также были допрошены свидетели – ФИО4, трудоустроенная в качестве бортпроводника в ООО «Северный Ветер», исполнявшая свои трудовые обязанности в качестве старшего бортпроводника на рейсе 

<

номер изъят>, и ФИО5, присутствовавшая 01.10.2016 на борту воздушного судна.

ФИО4 дала суду следующие пояснения. В рассматриваемый день посадка пассажиров на борт была закончена, при посадке все было нормально, все заняли свои места, через некоторое время к ней подошла ФИО1 с маленьким сыном, который рыдал, и попросила его успокоить. ФИО4 и ее коллега попытались успокоить ребенка в течение около 5 минут (так как время перед взлетом было ограничено), но у них не получилось – он не хотел лететь, просил выпустить из самолета, не успокаивался, не мог нормально дышать из-за истерики. В связи с этим ФИО4 обратилась к командиру воздушного судна ФИО7, тот вышел из кабины пилота, удостоверился в состоянии ребенка, после чего принял решение снять пассажиров с рейса, потому что ребенок долететь не смог бы – у него была истерика, от которой он задыхался. При этом ФИО1 было предложено остаться на борту и совершить полет, оставив кому-то ребенка, от чего она отказалась. Когда сообщили, что пассажиры будут сняты с рейса, ребенок начал успокаиваться. В ответ на вопрос о том, жаловался ли кто-то из пассажиров на ребенка, свидетель ответила отрицательно. О том, болен ли чем-либо ребенок, бортпроводники у ФИО1 не уточняли. Полагает, что угрозы для других пассажиров в связи с истерикой ребенка не было, только для него самого.

ФИО5 суду сообщала, что вместе с приятельницей ФИО1 и ее сыном она и ее мать должны были полететь на отдых в Тунис, раньше они также вместе летали на отдых, при этом с ФИО3 при перелетах все было нормально. Однако в рассматриваемый день после посадки в самолет на свои места ФИО3, услышав от других пассажиров, что время полета составит 5,5 часов, начал плакать и говорить «давайте никуда не полетим»; плакал коло 5 минут, причитал, при этом истерики не было. Мать ФИО5 предложила ФИО1 обратиться за помощью в успокоении ребенка к бортпроводникам, что последняя и сделала. Через некоторое время свидетель также подошла к бортпроводникам – ребенок сидел в кресле, всхлипывал и причитал, что не хочет лететь, боится. Признаков истерики у ребенка не было, мысли о том, что ФИО3 мог задохнуться, у ФИО5 не возникло - он не был красным, не дрожал, дышал нормально. Чтобы он пытался выйти из самолета, свидетель не видела – при ней он сидел в кресле. Потом ФИО5 вернулась на свое место; через некоторое время ФИО1 сообщила, что их снимают с рейса, в этот момент ребенок был уже почти спокоен. В ответ на вопрос суда сообщила, что каких-либо жалоб или возмущения поведением ребенка со стороны других пассажиров не было. Свидетель не поняла, почему истицу с сыном сняли с рейса. 

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица ФИО7 о слушании дела судом извещался, однако в судебные заседания по делу не являлся, о причинах неявки суду не сообщал.

Третьи лица ООО «Пегас Казань», ООО «Экзотик тур» в судебные заседания по делу также своих представителей не направляли, при этом о слушании дела были извещены надлежащим образом.

Изучив заявленные требования и возражения на них со стороны ответчика, их основания, выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив доказательства в их совокупности и взаимной связи на предмет их относимости, допустимости и достоверности, установив нормы права, подлежащие применению в данном деле, суд приходит к следующему.

В результате судебного разбирательства судом были установлены следующие обстоятельства.

14.06.2016 ФИО1 в турагенстве ООО «Экзотик-тур» приобретен тур в Тунис (о. Джерба) с вылетом из г. Казани на нее и несовршеннолетнего сына ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Туристский продукт включал в себя перелет туда-обратно к месту и из места отдыха, трансфер из и до аэропорта, а также размещение в период с 01.10.2016 по 11.10.2016 в стандартном номере четырехзвездочного отеля на о. Джерба с питанием по системе «Все включено».

Стоимость тура на ФИО1 и ФИО3 составила 62 237 рублей 74 копейки и была оплачена истицей турагенту в полном объеме. 

Туроператором выступило ООО «Пегас Казань», действовавшее через посредника – туроператора ООО «Спутник-Транс-Сервис-Казань».

Указанная сумма оплаты тура поступила туроператору в полном объеме, о чем свидетельствуют представленные в материалы дела платежные документы.

Согласно туристическому ваучеру и маршрутной квитанции, выданных ФИО1, вылет в туристическую поездку должен был состояться 01.10.2016 из аэропорта г. Казани рейсом 

<

номер изъят> авиаперевозчика ООО «Северный Ветер» (LLC «Nord Wind»).

В указанный день, как следует из пояснений сторон и письменных материалов дела, истица с сыном прошли предполетную регистрацию на рейс, сдали багаж, поднялись на борт воздушного судна и заняли свои места. Однако впоследствии, до вылета самолета из аэропорта, ФИО1 и ФИО3 были сняты с рейса по решению командира воздушного судна. Тем самым договор воздушной перевозки пассажиров был расторгнут перевозчиком в одностороннем порядке. Сведения об аннулировании вылета из страны были занесены в заграничные паспорта ФИО1 и ФИО3

Туристическая поездка истицы и ее сына не состоялась по причине невылета в указанный день в место предполагаемого отдыха – о. Джерба (Тунис). При этом туроператором был аннулирован тур Д-вых и через турагенство часть стоимости тура в размере 12 519 рублей 41 копейки была возвращена ФИО1, как на то указано в соответствующем платежном поручении и не оспаривалось истицей.

24.08.2017 истицей в адрес ответчика была направлена претензия с требованием о возмещении стоимости неиспользованного тура ввиду необоснованного снятия с рейса.

На данную претензию ООО «Северный Ветер» ответило отказом, сославшись на то, что после посадки на борт самолета у ребенка возникла истерика, у него перехватывало дыхание, он пытался открыть входную дверь в самолет – не хотел лететь, ввиду чего командиром воздушного судна было принято решение о снятии пассажиров с рейса, так как в полете могли возникнуть проблемы со здоровьем ребенка, а также может произойти нештатная ситуация (поскольку ребенок отказывается сидеть на своем месте).

Истица не согласна с отказом авиаперевозчика в возмещении понесенных ею убытков в виде оплаты стоимости тура, которым не удалось воспользоваться в связи со снятием ее и сына с рейса; полагает, что договор воздушной перевозки был расторгнут с ней перевозчиком в одностороннем порядке необоснованно и без законных оснований; ссылается на то, что ситуации, угрожавшей здоровью ее ребенка – ФИО3, места не имело, неудобства или угроза другим пассажирам не создавались.

Ответчик, в свою очередь, возражая против заявленных требований, указывает, что решение командира воздушного судна о снятии пассажиров с рейса и расторжении договора перевозки было обоснованным.

Разрешая возникший между сторонами гражданско-правовой спор, суд исходит из следующего.

Статья 103 Воздушного кодекса РФ определяет, что по договору воздушной перевозки пассажира перевозчик обязуется перевезти пассажира воздушного судна в пункт назначения с предоставлением ему места на воздушном судне, совершающем рейс, указанный в билете, а в случае сдачи пассажиром воздушного судна багажа обязуется доставить багаж в пункт назначения и выдать пассажиру воздушного судна или управомоченному им на получение багажа лицу.

В силу положений статей 309, 310 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Исходя из статьи 450.1 Гражданского кодекса РФ следует, что предоставленное данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Сторона, которой данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

В соответствии с положениями статьи 107 Воздушного кодекса РФ перевозчик может в одностороннем порядке расторгнуть договор воздушной перевозки пассажира, договор воздушной перевозки груза в следующих случаях:

1) нарушение пассажиром, грузовладельцем, грузоотправителем паспортных, таможенных, санитарных и иных установленных законодательством Российской Федерации требований в части, касающейся воздушной перевозки, при международных воздушных перевозках также правилами, определенными соответствующими органами государства вылета, назначения или транзита;

2) отказ пассажира, грузовладельца, грузоотправителя выполнять требования, предъявляемые к ним федеральными авиационными правилами;

3) если состояние здоровья пассажира воздушного судна требует особых условий воздушной перевозки либо угрожает безопасности самого пассажира или других лиц, что подтверждается медицинскими документами, а равно создает беспорядок и неустранимые неудобства для других лиц. 

4) отказ пассажира воздушного судна оплатить провоз своего багажа в размере и на условиях, которые предусмотрены договором воздушной перевозки пассажира;

5) отказ пассажира воздушного судна оплатить перевоз следующего с ним ребенка,

6) нарушение пассажиром воздушного судна правил поведения на борту воздушного судна, создающее угрозу безопасности полета воздушного судна либо угрозу жизни или здоровью других лиц, а также невыполнение пассажиром воздушного судна распоряжений командира воздушного судна, предъявленных в соответствии со статьей 58 настоящего Кодекса;

7) наличие в ручной клади, а также в багаже, грузе запрещенных к воздушной перевозке предметов или веществ (пункт 1 статьи).

При этом бремя доказывания наличия оснований расторжения договора воздушной перевозки пассажира, предусмотренных пунктом 1 статьи, лежит на перевозчике.

При прекращении по инициативе перевозчика действия договора воздушной перевозки пассажира в случаях, предусмотренных подпунктом 3 пункта 1 статьи:

1) пассажиру возвращается уплаченная за воздушную перевозку провозная плата, если состояние здоровья пассажира воздушного судна требует особых условий воздушной перевозки либо угрожает безопасности самого пассажира или других лиц, что подтверждается медицинскими документами;

2) пассажиру не возвращается уплаченная за воздушную перевозку провозная плата, если состояние здоровья пассажира воздушного судна создает беспорядок и неустранимые неудобства для других лиц.

Согласно пункту 1 статьи 58 Кодекса командир воздушного судна имеет право:

1) принимать окончательные решения о взлете, полете и посадке воздушного судна, а также о прекращении полета и возвращении на аэродром или о вынужденной посадке в случае явной угрозы безопасности полета воздушного судна в целях спасения жизни людей, предотвращения нанесения ущерба окружающей среде. 

2) в целях обеспечения безопасности полета воздушного судна отдавать распоряжения любому находящемуся на борту воздушного судна лицу и требовать их исполнения. Командир воздушного судна имеет право применять все необходимые меры, в том числе меры принуждения, в отношении лиц, которые своими действиями создают непосредственную угрозу безопасности полета воздушного судна и отказываются подчиняться распоряжениям командира воздушного судна.

3) принимать решения о сливе топлива в полете, сбросе багажа, груза и почты, если это необходимо для обеспечения безопасности полета воздушного судна и его посадки.

4) принимать иные меры по обеспечению безопасного завершения полета воздушного судна.

Из анализа приведенных норм законодательства следует, что бремя доказывания наличия оснований для одностороннего расторжения договора воздушной перевозки пассажиров лежит на перевозчике, при таком расторжении договора он должен действовать добросовестно и разумно, в пределах, предусмотренных законодательством и договором между сторонами.

Как полагает суд, в данном случае ответчиком не доказана обоснованность одностороннего расторжения договора воздушной перевозки с истицей.

Так, ООО «Северный Ветер» ссылается в обоснование своих возражений против исковых требований на то, что состояние здоровья малолетнего ФИО3 угрожало его безопасности, а также создавало неудобства для других лиц.

Однако, как прямо указано в подпункте 3 пункта 1 статьи 107 Воздушного кодекса РФ, при одностороннем расторжении договора перевозки в таком случае состояние здоровья пассажира (угрожающее его безопасности и создающее неустранимые неудобства для других лиц) должно быть подтверждено медицинскими документами. В данном случае таких медицинских документов в материалы дела не представлено, на их наличие ответчик не ссылался, как следует из пояснений истицы, ее сын не страдает какими-либо заболеваниями, которые могли угрожать его безопасности во время полета.

Доказательств, подтверждающих с достоверностью, что состояние ФИО3, которому на 01.10.2016 было пять лет, (его нежелание оставаться на борту самолета и лететь, вызванный этим плач и эмоциональные переживания по поводу полета) угрожало его безопасности, здоровью, в том числе психическому, суду не представлено. Так, медицинские работники (дежурящие в аэропорту) в самолет не вызывались, как не присутствовало там и психолога, то есть специалисты, которые могли бы достоверно оценить состояние ребенка и возможность осуществления им полета, на место не вызывались, в том числе командой воздушного судна. 

Указание в акте о задержке отправления воздушного судна, составленном диспетчерами Международного аэропорта г. Казани, в качестве причины задержки на снятие двух пассажиров (мамы и ребенка) с рейса по причине акрофобии (боязни высоты) у ребенка не может иметь правового значения по делу в связи с тем, что данная причина, как прямо указано в акте, приведена лишь со слов экипажа воздушного судна, самими сотрудниками аэропорта не проверялась, какая-либо проверка в этой части не проводилась.

Пояснения старшего бортпроводника ФИО4 сводятся к тому, что сын ФИО1 плакал, не желая лететь в самолете, у него была истерика, при этом он задыхался, поэтому долететь бы не смог. Однако данные пояснения суд оценивает критически, как ввиду того, что у свидетеля отсутствуют специальные познания в области медицины и детской психологии (психиатрии), чтобы сделать вывод о состоянии здоровья ребенка и возможных последствиях его эмоциональных переживаний, так и поскольку они противоречат пояснениям другого допрошенного свидетеля – ФИО5, которая сообщила, что ФИО3 действительно не хотел лететь в самолете и плакал, но истерики у него не было, он не задыхался, угрозы его здоровью не было, при этом постепенно он успокоился. Суд также учитывает в этой части пояснения истицы о том, что ее сын летает на самолетах с детства каждый год, через пять дней после несостоявшегося полета они с ним вылетели на отдых в Турцию, при этом с рейса их не снимали, что подтверждается заграничным паспортом ФИО3, исследованным в судебном заседании. Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у ребенка аэрофобии и панического страха перед воздушными полетами.

Письменные пояснения других членов экипажа самолета, представленные в материалы дела ответчиком, суд не может принять в качестве надлежащих доказательств, так как данные лица до настоящего времени трудоустроены в ООО «Северный Ветер», а потому ответчик, выступая их работодателем, мог оказывать влияние на даваемые ими пояснения, а кроме того, при даче данных письменных пояснений эти лица не выступали свидетелями по делу и не предупреждались о возможной уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Пояснений незаинтересованных лиц (к примеру, других пассажиров воздушного судна, не знакомых с истицей) суду ответчиком не предоставлено ни в письменной форме, ни в форме свидетельских показаний. 

Какой-либо акт о случившемся с отбором объяснений у ФИО1 а также иных, незаинтересованных лиц перевозчиком не составлялся. Представленный в материалы дела рапорт от 01.10.2016, подписанный ФИО4 и командиром воздушного судна ФИО7, не содержит в нем подписи об ознакомлении ФИО1, как пояснил суду представитель ответчика, он был составлен уже после произошедшего инцидента, в ходе полета, когда ФИО1 с сыном уже были сняты с рейса. 

При этом, выслушав пояснения сторон и показания свидетелей относительно произошедшего инцидента, касающиеся состояния и поведения ФИО3, суд не считает возможным сделать вывод о том, что его состояние, даже в случае плача и истерики по поводу нежелания лететь в самолете, с учетом отсутствия у него каких-либо заболеваний, малолетнего возраста и предшествовавших полетах на воздушных судах, могло угрожать его здоровью и благополучию, создавать угрозу безопасности его полета. 

Как определено в Общих правилах воздушных перевозок пассажиров, багажа, грузов и требования к обслуживанию пассажиров, грузоотправителей, грузополучателей, утвержденных Приказом Минтранса России от 28.06.2007 N 82, пассажир обязан самостоятельно определить возможность пользования воздушным транспортом, исходя из состояния своего здоровья (пункт 108). То есть в данном случае право определить возможность пользования воздушным транспортом малолетним ФИО3 принадлежало его матери ФИО1, которая сочла, что его состоянию здоровья при полете ничего бы не угрожало.

Доводы представителя ответчика о том, что состояние ФИО3 создавало неудобства для других пассажиров, не подтверждаются какими-либо из собранных судом доказательств, в том числе письменными пояснениями членов экипажа воздушного судна, предоставленными ООО «Северный Ветер», а также показаниями обоих допрошенных свидетелей, в том числе ФИО4, которые в ответ на поставленные перед ними вопросы сообщили суду, что жалоб со стороны других пассажиров на ребенка не было, какой-либо угрозы их безопасности не имелось.

Таким образом, обоснованность расторжения договора воздушной перевозки по основанию, предусмотренному подпунктом 3 пункта 1 статьи 107 Воздушного кодекса РФ, ответчиком доказана не была.

Также ответчик ссылался в обоснование своей позиции на то, что пассажиры были сняты с борта воздушного судна по решению командира воздушного судна. Вместе с тем, данные доводы ответчика не могут быть приняты судом, поскольку в силу приведенных выше положений статьи 58 Воздушного кодекса РФ полномочия командира воздушного судна по даче обязательных распоряжений находящимся на борту лицам ограничены целью, которой они могут быть обусловлены, названной как «обеспечение безопасности полета воздушного судна». В данном же случае на наличие угрозы безопасности полета ни одно из собранных судом доказательств не указывает, исследованные судом обстоятельства произошедшего инцидента о наличии такой угрозы (в связи с плачем и эмоциональным состоянием малолетнего ФИО3) не свидетельствуют. В то же время давать любые, не мотивированные объективными опасениями за безопасность полета распоряжения командир воздушного судна в силу положений действующего законодательства не уполномочен. 

Ссылаясь на нарушение пассажиром правил поведения на борту воздушного судна, перевозчик, тем не менее, не указал, в чем конкретно заключались такие нарушения и с чьей стороны – ФИО1 или ее малолетнего сына ФИО3 При анализе Правил перевозки пассажиров ООО «Северный Ветер» судом не усматривается, что указанными лицами было нарушено какое-либо из правил поведения пассажиров. 

Все иные доводы перевозчика, в том числе о том, что полет угрожал эмоциональной стабильности ребенка и психологическому климату в полете, судом приняты во внимание быть не могут, поскольку пункт 1 статьи 107 Воздушного кодекса РФ содержит закрытый перечень оснований для расторжения договора авиаперевозки в одностороннем порядке перевозчиком, при этом данные приводимые ответчиком в качестве основания снятия пассажиров с рейса доводы в указанном перечне отсутствуют.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ООО «Северный Ветер» не представлено допустимых, относимых доказательств, с достоверностью подтверждающих обоснованность одностороннего расторжения с ФИО1, действовавшей также в интересах несовершеннолетнего ФИО3, договора воздушной перевозки.

Как предусматривает статья 15 Гражданского кодекса РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в этой части даны следующие разъяснения.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

Принимая во внимание данную норму и ее разъяснения, суд с учетом обстоятельств дела приходит к выводу о том, что расходы истицы на оплату тура в Тунис, который не состоялся по причине расторжения с ней договора воздушной перевозки и невозможности прибыть к месту отдыха, за вычетом возвращенной туроператором части стоимости тура могут быть отнесены к убыткам, причиненным по вине перевозчика. 

Отсутствие вины в невозможности истицы и ее сына воспользоваться туристической путевкой ответчиком суду доказано не было. Возможность Д-вых прибыть к месту отдыха иным путем, а не рейсом 

<

номер изъят> 01.10.2016, ответчиком также доказана не была. Таким образом, оснований для освобождения ООО «Северный Ветер», на котором в данном случае лежит бремя доказывания, от ответственности в виде возмещения причиненных ФИО1 убытков, судом не установлено.

В этой связи исковые требования о взыскании с ответчика расходов по приобретению тура в сумме 49 718 рублей 33 копейки в качестве причиненных истице убытков суд признает законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Ссылки ООО «Северный Ветер» на то, что он является ненадлежащим ответчиком по делу и все требования истицы должны быть обращены к туроператору, суд отклоняет по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 24.11.1996 N 132-ФЗ "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации" туроператор отвечает перед туристом или иным заказчиком за действия (бездействие) третьих лиц, оказывающих услуги, входящие в туристский продукт, если федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации не установлено, что ответственность перед туристом или иным заказчиком несет третье лицо.

ВместеВместе с тем, нормы главы 17 Воздушного кодекса РФ определяют основания самостоятельной ответственности перевозчика перед пассажиром воздушного судна, в том числе в случае прекращения по инициативе перевозчика договора воздушной перевозки с пассажиром (подпункт 2 пункта 1 статьи 125 Воздушного кодекса РФ).

Таким образом, нормами закона предусмотрена ответственность перевозчика перед пассажиром воздушного судна (в том числе являющимся туристом) за нарушение требований закона и условий перевозки, что исключает в данном случае возложение ответственности по требованиям истицы на туроператора, в действиях которого вины в нарушении каких-либо прав туриста судом не установлено.

В силу статьи 15 Закона "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Принимая во внимание установленные судом обстоятельства неправомерного расторжения ответчиком договора воздушной перевозки с истицей, повлекшего за собой невозможность последней воспользоваться приобретенной туристической путевкой, что свидетельствует о нарушении прав ФИО1 как потребителя, суд полагает, что ответчик обязан компенсировать причиненный ей моральный вред. Исходя из требований разумности и справедливости, степени вины перевозчика и степени нравственных страданий, переживаний истицы при необоснованном снятии ее с рейса и последовавшим невыездом к месту планировавшегося отдыха,, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. 

Добровольно требования истца о возмещении причиненных убытков ответчиком удовлетворены не были. Оснований для освобождения его от уплаты предусмотренного Законом штрафа, взыскиваемого судом в безусловном порядке при установлении факта нарушения прав потребителя и при удовлетворении его законных и обоснованных требований, суд в данном случае не усматривает. 

Подлежащая взысканию с ответчика в пользу истца сумма составляет (49 718 рублей 33 копейки + 5000 рублей) 54 718 рублей 33 копейки, сумма штрафа будет составлять, таким образом, 27 359 рублей 16 копеек. 

Вместе с тем, указанный штраф фактически представляет собой неустойку как способ обеспечения обязательства по исполнению законных требований потребителя (статья 330 Гражданского кодекса РФ) и, следовательно, последняя по общему правилу может быть снижена в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса РФ по заявлению заинтересованной стороны.

В ходе судебного разбирательства представителем ответчика заявлено ходатайство об уменьшении суммы штрафа.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в определении от 15 января 2015 года N 7-О, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса РФ предусматривает право суда уменьшить неустойку, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

С учетом этого суд при определении размера подлежащей взысканию неустойки вправе применить пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса РФ и снизить ее размер в случае установления явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения ответчиком обязательств, что соответствует основывающемуся на общих принципах права, вытекающих из Конституции РФ, требованию о соразмерности ответственности.

Возложение законодателем решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств на суды общей юрисдикции вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года). 

Именно поэтому в пункте 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба. Наличие оснований для снижения неустойки и ее соразмерность определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств. Критериями установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства.

При этом снижение размера неустойки не должно нарушать принцип равенства сторон и недопустимости неосновательного обогащения одной стороны обязательства за счет другой.

Основываясь на изложенном, суд принимает во внимание компенсационный характер неустойки как меры гражданско-правовой ответственности, отсутствие доказательств соразмерности заявленного штрафа размеру убытков, вызванных нарушением ответчиком своего обязательства. 

Принимая во внимание позицию Конституционного Суда Российской Федерации, касающуюся применения части 1 статьи 333 ГК РФ, позицию сторон, степень вины ответчика в нарушении прав потребителя и характер такого нарушения, суд приходит к выводу о возможности уменьшения подлежащего взысканию с ООО «Северный Ветер» штрафа как несоразмерного последствиям нарушения ответчиком прав истицы. 

В этой связи, руководствуясь принципами разумности и соразмерности меры ответственности допущенному нарушению, недопустимости злоупотребления правом свободного определения неустойки (в том числе штрафа), в целях соблюдения баланса прав и законных интересов сторон по делу, суд полагает необходимым в соответствии с положениями статьи 333 Гражданского кодекса РФ снизить размер подлежащего взысканию с ответчика штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя до 15 000 рублей.

На основании статьи 98 Кодекса стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В силу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса РФ в пользу истца, имущественные требования которого были удовлетворены в полном объеме, подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя. 

При этом в силу разъяснений, данных в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 17.07.2007 N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. По смыслу закона суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, объема, сложности и продолжительности рассмотрения дела, степени участия в нем представителя, а также сложившегося уровня оплаты услуг представителей по представлению интересов доверителей в гражданском процессе.

Истицей заявлено о том, что она понесла расходы на оплату услуг представителя в сумме 25 000 рублей, что подтверждается представленными в дело доказательствами – договором и актом о передаче денежных средств.

В объем услуг представителя, согласно материалам дела и условиям договора, а также пояснениям суду истицы и ее представителя, входило осуществление представительства интересов истицы в судебном процессе, в рамках которого состоялось 5 судебных заседаний, в том числе составление искового заявления и уточнения к нему.

Доказательством несения расходов служит представленный акт приема-передачи исполнителю по договору денежных средств. При этом процессуальное законодательство не ограничивает перечень доказательств, которыми может быть подтвержден факт несения стороной судебных расходов, в том числе на оплату услуг представителя, оснований не доверять представленному акту передачи денежных средств у суда не имеется, поэтому доводы ответчика в этой части подлежат отклонению.

Таким образом, разрешая заявленные ФИО1 требования о возмещении судебных издержек в виде оплаты услуг представителя суд исходит из объема оказанной представителем истцу правовой помощи, приведенного выше, времени, затраченного на ее оказание, степени сложности гражданского спора, как с фактической, так и правовой точки зрения, характера и сущности нарушения прав истца, подлежащих судебной защите, необходимости работы представителя с существенным объемом документальных доказательств. 

Также суд принимает во внимание данные о размере представительских гонораров в среднем по Республике Татарстан и в г. Казани. 

С учетом требований разумности, справедливости и соразмерности, необходимости соблюсти баланс прав и законных интересов сторон по делу, полагая, что заявленные истицей расходы на оплату юридических услуг велики и не оправданы ценностью подлежащего защите блага, суд полагает приемлемым размер подлежащих возмещению истцу расходов на оплату услуг представителя в сумме 20 000 рублей.

Согласно статье 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика также подлежит взысканию в бюджет муниципального образования г. Казани государственная пошлина, от уплаты которой истец, обратившийся в суд за защитой своих прав как потребитель был освобожден, пропорционально удовлетворенным исковым требованиям, а именно в сумме 1 691 рубль 54 копейки.

Исходя из изложенного, руководствуясь статьями 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Северный Ветер» в пользу ФИО1 в возмещение убытков, причиненных расторжением договора воздушной перевозки в одностороннем порядке, 49 718 рублей 33 копейки, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 15 000 рублей, в возмещение расходов на оплату услуг представителя – 20 000 рублей.

Взыскать с ООО «Северный Ветер» государственную пошлину в размере 1 691 рубль 54 копейки в бюджет муниципального образования г. Казани.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца со составления в окончательной форме через Советский районный суд г.Казани.

Судья Е.В. Шадрина

Мотивированное решение суда изготовлено 09.07.2018