РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 февраля 2017 года г. Челябинск 

Тракторозаводский районный суд г.Челябинска в составе:

председательствующего Левинской Н.В.

при секретаре Самута Е.С.

с участием прокурора Гурской О.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Челябинский тракторный завод - Уралтрак» об установлении факта несчастного случая на производстве, взыскании расходов на лечение, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском (в редакции уточненного искового заявления) к обществу с ограниченной ответственностью «Челябинский тракторный завод - Уралтрак» (далее ООО «ЧТЗ-Уралтрак»), просил признать несчастный случай, произошедший 27 мая 2016 года с ним в обществе с ограниченной ответственностью «Челябинский тракторный завод - Уралтрак», связанный с производством, взыскать с ответчика в компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей и расходы на лечение 5956,69 рублей. В обоснование иска указал, что 27 мая 2016г., в период работы по трудовому договору у ответчика, в рабочем кабинете произошло возгорание электропроводки, было сильное задымление, в очаге находился около 30 минут, была кратковременная потеря сознания. В результате несчастного случая на производстве произошло острое отравление угарным газом средней степени тяжести. Несчастный случай произошел по вине работодателя, который не обеспечил безопасные условия труда, однако акт по форме Н1 «Акт о несчастном случае на производстве» составлен не был, событие, произошедшее с истцом 27 мая 2016г. не было связано с производством (том 1 л.д. 146-147).

В судебное заседание истец ФИО1 явился, заявленные требования поддержал.

Представители ответчика ООО «ЧТЗ-Уралтрак» ФИО2, ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признали, возражали по иску по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Третьи лица, Государственная инспекция труда по Челябинской области, Управление Роспотребнадзора по Челябинской области, Фонд социального страхования РФ Челябинское региональное отделение, извещены, представителей своих в судебное заседание не направили. 

Заслушав объяснения сторон, исследовав показания свидетелей, письменные материалы гражданского дела, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению в части, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению в части.

В судебном заседании установлено, что в период с 01.12.2014г. по 05.07.2016г. ФИО1 работал в ООО «ЧТЗ-Уралтрак» по трудовому договору в должности мастера (том 1 л.д.109-112).

В соответствии с трудовым договором № от 01.12.2014г. ФИО1 принят на работу на должность мастера в подразделение - производство дизельных двигателей/ 1901 управление производства дизельных двигателей/ 3880 отдел по эксплуатации основных фондов. Режим работы установлен: 8 - часовой рабочий день по индивидуальному годовому графику. График на 2016 г. представлен ответчиком в материалы дела (том 2 л.д. 18). Согласно графика и табельной карточки - 27 мая 2016г. для ФИО1 был рабочим днем (том 2 л.д. 18 и 19). Как следует из объяснений сторон, а также подтверждается графиком начало смены у ФИО1 в 7-30 часов, окончание в 16-15 часов.

Рабочим местом ФИО1 являлся кабинет в административном корпусе и цех производства дизельных двигателей.

Событие, произошедшее с ФИО1 27 мая 2016г., произошло на территории ООО «ЧТЗ - Уралтрак» в рабочем кабинете в административном корпусе в рабочее время. Данный факт сторонами не оспаривается.

Как следует из объяснений ФИО1, данных в ходе судебного разбирательства по делу, в период работы 27 мая 2016г. примерно в 16-00 часов, он находился в кабинете в административном корпусе, заполнял документы на вывоз металлолома. В кабинете произошло короткое замыкание, загорелась проводка у чайника, что в дальнейшем привело к возгоранию линолеума и обивки дивана с выделением угарного газа. Было сильное задымление, в очаге находился около 30 минут, была кратковременная потеря сознания. 28 мая 2016г. обратился к участковому терапевту и был направлен на госпитализацию в ГБУЗ Областная клиническая больница № 3 «Отделение острых отравлений», находился на лечении в названном отделении с 28 мая 2016г. по 01 июня 2016г. с диагнозом острое отравление угарным газом средней степени тяжести на производстве.

Факт возгорания 27 мая 2016г. примерно в 16-00 часов в кабинете ФИО1 представители ответчика в ходе судебного разбирательства по делу не отрицали. Однако связывали возгорание линолеума и обивки дивана с причиной курения ФИО1 сигарет.

Представители ответчика пояснили, что 27 мая 2016г. был произведен осмотр кабинета мастера ФИО1, о чем составлен акт от 27 мая 2016г. (том 1 л.д. 84). В ходе визуального осмотра кабинета в 17-00 часов было выявлено возгорание края дивана, напольного покрытия (линолеума) и подушки (лежащей на полу). Стены кабинета находились в задымленном состоянии. Электроприборов не обнаружено. Розетки выключателей, потолочные светильники и электропроводка без явных признаков тепловых и механических повреждений. При осмотре места происшествия определено, что возгорание произошло от пола. В акте было установлено заключение, что возгорание произошло по причине человеческого фактора.

При этом представители ответчика не смогли пояснить, в чем конкретно был выражен человеческий фактор. 

Органам пожарного надзора ООО «ЧТЗ-Уралтрак» 27 мая 2016г. о случившемся пожаре не сообщило.

30 мая 2016г. ООО «ЧТЗ-Уралтрак» издало приказ № «о расследовании острого отравления угарным газом с мастером УПДД ФИО1» (том 1 л.д. 58). В состав комиссии по расследованию острого отравления угарным газом на производстве вошли: начальник отдела УПДД ФИО, старший мастер участка ФИО, главный специалист службы охраны труда ФИО3, председатель профкома УПДД ФИО, профпатолог поликлиники № 8 ФИО, главный специалист-эксперт отдела надзора по гигиене труда Роспотребнадзора по Челябинской области ФИО

28 июня 2016г. членами комиссии начальником отдела УПДД ФИО, старшим мастером участка ФИО, главным специалистом службы охраны труда ФИО3, а также заместителем главного инженера ПДД ФИО и главным специалистом УПДД ФИО составлен акт, в котором вышеперечисленные отметили, что мастер ФИО1 предоставил недостоверные сведения по факту возгорания, 27 мая 201г. на плохое самочувствие не жаловался, 30 мая 2016г. отсутствовал в палате ОКБ № 3, в связи, с чем решили классифицировать несчастный случай, произошедший 27 мая 2016г. с мастером ФИО1 как не связанный с производством и профессиональным заболеванием (том 1 л.д. 67).

25 июля 2016г. Главным государственным санитарным врачом по Челябинской области ФИО утвержден акт № о случае профессионального заболевания, подписанный членами комиссии заместителем главного инженера ПДД ФИО, начальником управления охраны труда, производственного контроля и экологии ООО «ЧТЗ-Уралтрак» ФИО, начальником отдела охраны труда и производственного контроля ООО «ЧТЗ-Уралтрак» ФИО, начальником отдела лабораторных исследований Дирекции по качеству ООО «ЧТЗ-Уралтрак» ФИО, главным специалистом службы охраны труда ООО «ЧТЗ-Уралтрак» ФИО3, профпатологом поликлиники № 8 ФИО, главным специалистом-экспертом отдела надзора по гигиене труда Роспотребнадзора по Челябинской области ФИО В соответствии с названным актом вынесено заключение, что заболевание - острое ингаляционное случайное отравление угарным газом средней степени тяжести, произошедшее с ФИО1 27 мая 2016г., является профессиональным и возникло в результате несоблюдения правил пожарной безопасности пострадавшим ФИО4 (том 1 л.д. 54-56).

В соответствии со ст.22 ТК РФ, обязанность обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда возложена на работодателя.

Обязанности работодателя по обеспечению безопасных условий и охраны труда определены ст. 212 ТК РФ. Так, работодатель обязан обеспечить принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций.

Представителями ответчика в материалы дела приобщены фото таблицы, содержащие фотографические снимки кабинета ФИО1 после пожара 27 мая 2016г. (том 1 л.д. 195-201). На фотографических снимках запечатлён стол с подставкой от чайника без шнура, электрические розетки без повреждений (том 1 л.д. 196). Представители ответчика в ходе судебного разбирательства отрицали наличие электрического чайника в кабинете ФИО1

В свою очередь, допрошенная в качестве свидетеля старший мастер участка ФИО, которая производила осмотр кабинета после произошедшего 27 мая 2016г. пожара, пояснила, что шнур у подставки от чайника был, и почему на фотографических снимках запечатлён стол с подставкой от чайника без шнура, она пояснить не может, кроме этого пояснила, что предметы на столе стояли по другому, кружки на столе не было. ФИО дала показания суду, что возгорание 27 мая 2016г. произошло в рабочее время мастера ФИО1, около 16-00 часов. Кабинет в административном корпусе является рабочим местом ФИО1 Указала на то, что ФИО1 курил, но о том курил ли ФИО1 в своем кабинете свидетель пояснить не могла.

Свидетель ФИО показал суду, что работает в должности заместителя главного инженера ПДД, в его подчинении находился мастер ФИО1 свидетель также подтвердил, что возгорание 27 мая 2016г. произошло в рабочее время мастера ФИО1, около 16-00 часов. Кабинет в административном корпусе является рабочим местом ФИО1 Кабинет ФИО1 был закрыт на ключ, в период возгорания сразу в кабинет попасть не удалось. Ранее в кабинете у ФИО1 пояснил, что видел чайник светлого цвета. Указал на то, что на производстве допустимо иметь в кабинетах чайники. В кабинете ФИО1 окурков, пепельниц свидетель не видел.

В соответствии со ст. 227 Трудового кодекса РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

В соответствии с медицинским заключением ГБУЗ «Областная клиническая больница № 3» ФИО1 установлен диагноз: острое отравление угарным газом средней степени тяжести (том 1 л.д. 213).

Суд приходит к выводу, что из указанных установленных обстоятельств следует, что данный несчастный случай, произошедший с ФИО1, является несчастным случаем, связанным с производством, поскольку пострадавший относится к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (ч. 2 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации), поскольку выполнял работу по трудовому договору; указанный случай произошел в течение рабочей смены на территории работодателя при совершении потерпевшим правомерных действий обусловленных трудовыми отношениями (ч. 3 ст. ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации); ФИО1 являлся лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона N 125-ФЗ). При этом обстоятельств, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации) в судебном заседании не установлено.

Тот факт, что несчастный случай произошел по причине человеческого фактора, не свидетельствуют о том, что несчастный случай не может быть квалифицирован как связанный с производством.

Если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает степень вины застрахованного в процентах.

В сою очередь из акта осмотра не установлено, что в кабинете ФИО1 обнаружены окурки, причины возгорания доподлинно не установлены, дознание органами пожарного надзора не проводилось.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о признании несчастного случая, произошедшего 27 мая 2016 года с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ООО «ЧТЗ - Уралтрак», связанного с производством.

Обязать ООО «ЧТЗ - Уралтрак» оформить акт о несчастном случае на производстве формы H1 в соответствии с действующим законодательством.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении морального вреда, за исключением случаев, когда вред был причинен жизни или здоровью работника источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

Общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

При определении размеров компенсации морального вреда следует учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о нравственных страданий истца.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

С учетом фактических обстоятельств причинения травмы, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд полагает возможным определить компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика. В остальной части требования не подлежат удовлетворению в связи с несоразмерностью заявленных требований, степени перенесенных нравственных страданий.

Требования о взыскании расходов на лечение в размере 5956,69 рублей также подлежат удовлетворению. Материалами дела подтверждается назначение ФИО1 лекарств (том 1 л.д. 45-46 и л.д. 175, оборот л.д. 176, оборот л.д. 188). Расходы на покупку лекарств подтверждены кассовыми чеками (том 2 л.д. 14-15). Расчет затрат на покупку лекарств приведен в расчете (том 1 л.д. 174). Расчет, произведенный истцом, судом принимается и признается верным.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, с ответчика в доход местного бюджета надлежит взыскать госпошлину в сумме 1000 рублей, от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать несчастный случай, произошедший 27 мая 2016 года с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в обществе с ограниченной ответственностью «Челябинский тракторный завод - Уралтрак», связанный с производством.

Обязать общества с ограниченной ответственностью «Челябинский тракторный завод - Уралтрак» оформить акт о несчастном случае на производстве формы H1 в соответствии с действующим законодательством.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Челябинский тракторный завод - Уралтрак» в пользу ФИО1 расходы на лечение 5956,69 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Челябинский тракторный завод - Уралтрак» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 50 000 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований - отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Челябинский тракторный завод - Уралтрак» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд, через Тракторозаводский районный суд г.Челябинска, в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Н.В.Левинская