Председательствующий Духовников Е.А. Дело № 22-304/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 16 марта 2021 г.

Курганский областной суд 

в составе председательствующего Кузнецова А.Б.,

при секретаре Осиповой С.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Катайского районного суда Курганской области от 16 декабря 2020 г., по которому 

ФИО1, 

<

...>, несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 258 УК РФ к штрафу в размере 600000 рублей, по ч. 1 ст. 222 УК РФ к 2 годам ограничения свободы с установлением ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ. 

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем полного сложения наказаний назначено 2 года ограничения свободы с установлением ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ и штраф в размере 600000 рублей, который постановлено исполнять самостоятельно.

Заслушав выступление осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Макарова А.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Никитченко В.А., об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору ФИО1 признан виновным в совершении незаконной охоты с применением механического транспортного средства, группой лиц по предварительному сговору, с причинением крупного ущерба, а также в незаконном хранении огнестрельного оружия и боеприпасов.

Преступления совершены 16 июля 2019 г. на территории Катайского района Курганской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя не признал. 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор. Считает, что в материалах дела отсутствуют достаточные и достоверные доказательства его причастности к совершению инкриминируемых преступлений. Не опровергнуты версии защиты о том, что оружие оставил в машине его владелец - Б., кроме того, в момент совершения преступления осужденный находился в другом месте, что подтверждено показаниями свидетелей А., В., Г. и Д..

На изъятом в ходе осмотра места происшествия топоре отсутствуют следы крови, в связи с чем его наличие не указывает на то, что им разделывали тушу. Транспортное средство, а также возможность его использования для транспортировки частей животного не установлены. Не имеется доказательств того, что оружие из машины изымалось возле домов 

<

адрес>. Представленный паспорт прицела «Пульсар» опровергает выводы суда о возможности использования прицела для производства прицельных выстрелов в дневное время. 

Считает, что приговор постановлен с обвинительным уклоном, судом нарушен принцип состязательности, необоснованно признаны несущественными нарушения при составлении ряда процессуальных документов. Протоколы допроса свидетелей Е. и Ж. были составлены после 20 июля 2019 г., что указывает на фальсификацию. 

Изъятие оружия и патронов без его участия, а также не предоставление защитника с момента остановки автомобиля «Хундай», нарушило его право на защиту. Понятые и свидетель А. не участвовали при досмотре автомобиля. В момент изъятия при понятых оружия и патронов их из чехла не доставали, не пересчитывали, сам протокол после подписания понятыми дописывался в дежурной части. Количество изъятых патронов не соответствует их количеству, представленному на экспертизу. Указанные обстоятельства не исключают фальсификацию с указанными предметами, вплоть до производства выстрела с целью помещения пули в останки животного. 

Судом отказано в удовлетворении ходатайств о приобщении объяснений понятых З. и И., в вызове понятой З., а также в допросе родителей этих понятых для подтверждения факта фальсификации протокола досмотра автомобиля сотрудниками ДПС. Показаниям свидетеля И. о том, что протокол досмотра составлялся на другой день, судом оценки не дано. 

Ссылаясь на показания свидетеля К. в части пояснений Л. и М. о том, что лиц скрывшихся на «багги» они не видели и опознать их не смогут, указывает, что судом не дано оценки факту изменения ими показаний. 

Вывод суда о том, что «багги» относится к снегоболотоходам, сделан на основе предположительных выводов специалиста Н.. При этом, суд необоснованно отказал в допросе специалиста О..

Место отстрела лося и фактическое место нахождения ФИО1 не установлено. В протоколе осмотра места происшествия отсутствует наименование приборов, которыми определялось расстояние и направление (азимут) от д. Митькина, местом происшествия указан болотистый участок местности, при этом отсутствует указание о том, что данная местность является охотугодьями. При этом указывает, что стороной защиты посредством применения соответствующего оборудования установлено, что данный участок местности является пахотным полем. 

В протоколе осмотра места происшествия от 17 июля 2019 г. отсутствуют описание идентификационных признаков изъятой бутылки, также она не зафиксирована в фототаблице.

Судом отказано в приобщении фототаблиц с определением координат точки в 3,5 км. восточнее д. Митькина и направлений азимутов от вышки ПАО МТС в с. Петропавловское, подтверждающих его собственные показания и свидетелей Д. и Г. о месте его нахождения. Оставлено без удовлетворения ходатайство о проведении географической и геолокационной экспертизы.

Осмотр автомобиля «Хундай» 17 июля 2019 г. проведен без привлечения понятых, при этом в протоколе не указан адрес места расположения автомобиля, не указаны причины отсутствия подписи присутствовавшего А. 

При осмотре места происшествия 16 июля 2019 г., в ходе которого были изъяты его вещи, участвовал адвокат по назначению не предоставивший ордер, чем было нарушено его право на защиту. При этом в протоколе указано, что ФИО1 добровольно выдал телефон и перчатки хлопчатобумажные. Обстоятельства появления у органов следствия сапог, брюк, ремня, чехла для ножа и кофты в протоколе не установлены.

Считает, что не предупреждение специалиста П. об уголовной ответственности при осмотре места происшествия от 17 июля 2019 г., а также ряд нарушений допущенных при оставлении акта осмотра останков дикого животного от 17 июля 2019 г., влекут признание недопустимыми доказательствами указанного акта и протокола следственного действия. 

Заключением эксперта не установлен механизм проникновения пули в тушу животного, давность получения ранения и его причинно-следственная связь со смертью. 

Заключение эксперта о присутствии биологического материала ФИО1 на прикладе, спусковой скобе изъятого карабина является лишь предположительным признаком, и не опровергает доводы защиты о том, что ФИО1 помогал отцу установить на карабин новый пластиковый приклад.

При назначении наказания, судом не учтены условия его жизни и уровень дохода, а также то, что он не сможет работать в занимаемой должности в силу законодательства об оружии, и соответственно останется без работы, в связи с чем не сможет выплатить штраф в сумме 600 000 руб.

Обращает внимание, что уголовное дело было возбуждено в отношении неустановленных лиц, в связи с чем в течение шести месяцев до предъявления обвинения и направления дела прокурору он незаконно был в статусе подозреваемого, в связи с чем возбуждение уголовного дела носило незаконный характер. Данные недостатки носили неустранимый для суда характер, поэтому дело подлежало возврату прокурору. 

Указывает, что останки «самца лося», до его осмотра без опечатывания, переданы неустановленным сотрудникам Общественной организации «

<

...>» без предупреждения об ответственности. Не исключает манипуляций с останками животного в виде подлога остатков пули.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Захаров Н.А. просит оставить ее без удовлетворения, приговор – без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности ФИО1 в незаконной охоте с применением механического транспортного средства, группой лиц по предварительному сговору, с причинением крупного ущерба, и в незаконном хранении огнестрельного оружия и боеприпасов. Данный вывод сделан на основе исследованных в судебном разбирательстве допустимых, убедительных и достаточных доказательств, анализ и оценка которым дана судом в приговоре в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. 

В качестве доказательств виновности ФИО1 суд обоснованно сослался на показания представителя потерпевшего Р., свидетелей К., Ж., Е., М., Л., специалиста Н., протоколы осмотра места происшествия, выемки и осмотра изъятых предметов, заключения экспертов и другие доказательства и документы, содержание и доказательственное значение которых приведены в приговоре.

Доводы стороны защиты о непричастности ФИО1 к незаконной охоте и к незаконному хранению огнестрельного оружия и боеприпасов, проверены судом и были мотивированно признаны необоснованными и отклонены.

Согласно показаниям представителя потерпевшего Р. - государственного инспектора Департамента природных ресурсов Курганской области, 16 июля 2019 г. от егеря М. и охотоведа Л. ему стало известно, что в районе д. Митькина Катайского района Курганской области ими выявлен факт незаконной охоты на лося, совершенный с применением «багги» - транспортного средства на котором с места отстрела скрылись два человека, одним из которых является ФИО1 О произошедшем было сообщено в полицию с просьбой перекрыть дороги. В указанное время года охота на животных запрещена. Ущерб от отстрела лося составил 80000 рублей, что является крупным. 

Из показаний свидетелей М. и Л. следует, что передвигаясь на личном автомобиле 16 июля 2019 г. около 18:30 они в с.Ильинское Катайского района встретили направляющееся в сторону леса «багги», под управлением ФИО1, одетого в камуфляжный костюм. Рядом с ФИО1 сидел незнакомый молодой человек, одетый в костюм темного цвета. Посчитав, что ФИО1 мог поехать в лес с целью совершения незаконной охоты, они пересели в автомобиль повышенной проходимости УАЗ и поехали по автодороге Катайск - Соколовка, свернули в урочище «Красный пахарь», где заметили след транспортного средства, по которому двигались около 30 минут. Выехав из леса на окраину болота, расположенную в восточном направлении от д.Митькина Катайского района, заметили стоящее «багги». Из травы выглянули два человека, одним из которых был ФИО1 Заметив приближающийся автомобиль, эти люди стали закидывать в кузовок «багги» два ружейных чехла и черные мешки с грузом. Затем ФИО1 с неизвестным молодым человеком на «багги» скрылись в направлении болота. На месте стоянки «багги» они увидели останки туши лося, о чем сообщили в полицию. Указанные обстоятельства зафиксированы на видеорегистратор. 

Кроме того, М. пояснил, что утром 17 июля 2019 г. при осмотре части туши лося, в области шеи при помощи металлоискателя обнаружена и извлечена пуля. 

Согласно показаниям свидетелей Ж. и Е. – инспекторов ДПС, 16 июля 2019 г. они находились на службе. Вечером от оперативного дежурного ОМВД поступило сообщение о факте незаконной охоты около д.Митькина Катайского района и о возможной причастности к ней ФИО1, передвигавшегося на транспортном средстве «багги» со стороны д. Митькина в сторону с. Ильинское. В связи с этим они взяли с собой начальника следственного отдела С.. Около с.Ильинское ФИО2 был остановлен выехавший со второстепенной лесной дороги на автодорогу Катайск – Митькина автомобиль «Хундай» под управлением А. На заднем сидении автомобиля находился ФИО1, на руках, камуфлированной одежде и резиновых сапогах которого имелись пятна вещества, похожие на кровь. В ногах у ФИО1 лежал ружейный чехол камуфляжного цвета. Отвечая на вопросы ФИО1 пояснил, что ружье принадлежит отцу, он взял его без разрешения. В присутствии понятых с применением видеосъемки были составлены протоколы досмотра транспортного средства и изъятия чехла с оружием и патронов. Понятые ознакомились и расписались в протоколах. А. от подписи протоколов отказалась. По доставлению ФИО1 в ОМВД России по Катайскому району, был составлен рапорт, к которому приобщили оформленные ранее протоколы. В дальнейшем А. и Б. находились в фойе, ожидали вызова для получения объяснений. ФИО1 снял с себя куртку, штаны, кофту и резиновые сапоги и одел одежду, привезенную А., руки и лицо протер влажными салфетками.

Свидетель К. показал, что 16 июля 2020 в 21:15 в дежурную часть ОМВД России по Катайскому району от егеря Л. поступило сообщение об отстреле одного лося в городском охотхозяйстве около д. Митькина Катайского района. Было указано, что к незаконной охоте причастен ФИО1, который передвигается на «багги». Он в составе следственно-оперативной группы выехал на место совершения незаконной охоты в лесной массив возле д. Митькина, где был проведен осмотр места происшествия. 17 июля 2019 г. по указанию С. он оказывал содействие при проведении осмотра дознавателем Т. находящегося возле здания ОМВД транспортного средства Б.. В ходе осмотра автомобиля в салоне между передними и задними сидениями была обнаружена кепка камуфляжной расцветки. Присутствующий Б. принял попытки забрать и унести с места осмотра видеорегистратор из автомобиля, но его действия были пресечены С.. По окончании осмотра автомобиля Б. отказался подписать протокол.

Суд пришел к обоснованному выводу, что оснований для оговора осужденного у свидетелей обвинения не имеется. Доводы о заинтересованности в исходе дела представителя потерпевшего Р. сводятся к его взаимоотношениям с отцом осужденного и не являются основанием для вывода о недостоверности показаний этого лица. Пояснения Р. о фактических обстоятельствах дела производны от свидетелей М. и Л., утверждение о сумме ущерба мотивировано и обоснованно, подтверждено документально. 

Показания вышеуказанных свидетелей обвинения и представителя потерпевшего последовательны, согласуются между собой и со всей совокупностью приведенных в приговоре доказательств. Имевшие место несущественные противоречия были устранены в ходе судебного разбирательства. Отказ суда стороне защиты в исследовании объяснений нескольких свидетелей обвинения не влечет за собой оснований для признания недостоверными показаний свидетелей М., Л., З. и И., данными ими в ходе расследования и в судебном заседании.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 16 июля 2019 г., в 3,5 км. в восточном направлении от д.Митькина Катайского района Курганской области осмотрен участок местности, в ходе которого обнаружены и изъяты останки туши разделанного лося: голова, передняя правая нога и часть правой грудины. 

Доводы стороны защиты о неверном определении места преступления были предметом проверки суда первой инстанции, обоснованность выводов, изложенных в приговоре, у суда апелляционной инстанции не вызывает сомнения. 

Вопреки доводу жалобы – обнаруженная пластиковая бутылка объемом 1,5 литра с прозрачной жидкостью определена с достаточным изложением ее внешних признаков. 

Установленное органами расследования место преступления, не вызывает сомнений, поскольку определено относительно расположения указателей на местности. При этом использование азимута не является обязательным и необходимым. 

Из протокола осмотра места происшествия от 17 июля 2019 г. и приложенному к нему акта ветсанэксперта следует, что с применением металлоискателя в ходе осмотра части туши лося, в основании шеи обнаружен и изъят металлический предмет, похожий на оболочку пули и сделан вывод о том, что животное являлось самцом лося в возрасте около 6 лет, гибель которого произошла 16 июля 2019 г. в результате огнестрельного ранения в область шеи.

Установление указанных обстоятельств не противоречит законодательству и не вызывает сомнений. 

Выводы, изложенные в акте подтверждаются приложенной к вышеуказанному протоколу осмотра места происшествия от 17 июля 2019 г. фототаблицей содержащей изображение головы лося и других останков животного (т. 1 л.д. 4-8). 

Согласно заключений эксперта № 2/1138 от 31 июля 2019 г., № 2/1147, № 2/1141 от 1 августа 2019 г. на брюках, куртке, кофте (фуфайке) и чехле для ножа, изъятых у ФИО1, на топоре, изъятом на месте разделки лося, на кепке (бейсболке), изъятой из автомобиля под управлением А., обнаружена кровь животного отряда «Парнокопытные» семейства «Олени» (в которое входит и лось). На ремне и двух перчатках, изъятых у ФИО1 в ходе осмотра места происшествия 16 июля 2019 г., так же, обнаружена кровь, но ее видовую принадлежность определить не представилось возможным. 

Наличие следов крови лося на одежде и вещах осужденного подтверждает факт разделки туши лося.

Принадлежность изъятых в ходе осмотров места происшествия 16 и 17 июля 2019 г. пары перчаток, брюк, ремня, чехла для ножа, куртки, кофты (фуфайки), сапог и кепки (бейсболки) ФИО1, подтверждается показаниями свидетелей Ж. и Е. о наличии пятен вещества похожего на кровь на одежде ФИО1, находящегося в автомобиле под управлением его матери, заключением эксперта № 2/1365 от 19 сентября 2019 г., о наличии на куртке следов пота, произошедших от ФИО1, а также видеозаписью с видеорегистратора с карты памяти из автомобиля А.., и фототаблицей содержащими изображение ФИО1 движущегося к автомобилю под управлением А. в камуфлированном костюме и головном уборе (т. 1 л.д. 134). 

Согласно заключению эксперта № 3/1251 от 30 июля 2019 г., карабин CZ-557 № В776063, калибра «.308» (7,62х51), изъятый из автомобиля под управлением А. относится к гражданскому нарезному огнестрельному оружию. Карабин пригоден для стрельбы с использованием патронов калибра «.308» (7,62х51). Оболочка пули, обнаруженная и изъятая при осмотре части туши лося 17 июля 2019 г., ранее являлась частью пули патрона охотничьего назначения калибра 7,62 мм для нарезного охотничьего огнестрельного оружия. Пуля стреляна из карабина CZ-557 с серийным номером В 776063, принадлежащего Б., согласно данных органов Росгвардии по Курганской области (т. 1 л.д. 198).

Утверждение осужденного и свидетеля Б. о невозможности использования этого карабина с оптическим прибором в светлое время суток не указывает на утрату функций этого оружия для поражения цели с прибором или без него, поскольку оптический прибор не влияет на осуществление выстрела и поражающую способность пули. 

По заключению эксперта № 2/1357 от 18 сентября 2019 г., на поверхности оружия CZ 557 №В776063 обнаружены следы на прикладе, спусковой скобе, крючке и рукоятке затвора. Следы образованы в результате смешения биологического материала двух и более лиц, в том числе не менее двух лиц мужского генетического пола. Присутствие в следах биологического материала ФИО1 не исключается.

Надлежаще мотивированы выводы суда первой инстанции и о доказанности предварительного сговора между ФИО1 и неустановленным лицом на совместную незаконную добычу лося без соответствующего разрешения (лицензии).

ФИО1 и неустановленное лицо, по свидетельству охотоведа Л. и егеря М., вдвоем направлялись на транспортном средстве в лесной массив, где в последующем и были обнаружены данными лицами. Им удалось скрыться от свидетелей с места происшествия, здесь были обнаружены останки лося и топор. Суждения суда о вывозе на механическом транспортном средстве осужденным и неустановленным лицом частей туши добытого лося аргументированы. М. и Л. пояснили о спешной погрузке ФИО1 и его соучастником в данное транспортное средство не только оружейных чехлов, но и мешков с содержимым внутри. Не оспариваемой стороной защиты видеозаписью и фотоснимками зафиксировано пешее приближение ФИО1 к автомобилю «Хундай», где со слов осужденного произошла его встреча с матерью - А. Запись с видеорегистратора указанного автомобиля позволяет сделать вывод, что действительно именно ФИО1 шел от транспортного средства, где остался неустановленный мужчина. Неустановленное транспортное средство, отъехало назад, то есть обладало способностью передвигаться. Факт передачи или возврата автомобильного компрессора не зафиксирован, доводы стороны защиты в этой части связаны с надуманной причиной появления ФИО1 в лесном массиве рядом с транспортным средством и являются опровергнутыми. 

Суд апелляционной инстанции не допускает визуальной ошибки в утверждениях М. и Л. о нахождении именно осужденного на месте происшествия вблизи останков лося и о его последующем экстренном отъезде на неустановленном транспортном средстве. Свидетель Л. дал детальные показания об одежде, ее расцветке, как осужденного, так и его соучастника. Рапортом дежурного ОМВД России по Катайскому району зафиксировано сообщение егеря Л. о незаконном отстреле лося жителем села Ильинское ФИО1 Согласно данного обращения была оперативно перекрыта дорога на указанное село, что и привело к обнаружению сотрудниками ДПС Ж. и Е. в остановленном ими автомобиле «Хундай» под управлением А. карабина, находившегося рядом с ФИО1 

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что после производства незаконной охоты с применением этого карабина, ФИО1 пересел из использованного на этой охоте неустановленного транспортного средства в автомобиль под управлением А., где находясь на заднем сидении, незаконно хранил при себе указанный карабин CZ 557 № В776063 и боеприпасы к нему.

Обнаружение в останках лося оболочки пули, стрелянной именно из этого карабина подтверждает виновность ФИО1 в инкриминируемых преступлениях.

Являются не состоятельными и надуманными доводы о том, что ФИО1 случайно оказался рядом с этим огнестрельным оружием и перемещался с ним в легковом автомобиле, не зная, что это за предмет. Исходя из показаний подсудимого в судебном заседании, он имеет опыт охоты и пользования охотничьими ружьями, что подтверждается и информацией из органов Росгвардии. 

Доводы жалобы осужденного о фальсификации доказательств и прежде всего протокола зафиксировавшего досмотр автомобиля «Хундай» под управлением А. являются надуманными и необоснованными, они и заявления свидетелей А. и Б. были предметом судебного разбирательства и обоснованно отвергнуты судом первой инстанции. Утверждая о допущенных сотрудниками ДПС нарушениях и упущениях, А. и Б. не оспаривают факт обнаружения и изъятия в автомобиле «Хундай» карабина Б. и патронов к нему. Факт изъятия из этой автомашины карабина сопровождался видеофиксацией, оснований для суждений о стремлении свидетелей Ж. и Е. к искажению фактических данных досмотра и изъятия не имеется. Первоначальное ошибочное указание количества боеприпасов сотрудниками правоохранительных органов, как правильно указано в приговоре, не влияет на квалификацию преступлений. Обстоятельства составления протоколов досмотра указанного автомобиля, изъятия вещей и документов, действия сотрудников ДПС являлись предметом проверки, по результатам которой принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела. 

Не является нарушением права на защиту отсутствие адвоката при досмотре ФИО1, поскольку не предполагает его обязательное участие в связи с безотлагательностью действий сотрудников ДПС по обнаружению и изъятию оружия. 

Оболочка пули обнаружена при помощи металлоискателя и извлечена из останков животного после деформации, при участии ряда должностных лиц и понятых, зафиксировавших данный факт своими подписями. При таких обстоятельствах, подлог этого вещественного доказательства исключается. 

Указывают об этом и свидетельские показания охотоведа Л. и егеря М. зафиксировавших факт совершения ФИО1 незаконной охоты, место ее производства, где обнаружены останки туши животного и выводы заключений экспертов о том, что отстрел лося был произведен из карабина CZ-557 № В776063, калибра «.308» (7,62х51), изъятого у ФИО1, а также о наличии следов крови лося на одежде и вещах осужденного и на топоре, изъятом на месте обнаружения останков животного. 

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 не находился на месте отстрела и разделки лося опровергнуты на основании совокупности доказательств, в том числе показаний свидетелей М. и Л.. Показания свидетелей Б. и А., В., Г. и Д. не опровергают доказательств, представленных стороной обвинения. Версия о нахождении ФИО1 в момент преступления в другом месте обоснованно отвергнута судом, как не нашедшая подтверждения.

В ходе предварительного расследования и в судебном заседании ФИО1 был обеспечен квалифицированной юридической помощью.

Доводы жалобы осужденного об оказании ему ненадлежащей юридической помощи со стороны адвоката Петуховой С.Н. являются не состоятельными, поскольку Петухова, имеющая статус адвоката, осуществляла защиту ФИО1 в предусмотренном законом порядке, поддерживала его позицию по уголовному делу, при этом сам осужденный не ходатайствовал о ее замене в связи с ненадлежащим оказанием юридической помощи.

Допустимость доказательств, положенных судом в основу приговора, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает. 

Следственные действия проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, их ход и результаты зафиксированы в протоколах, которые составлены с соблюдением требований ст. 164, 166 УПК РФ. Оснований для признания данных следственных действий недопустимыми доказательствами не имеется.

Судом первой инстанции были созданы все необходимые условия для исполнения сторонами процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Все заявленные сторонами ходатайства, в установленном законом порядке рассмотрены судом с принятием мотивированных решений, оснований не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции не усматривает.

После исследования всех представленных доказательств, стороны были согласны закончить судебное следствие, не заявив ходатайств о дополнении судебного следствия новыми доказательствами.

При рассмотрении уголовного дела судом и в ходе расследования не допущено нарушений уголовно-процессуального закона и ограничения прав участников судопроизводства.

Вопреки доводам жалобы суд сделал обоснованный вывод о применении осужденным в целях незаконной охоты механического транспортного средства, которое согласно установленным обстоятельствам было использовано для транспортировки частей туши убитого животного. 

Таким образом, исследовав, проверив и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 2 ст. 258, ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора суждения суда первой инстанции о схожести свидетеля Б. с иным лицом, находившимся вместе с ФИО1 вблизи места разделки туши лося, поскольку не имелось оснований для указания на Б., как на соучастника преступления или лицо, находившееся рядом с местом преступления. Устранение данного нарушения не влияет на достаточность выводов о виновности ФИО1 и соответствует требованиям ч. 1 ст. 252 УПК РФ.

Наказание осужденному назначено судом в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ и является справедливым. Судом учтены характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, все обстоятельства дела, данные о личности виновного.

Обоснованным является и вывод суда об отсутствии каких-либо исключительных обстоятельств, которые позволили бы суду при назначении наказания применить положения ст. 64 УК РФ.

Выводы суда о необходимости назначения наказания в виде ограничения свободы и штрафа в приговоре мотивированы, оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется, требования с. 2 ст. 69 УК РФ соблюдены.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах, суд первой инстанции не принял во внимание, что судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с правилами, предусмотренными ч. 3 ст. 81 УПК РФ, предполагающими принятие решений в зависимости от фактических обстоятельств дела. 

Согласно положениям пп. 1, 3, 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются; предметы, не представляющие ценности и не истребованные стороной, подлежат уничтожению, а в случае ходатайства заинтересованных лиц или учреждений могут быть переданы им; остальные предметы передаются законным владельцам, а при не установлении последних переходят в собственность государства.

Судом не приведено аргументов, на основании которых он пришел к выводу о том, что часть вещественных доказательств, являющихся собственностью осужденного и Б., подлежат передаче органу расследования, поскольку могут утратить их доказательственное значение. С учетом проведенных осмотров, экспертных исследований, с этим выводом суда нельзя согласиться. 

Таким образом, перчатки, брюки, ремень, чехол для ножа, куртку, кофту (фуфайку), кепку (бейсболку), сапоги - необходимо передать ФИО1, при не востребованности - уничтожить. Топор подлежит уничтожению, поскольку его собственник или владелец не известен.

Карабин 

<

...> с оптическим прицелом необходимо передать в отдел Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Курганской области для разрешения судьбы данного вещественного доказательства в соответствии с Федеральным законом от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии».

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает необходимым принять иное решение в части определения судьбы вещественных доказательств, что обеспечит не только их сохранность, но и соблюдение права собственности. Останки лося и 16 патронов – считать уничтоженными, как и указано в приговоре. 

Оснований для изменения приговора в остальной части, в том числе по иным доводам апелляционной жалобы, не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Катайского районного суда Курганской области от 16 декабря 2020 г. в отношении ФИО1 изменить.

Исключить суждения суда о схожести свидетеля Б. со вторым лицом, находившимся на неустановленном транспортном средстве. 

Отменить решение о вещественных доказательствах. 

Вещественные доказательства:

- СД-диск, ДВД-диск с видеозаписями, электронный носитель с детализацией, карту памяти из автомобильного видеорегистратора, металлическую оболочку пули, пластиковую бутылку, образцы буккального эпителия Б. и ФИО1 - хранить при уголовном деле; 

- мобильный телефон 

<

...>» с двумя сим-картами, две перчатки, брюки, ремень, чехол для ножа, куртку, кофту, кепку, сапоги, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств ОМВД России по Катайскому району, передать ФИО1, при не востребованности - уничтожить;

- топор, картонную коробку – уничтожить;

- карабин 

<

...> с оптическим прицелом «Пульсар» («Pulsar Digisight Ultra N355») передать в отдел Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Курганской области для разрешения судьбы данного вещественного доказательства в соответствии с Федеральным законом от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии».

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, а по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий