дело № 2-435/2018 

<

****>

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Кимрский городской суд Тверской области 

в составе:

председательствующего судьи Аксёнова С. Б.

при секретаре Коптевой З. А.,

а также с участием истицы ФИО1,

представителя ответчика и представителя третьего лица – ФИО2,

представителя третьего лица – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кимры 29 октября 2018 года гражданское дело по иску ФИО1 ФИО30 к Администрации г. Кимры Тверской области, Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тверской области, ФИО8 ФИО31, ФИО9 ФИО32 о признании права собственности на помещение №* (комната с коридором), помещение №* (комната с коридором, санузлом и кухней) и помещение №* (комната с коридором, санузлом и кухней) в квартире в порядке наследования,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Администрации г. Кимры Тверской области о признании права собственности на комнаты №*, №* и коридор квартиры 

<

адрес> в порядке наследования по закону после смерти дочери ФИО5 ФИО33, наступившей 28 марта 2017 года.

Данные требования ФИО1 мотивировала тем, что 28 марта 2017 года умерла её дочь ФИО4, после смерти которой осталось наследственное имущество в виде комнат №* и №* и коридора вышеназванной квартиры. 

Право собственности на указанное наследственное имущество возникло у ФИО34 на основании договора на передачу квартир (домов) в собственность граждан от 10 сентября 1999 года (1/2 доля), зарегистрированного в БТИ г. Кимры 21 сентября 1999 года, и на основании решения Кимрского городского суда от 21 июня 2011 года (1/2 доля), вступившего в законную силу 2 июля 2011 года.

Завещание ФИО4 не составлялось. Она, ФИО1, является единственной наследницей по закону первой очереди.

В установленный законом 6-ти месячный срок она обратилась к нотариусу ФИО6 с заявлением о принятии наследства, в связи с чем, было заведено наследственное дело №*.

20 апреля 2018 года нотариус ФИО6 вынесла постановление об отказе в совершении нотариального действия, мотивированный тем, что право собственности по решению Кимрского городского суда от 21 июня 2011 года не было зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости. 

Кроме того, отметила, что договор на передачу квартиры в собственность граждан также не был зарегистрирован ФИО7 в Росреестре.

Полагает, что ФИО7, хотя и не зарегистрировала своё право собственности, однако владела и пользовалась вышеназванным имуществом как своим собственным, была зарегистрирована на данной жилой площади, оплачивала квартплату и коммунальные услуги.

Она, ФИО1, в порядке наследования приняла спорное имущество, следит за квартирой, т. к. ключи от обеих комнат и ванны с туалетом находятся у неё, убирается в квартире, оплачивает за неё по мере возможности. Также она осуществила похороны дочери.

Все вышеперечисленные обстоятельства свидетельствуют о том, что она, ФИО1, фактически приняла наследство.

Определением Кимрского городского суда Тверской области от 3 мая 2018 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Комитет по управлению имуществом г. Кимры Тверской области, Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тверской области, Федеральное государственное бюджетное учреждение «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии», Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области, Кимрское отделение ГУП «Тверское областное БТИ» (в настоящее время - Кимрское отделение ГБУ «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации»), нотариус Кимрского городского нотариального округа Тверской области ФИО6

Определением того же суда, занесённым в протокол судебного заседания от 18 июня 2018 года, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО8

Определением суда, занесённым в протокол судебного заседания от 10 июля 2018 года, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО9 и Межрайонная инспекция ФНС РФ № 4 по Тверской области.

Определением суда, занесённым в протокол судебного заседания от 23 августа 2018 года, к участию в деле в качестве ответчика привлечено Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тверской области, которое этим же определением было освобождено от участия в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением суда, занесённым в протокол судебного заседания от 7 сентября 2018 года, ФИО8 и ФИО9 привлечены к участию в деле в качестве ответчиков и освобождены от участия в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора. Этим же определением в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён ФИО10

В ходе рассмотрения дела истица ФИО1 неоднократно уточняла свои требования: 7 сентября 2018 года и 12 сентября 2018 года, представив соответствующие заявления, в которых просила признать за ней право собственности в порядке наследования по закону после смерти дочери ФИО7, наступившей 28 марта 2017 года, на помещение №* площадью 20,4 кв. м. с коридором, санузлом и кухней, на помещение №* (комнату №* площадью 12,8 кв. м., с коридором, санузлом и кухней), на помещение №* площадью 21,1 кв. м. (комнату №* площадью 14,6 кв. м. с коридором площадью 6,5 кв. м.).

В качестве обоснования своих уточнённых требований ФИО1 указала следующее. 

В выписках из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости в качестве собственности, принадлежащей наследодателю, указаны помещение №* площадью 20,4 кв. м. (комната №* с коридором и санузлом) и помещение №* площадью 21,1 кв. м. (комната №* с коридором). На самом деле ФИО7 принадлежат две находящиеся рядом комнаты: №* площадью 20,4 кв. м. вместе с встроенным шкафом (помещение №*) и №* площадью 12,8 кв. м. (площадь по ранее произведённым измерениям – 11,9 кв. м.). Данные комнаты в 1993 году были предоставлены ФИО7 и её сыну ФИО11, открыт новый лицевой счёт №*, согласно которого ФИО7 пользовалась комнатой №* площадью 20,4 кв. м. и рядом находящейся комнатой №* площадью 12,8 кв. м.

В общем коридоре имелось подсобное помещение площадью 14,6 кв. м., которое в 1995 году было выделено ФИО7, переоборудованное последней в жилое помещение и впоследствии приватизированное.

При приватизации комнат БТИ г. Кимры перепутало нумерацию комнат. Так, вместо комнаты №* ФИО7 поставили комнату №*. Согласно квитанциям ФИО7 оплачивала за вышеуказанную площадь в размере 30,4 кв. м. и комнату площадью 14,6 кв. м., всего - 53,04 кв. м. с учётом части кухни и коридора.

Факт постоянного проживания на спорной жилой площади и факт регулярной оплаты за комнаты размером 12,8 кв. м., 20,4 кв. м. и 21,1 кв. м. подтверждает право пользования данными помещениями её, ФИО1, дочерью ФИО7

Кроме того, ФИО1 указала, что ФИО7 была выделена жилая площадь, состоящая из двух смежных комнат: №* площадью 20,6 кв. м. и №* площадью 9,44 кв. м., общей жилой площадью 30,04 кв. м.

Комната №* площадью 14,6 кв. м. не входила в площадь квартиры №* и имела самостоятельный выход в общий коридор.

Вселение ФИО12 (до брака Гриневич) в комнату №* площадью 9,44 кв. м. носило самовольный характер. Она, ФИО1, продолжала оплачивать за две комнаты: №* площадью 9,44 кв. м., которой пользуется с 1993 года, и №* площадью 20,6 кв. м.

В настоящее время собственником спорной комнаты является ФИО9

В судебном заседании истица ФИО1 свои требования в окончательной редакции поддержала в полном объёме и просила их удовлетворить.

Представитель ответчика - Администрации г. Кимры Тверской области и представитель третьего лица - Комитета по управлению имуществом г. Кимры Тверской области – ФИО2, полагая требования истицы подлежащими частичному удовлетворению, пояснила суду, что ФИО1 вправе претендовать только на то имущество, которое при жизни принадлежало её дочери ФИО7 и в настоящее время является наследственным.

Представитель третьего лица - Кимрского отделения ГБУ «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации» – ФИО3 оставила принятия решения по заявленным ФИО1 требованиям на усмотрение суда, пояснив, что помещение №*, расположенное по адресу: 

<

адрес>, включает в себя комнату №* площадью 14,6 кв. м. и коридор №* площадью 6,5 кв. м., итого – 21,1 кв. м., помещение №* в этой же квартире включает в себя комнату №* площадью 19,6 кв. м. и шкаф площадью 0,8 кв. м., итого – 20,4 кв. м.

Ответчики ФИО8, ФИО9, представитель ответчика – Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тверской области, третьи лица: ФИО10, нотариус ФИО6, представители третьих лиц: ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии», Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области, Межрайонной инспекции ФНС РФ № 4 по Тверской области в судебное заседание не явились, хотя надлежащим образом извещались судом о времени и месте рассмотрения дела.

Суд, заслушав объяснения истицы ФИО1, представителя ответчика и представителя третьего лица – ФИО2, представителя третьего лица – ФИО3, исследовав материалы дела, в том числе обозрев гражданское дело № 2-748/11 по иску ФИО5 ФИО20 к Межрайонной инспекции ФНС РФ № 4 по Тверской области, Администрации г. Кимры Тверской области о признании права собственности на 1/2 долю имущества в порядке наследования, гражданское дело № 2-878/12 по иску ФИО5 ФИО22 к Администрации г. Кимры Тверской области, ФИО17 ФИО21 о признании права пользования жилой комнатой, а также гражданское дело № 2-479/2016 по иску ФИО17 ФИО23 к ФИО5 ФИО24 о выселении без предоставления другого жилого помещения, приходит к следующему.

Как следует из пункта 1 статьи 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Наследование осуществляется по завещанию и по закону (статья 1111 ГК РФ).

В силу статьи 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Исходя из требований статьи 1113 ГК РФ, наследство открывается со смертью гражданина.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очерёдности, предусмотренной статьями 1142-1145 и 1148 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Исходя из пунктов 1, 2, 4 статьи 1152 ГК РФ, для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чём бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось. Принятое наследство признаётся принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

По смыслу пункта 1 статьи 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В судебном заседании установлено, что 28 марта 2017 года умерла дочь ФИО1 – ФИО36 что подтверждается свидетельством о смерти от 31 марта 2017 года. 

По данным договора на передачу квартир (домов) в собственность граждан от 10 октября 1999 года, зарегистрированного в Кимрском БТИ 21 сентября 1999 года за №*, ФИО7 и ФИО11 в долевую собственность, каждому по 1/2 доле, были переданы две комнаты и коридор, что составляет 44/100 доли, в квартире №* общей площадью 41,7 кв. м., жилой – 35,2 кв. м., дома 

<

адрес>.

Решением Кимрского городского суда Тверской области от 21 июня 2011 года, вынесенным по делу № 2-748/11 по иску ФИО7 к Межрайонной инспекции ФНС РФ № 4 по Тверской области, Администрации г. Кимры Тверской области о признании права собственности на 1/2 долю имущества в порядке наследования, вступившим в законную силу 2 июля 2011 года, за ФИО7 признано право собственности на 1/2 долю комнат №* и №* и коридор квартиры №*, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 41,7 кв. м., в т. ч. жилой - 35,2 кв. м., что составляет 22/100 доли квартиры, в порядке наследования по закону после смерти сына ФИО5 ФИО25, наступившей 27 июня 2001 года.

По сообщению нотариуса ФИО6 от 17 мая 2018 года №* наследником по закону к имуществу ФИО35 умершей 28 марта 2017 года, является мать ФИО1, обратившаяся с заявлением о принятии наследства и о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону от 17 августа 2017 года, других наследников не имеется.

Постановлением нотариуса ФИО6 от 20 апреля 2018 года №* ФИО1 было отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону после смерти ФИО7 по тем основаниям, что возникновение права собственности по решению Кимрского городского суда Тверской области от 21 июня 2011 года не было зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 13 декабря 2017 года и 22 февраля 2018 года, в связи с чем, право собственности на 1/2 долю в вышеназванном наследственном имуществе не может считаться возникшим у наследодателя.

Несмотря на это, по мнению суда, отсутствие надлежащей регистрации на объекты недвижимого имущества, выступающие в качестве наследственного, не может являться безусловным основанием для отказа ФИО1 в удовлетворении заявленных ею требований о признании права собственности на помещения №* и №* в квартире 

<

адрес> в порядке наследования, поскольку установлено, что ФИО7 при жизни владела и пользовалась вышеназванным имуществом как своим собственным, была зарегистрирована на данной жилой площади, оплачивала квартплату и коммунальные услуги.

Принимая во внимание данные обстоятельства, а также то, что ФИО1 после смерти дочери ФИО7 в предусмотренный законом шестимесячный срок обратилась к нотариусу с указанным выше заявлением, поддерживает наследственное имущество в надлежащем состоянии, что свидетельствует о его фактическом принятии, суд приходит к выводу, что требования истицы подлежат частичному удовлетворению, а именно, с учётом доводов представителя Кимрского отделения ГБУ «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации» – ФИО3, за ФИО1 в порядке наследования подлежит признанию право собственности на помещение №*, включающее в себя комнату №* площадью 14,6 кв. м. и коридор №* площадью 6,5 кв. м., итого – 21,1 кв. м., а также помещение №*, включающее в себя комнату №* площадью 19,6 кв. м. и шкаф площадью 0,8 кв. м., итого – 20,4 кв. м., расположенные по вышеуказанному адресу.

Что касается остальных помещений в указанной квартире, в том числе комнаты №*, то они не могут выступать в качестве наследственного имущества, поскольку таковым не являются по следующим основаниям.

Так, решением Кимрского городского суда Тверской области от 21 декабря 2012 года, вынесенным по делу № 2-878/12 по иску ФИО5 ФИО26 к Администрации г. Кимры Тверской области, ФИО17 ФИО27 о признании права пользования жилой комнатой и оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 1 октября 2013 года, исковые требования ФИО7 оставлены без удовлетворения.

В указанном решении, которое имеет преюдициальное значение при рассмотрении настоящего гражданского дела, отражено, что решением Кимрского городского суда Тверской области от 20 октября 2003 года, вынесенным по делу по иску ФИО13 к ФИО14, ФИО8, администрации города Кимры о признании недействительным договора приватизации, об устранении препятствий в пользовании санузлом, по иску ФИО13 к ФИО14, администрации города Кимры о признании ордера недействительным, о выселении, по иску ФИО8 к ФИО13, ФИО14 об определении порядка пользования местами общего пользования, требования истцов оставлены без удовлетворения, с возложением на стороны обязанности по устранению препятствий в пользовании местами общего пользования в квартире 

<

адрес> 

Данным решением, оставленным без изменения определением Судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 16 марта 2004 года, установлено, что вышеуказанная квартира имела статус общежития, и дом находился на балансе Кимрской трикотажной фабрики. Каких-либо документов, подтверждающих право на заселение сторон в спорные комнаты, не представлено, имеются в наличии только лицевые счета. С 1998 года дом передан в муниципальную собственность, квартира №* переведена в общий жилой фонд и является коммунальной. При заселении сторон в спорные жилые помещения ордеров не выдавалось, на каждую комнату открывался лицевой счёт, по которому производилась оплата за пользование жилым помещением. Списки проживающих и лицевые счета при передаче дома в муниципальную собственность были переданы в жилищное управление. 

В связи с этим, суд расценил как необъективные ссылки ФИО5 (ФИО15) на тот факт, что ей выдавался на комнаты 20,4 кв. м. и 11,9 кв. м. ордер №*. Таких доказательств истица предоставить не смогла, отрицали данный факт и представители администрации г. Кимры. Выдача ордеров на занимаемое жилое помещение по факту проживания производилась администрацией г. Кимры в 1998 – 1999 годах, каких-либо нарушений при выдаче ордеров, в частности ордера Гриневич, допущено не было. Ссылки ФИО5 (ФИО15) на тот факт, что Гриневич предоставляла при этом сведения о нуждаемости, не соответствующие действительности, необъективны. Как следует из представленной копии лицевого счёта, ФИО5 производила оплату за жилое помещение 20,4 кв. м., впоследствии и за комнату 14,6 кв. м., которая была ей предоставлена по её заявлению об улучшении жилищных условий. Таким образом, при выдаче ордера Гриневич на комнату 11,9 кв. м. права ФИО5 (ФИО15) нарушены не были, права пользования на указанную комнату ФИО5 (ФИО15) не приобретала. В настоящее время комната 11,9 кв. м. Гриневич передана в собственность, ФИО5 переданы в собственность комнаты 20,4 кв. м. и 14,6 кв. м. согласно договоров на передачу квартиры в собственность. 

С учётом вышеперечисленного, суд пришёл к выводу, что нет оснований для удовлетворения требований о выселении, а также требований о признании договора на передачу квартиры в собственность Гриневич недействительным. 

Установленные при рассмотрении предыдущего гражданского дела, в котором участвуют те же лица, обстоятельства, не могут не учитываться судом при разрешении настоящего гражданского дела. 

При такой ситуации, не доказывается вновь и не подлежит оспариванию в данном процессе то обстоятельство, что при выдаче ордера ФИО16 на комнату площадью 11,9 кв. м., находящуюся в квартире 

<

адрес>, права ФИО7 нарушены не были, поскольку последняя права пользования на данную комнату не приобретала. 

В своём иске, рассматриваемом судом в рамках гражданского дела № 2-878/12, ФИО7, заявляя требование о признании за ней права пользования жилой комнатой площадью 12,8 кв. м., расположенной по адресу: 

<

адрес>, не указывает на принадлежность данной комнаты ФИО17, который приобрёл её у ФИО18 

Вместе с тем, судом установлено, что комната площадью 12,8 кв. м., на которую претендует ФИО7, и комната площадью 11,9 кв. м., о которой указано в решении суда от 20 октября 2003 года, это одна и та же комната под номером 5, что не отрицала в своих объяснениях в судебном заседании от 2 октября 2012 года сама истица и подтверждается техническими паспортами от 12 сентября 2008 года, 2 марта 2007 года, 10 сентября 2010 года и экспликацией поэтажного плана, изученными судом в ходе рассмотрения дела. 

Изложенные обстоятельства позволили суду придти к выводу, что оснований признавать за ФИО7 право пользования жилой комнатой площадью 12,8 кв. м. не имеется.

По сведениям, отражённым в выписке из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 28 апреля 2018 года, комната №* площадью 11,9 кв. м., находящаяся в квартире 

<

адрес>, на праве собственности принадлежит ФИО9

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Принимая во внимание все вышеприведённые доводы, суд приходит к выводу, что ФИО1 не представлено доказательств, которые бы с достоверностью подтверждали, что остальные помещения, в том числе комната №*, в квартире 

<

адрес>, ранее принадлежали её дочери ФИО7, в связи с чем, в остальной части требования истицы нельзя признать обоснованными, поэтому они подлежат оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 12, 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Признать за ФИО1 ФИО29 право собственности на помещение №*, включающее в себя комнату №* площадью 14,6 кв. м. и коридор №* площадью 6,5 кв. м., итого – 21,1 кв. м., а также помещение №*, включающее в себя комнату №* площадью 19,6 кв. м. и шкаф площадью 0,8 кв. м., итого – 20,4 кв. м., расположенные по адресу: 

<

адрес>, в порядке наследования по закону после смерти её дочери ФИО5 ФИО28, наступившей 28 марта 2017 года.

В остальной части исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Кимрский городской суд Тверской области в течение месяца, со дня его принятия в окончательной форме.

Судья ______________________

мотивированное решение составлено

28 ноября 2018 года