дело № 2 – 75/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 февраля 2019 г. г.Урай ХМАО – Югры

Урайский городской суд ХМАО – Югры в составе председательствующего судьи Шестаковой Е.П.,

при секретаре судебного заседания Ивановой О.Н., 

с участием истца ФИО1,

представителя третьего лица на стороне ответчика прокуратуры ХМАО – Югры ФИО2, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №, выданной сроком до ДД.ММ.ГГГГ,

представителя третьего лица на стороне ответчика Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре ФИО3, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №, выданной сроком по ДД.ММ.ГГГГ,

представителя третьего лица на стороне ответчика ОМВД России по г.Ураю ФИО5, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №, действительной по ДД.ММ.ГГГГ, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации о компенсации морального вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 (далее так же Истец) обратился в Урайский городской суд с указанным иском, просил взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации компенсацию морального вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием, в размере 1 020 000 рублей, обосновав тем, что ДД.ММ.ГГГГ ОМВД России по г.Ураю в отношении Истца возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 325 УК РФ и вынесено постановление об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, ДД.ММ.ГГГГ мировым судьёй судебного участка № 3 Урайского судебного района ХМАО-Югры Ш.О.А. уголовное дело по ч. 1 ст. 325 УК РФ прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 24, п.2 ч.1 ст. 27 УПК РФ за отсутствие в деянии события преступления, т.е. по реабилитирующему основанию.

Истец указывает, что ему причинён моральный вред в результате возбуждения уголовного дела о преступлении, которого он не совершал, избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, отобрания обязательства о явке, нахождения длительное время в статусе подозреваемого, обвиняемого, подсудимого.

Моральные страдания усугублялись тем, что Истец длительное время работал как частнопрактикующий юрист, и возбуждение в отношении него уголовного дела привело к потере авторитета как юриста, унижено его достоинство и репутация. Дело рассматривалось 1 год и 8 месяцев, о чём стало известно большому числу лиц.

С момента возбуждения уголовного дела ФИО1 боялся уезжать из города Урай, опасался изменения меры пресечения на арест, находился в постоянном напряжении, т.к. боялся очередного вызова на допрос, проведения других следственных действий, вынужден был оправдываться перед своими близкими за то, чего не совершал.

Незаконное возбуждение уголовного дело привело к разводу Истца с супругой, так как её осуждали на работе, где она работает старшим юрисконсультом, дома возникали ссоры, что сказалось на ребёнке, который испытывал стрессы, в результате чего заболел диабетом и получил группу ребёнка-инвалида. ДД.ММ.ГГГГ супруга обратилась с иском о расторжении брака и ДД.ММ.ГГГГ переехала с сыном в другую квартиру. 

15 месяцев Истец, имеющий квалификацию юриста, психолога, сертифицированного судебного эксперта психологии и парапсихологии человека, частного охранника, не мог устроиться на работу, так как требовались сведения об отсутствии возбуждённых уголовных дел, более 12 раз самостоятельно обращался непосредственно на предприятия, но в ходе собеседования предупреждал о возбуждённом уголовном деле и неопределённости дальнейшего сотрудничества, при этом сразу получал отказ. Отсутствие работы и дохода усугубляло моральные переживания и влияло на психологический климат в семье.

ФИО1 указал, что сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности предполагает возникновение нравственных страданий у человека, заявленный размер компенсации обосновал расчётом 2 000 рублей за день незаконного привлечения к уголовной ответственности, которое составляло 17 месяцев (510 дней). 

Письменные возражения ответчика Министерства финансов Российской Федерации, действующего за Российскую Федерацию, мотивированы тем, что в отношении лица, не являющегося подозреваемым либо обвиняемым по делу, не может быть избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Из представленных документов не представляется возможным установить длительность данной меры пресечения. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что Истец обращался к должностным лицам или суду за разрешением выехать за пределы г.Урая и ему было в этом отказано. Доводы истца о том, что применение в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде каким - либо образом ограничило его конституционное право на свободу передвижения, не подтверждены материалами дела, не доказаны, и не могут служить обоснованием заявленных требований.

Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке не ограничивает права и свободы граждан, гарантированные Конституцией Российской Федерации и не могла затруднять действий истца, так как не влечет какие-либо ограничения в его передвижениях.

Истец не подозревался в совершении какого-либо тяжкого преступления, в связи с чем его опасения об умалении честного и доброго имени, а также деловой репутации явно преувеличены. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документов, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законом судебный порядок.

Не усматривается прямой причинно-следственной связи между поставленным диагнозом «сахарный диабет» несовершеннолетнему ФИО6 и уголовным преследованием истца. Уголовное дело в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 325 УК РФ было возбуждено за год до поставленного ребенку диагноза.

Не подтверждены доказательствами доводы истца о том, что уголовное преследование стало причиной его развода и осуждения со стороны коллег жены.

Доводы ФИО1 о невозможности устроиться на работы по специальностям голословны и не подтверждены, не приложена трудовая книжка, подтверждающая его занятость на момент уголовного преследования, справка из КУ «Урайский центр занятости населения», подтверждающая нахождение истца в период уголовного преследования в статусе «безработного». Истец не был заключен под стражу, ввиду чего не был лишен возможности трудоустройства.

Ответчик просил в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Третьим лицом на стороне ответчика УМВД России по Ханты-Мансийскому автономному округу-Югре представлены письменные возражения на иск, обоснованные тем, что ФИО1 не представлено доказательств того, что в результате прекращения мировым судьёй 13.12.2018 уголовного дела были нарушены его личные неимущественные права либо принадлежащие иные нематериальные блага и ему причинен моральный вред, мера пресечения, связанная с содержанием под стражей, к нему не избиралась.

Переживания ФИО1, о которых он упоминает в исковом заявлении, как и возникшие последствия, не подтверждены доказательствами.

Истец самостоятельно в ходе собеседования предупреждал о возбужденном уголовном дела, доказательств обращения непосредственно на предприятия не представил, как и того, что длительное время работал как частнопрактикующий юрист, и возбуждение уголовного дела привело к потере его авторитета.

Отсутствует совокупность условий для применения к сложившимся правоотношениям положений ответственности по ст.1070 ГК РФ.

В возражениях третьего лица на стороне ответчика ОМВД России по г. Ураю приведены аналогичные возражениям УМВД России по Ханты-Мансийскому автономному округу-Югре доводы и указано, что сумма морального вреда в размере 1 020 000 руб. является завышенной, не соответствующей обстоятельствам дела, требованиям разумности и справедливости.

В судебном заседании истец ФИО1 полностью поддержал иск по доводам искового заявления. 

Ответчик Министерство финансов Российской Федерации, действующее за Российскую Федерацию, не обеспечил явку в суд своего представителя, о причинах неявки суд не уведомил, их уважительность не подтвердил, ходатайств не заявил.

В силу части 4 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГПК РФ), суд рассмотрел дело в отсутствие ответчика.

Представители третьих лиц на стороне ответчика Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре ФИО3 и ОМВД России по г.Ураю ФИО5 в судебном заседании дали пояснения, полностью соответствующие письменным возражениям на иск.

Представитель третьего лиц на стороне ответчика прокуратуры ХМАО – Югры по доверенности ФИО2 полагала, что заявленный ФИО1 размер компенсации морального вреда является завышенным, попыток выехать из г. Урая с разрешения органов дознания и суда Истец не предпринимал, изменения в состоянии здоровья не подтвердил доказательствами, не доказал причинной связи его уголовного преследования и конфликтов в семье, расторжения брака, заболевания ребёнка. Брак расторгнут уже после прекращения уголовного преследования ФИО1

По тому же уголовному делу ФИО1 привлекался к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 159.2, ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 159.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, уголовное преследование прекращено мировым судьёй ДД.ММ.ГГГГ по нереабилитирующим основаниям в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Исследовав доводы сторон и третьих лиц, выслушав явившихся участников процесса в суде, показания свидетеля ФИО7, исследовав и оценив в силу ст. 67 ГПК РФ представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд пришёл к выводу, что заявленные ФИО1 требования подлежат частичному удовлетворению по следующим мотивам:

Как установлено при судебном разбирательстве и подтверждается материалами дела: 

ДД.ММ.ГГГГ ОД ОМВД России по г. Ураю в отношении истца ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159.2 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 98), в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ ему избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д. 103-105).

ДД.ММ.ГГГГ ОД ОМВД России по г. Ураю в отношении истца ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 325 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 106), уголовные дела ДД.ММ.ГГГГ соединены в одно производство (л.д. 107).

ДД.ММ.ГГГГ ОД ОМВД России по г. Ураю в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 159.2 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 108), в тот же день уголовные дела соединены в одно производство (л.д. 109 -110).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д. 111-113).

Уголовное дело с обвинительным актом, утверждённым прокурором г. Урая ДД.ММ.ГГГГ, по обвинению ФИО1 в совершении трёх преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 159.2, ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 159.2, ч. 1 ст. 325 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее УК РФ, л.д. 116-129) было направлено на рассмотрение мировому судье.

Постановление мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела в отношении Истца по ч. 1 ст. 159.2, ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 159.2 УК РФ за примирением сторон (л.д. 130-136) отменено в апелляционном порядке ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 137-138).

ДД.ММ.ГГГГ мировым судьёй судебного участка № 3 Урайского судебного района Ханты-Мансийского автономного округа ? Югры Ш.О.А. уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 159.2, ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 159.2 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования (л.д. 139-143), то есть по нереабилитирующему основанию, на что ФИО1, как следует из текста постановления, дал своё согласие. Постановление вступило в законную силу. 

ДД.ММ.ГГГГ мировым судьёй судебного участка № 3 Урайского судебного района Ханты-Мансийского автономного округа 

<

данные изъяты> Югры ФИО4 уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 325 УК РФ, прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения по основаниям п. 1 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ за отсутствием в деянии события преступления, отменена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении по вступления постановления в законную силу. За ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ (л.д. 60-64). Постановление вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Настоящий спор возник о наличии оснований для денежной компенсации морального вреда, причинённого 

<

данные изъяты> незаконным уголовным преследованием, применением к нему меры пресечения в виде подписки о невыезде.

Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что Конституционный принцип правового государства предполагает установление такого правопорядка, который должен гарантировать каждому справедливое разрешение дела и эффективное восстановление в правах.

В соответствии со статьями 21 и 22 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (статья 2), вместе с тем гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53).

В соответствии с п. 34, 35, 55 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее так же УПК РФ) реабилитация – это порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, при этом уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

С учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК РФ. 

Применительно к судебным стадиям уголовного судопроизводства к лицам, имеющим право на реабилитацию относится подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения и (или) по иным реабилитирующим основаниям. 

Право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является, в том числе вынесенное постановление о прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, среди которых прекращение уголовного преследования в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, а так же по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 24 УПК РФ.

Право на реабилитацию признается за лицом судом, признавшим незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшим решение о прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 УПК РФ указывается в резолютивной части постановления.

Право на компенсацию морального вреда, причиненного гражданину в результате незаконных действий государственных органов и должностных лиц предусмотрено Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод 1950 г., Международным пактом о гражданских и политических правах 1966 г., Конвенцией против пыток и других жестоких и бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 1984 г., ст. 52 и 53 Конституции Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации.

На основании части 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на устранение последствий морального вреда. 

Иски о компенсации морального вреда в денежном выражении в соответствии со статьей 136 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В силу статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу положений п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному суд должен учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В силу ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

На основании указанных положений закона и установленных юридически значимых обстоятельств дела, суд пришёл к выводу, что те обстоятельства, что Истец незаконно был привлечен к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 325 УК РФ, в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, при последующем прекращении уголовного преследования ФИО1 за отсутствием события преступления, подтверждают факт причинения нравственных страданий Истцу, что не нуждается в подтверждении дополнительными доказательствами.

Доводы ответчика и третьих лиц о том, что моральный вред в данном случае подлежит доказыванию, а требования истца о компенсации морального вреда ничем не обоснованы, им не доказан факт причинения нравственных страданий суд находит несостоятельными, поскольку неоспоримым доказательством причинения Истицу морального вреда является вынесенное в отношении него постановление о прекращении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ за отсутствием события преступления.

Довод Министерства финансов РФ и третьих лиц на стороне ответчика о том, что наличие данного постановления не является безусловным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда, противоречат содержанию статей 133 - 139 УПК РФ, статей 1070, 1100 ГК РФ, из которых следует, что право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований, в том числе вынесении в отношении подсудимого постановления о прекращении уголовного дела. Кроме того, сам по себе факт незаконного уголовного преследования, установленный судом, причинил Истцу нравственные страдания.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд исходит из конкретных обстоятельств настоящего дела, учитывает продолжительность уголовного преследования ФИО8 по ч. 1 ст. 325 УК РФ в течение одного года и пяти месяцев (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), в том числе продолжительность судебного разбирательства уже после прекращения уголовного преследования по другим статьям обвинения, в течение 4 месяцев (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), когда сохраняла своё действие такая мера пресечения как подписка о невыезде, ограничивающая свободу передвижения Истца по собственному усмотрению, необоснованное его обвинение в совершении преступления небольшой тяжести. 

Наряду с этим и безусловно судом принимается во внимание, что уголовное дело изначально было возбуждено по ч. 1 ст. 159.2 УК РФ, в связи с данным уголовным преследованием, которое не признано незаконным, избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, обязательство о явке у Истца не отбиралось. С ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование осуществлялось по трём статьям обвинения, включая помимо ст. 325 УК РФ так же ч. 1 ст. 159.2 и ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 159.2 УК РФ и мера пресечения была избрана с учётом всего объема обвинения.

Определяя степень, характер и объём нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями личности ФИО1, суд учитывая такие заслуживающие внимания обстоятельства, как его психическое состояние неуверенности в будущем, страдания в связи с необоснованным уголовным преследованием, которые приводили к нервным переживаниям и срывам, ссорам с супругой, о чем пояснил в суде сам ФИО1 и свидетель ФИО7 

В то же время, в нарушение принципа состязательности гражданского процесса и требований ст. 56 ГПК РФ, Истец не представил суду достоверных и достаточных доказательств, в том числе медицинских документов, подтверждающих ухудшение его состояния здоровья в результате перенесенной стрессовой ситуации, в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, а так же тех обстоятельств, что он осуществлял профессиональную деятельность в области права и поэтому факт уголовного преследования за совершение преступления негативно сказался на его деловой репутации, невозможности трудоустройства, как самих фактов обращения в поисках работы, так и отказа в приёме на работу. 

Истцом не подтверждено и в исследованных судом материалах уголовного дела не содержится обращений ФИО1 к органам следствия и мировому судье с заявлениями о разрешении выезда из г. Урая, что было возможно при избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде. Как подтвердил в суде Истец, подобных заявлений он не подавал, а следовательно, и отказов не получал.

Суд соглашается с доводами Ответчика о том, что Истцом не подтверждена прямая причинно-следственная связь между установлением его несовершеннолетнему сыну ФИО6 инвалидности в связи поставленным диагнозом «сахарный диабет» и уголовным преследованием Истца, медицинских подтверждений чему не представлено. В то же время в суде свидетель ФИО7 – мать ребёнка, показала, что со слов медиков, заболевание ребёнка обусловлено генетически.

Не подтверждены доказательствами доводы Истца о том, что уголовное преследование стало причиной его развода. Из представленной Истцом в материалы дела копии решения мирового судьи о расторжении брака от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 96) следует, что брачные отношения ФИО1 и ФИО7 прекращены уже более двух лет. 

Исходя из указанных выше обстоятельств, степени и объёма нравственных страданий, причиненных Истцу незаконным уголовным преследованием в целом, с учетом требований разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда в сумме 40 000 рублей.

При этом, учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, в связи с чем, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, суд убеждён, что именно данный размер компенсации морального вреда отвечает требованиям разумности и справедливости, способствует восстановлению нарушенных прав Истца, а заявленный им размер иска, является завышенным.

Вместе с тем, суд учел, что обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходит не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному Истцу, но и не допустить неосновательного его обогащения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 -199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации о компенсации морального вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 40 000 (Сорок тысяч) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в суд ХМАО - Югры через Урайский городской суд. Апелляционные жалоба, представление могут быть поданы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме (решение суда в окончательной форме принято 11.02.2019).

Председательствующий судья Е.П. Шестакова