Дело № г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Куйбышевский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Рыкалиной Л.В.,

при секретаре судебного заседания ФИО3,

с участием помощника прокурора 

<

адрес> ФИО4,

адвоката ФИО5 на стороне истца,

рассмотрев в открытом судебном заседании в 

<

адрес> 14 июля 2017 года гражданское дело по иску ФИО2 к ОАО «Объединённая угольная компания «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Алардинская» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО «Объединённая угольная компания «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Алардинская» о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что в 1992 г. он был трудоустроен на Шахту «Аларда». За период работы повредил здоровье вследствие профессионального заболевания – мышечно-тоничексие (миофасциальные) синдромы пояснично-крестцового уровня. Заключением Бюро СМЭ ему впервые была установлена утрата профессиональной трудоспособности 20% на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Приказом ГУ КРОФСС №-В от ДД.ММ.ГГГГ ему была назначена единовременная выплата в сумме 23 504,49 руб. 

Заключением медицинской экспертизы Клиники НИИ КПГ и ПЗ была установлена степень вины предприятий в образовании у него профзаболевания: УКК и ТС 

<

адрес> – 2,6%; Шахта «Капитальная» - 0,6%; Шахта «Шушталепская» - 17,2%; АО «Шахта «Аларда» - 15,8%; ЗАО «Шахта «Аларда» - 7,2%; ОАО «Шахта «Аларда» - 3,2 %; ОАО «Шахта «Алардинская» - 6%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта Алардинская» - 35%; ООО «Шахта «Алардинская» - 12,4%.

Работодатель выплат в возмещение вреда здоровью, причиненного профзаболеванием за АО «Шахта «Аларда», ЗАО «Шахта «Аларда», ОАО «Шахта «Аларда» (за 26,2%) ему не произвел, мотивируя тем, что не является правопреемником указанного ряда шахт. 

Полагает, что ответчик должен произвести ему выплату компенсации морального вреда в соответствии с п. 5.4 Тарифного Соглашения на 2013-2015 г.г.», исходя из размера среднемесячного заработка за год до установления утраты проф. трудоспособности по профзаболеванию в сумме: 407 873,94 руб. (сумма зарплаты/197 (дни выходов по факту) х 249 (плановые выходы) = 515 536,07 руб./12 мес. = 42 961,34 руб.х20%х20 (процент утраты проф. трудоспособности) = 171 845,40 руб. – 23504,49 руб. (выплата КРОФСС) х 26,2 % (степень вины ответчика)= 38 865,32 руб. Кроме того, полагает, что в соответствии с требованиями ст. 151 ГК РФ, 22, 237 ТК РФ, поскольку работодатели не обеспечили ему безопасные условия труда, с ответчиков подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» и 20 000 рублей с ООО «Шахта «Алардинская», с учетом степени их вины.

Просит взыскать с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» компенсацию морального вреда в сумме 238 865,32 руб., расходы за проведение экспертизы на предмет определения степени вины предприятий в образовании профзаболевания в сумме 2620,80 руб., с ООО «Шахта «Алардинская» компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб., расходы за проведение экспертизы в сумме 483,60 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО5, действующая на основании ордера (л.д. 24), заявленные требования уточнили. Истец пояснил, что с 1992 года работал на различных предприятиях угольной промышленности, в том числе, на предприятиях ответчика. В 2016 г. ему было установлено профзаболевание: мышечно-тоничексие (миофасциальные) синдромы пояснично-крестцового уровня, а с ДД.ММ.ГГГГ впервые была установлена утрата профессиональной трудоспособности 20%, на срок до ДД.ММ.ГГГГ Вследствие указанного заболевания он постоянно испытывает физические страдания, поскольку испытывает постоянные боли в поясничной области, отнимаются обе ноги, он вынужден проходить физиолечение, ставить уколы. Медицинским заключением ему противопоказаны физические нагрузки, в связи, с чем он не имеет возможности трудоустроиться, ограничен в быту. Полагает, что ответчик должен произвести ему выплату компенсации морального вреда в соответствии с п. 5.4 Тарифного Соглашения на 2016-2019 г.г.», исходя из размера среднемесячного заработка за год до установления утраты проф. трудоспособности: 42269,17 руб. (средний заработок) х 20 (процент утраты проф. трудоспособности) = 169 076,60 руб. – 23504,49 руб. (выплата КРОФСС) = 145572,11 руб. х 26,2 % (степень вины ответчика) = 38139,89 руб. Просит взыскать с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» компенсацию морального вреда в сумме 238 139,89 руб., из которых 38 139,89 руб. по нормам Соглашения на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, заключённому между ООО «Распадская угольная компания» и Новокузнецкой территориальной организацией Росуглепрофа, и дополнительно 200 000 руб. в соответствии со ст. 151,1101 ГК РФ, ст. 237 ТК РФ, расходы за проведение экспертизы на предмет определения степени вины предприятий в образовании профзаболевания в сумме 2620,80 руб., с ООО «Шахта «Алардинская» компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб. дополнительно к выплаченной ответчиком по нормам указанного Соглашения компенсации, расходы за проведение экспертизы в сумме 483,60 руб., взыскать с ответчиков расходы по оплате услуг представителя пропорционально в общей сумме 14 700 руб.

Представитель ответчиков ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Алардинская» ФИО6, действующая на основании доверенности (л.д. 28,29), в судебном заседании заявленные требования не признала, представила возражения, из которых следует, что ответчик ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» не является правопреемником ОАО «Шахта «Аларда», ЗАО «Шахта «Аларда», ОАО «Шахта «Аларда», поскольку ОАО ОУК «ЮКУ» было образовано только в 2002 году, а указанные предприятия в реорганизации в форме слияния не участвовали. Каждое предприятие должно нести ответственность по возмещению вреда самостоятельно, поскольку ответчик не принимал на себя обязательств в выплате компенсации за иные самостоятельные юридические лица. Указывает, что обязательства по выплате компенсации морального вреда по заболеванию оба ответчика исполнили в полном объеме, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», выплатив в 2017 г. 59 684,60 руб. исходя из 41 % степени вины ответчика, ООО «Шахта «Алардинская» - 28 295,64 руб., исходя из 12,4 % степени вины ответчика. Также, указывает, что применение в данном случае положений ст. 151 ГК РФ, 237 ТК РФ является необоснованным. Считает чрезмерно завышенными представительские расходы. 

Суд, заслушав участников процесса, изучив письменные материалы дела и представленные доказательства, заслушав заключение прокурора, считает, что заявленные требования являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

В силу ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым Кодексом РФ, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 8 ФЗ РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» работодатель обязан возместить моральный вред, причиненный его работнику в случае профзаболевания. 

В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда…, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 164 ТК РФ, под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Согласно ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

В соответствии со ст. 5 ТК РФ коллективный договор, соглашение (в том числе отраслевое) и локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, входят в систему трудового законодательства.

Согласно ст. 45 ТК РФ соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства. Территориальное соглашение устанавливает общие условия труда, гарантии, компенсации и льготы работникам на территории соответствующего муниципального образования.

Т.о., в соответствии с нормами трудового законодательства, работодатель вправе в своих локальных нормативных актах предусмотреть дополнительные гарантии и компенсации по сравнению с законодательством (ст. 8, 164 ТК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 1 ФЗ РФ № 125-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» указанный Федеральный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с настоящим Федеральным законом.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ № 183-ФЗ, от ДД.ММ.ГГГГ № 226-ФЗ), профессиональным заболеванием признаётся хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. 

В силу положений ст. ст. 227 – 231 ТК РФ, связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания. 

В судебном заседании установлено, что истец с ноября 1985 г. по октябрь 2016 г. работал на различных должностях предприятий угольной промышленности, в том числе: УКК и ТС 

<

адрес> (с ноября 1985 г. по август 1986 г.), Шахта «Капитальная» (с сентября 1987 г. по ноябрь 1987 г.), Шахта «Шкшталепская» (с ноября 1987 г. по ноябрь 1992 г.), АО «Шахта «Аларда» (с ноября 1992 г. по июнь 1997 г.), ЗАО «Шахта «Аларда» (с июня 1997 г. по июль 1999 г.), ОАО «Шахта «Аларда» (с июля 1999 г. по июнь 2000 г.), ОАО «Шахта «Алардинская» (с июля 2000 г. по апрель 2002 г.), ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Алардинская» (с марта 2003 г. по март 2013 г.), ООО «Шахта «Алардинская» (с марта 2013 г. по октябрь 216 г.), откуда был уволен по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (по сокращению штата работников (л.д. 5-9)). 

Из акта «О случае профессионального заболевания» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10-11) следует, что по результатам проведенного расследования было установлено, что заболевание, выявленное у истца - мышечно-тоничексие (миофасциальные) синдромы пояснично-крестцового уровня, является профессиональным и возникло в результате физического перенапряжения пояснично-крестцового отдела позвоночника. Лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов: множественная смена должностных лиц. Профессиональное заболевание установлено впервые. Вина работника в данном заболевании – 0%.

В результате указанного профессионального заболевания истца, экспертной комиссией Бюро МСЭ ФИО1 было установлено 20 % утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 12). 

Заключением медицинской экспертизы Клиники ГУ Научно-исследовательского института комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний № от ДД.ММ.ГГГГ была установлена степень вины предприятий по проф. заболеванию истца: УКК и ТС 

<

адрес> – 2,6%, Шахта «Капитальная» - 0,6%; Шахта «Шушталепская» - 17,2%; АО «Шахта «Аларда» - 15,8%; ЗАО «Шахта «Аларда» - 7,2%; ОАО «Шахта «Аларда» - 3,2 %; ОАО «Шахта «Алардинская» - 6%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта Алардинская» - 35%; ООО «Шахта «Алардинская» - 12,4% (л.д. 14). 

В соответствии с приказом №-В от ДД.ММ.ГГГГ ФСС РФ в счет компенсации морального вреда за полученное профзаболевание, ФИО1 была назначена единовременная страховая выплата в сумме 23 504,49 руб. (л.д. 13).

В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ, расчетом суммы компенсации морального вреда, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» в счет компенсации морального вреда причиненного профзаболеванием ФИО1 было выплачено 59 684,60 руб. за 41 % вины предприятия в образовании у истца профзаболевания (л.д. 16,123).

В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ, расчетом суммы компенсации морального вреда, ООО «Шахта «Алардинская» в счет компенсации морального вреда причиненного профзаболеванием ФИО1 было выплачено 28 295,64 руб. за 12,4 % вины предприятия в образовании у истца профзаболевания (л.д. 17,127).

Основанием для возникновения обязательства вследствие причинения вреда истцу явилось установление ему утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ Соответственно, подлежат применению действовавшие именно на данный период нормы ТК РФ, ГК РФ и локальных нормативных актов ответчика. 

Нормами Соглашения по угледобывающему комплексу на 2016-2019 г. предусмотрена возможность выплаты единовременных компенсаций сверх сумм, установленных Федеральным законом. 

Так, пунктами 3, 3.1 Положения о порядке выплат и компенсаций Работникам, членам семьи Работника при исполнении им трудовых обязанностей – Приложение № к Соглашению на 2016-2019 г.г. (л.д. 97-102) в случае причинения Работодателем вреда своему Работнику увечьем, профессиональным заболеванием, либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением им трудовых обязанностей у Работодателя, данный Работодатель осуществляет единовременную компенсацию морального вреда, причиненного Работнику в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания в следующем порядке. 

За каждый процент утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, Работодатель осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере 20% среднемесячного заработка Работника за последний год работы у данного Работодателя, предшествующий моменту установления впервые Работнику размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда Социального страхования РФ).

Как следует из положений ст. 22, 212 ТК РФ обязанность обеспечения безопасных условий труда, нормальных санитарно-бытовых условий Работников в соответствии с нормами и правилами охраны труда, лежит Работодателе.

Как следует из акта о случае профзаболевания, выявленное у истца профзаболевание образовалось ввиду нарушения должностными лицами Работодателя требований Санитарно-эпидемиологических правил и норм. Вины работника установлено не было.

В силу п. 6 Постановления Пленума ВС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании…» работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ. 

Доводы представителя ответчика о том, что он не может нести ответственность по возмещению вреда здоровью истца за АО, ЗАО, ОАО «Шахта «Аларда», являются необоснованными исходя из следующего.

Из представленных суду доказательств, следует, что Шахта имени 60-летия Союза ССР (Шахта Алардинская), была неоднократно реорганизована, переименована в связи с изменением правовой формы, изменениями законодательства: преобразовано в АО, затем в ЗАО "Шахта «Аларда", затем в 1999 г. - в ОАО «Шахта «Аларда», которая была ликвидирована ДД.ММ.ГГГГ Данные обстоятельства подтверждаются трудовой книжкой истца (в которой указанные реорганизации отражены в соответствующих штампах), а также уставами указанных предприятий, исторической справкой, иными письменными доказательствами и не оспаривалось ответчиком (л.д. 27,48-50,60-71). 

В результате реорганизации ОАО «Шахта «Аларда» в форме выделения, ДД.ММ.ГГГГ были созданы два предприятия: ОАО «Шахта Аларда» и новое - ОАО «Шахта «Алардинская», что подтверждается Уставами ОАО «Шахта Аларда» и ОАО «Шахта «Алардинская», разделительным балансом на ДД.ММ.ГГГГ и передаточным актом к разделительному балансу на ДД.ММ.ГГГГ, утвержденным на внеочередном общем собрании акционеров ОАО «Шахта «Аларда» ДД.ММ.ГГГГ (протокол №).

Из разделительного баланса по реорганизационной процедуре разделения ОАО «Шахта Аларда», утвержденного ДД.ММ.ГГГГ и передаточного акта к нему от ДД.ММ.ГГГГ следует, что выделенному обществу - ОАО «Шахта «Алардинская» были переданы практически все активы на сумму 313900000 руб., в том числе: внеоборотные и оборотные активы на сумму 284259 тыс. руб. (основные средства на сумму 183499 тыс. руб., незавершенное строительство на сумму 84 870 тыс. руб., сырье, материалы и другие ценности на сумму 10121 тыс. руб.), а реорганизованному ОАО «Шахта «Аларда» переданы указанные активы на сумму 29577 тыс. руб., в том числе: основные средства на сумму 13286 тыс. руб., незавершенное строительство на сумму 15965 тыс. руб., сырье, материалы и другие ценности на сумму 6176 тыс. руб., добавочный капитал в сумме 21258 тыс. руб. Кредиторская задолженность передана выделенному ОАО «Шахта «Алардинская» на сумму 24043000 руб., убытки на сумму 29641тыс. руб. Реорганизованному же ОАО «Шахта «Аларда» переданы практически все пассивы, основная часть убытков в размере 169902 тыс. руб., и основная часть кредиторской задолженности на сумму 222939000 руб., текущая кредиторская задолженность по социальному страхованию и обеспечению также была передана ОАО «Шахта «Аларда» (раздел 6).

Согласно п. 1 ст. 1093 ГК РФ в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

К правопреемнику могут быть предъявлены требования о возмещении вреда. Это означает, что гражданин может обратиться с данным требованием к правопреемнику и в том случае, когда увечье или иное повреждение здоровья имели место в период существования реорганизованного юридического лица (самого причинителя вреда), но к моменту предъявления требования оно уже прекратило свое существование.

Из представленных суду доказательств следует, что Шахта «Алардинская» была неоднократно реорганизована, переименована в связи с изменением правовой формы, изменениями законодательства: в 1982 г. в шахту «Им. 60-летия Союза ССР» ПО «Южкузбассуголь»; в АО «»Шахта «Аларда» в 1991 г.; в ЗАО «Шахта «Аларлда» в 1997 г.; в ОАО «Шахта «Аларда» в 1999 г., которая была ликвидирована ДД.ММ.ГГГГ Данные обстоятельства подтверждаются исторической справкой, уставом ОАО «Шахта «Аларда», решением исполкома Осинниковского горсовета от ДД.ММ.ГГГГ, уставами о регистрации АОЗТ шахта «Аларда». 

В результате реорганизации ОАО «Шахта «Аларда» в форме выделения, ДД.ММ.ГГГГ были созданы два предприятия: ОАО «Шахта Аларда» и новое - ОАО «Шахта «Алардинская», что подтверждается Уставами ОАО «Шахта Аларда» и ОАО «Шахта «Алардинская», разделительным балансом на ДД.ММ.ГГГГ и передаточным актом к разделительному балансу на ДД.ММ.ГГГГ, утвержденным на внеочередном общем собрании акционеров ОАО «Шахта «Аларда» ДД.ММ.ГГГГ (протокол №), исторической справкой (л.д. 27,60-71,88-89,103-104).

ОАО «Шахта «Аларда» ликвидировано ДД.ММ.ГГГГ на основании определения Арбитражного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 72-73).

Пунктами 1 и 4 ст. 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" предусмотрено, что выделением общества признается создание одного или нескольких обществ с передачей им части прав и обязанностей реорганизуемого общества без прекращения последнего, при выделении из состава общества одного или нескольких обществ к каждому из них переходит часть прав и обязанностей реорганизованного в форме выделения общества в соответствии с разделительным балансом. Согласно п. 4 ст. 58 ГК РФ при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом.

Согласно п. 1 ст. 59 ГК РФ передаточный акт и разделительный баланс должны содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая и обязательства, оспариваемые сторонами.

Согласно ст. 60 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент реорганизации ОАО «Шахта «Аларда») если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами.

Пунктом 6 ст. 15 ФЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» установлена солидарная ответственность вновь созданных в процессе реорганизации юридических лиц по обязательствам последнего в случае невозможности определения правопреемника из разделительного баланса, а также в случае допущения нарушения принципа справедливого распределения активов.

Из разделительного баланса по реорганизационной процедуре разделения ОАО «Шахта Аларда», утвержденного ДД.ММ.ГГГГ и передаточного акта к нему от ДД.ММ.ГГГГ следует, что выделенному обществу - ОАО «Шахта «Алардинская» были переданы практически все активы на сумму 313900000 руб., в том числе: внеоборотные и оборотные активы на сумму 284259 тыс. руб. (основные средства на сумму 183499 тыс. руб., незавершенное строительство на сумму 84 870 тыс. руб., сырье, материалы и другие ценности на сумму 10121 тыс. руб.), а реорганизованному ОАО «Шахта «Аларда» переданы указанные активы на сумму 29577 тыс. руб., в том числе: основные средства на сумму 13286 тыс. руб., незавершенное строительство на сумму 15965 тыс. руб., сырье, материалы и другие ценности на сумму 6176 тыс. руб., добавочный капитал в сумме 21258 тыс. руб. Кредиторская задолженность передана выделенному ОАО «Шахта «Алардинская» на сумму 24043000 руб., убытки на сумму 29641тыс. руб. Реорганизованному же ОАО «Шахта «Аларда» переданы практически все пассивы, основная часть убытков в размере 169902 тыс. руб., и основная часть кредиторской задолженности на сумму 222939000 руб., текущая кредиторская задолженность по социальному страхованию и обеспечению также была передана ОАО «Шахта «Аларда» (раздел 6).

Учитывая изложенное, суд считает, что в ходе реорганизации ОАО «Шахта «Аларда» было допущено, безусловно, несправедливое распределение активов и пассивов между реорганизуемым ОАО «Шахта «Аларда» и выделившимся из него юридическим лицом ОАО «Шахта «Алардинская».

Кроме того, разделительный баланс на ДД.ММ.ГГГГ и передаточный акт не содержат положений о правопреемстве реорганизуемого ОАО «Шахта «Аларда» по обязательствам вследствие причинения вреда, которые могут произойти после реорганизации и даты, на момент составления передаточного акт и разделительного баланса.

Поскольку на период реорганизации ОАО «Шахта Аларда» профзаболевание у ФИО8 установлено не было, соответственно, обязательства перед ним как на момент реорганизации указанного предприятия, так и на момент создания и регистрации ОАО «Шахта Алардинская», а также на момент ликвидации ОАО «Шахта Аларда» (2002 г.) еще не возникли, поэтому, данные обязательства и не могли быть включены в разделительный баланс и соответственно, в передаточный акт. 

Поскольку допущенное нарушение принципа справедливого распределения активов и разделительный баланс не дают возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Аларда» по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью истца, суд считает, что вновь образованное юридическое лицо ОАО «Шахта «Алардинская» должно нести солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица, - ОАО «Шахта «Аларда» перед его кредиторами, в данном случае, перед истцом. 

С учетом изложенного, суд считает, что ответчик должен нести ответственность также в пределах заявленных истцом требований, дополнительно за 26,2% вины работодателя в образовании у истца профессионального заболевания, за АО «Шахта «Аларда», ЗАО «Шахта «Аларда», ОАО «Шахта «Аларда», поскольку ст. 60 ГК РФ установлены гарантии прав кредиторов юридического лица при его реорганизации, а в силу п. 1 ст. 57 ГК РФ и п. 2 ст. 15 ФЗ РФ «Об акционерных обществах» реорганизация юридического лица может быть произведена, в частности в форме слияния, выделения, преобразования.

Так, при организации юридических лиц путем выделения, вновь созданные юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица, если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица. 

Согласно п. 1.1 Устава ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» данное общество было образовано в результате реорганизации путем слияния ряда шахт, в том числе, ОАО «Шахта «Алардинская». При этом, вновь созданное предприятие является правопреемником вошедших в него шахт по всем их правам и обязанностям. В соответствии с п. 5 ст. 16 ФЗ РФ «Об акционерных обществах», поскольку при слиянии обществ все права и обязанности каждого из них переходят к вновь созданному обществу в соответствии с передаточным актом, ответчик ОАО «ОУК «ЮКУ» должно нести солидарную ответственность по обязательствам ОАО «Шахта «Алардинская». 

Т.о., законом предусмотрен переход всех прав и обязанностей реорганизованного юридического лица, а не их части. Поэтому обязанность по возмещению вреда, причиненного здоровью истца, в данном случае, несет ОАО «ОУК Южкузбассуголь» в порядке, предусмотренном п. 1 ст. 1093 ГК РФ, к которому истец обоснованно предъявил требования о возмещении вреда здоровью.

Учитывая изложенное, суд считает, что доводы представителя ответчика о том, что ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» не должно нести перед истцом ответственности по выплате единовременной компенсации АО «Шахта «Аларда», ЗАО «Шахта «Аларда», ОАО «Шахта «Аларда», ввиду отсутствия правопреемства, являются необоснованными.

Выплата единовременной компенсации в счет возмещения вреда здоровью гарантировалась работникам организаций (участников Соглашения и работодателей, присоединившихся к Соглашению после его заключения или не представивших доказательств отказа от присоединения к Соглашению в соответствии с положениями ст. 48 ТК РФ), утратившим профессиональную трудоспособность вследствие производственной травмы или профессионального заболевания пунктом 3 Соглашения на 2016-2019 г. (на период установления истцу утраты профессиональной трудоспособности).

Исходя из общих оснований ответственности за причинение вреда, предусмотренных п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 6 абз. 2 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № разъяснено, что если противоправные действия (бездействия), причиняющие истцу нравственные и физические страдания, начались до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда и продолжаются после введения этого закона в действие, то моральный вред в указанном случае подлежит компенсации.

Как следует из положений ст. 22, 212 ТК РФ, вышеуказанных Соглашений обязанность обеспечения безопасных условий труда, нормальных санитарно-бытовых условий, Работников в соответствии с нормами и правилами охраны труда лежит Работодателе. 

Учитывая изложенное, компенсация морального вреда, вследствие полученного истцом профессионального заболевания, составит: 42269,17 руб. (среднемесячный заработок истца за последний год работы перед установлением размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности согласно представленной архивной справки) х20% (выплата по ТС) х20 (проценты утраты трудоспособности) = 169 076,60 руб. – 23504,49 руб. (выплата КРОФСС по приказу №-В от ДД.ММ.ГГГГ) = 145 572,19 руб. х 26,2 % (степень вины предприятия) = 38 139,89 руб. 

Расчет заработной платы и размер компенсации морального вреда, полагающийся истцу в соответствии с нормами ОС на 2016-2019 г.г., стороны не оспаривали.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 названного Кодекса, компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Таким образом, из содержания данных положений Закона и разъяснений Пленума ВС РФ в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон. Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере. 

Поскольку истцу был причинен вред здоровью в результате профессионального заболевания и было установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности, то обстоятельство, что он испытывает физические и нравственные страдания в связи с этим обстоятельством предполагается, соответственно, он имеет право на возмещение морального вреда и в соответствии с законом и в соответствии с локальными нормативными актами ответчика. 

При определении суммы компенсации морального вреда судом принимается во внимание, что истец испытывает физические страдания вследствие полученного профзаболевания, поскольку испытывает постоянные боли в поясничной области, отнимаются обе ноги, он вынужден носить специальный пояс, проходить физиолечение, ставить уколы. Кроме того, ФИО8 лишен возможности работать, ежегодно проходит стационарное и амбулаторное лечение по поводу данного заболевания, что подтверждается представленными медицинскими документами: картами реабилитации, медицинскими выписками, он ограничен в быту, не имеет возможности заниматься спортом. Следствием данного заболевания явилось нарушение привычного образа жизни истца. При таких обстоятельствах суд считает, что истец испытывал и испытывает в настоящее время физические и нравственные страдания, связанные с профзаболеванием. При этом, в том числе, ответчиками истцу не была предоставлена возможность трудиться в условиях, отвечающих требованиям безопасности, хотя п. 8.1 Коллективного договора ОАО «Южкузбассуголь» на 2016-2019 г.г., Соглашением на 2016-2019 г.г., предусмотрено, что именно работодатель обязан обеспечить работнику безопасные и здоровые условия труда, нормальные санитарно-бытовые условия в соответствии с нормами и правилами по охране труда и технике безопасности.

С учетом характера причиненных истцу профессиональным заболеванием физических и нравственных страданий, процента утраты профессиональной трудоспособности, его индивидуальных особенностей, а также степени вины ответчиков, иных заслуживающих обстоятельств, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает, что размер компенсации морального вреда, который предусмотрен Соглашением на 2016-2019 г. выплаченный и подлежащий выплате ОАО ОУК «ЮКУ» (38 139,89 руб. + 59684,60 руб.), и выплаченный ОАО «Шахта «Алардинская» в сумме 28 295,64 руб. не является достаточным и справедливым. 

Поэтому требования ФИО1 о взыскании в его пользу компенсации морального вреда в соответствии со ст. 237 ТК РФ дополнительно, являются обоснованными.

Суд считает, что разумной и соответствующей физическим и нравственным страданиям истца будет являться компенсация морального вреда дополнительно к выплаченной ответчиком ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» истцу, в общей сумме 50 000 рублей, с учетом норм Соглашения и ГК РФ и дополнительно к выплаченной ответчиком ОАО «Шахта «Алардинская» в соответствии с ГК РФ в сумме 6000 рублей, учитывая при этом требования разумности и справедливости, индивидуальные особенности истца, наступившие последствия, характер и объем перенесенных им нравственных страданий, степень вины работодателя.

В соответствии со ст. 8 ч. 3 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ст. 15, 1064 ГК РФ, 184 ТК РФ с ответчиков подлежат взысканию сумма оплаченная истцом за проведение экспертизы по определению связи профзаболевания с трудовой деятельностью, также в размере, пропорциональном степени вины ответчиков в образовании у истца профзаболевания, поскольку для истца данные расходы являются убытками, соответственно: 

3900 руб. х 67,2% = 2620,80 руб. (ОАО «ОУК «Южкузбассуголь»), 

3900 руб. х 12,4% = 483,60 руб. (ООО «Шахта «Алардинская»), поскольку указанные расходы истцом понесены и в силу разъяснений 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" могут быть признаны судебными издержками, поскольку связаны с собиранием доказательств до предъявления искового заявления и несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд, а собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. 

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Истец просит взыскать с ответчиков расходы по оплате услуг представителя в сумме 14700 руб. Оплата данной суммы подтверждается квитанциями. Однако с учетом сложности дела, объемом оказанных представителем услуг, затраченному для этого времени (консультации, составления искового заявления, дополнений и участия в одном судебном заседании), суд считает, что общая сумма указанных расходов должна быть снижена до 14000 рублей, соответственно, 11 000 руб. подлежит взысканию с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» и 3000 руб. – с ООО «Шахта «Алардинская», исходя из принципа соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении №-О-О от ДД.ММ.ГГГГ и недопустимости необоснованного завышения размера оплаты указанных расходов, с целью соблюдения требований ст. 17 ч. 3 Конституции РФ, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Данная сумма является разумной, соответствует выполненной представителем работе, затраченному для этого времени, категории дела, которое особой сложности не представляет, соразмерна и пропорциональна удовлетворенным исковым требованиям. 

Поскольку истец в соответствии со ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины, то в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ суд считает необходимым, взыскать с ответчика ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» в доход местного бюджета расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб. от удовлетворенных требований неимущественного характера, с ответчика ООО «Шахта «Алардинская» в сумме 300 руб. от удовлетворенных требований неимущественного характера.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 к ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Алардинская» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 50 000 рублей, расходы по оплате экспертизы в сумме 2620 рублей 80 копеек, представительские расходы в сумме 11 000 рублей.

Взыскать с ООО «Шахта «Алардинская» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 6000 рублей, расходы по оплате экспертизы в сумме 483 рубля 60 копеек, представительские расходы в сумме 3000 рублей.

В удовлетворении в остальной части требований к ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Алардинская» ФИО1 отказать.

Взыскать с ОАО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Взыскать с ООО «Шахта «Алардинская» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме через Куйбышевский районный суд 

<

адрес>.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий: Л.В. Рыкалина