61RS0012-01-2021-004528-51

отметка об исполнении решения Дело №2-2143/2021

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

14 июня 2021 года г.Волгодонск

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе: 

председательствующего судьи Цукановой Е.А., 

при секретаре Димковой О.Ю.,

помощник судьи Кондратенко В.В.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей на основании доверенности от 12.07.2021, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО3 – адвоката Кириченко Н.Н., действующего на основании ордера., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 ФИО12 к ФИО4 ФИО13 о признании недействительным договора дарения земельного участка и применении последствий недействительности сделки

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к ФИО3 о признании недействительным договора дарения земельного участка и применении последствий недействительности сделки. В обосновании своих исковых требований ФИО1 указал, что 06 июня 2018 г. между ФИО4 ФИО14 и ФИО4 ФИО15 был заключен договор дарения в простой письменной форме земельного участка, кадастровый номер №, расположенный по адресу 

<

адрес>. Истец считает указанный Договор недействительным, поскольку он был заключен для вида, и целью его заключения не было создание правовых последствий, которые влечет заключение договора дарения, так как капитальные сооружения, находящиеся на земельном участке превышают в несколько раз стоимость самого участка, которые возводились с момента покупки земельного участка Истцом с 2006 году до 2018 года. Оспариваемый Договор был заключен с целью уклонения от выплаты Истцом денежной компенсации на основании ранее состоявшихся Решений суда и сокрытия имущества от обращения на него взыскания, что подтверждается: решениями судов № 2-2223/18, № 2689/2020 Волгодонского районного суда Ростовской области и т.д.), о взыскании с Истца денежных компенсаций. Постановлениями о возбуждении исполнительного производства в отношении Истца, вступивших в законную силу. На момент заключения договора дарения Истец не выражал волю на передачу правасобственности земельного участка безвозмездно, поскольку на земельном участкеимеются капитальные постройки (дом, ангар под яхту, беседка с мангалом и витражнымистеклами, фонтан с бассейном и водопадом, причал и т.д.). В содержании арственной указано то, что даритель подарил не все имущество, атолько конкретизировав объект дарения (2 пункт 572 статьи Гражданского кодекса).Указанное специальное основание для признания договора дарения недействительным. Даритель не обладал правомочиями собственника в отношении Жилого помещения и построек на нем, и не имел права им распоряжаться. Заключение договора дарения выступал как временная форма передачи имущества на определенный срок. С момента заключения договора дарения Истец неоднократно обращался к Ответчику для возврата земельного участка по договоренности, однако Ответчик, зная, что это была мнимая и притворная сделка, отказывается вернуть земельный участок. Указанные обстоятельства подтверждают, что Истец совершил сделку лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, что влечет признание сделки ничтожной. Ответчик обязан вернуть мне все полученное по ничтожной сделке. ФИО1 со ссылкой на ст. ст. 572, 167, 170ГК РФ просит суд признать договор дарения земельного участка №, расположенного по адресу 

<

адрес> от 06.06.2018 года недействительным и применить последствия недействительности сделки.

е

В судебном заседании истец ФИО1 отсутствовал. О дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, реализовал свое право на участие в судебном заседании через своего представителя.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующая на основании доверенности от 12.07.2021 настаивала на удовлетворении исковых требований ФИО1, на том основании, что договор дарения земельного участка №, расположенного по адресу 

<

адрес> от 06.06.2018 года между ФИО1 и ФИО3 является мнимой сделкой, поскольку на данном земельном участке находятся строения, которые не были подарены ответчику. Данные строения строились истцом, они не зарегистрированы в ЕГРП как капитальные строения, им не присвоены кадастровые номера, однако представитель ответчика полагает, что стоимость данных строений значительно превышает стоимость самого земельного участка.

Ответчик ФИО3 и ее представитель адвокат Кириченко Н.Н. в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований ФИО1 указав следующее. Истец является отцом ответчика ФИО3 и ФИО4 ФИО16. В 2000 г. истец оформил па своего сына ФИО3 (брата ответчицы) ряд нежилых помещений (общей площадью 250 кв.м.), а также в 2018-2019 г. - квартиру, общей площадью около 300 кв.м., расположенную по адресу 

<

адрес> Именно поэтому истец, учитывая свой преклонный возраст, решил подарить своей дочери земельный участок, а не потому, что в отношении него велись какие-либо судебные тяжбы. Договор был составлен в простой письменной форме - ФИО17 в офисе истца. Каких-либо разговоров между сторонами о том, что эта сделка является временной или направлена на предотвращение обращения взыскания не было. В период с 2018 г. по настоящее время ответчик с членами своей семьи пользовалась спорным земельным участком, осуществляла уход, охрану, оплату предоставляемых услуг и налога. По мере необходимости на земельном участке могли отдыхать брат ответчицы и сам истец, так как такая практика взаимоотношений сложилась на протяжении нескольких лет. В 2020 г. супруг ответчицы поссорился с ее отцом и братом. С того времени взаимоотношения ухудшились и отец стал требовать, чтобы ответчица переоформила половину дачи на брата. А в противном случае он вообще будет требовать аннулирования договора дарения. Заключенный 06.06.2018 г. договор дарения не является мнимым так как: стороны согласовали все существенные условия договора, необходимые для заключения говора дарения; их волеизъявление было направлено на безвозмездное отчуждение земельного участка (истец) его приобретение в собственность (ответчик); стороны отразили как переход, так и получение земельного участка в собственность; ответчик была принята в члены садоводства; ответчик активно участвовала в общих собраниях садоводства; ответчик за счет личных средств, производила и производит оплату членских взносов, налога, электрической энергии. Также с ноября 2020 г. в садоводстве проводились мероприятия по заключению прямых договоров напоставку электрической энергии. В связи с чем, ответчик за свой счет оплачивала работы и стоимость нового электрического счетчика. В начале июня 2021 г. ответчик передавала документы председателю правления садоводства для заключения договора с ПАО «ТНС-энерго». В 2020 г. истец пыталась ввести в эксплуатацию, расположенные на земельном участке здания с целью своей регистрации (прописки). Для чего обратилась к специалисту Росреестра на консультацию, в ходе которой ей было сообщено, что строения не являются капитальными, прочно не связаны с землей, так как отсутствует фундамент, а следовательно, являются движимым имуществом и не подлежат регистрации в УФРС кадастра и картографии. ФИО3 с членами семьи использует земельный участок по его прямому назначению:выращивает плодо-овощную продукцию, сажает деревья, поддерживает чистоту и порядок, перевезла личные вещи; производит ремонт строений, замену труб, ламп накаливания, ремонт искусственного водоема. Какого-либо контроля, управления, содержания, охраны и т.д. со стороны истца с 2018 г. неосуществлялось. Таким образом сторонами договора дарения были совершены реальные действия, связанные с исполнением принятых ими на себя обязательств по договору дарения. Ответчик ФИО3 и ее представитель адвокат Кириченко Н.Н. просили в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Выслушав пояснения представителя истца, ответчика и ее представителя, исследовав иные доказательства по делу и дав им надлежащую оценку в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Так, в силу пункта 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее в редакции, действовавшей в период совершения оспариваемой сделки) по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего кодекса.

Положениями пунктов 2, 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.

На основании статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1).

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 06 июня 2018 г. между ФИО1. (даритель) и ФИО5 (одаряемый) заключен договор дарения земельного участка, согласно которому даритель подарил одаряемой принадлежащий ему на праве собственности земельный участок №, расположенного по адресу 

<

адрес>

Указанный договор дарения земельного участка зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области 08 июня 2018 г., что подтверждается материалами регистрационного дела (л.д.33-57)..

Собственником земельного участка №, расположенного по адресу 

<

адрес> в настоящее время является ФИО4 ФИО18

Как указывает истец, заключая договор дарения, он понимал его сущность, однако фактически полагал, что передает принадлежащий ему земельный участок ответчику на время, и после того как он исполнит свои обязательства по судебным решениям ответчик ему вернет земельный участок. В силу чего ФИО1 считает спорный договор дарения притворной сделкой.

Суд приходит к выводу, что договор дарения земельного участка № расположенного по адресу 

<

адрес> от 06.06.2018 года соответствует требованиям закона. Переход права собственности на земельный участок от истца к ответчику зарегистрирован в установленном законом порядке. Доказательств того, что ФИО1 в юридически значимый период не понимала значение своих действий и не руководила ими в момент подписания оспариваемого договора дарения материалы дела не содержат. Доказательства совершения сделки под влиянием заблуждения или обмана относительно природы сделки, преднамеренного создания не соответствующего действительности представления о характере сделке, ее условиях, предмете и других обстоятельствах, влияющих на решение ФИО1 подарить земельный участок ФИО3, отсутствуют. 

При таких обстоятельствах, разрешая заявленные требования, суд приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьями 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, по которым спорный договор дарения подлежит признанию недействительным.

На основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

По смыслу действующего законодательства для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, выяснить фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны.

При этом следует учесть, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, о чем указано в исковом заявлении, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил, с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания притворности сделки лежит на лице, заявившем о ее притворности.

Исходя из установленных судом обстоятельств, доказательств того, что ФИО1 и ФИО3 намеревались заключить договор иную сделку связанную с переходом права собственности на спорный земельный участок, в материалы дела не представлено.

Судом установлено, что договор дарения земельного участка № расположенного по адресу 

<

адрес> от 06.06.2018 года был заключен в установленной письменной форме, содержит все существенные условия, подписан (что не оспаривалось сторонами) и передан сторонам на руки. Каких-либо нарушений при оформлении договора дарения спорного земельного участка допущено не было. Правовые последствия договора дарения наступили - право собственности на земельный участок за одаряемой зарегистрировано в установленном порядке, при этом из материалов регистрационного дела следует что даритель лично обращался с заявлением о регистрации перехода права собственности на земельный участок.

Ответчиком ФИО3 предоставлены доказательства того, что она приняла в дар спорный земельный участок, вступила в члены СНТ, оплачивала все необходимые платежи, осуществляла содержание спорного земельного участка, использовала его по назначению для отдыха семьи и выращивания плодов и овощей.

Достоверных и допустимых доказательств того, что стороны имели намерение заключить иную сделку суду не предоставлено.

Доводы представителя истца о том, что на земельном участке расположены строения которые не вошли в договор дарения не могут быть приняты судом во внимание, поскольку сторонами совершена безвозмездная сделка. По заявлению ответчика (что не отрицалась стороной истца) ни одно строение на спорном земельном участке в установленном порядке не зарегистрировано и не поставлено на кадастровый учет, то есть юридически не существует. По заявлению ответчика все строения являются не капитальными и относятся к элементам благоустройства или хозяйственным постройкам. Данные обстоятельства стороной истца не опровергнуты.

Учитывая, что законодатель указывает на то, что намерения одного участника совершить притворную сделку для применения положений пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, недостаточно, оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований у суда нет.

В силу требований пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычного порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Суд приходит к выводу, что заключенный 06.06.2018 года договор дарения земельного участка с кадастровым номером № расположенного по адресу 

<

адрес> не является мнимой сделкой так как: стороны согласовали все существенные условия договора, необходимые для заключения договора дарения; их волеизъявление было направлено на безвозмездное отчуждение земельного участка ФИО1 и его приобретение в собственность ФИО3; стороны отразили как переход, так и получение земельного участка в собственность; истец и ответчик обратились с заявлениями в Росреестр о регистрации перехода права собственности. Далее ответчик ФИО3 вступила в члены садоводства и с 2018 года за счет личных средств производит оплату членских взносов, налога, оплату электрической энергии; ФИО3 за свой счет оплатила работы связанные с переподключением к сетям поставки электроэнергии Ответчик ФИО3 с членами семьи использует спорный земельный участок по его прямому назначению: выращивает плодо-овощную продукцию, сажает деревья, поддерживает чистоту и порядок, перевезла личные вещи; производит ремонт строений, замену труб, ламп накаливания, ремонт искусственного водоема.

Довод представителя истца о том, что на самом деле истец ФИО1. не намеревался дарить ответчику земельный участок, а только передал во временное пользование с дальнейшим возвратом по первому требованию судом отклоняется, поскольку достоверных и допустимых доказательств подтверждающих данные утверждения истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду не предоставлено, так же как и не предоставлено доказательств того, что ФИО3 было известно, что земельный участок дарится ей временно и в последствии должен быть возвращен ФИО1.

При определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, суду необходимо применить правила толкования договора, установленные статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно указанной статье при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Суд, оценив спорный договор дарения земельного участка по правилам статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагает, что содержание спорного договора дарения прямо свидетельствует о воле дарителя на безвозмездную передачу принадлежащего ему имущества. Из него прямо следует, что ФИО1 подарил ФИО3, а она приняла земельный участок в дар и даритель в действительности имела намерение подарить одаряемой земельный участок с кадастровым номером № расположенного по адресу 

<

адрес> Каких-либо условий об обременении спорный договор дарения не содержит.

Доводы представителя истца о том, что на подаренном земельном участке находятся некие строения, стоимость которых превышает стоимость земельного участка не могут быть приняты судом во внимание по следующим основаниям. Сторонами совершена безвозмездная сделка (дарение) земельного участка с кадастровым номером № расположенного по адресу 

<

адрес> Представителем истца и ответчиком в судебном заседании подтверждено, что на момент подписания договора дарения на спорном земельном участке не имелось объектов недвижимого имущества поставленных на кадастровый учет, которые могли быть предметом сделки. При этом при совершении договора дарения истец знал, что на спорном земельном участке имеются некие сооружения не поставленные на кадастровый учет. 

При вышеуказанных обстоятельствах исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения земельного участка и применении последствий недействительности сделки не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 ФИО19 к ФИО4 ФИО20 о признании договора дарения земельного участка №, расположенного по адресу 

<

адрес> от 06.06.2018 года недействительным и применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд в течение месяца со дня его вынесения через Волгодонской районный суд.

В окончательной форме решение принято 21 июля 2021 года.

Судья : Е.А. Цуканова