САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 22- 679/19

Дело № 1-55/18 Судья Леонова Е.В. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 23 января 2019 г.

Судья Судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Котикова О.М.

при секретаре Кривенко В.А.

с участием прокурора отдела Санкт-Петербургской городской прокуратуры Михайловой Е.Н.,

адвоката Шеина Е.В.

осужденного ФИО1

представителя потерпевшего ФИО2

представителя гражданского ответчика ООО «СК Козерог» адвоката Ботанцова В.Н.

рассмотрела в судебном заседании 23 января 2019 года апелляционные жалобы гражданского ответчика ООО Строительная компания «Козерог», адвоката Чумака В.В. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 19 ноября 2018 года, которым 

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, 

<

...>, с неполным средним образованием, работающий 

<

...> зарегистрированный: 

<

адрес>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 1 (один) год, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством на 1 год. 

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установлены в отношении ФИО1 следующие ограничения:

- не изменять место жительства или пребывания без согласияспециализированного государственного органа, осуществляющего надзор заотбыванием наказания в виде ограничения свободы;

- не выезжать за пределы территории соответствующегомуниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ возложены на ФИО1 следующие обязанности:

встать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы;

ежемесячно в установленное время являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, п. "а" ч. 1, ч. 2 ст. 78 УК РФ ФИО1 от назначенного наказания освобожден в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Гражданский иск потерпевшего Д.А. в части компенсации морального вреда удовлетворен частично.

Взыскано с ООО «Строительная компания «Козерог» в пользу Д.А. в возмещение морального вреда 700 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Котиковой О.М., объяснения осужденного ФИО1 и адвоката Шеина Е.В. в его защиту, поддержавших апелляционные жалобы адвоката Чумака В.В. и представителя ответчика, адвоката Ботанцова В.Н., поддержавшего апелляционные жалобы гражданского ответчика и адвоката Чумака В.В., мнение представителя потерпевшего по доверенности ФИО2, возражавшего против удовлетворения жалоб, мнение прокурора Михайловой Е.Н., полагавшей необходимым апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, приговор суда оставить без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в том, что, являясь лицом, управляющим автомобилем, допустил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено 28 мая 2015 года около 08 часов 30 минут в Василеостровском районе Санкт-Петербурга при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе гражданский ответчик ООО СК «Козерог» в лице директора ФИО3 просит изменить приговор в части удовлетворения гражданского иска потерпевшего о возмещении морального вреда и снизить размер взыскания до 120000 рублей.

В обоснование указывает, что при определении размера компенсации морального вреда суд не принял во внимание требования разумности и справедливости.

Так, судом, по мнению автора жалобы, не учтено, что никаких необратимых последствий в результате ДТП для потерпевшего не наступило, в стационаре он находился 8 дней, после травмы полностью восстановил здоровье, передвигается самостоятельно и продолжил обучение.

Считает, что судом не учтено также, что потерпевший является молодым человеком и легче переносит физические и нравственные страдания нежели ребенок либо пожилой человек.

Ссылается на то, что преступление совершено по неосторожности, момент ДТП длился не более секунды и не сопровождался длительной психотравмирующей ситуацией.

Цитирует положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» и полагает их не принятыми во внимание судом, поскольку суд определил размер компенсации без учета требований разумности и справедливости.

В апелляционной жалобе адвокат Чумак В.В. в защиту осужденного просит приговор суда в отношении ФИО1 отменить и вынести оправдательный приговор.

Указывает, что ФИО1 вину не признал, считая, что наезд на пешехода в зоне пешеходного перехода произошел, поскольку в его полосу движения неожиданно перестроилась автомашина под управлением Р.Д., с которой ему не удалось избежать экстренным торможением столкновения.

Полагает, что показания ФИО1 подтверждаются показаниями свидетеля Б.А., а также заключением эксперта №2161/09-1, поскольку требования п.10.1 ПДД ФИО1 выполнил, применив экстренное торможение.

Обращает внимание на место остановки автомашины ИВЕКО под управлением ФИО1 на середине перехода, при этом столкновение автомашины осужденного с автомашиной Р.Д., по мнению эксперта, не повлияло на торможение автомашины ИВЕКО.

Считает, что к показаниям свидетеля Р.Д. следует отнестись критически, поскольку он является участником ДТП и именно его автомашина совершила наезд на пешехода.

Согласно заключению эксперта №2161-09 с технической стороны водитель Р.Д. не должен был выполнять перестроение перед пешеходным переходом, пересекая линию дорожной разметки 1.1.

Согласно заключениям эксперта №3517/15-1, 3518/09-1,3519/09-1 автомобиль Киа создавал помеху для движения автомобиля ИВЕКО. 

Оценивая возможность ФИО1 избежать столкновения с автомобилем под управлением Р.Д., защитник делает вывод о невозможности ФИО1 предотвратить столкновение, поскольку время реакции ФИО1 и срабатывания тормозного привода больше, чем время завершения перестроения автомобиля Киа в его ряд.

В связи с тем, что Р.Д. и Д.А. нарушили требования ПДД, необоснованно обвинять ФИО1 в наступивших последствиях.

Также необоснованно удовлетворены, по мнению адвоката, исковые требования о компенсации потерпевшему морального вреда, поскольку потерпевший находился на стационарном лечении только 8 дней, а также пренебрег требованиями ПДД.

В возражениях на апелляционные жалобы гражданского ответчика и адвоката Чумака В.В. в защиту осужденного помощник прокурора Василеостровского района Санкт-Петербурга ФИО4 полагает приговор суда законным и обоснованным, а жалобы не подлежащими удовлетворению.

В возражениях на апелляционные жалобы представитель потерпевшего Д.А. ФИО2 просит жалобы адвоката осужденного и гражданского ответчика оставить без удовлетворения, приговор суда находит законным и обоснованным.

Изучив доводы апелляционных жалоб, выслушав стороны, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вина ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния правильно установлена судом совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании и оцененных в приговоре в соответствии со ст.88 УПК РФ.

Суд обоснованно сослался, как на доказательства вины осужденного, на показания потерпевшего Д.А., свидетелей Ф.С., Б.А., Р.Д., а также на другие материалы дела, которые были исследованы в судебном заседании.

Собранные по делу доказательства позволили суду сделать правильный вывод о виновности ФИО1 и правильно квалифицировать его преступные действия.

Так, показаниями свидетеля Р.Д. установлено, что 28 мая 2015 года он, приближаясь к пешеходному переходу, увидев, что автомобиль перед ним притормаживает, перестроился в крайний левый ряд. Убедившись, что не создает помеху, следующему позади автопоезду, он осуществил маневр, закончив его перед пешеходным переходом и остановился, поскольку увидел следующего по пешеходному переходу потерпевшего. Когда пешеход находился перед машиной Р.Д., ему в заднюю часть въехал автопоезд под управлением ФИО1. Автомобиль Р.Д. откинулся вперед на 15 метров и он наехал на Д.А.

Из показаний свидетеля Б.А. установлено, что он видел, двигаясь на своем автомобиле, как на встречном движении дороги слева направо переходил дорогу пешеход. Перед пешеходным переходом в крайний левый ряд из правого перестраивался автомобиль под управлением Р.Д.. Пешеход был уже перед автомобилем Р.Д., последний затормозил, но ему в заднюю часть автомобиля въехала автомашина ИВЕКО под управлением ФИО1. Автомобиль под управлением Р.Д. сбил пешехода.

В обоснование виновности осужденного суд правомерно сослался в приговоре на протокол осмотра места происшествия с фототаблицей и планом к нему от 28 мая 2015 года; на ответ мониторинговой системы с картами и отчетом по движению и стоянке автомобиля ИВЕКО; протокол осмотра CD-R диска с видеороликом момента ДТП, предоставленным свидетелем Б.А. и фототаблицей к нему; консультационное заключение №781/1 от 11 февраля 2016 года, заключение медицинской судебной экспертизы №2003 от 2 июня 2016 года с выводами о том, что Д.А. были причинены 

<

...>, комплекс данных повреждений квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признакам значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть; заключение эксперта №2161/09-1 от 1 августа 2016 года; заключение комплексной судебной трасолого-автотехнической экспертизы и криминалистической экспертизы видео и звукозаписей №№ 3517/15-1, 3518/09-1, 3519/09-1 от 19 апреля 2017 года, согласно которым водитель ФИО1 должен был руководствоваться требованиями п.9.4,10.1, 14.1, 14.2 ПДД РФ и усматривается несоответствие его действий данным требованиям ПДД; заключение дополнительной автотехнической экспертизы №2724/09-1 от 28 сентября 2017 года и другие материалы.

Указанные доказательства получили в приговоре надлежащую оценку, в соответствии с которой суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными, а в своей совокупности достаточными для разрешения дела.

Вопреки доводам жалобы защиты осужденного, не имеется оснований не доверять показаниям допрошенных свидетелей Р.Д., Б.А., поскольку их показания последовательны и подтверждаются всеми исследованными судом материалами дела.

Заинтересованность в исходе дела Р.Д. не может свидетельствовать в данном случае о ложности его показаний, поскольку вина осужденного объективно установлена иными доказательствами по делу, которые подтверждают версию Р.Д.

В то же время, показания ФИО1 претерпели существенные изменения в ходе его допросов, на что правильно указано судом первой инстанции, и что установлено оглашением в порядке ст.276 ч.1 УПК РФ показаний ФИО1, данных им в качестве подозреваемого. 

Показания осужденного, оспаривавшего свою вину в судебном заседании, явились предметом тщательной проверки суда и обоснованно признаны несостоятельными с приведением мотивов принятого решения. 

Вывод о виновности ФИО1, как правильно указал суд в приговоре, основан на показаниях перечисленных выше свидетелей, потерпевшего, подтвержденных письменными доказательствами, которые получены без нарушений уголовно-процессуального закона, влияющих на их допустимость.

Версия ФИО1 о том, что он предпринял все возможные меры, чтобы избежать столкновения с автомобилем под управлением свидетеля Р.Д., однако это ему не удалось в силу нарушений Правил дорожного движения свидетелем, опровергаются выводами автотехнической судебной экспертизы от 28 сентября 2017 года, согласно которой действия водителя Р.Д. соответствовали требованиям п.14.1,14.2 ПДД РФ и именно у ФИО1 была возможность предотвратить наезд на заднюю часть автомобиля под управлением свидетеля, и как следствие наезд на пешехода.

Также заслуживают внимание показания эксперта А.П. в судебном заседании от 15 мая 2018 года, подтвердившего свое заключение о том, что столкновение автомобилей Киа и Ивеко не повлияло на замедление движения автомобиля под управлением осужденного. Также экспертом отмечено, что заключение второй экспертизы от 19 апреля 2017 года отличается от первичного от 1 августа 2016 года по причине предоставления во второй раз экспертам видеозаписи ДТП, т.е. дополнительных материалов, что отражено в заключениях.

Ссылки адвоката- защитника осужденного- исключительно на заключение эксперта от 1 августа 2016 года, без учета выводов последующих экспертиз, более полных и подробных, не состоятельны и не могут свидетельствовать о неправильности выводов суда, исследовавшего и оценивавшего все материалы дела в совокупности.

Давая оценку заключениям судебных трасолого- автотехнической экспертиз, суд пришел к правильному выводу об обоснованности выводов экспертов, поскольку заключения соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, экспертные исследования проведены компетентными лицами, обладающими специальными познаниями и навыками в области экспертного исследования, достаточным стажем работы по специальности, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию экспертов, которым разъяснены положения ст. 57 УПК РФ, они был предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Выводы экспертов не противоречивы, мотивированы, дополняют друг друга, научно обоснованы, объективно подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами, оснований полагать о наличии у экспертов личной заинтересованности в исходе уголовного дела и в необоснованности выводов у суда первой инстанции не имелось, не усматривается таковых и у суда апелляционной инстанции.

Каких-либо не устраненных судом сомнений в виновности осужденного либо в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО1 или на квалификацию его действий, по делу не усматривается.

Судом сделан правильный вывод об установлении виновности ФИО1 в совершении нарушения лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, и верно квалифицированы его действия по ст.264 ч.1 УК РФ.

Судом правомерно указано о том, что ФИО1 нарушены требования п.п.9.4,10.1, 14.1,14.2 Правил дорожного движения РФ, поскольку, приближаясь к нерегулируемому пешеходному переходу, следуя по полосе движения, предназначенной для движения его вида транспорта только в случае намерений совершить поворот налево либо разворот, не имея таких намерений, избрал скорость, не позволяющую ему обеспечивать постоянный контроль за движением автомобиля, не принял мер к снижению скорости перед пешеходным переходом, располагал возможностью предотвращения ДТП, совершил наезд на заднюю часть автомобиля под управлением свидетеля, в результате чего автомобиль совершил наезд на пешехода, а автопоезд под управлением осужденного выехал на пешеходный переход.

Нарушения, допущенные ФИО1, находятся в прямой причинно следственной связи с причинением потерпевшему С.Д. тяжкого вреда здоровью, что также подтверждено заключением судебно-медицинской экспертизы, в которой указан характер и локализация полученных потерпевшим повреждений.

В судебном заседании судом первой инстанции были исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства, нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов осужденному и защитникам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

При назначении ФИО1 наказания суд учел влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, указал на отсутствие отягчающих и смягчающих обстоятельств, при этом учел, что ранее ФИО1 не судим, характеризуется положительно, склонен к совершению нарушений Правил дорожного движения.

Наказание, назначенное ФИО1, суд находит справедливым, равно как и освобождение осужденного от назначенного наказания по п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Гражданский иск потерпевшего Д.А. о возмещения морального вреда разрешен в соответствии с законом.

Исследованными доказательствами установлен факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий и при определении размера компенсации не нарушены положения ст. 42 УПК РФ, а также учтены все значимые обстоятельства, в том числе те, на которые ссылается гражданский ответчик и адвокат осужденного в апелляционных жалобах.

Сумма в размере 700000 рублей соразмерна характеру и объему причиненных истцу нравственных и физических страданий и иных заслуживающих внимания обстоятельств, определена с учетом материального положения осужденного и его отношения к содеянному.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Указанные положения и требования закона были учтены судом по данному делу при разрешении гражданского иска.

Суд апелляционной инстанции полагает, что определенный судом размер компенсации морального вреда в наибольшей степени обеспечит баланс прав и законных интересов истца от причинения вреда и непосредственного причинителя вреда, компенсируя потерпевшему в некоторой степени утрату здоровья, доставленные физические и нравственные страдания. Указанный размер компенсации морального вреда является разумным, справедливым и оснований для его снижения не имеется.

Таким образом, оснований для изменения либо отмены принятого решения в части гражданского иска по доводам апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции не находит, поскольку вывод суда в части гражданского иска мотивирован и подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 19 ноября 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы гражданского ответчика и адвоката Чумака В.В. в защиту осужденного – оставить без удовлетворения.

Судья: