Судья: Бавина О.С. Дело № 22-3876/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Барнаул 5 сентября 2024 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе: 

председательствующего Шевелевой Р.В., 

при ведении протокола помощником судьи Зиновьевой В.В., 

с участием:

прокурора Крамар С.С., 

адвоката Качкаева Е.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Качкаева Е.В. на приговор Октябрьского районного суда г. Барнаула от 9 июля 2024 года, которым

ФИО1, (данные изъяты), несудимый,

- осужден по ч.1 ст.264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы, с применением положений ч.3 ст.47 УК РФ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 1 год 6 месяцев, с установлением указанных в приговоре ограничений и возложением обязанности. 

Заявленный по делу гражданский иск удовлетворен частично. С ФИО1 в пользу В. в счет компенсации морального вреда взыскано № рублей.

Разрешен вопрос о судьбе вещественного доказательства по делу.

Изложив содержание судебного решения, доводы апелляционной жалобы адвоката, возражений прокурора на нее, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором ФИО1 признан виновным в том, что он, управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью В.

Преступление совершено 17 ноября 2023 года в период времени с 23 часов 30 минут до 23 часов 55 минут в (адрес) при обстоятельствах, установленных судом, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе, поданной в интересах осужденного ФИО1, адвокат Качкаев Е.В. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Полагает, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, вина ФИО1 подтверждения не нашла. Настаивает на том, что за рамками проведенной по делу автотехнической экспертизы остались обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела, а именно, какими правилами ПДД РФ должна была руководствоваться потерпевшая при переходе проезжей части. Кроме того, полностью приводит доводы ходатайства о назначении повторной автотехнической экспертизы, которое адвокат заявлял как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного заседания, настаивая на том, что не выяснены следующие обстоятельства: имел ли место сам факт контакта автомобиля и пешехода, если да то возможно ли, что потерпевшая в силу неосмотрительности и невнимательности, переходя дорогу, столкнулась с вставшим по ходу ее движения автомобилем, отчего произошло ее падение; имел ли при указанных обстоятельствах водитель техническую возможность избежать контакта с пешеходом. Полагает, что необходимо учесть, что потерпевшая грубо нарушила ПДД, переходила проезжую часть вне пешеходного перехода, при этом находилась в состоянии алкогольного опьянения, что значительно снижает концентрацию и внимание, считает, что все усугублялось еще и преклонным возрастом потерпевшей, было позднее время позже 23 часов 30 минут, уличное освещение не гарантировало хорошую видимость. Полагает, что вопрос о грубом нарушении ПДД самой потерпевшей судом вообще не исследовался. Считает что по делу необходимо назначить и провести повторную автотехническую и видеотехническую экспертизы для того, чтобы объективно и всесторонне установить имело ли место столкновение, и имел ли водитель техническую возможность его избежать. Настаивает на том, что без выяснения вопроса о наличии у осужденного технической возможности избежать столкновение, вывод суда, который не имеет специальных познаний, о виновности ФИО1 является недопустимым. Ссылаясь на п.п. 6,7 постановления Пленума Верховного Суда от 9 декабря 2008 г. № 25, указывает на то, что уголовная ответственность по ст.264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать ДТП и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь. При этом настаивает на том, что: доказательства непосредственно столкновения, наезда на пешехода отсутствуют; непосредственных очевидцев этому в деле нет; согласно справки о дорожно-транспортном происшествии на автомобиле ФИО1 какие-либо повреждения, свидетельствующие о столкновении отсутствовали и даже грязь на поверхности автомобиля была нетронутой. Ссылаясь на видеозапись, указывает, что 17 ноября 2023 года позднее 23 часов 30 минут шел дождь, дорожное покрытие было скользким, существовала большая вероятность того, что потерпевшая, поскользнулась и упала, при этом ударилась о проезжую часть. При этом обращает внимание на то, что у потерпевшей имеется заболевания остеопороз, о чем она сама пояснила в судебном заседании, при котором кости теряют прочность, возникает риск частых патологических переломов; однако при проведении судебно-медицинской экспертизы наличие указанного заболевания у потерпевшей никак не учитывалось, тогда как это могло повлиять на заключение эксперта о возможном механизме образования телесных повреждений и их тяжести. Считает, что установленные при производстве судебно-медицинской экспертизы потерпевшей переломы трех ребер справа и трех ребер слева не могли образоваться от однократного воздействия автомобиля при данных обстоятельствах. Указывает на то, что в ходе предварительного следствия защита заявляла ходатайство о проведении повторной судебно-медицинской экспертизы, в проведении которой было отказано. Настаивает на проведении указанной экспертизы в связи с тем, что выводы эксперта носят неясный, противоречивый характер, поскольку сначала указано на то, что повреждения образовались от воздействия твердых тупых предметов, каковыми могли являться выступающие детали движущегося автомобиля и тупая твердая поверхность дорожного покрытия в момент ДТП, далее эксперт указывает, что образование данных телесных повреждений при падении потерпевшей с высоты собственного роста, при ударах о плоскости, острые и выступающие предметы можно исключить. Считает, что эксперт сделал два взаимоисключающих вывода, что является недопустимым. Просит приговор отменить, принять новое решение о направлении дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора Октябрьского района г. Барнаула Авдонина О.Е., считая приговор законным, а доводы жалобы несостоятельными, просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Данных, свидетельствующих о неполноте и обвинительном уклоне предварительного расследования и судебного разбирательства, а также о процессуальных нарушениях, повлиявших на постановление законного и обоснованного решения по делу, вопреки доводам жалобы адвоката, не установлено. Дело расследовано и рассмотрено полно, всесторонне и объективно. 

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона при соблюдении общеправовых принципов, в том числе презумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон, в соответствии со ст. 252 УПК РФ, в рамках предъявленного осужденному обвинения. Не предоставляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал равные условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Все заявленные участниками процесса, в том числе стороной защиты, ходатайства разрешены с соблюдением требований ст. 271 УПК РФ. Мотивированный отказ суда в удовлетворении ходатайств при соблюдении процедуры их разрешения не свидетельствует о нарушении прав сторон. Критическая оценка доводов стороны защиты не свидетельствует об обвинительном уклоне. 

Вопреки доводам жалобы приговор в отношении ФИО1 постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона. При этом, судом не допущено каких-либо нарушений правил оценки доказательств, в том числе указанных адвокатом в жалобе, предусмотренных ст.ст.86-88 УПК РФ. В соответствии со ст.73 УПК РФ судом правильно установлены все обстоятельства, подлежащие доказыванию, также приняты во внимание все имеющие юридическое значение обстоятельства, которые могли повлиять на выводы о виновности осужденного в инкриминированном ему преступлении.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют установленным в судебном разбирательстве фактическим обстоятельствам, каких-либо противоречий и предположений в них не усматривается. В приговоре указаны мотивы, по которым судом отвергнуты одни доказательства, а другие признаны достоверными. Противоречия и расхождения в показаниях допрошенных по делу лиц, получили справедливую оценку в приговоре. Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств изложены в приговоре, как этого требует ст.307 УПК РФ.

Все доказательства, приведенные в описательно-мотивировочной части приговора в обоснование виновности ФИО1, правомерно признаны судом как полученные в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, оснований для признания их недопустимыми обоснованно не установлено.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминированного преступления, подтверждаются изложенными в приговоре доказательствами, в том числе: показаниями потерпевшей В., подробно пояснившей об обстоятельствах произошедшего дорожно-транспортного происшествия, показаниями свидетелей Б., Е., исследованными в ходе судебного заседания, сотрудника ГИБДД Д., выезжавшего на место ДТП, пояснившего об обстоятельствах получения сообщения о происшествии и об обстановке на месте ДТП, а также протоколами: осмотра места совершения административного правонарушения, осмотра диска с видеозаписью, заключениями проведенных по делу экспертиз, в том числе автотехнической, установившей, требованиями каких пунктов ПДД РФ должен был руководствоваться ФИО1, и судебно-медицинской экспертизы потерпевшей, установившей наличие у нее повреждений, их характер, локализацию, механизм причинения, а также иными, подробно приведенными в приговоре письменными доказательствами.

Оснований подвергать сомнению достоверность приведенных в приговоре доказательств, в том числе с иной оценкой показаний осужденного, потерпевшей, суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не усматривает. Оснований для оговора осужденного потерпевшей, предупрежденной об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, не установлено. Позиция стороны защиты настаивавшей на том, что ФИО1 не совершал инкриминированного ему преступления, проверена судом, обоснованно расценена судом как реализованное им право на защиту, оснований не согласиться с указанным должным образом мотивированным выводом у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Так, судом верно указано на то, что заключения экспертов по делу соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ и Федерального закона Российской Федерации от 31.05.2001 N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Эксперты, их проводившие, имеют многолетний опыт работы и подтвержденный уровень профессиональной квалификации; выводы, содержащиеся в исследованиях, обоснованы, построены с учетом действующего законодательства и на анализе материалов дела с применением необходимых методик, отвечают исчерпывающему перечню обязательных требований, предъявляемых к заключению. В связи с чем суд пришел к обоснованным выводам о том, что оснований для производства дополнительной или повторной автотехнической и судебно-медицинской экспертиз не имелось.

Факт управления автомобилем именно ФИО1 при наезде на пешехода установлен на основе совокупности указанных выше доказательств. Доводы адвоката о том, что ДТП произошло не в результате действий осужденного, а в результате собственных действий потерпевшей, является предположением, которое ничем не обосновано и опровергается исследованными в судебном заседании доказательствами. Так, в судебном заседании на основе совокупности доказательств, в частности, показаний потерпевшей, видеозаписи, заключения судебно-медицинской и автотехнической экспертиз, установлено, что телесные повреждения получены потерпевшей именно в результате ДТП и являются результатом действий ФИО1, выразившихся в том, что последний, не убедившись в безопасности совершаемого им маневра и в отсутствии помех другим участникам движения, начал движение на автомобиле задним ходом и допустил наезд задней частью автомобиля на пешехода, что объективно запечатлено на видеозаписи, предоставленной стороной защиты. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что исходя показаний потерпевшей о том, что она была одета в светло-серое пальто, что отчетливо видно на видеозаписи и фототаблице к протоколу осмотра видеозаписи, а также исходя из расположения потерпевшей и автомобиля осужденного относительно друг друга в момент проезда автомобиля по проезжей части, который потерпевшая и осужденный пропускали, осужденный до начала маневра, в случае должной внимательности не мог не видеть потерпевшую, что с очевидностью следует из просмотренной судом видеозаписи и имеющейся в деле фототаблицы. При этом судом первой инстанции верно отмечено, что исходя из фактических обстоятельств дела следует, что возможность избежать столкновения с потерпевшей для ФИО1 заключалась в соблюдении правил дорожного движения, которые он нарушил. В связи с чем оснований для выяснения вопроса о наличии технической возможности у осужденного предотвратить столкновение в данном случае не имелось. С учетом изложенного отсутствие на автомобиле осужденного следов повреждения от контакта с телом потерпевшей, наличие следов грязи на обозначенном месте, которая не была смазана, на что указано адвокатом в жалобе, о невиновности осужденного и отмене приговора не свидетельствует.

Выяснение вопросов о том, был ли контакт автомобиля под управлением ФИО1 с потерпевшей, возможно ли, что потерпевшая в силу неосмотрительности и невнимательности, переходя дорогу, сама столкнулась со вставшим по ходу ее движения автомобилем под управлением ФИО1, отчего и произошло ее падение, не требует специальных познаний, относятся к правовым вопросам, которые выясняются в ходе судебного заседания, что и было сделано судом. Вследствие чего, вопреки мнению адвоката, необходимости проведения судебной экспертизы данные вопросы не вызывали, также как и вопрос о том, какими правилами ПДД должна была руководствоваться потерпевшая при переходе проезжей части, поскольку обязанности пешеходов регулируются Правилами дорожного движения Российской Федерации. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что судом первой инстанции учтен тот факт, что потерпевшей были нарушены ПДД РФ при переходе проезжей части вне зоны пешеходного перехода, что отражено в приговоре, поскольку данное обстоятельство учтено в качестве смягчающего наказание осужденного. 

Утверждение адвоката со ссылкой на видеозапись, о том, что события происходили позднее 23 часов 30 минут 17 ноября 2023 года, освещение было плохим, шел дождь, дорожное покрытие было скользким, потерпевшая находилась в состоянии алкогольного опьянения, а также имела преклонный возраст, в связи с чем существовала большая вероятность того, что потерпевшая поскользнулась, упала и ударилась о проезжую часть, получив установленные у нее телесные повреждения, является явно надуманным и противоречащим исследованным доказательствам. Так, согласно протоколу судебного заседания (л.д. 215 оборот - 216) на вопросы государственного обвинителя и защитника потерпевшая пояснила, что на проезжей части была прекрасная видимость, фонари горели, было видно людей на крыльце магазина, она была в легкой степени опьянения, поскольку употребляла спиртное днем, асфальт был не сухой, но луж и наледи не было. Показания потерпевшей подтверждаются видеозаписью, протоколом осмотра видеозаписи с фототаблицей к нему, из которых следует, что улица освещена фонарями, освещение улицы достаточное; как потерпевшую, находящуюся на середине проезжей части, так и автомобиль осужденного на видеозаписи видно отчетливо; исследованными в ходе судебного заседания: рапортом от 18 ноября 2023 года (л.д. 31 оборот), согласно которому о дорожных условиях на месте совершения ДТП в числе прочего указано: дорожные и погодные условия – дождь, видимость – не ограничена, состояние проезжей части – мокрый асфальт, наличие и состояние освещения в темное время суток – есть; протоколом осмотра места совершения административного правонарушения 22 АХ 047755, согласно которому осмотр производился 18 ноября 2023 года в 00-25 ч. в условиях – дождь, пасмурно, при температуре воздуха + 4 (л.д.32), вид покрытия – асфальт, состояние покрытия – мокрое (л.д.33). Кроме того, на вопрос защитника потерпевшая однозначно ответила, что не поскальзывалась (л.д. 216). 

Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы потерпевшей № 1134 (л.д. 101-102), обнаруженные у В. телесные повреждения образовались от воздействия твердых тупых предметов, каковыми могли являться выступающие детали движущегося автомобиля и поверхность дорожного покрытия в момент ДТП, то есть при воздействии на пешехода В. При этом образование указанных телесных повреждений при падении потерпевшей с высоты собственного роста (то есть без постороннего воздействия) экспертом исключено. При указанных обстоятельствах, доводы адвоката о наличии противоречий в выводах экспертного заключения являются надуманными.

Доводы адвоката о наличии у потерпевшей заболевания остеопороза о недоказанности вины осужденного не свидетельствуют и основанием для отмены приговора и проведения повторной судебно-медицинской экспертизы не являются, поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что указанные в заключении эксперта повреждения были причинены потерпевшей именно в результате неправомерных действий осужденного.

С учетом того, что водитель, выполняющий движение задним ходом не может обеспечить при этом в полной мере безопасность другим участникам дорожного движения, он обязан, руководствоваться п. 8.12. ПДД РФ, согласно которому движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. Суд апелляционной инстанции отмечает, что именно несоблюдение ФИО1 требований ПДД РФ привело к наезду на потерпевшую и указанное нарушение ПДД РФ находится в прямой причинной связи с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей. 

Таким образом, судом первой инстанции с учетом исследованных доказательств действия ФИО1 верно квалифицированы по ч.1 ст.264 УК РФ. Выводы суда о юридической оценке действий осужденного в полной мере мотивированы в приговоре, соответствуют положениям уголовного закона и являются правильными. Оснований для отмены приговора, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе адвоката, не имеется.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что все доказательства, представленные сторонами, все доводы стороны защиты, в судебном заседании исследованы и получили надлежащую оценку в приговоре, а приведенные в жалобе доводы фактически сводятся к переоценке доказательств по делу, что на выводы суда о виновности осужденного не влияет.

При назначении ФИО1 вида и размера наказания суд руководствовался положениями ст. 60 УК РФ, обязывающими учитывать характер и степень общественной опасности совершенного преступления, в данном случае относящегося к категории небольшой тяжести; личность виновного; обстоятельства, смягчающие наказание; влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, конкретные обстоятельства дела. При этом, согласно содержанию приговора, судом приняты во внимание и положения уголовного закона о необходимости выбора такого наказания, которое бы отвечало целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений, являлось соответствующим содеянному и личности виновного. 

Судом обоснованно признаны и в полной мере учтены все имевшиеся на момент постановления приговора смягчающие наказание осужденного обстоятельства: активное способствование расследованию преступления путем выдачи виновным следователю видеозаписи момента дорожно-транспортного происшествия, положительно характеризующий материал, наличие двоих малолетних детей, состояние здоровья виновного и его близких, оказание помощи близким, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей, в качестве которых расценил оказание помощи на месте происшествия, посещение потерпевшей в больнице, приобретение медикаментов и помощь в транспортировке потерпевшей в лечебное учреждение, а также то обстоятельство, что потерпевшая переходила проезжую часть с нарушением требований пункта 4.3 ПДД РФ.

Отягчающих наказание обстоятельств судом обоснованно не установлено.

Личность осужденного в ходе рассмотрения уголовного дела также надлежаще изучена, соответствующие сведения нашли отражение в приговоре.

Приняв во внимание все сведения, влияющие на правильное разрешение вопроса о наказании, в том числе касающиеся личности осужденного, обстоятельств преступления, суд пришел к обоснованным выводам о назначении осужденному наказания в виде ограничения свободы, в пределах санкции статьи, с назначением, с учетом положений ч.3 ст.47 УК РФ, дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, правильность которых сомнений не вызывает.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ст.64 УК РФ надлежаще мотивированы, основаны на материалах дела и требованиях закона, а потому не согласиться с ними причин не имеется. Правовых оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ не имеется.

При таких обстоятельствах по своему виду и размеру назначенное ФИО1 наказание является справедливым, соразмерным содеянному и отвечающим целям, предусмотренным ч.2 ст.43 УК РФ.

Гражданский иск потерпевшей рассмотрен судом в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В качестве доказательства судом в приговоре приведены показания свидетеля, сотрудника ГИБДД, Д., в том числе об обстоятельствах совершения преступления, которые стали ему известны со слов осужденного ФИО1 Однако показания в данной части не соответствуют требованиям допустимости, предусмотренным ст. 75 УПК РФ, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает необходимым исключить из приговора показания данного свидетеля в этой части.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих изменение либо отмену судебного решения, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Октябрьского районного суда г. Барнаула от 9 июля 2024 года, в отношении ФИО1 изменить, исключить из описательно-мотивировочной части показания свидетеля, сотрудника ГИБДД Д., в части обстоятельств преступления, которые стали ему известны со слов ФИО1

В остальной части оставить приговор без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановившей приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Председательствующий Р.В. Шевелева