Дело №2-521/2017 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Саранск 18 мая 2017 г.

Пролетарский районный суд г. Саранска Республики Мордовия

в составе: председательствующего судьи Полубояровой Л.А.,

при секретаре Пахомовой А.Г.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, действующей на основании доверенности от 04 февраля 2017 года,

ответчика ФИО3, 

представителя ответчика ФИО4 - адвоката адвокатского кабинета «Волкова Н.Г.» Волковой Н.Г., действующей на основании ордера № 13 от 16 мая 2017 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании договора купли-продажи автомобиля недействительным, признании автомобиля общим имуществом супругов, разделе имущества,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о признании договора купли-продажи автомобиля недействительным, признании автомобиля общим имуществом супругов, разделе имущества, при этом указывает следующее.

С апреля 2014 года ей принадлежал на праве собственности автомобиль марки 

<

данные изъяты>, что подтверждается договором купли-продажи автомобиля № 166/14 от 25 апреля 2014 года, заключённым с ООО «Империя-Авто».

С 2004 года по декабрь 2016 года она находилась в зарегистрированном браке с ФИО3

10 декабря 2016 года брак между ними расторгнут.

В период нахождения в браке с ФИО3 ими приобретён указанный автомобиль за 

<

данные изъяты> рублей. Большую часть денежных средств внесла она, по этой причине автомобиль был зарегистрирован на её имя.

ФИО3 управляет и распоряжается указанным транспортным средством до настоящего времени.

После подачи совместного заявления в ЗАГС о расторжении брака она узнала от ФИО3 о том, что автомобиль переоформлен на его мать ФИО4 Она незамедлительно обратилась с заявлением в правоохранительные органы о проведении проверки законности переоформления автомобиля.

03 декабря 2016 года врио начальника ОГИБДД ММО МВД России «Чамзинский» вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении. Ознакомившись с материалом, она увидела договор купли-продажи данного транспортного средства от 30 марта 2015 года, заключённого между ней и ФИО4

Действительно, ФИО3 просил её подписать какую-то бумагу, однако её направленность была на получение полиса ОСАГО и не связана с отчуждением их автомобиля третьему лицу.

Также, стоимость автомобиля, указанная в договоре, в размере 245000 рублей, существенно ниже рыночной стоимости аналогичных автомобилей. Автомобиль находится в технически исправном состоянии, в дорожно-транспортные происшествия не попадал. В случае реального намерения реализации автомобиля с её стороны, она бы не согласилась на такую сумму. Кроме того, никаких денег по сделке она не получала, фактически ФИО4 транспортное средство не передавалось, она пользовалась им как своим имуществом, несла бремя его содержания наравне с ФИО3

Считает, что ФИО3 сознательно создал искусственную ситуацию по переоформлению автомобиля, транспортное средство выбыло из её владения, тем самым она была лишена возможности претендовать на реальный раздел совместно нажитого имущества.

Кроме того, помимо договора купли-продажи автомобиля, стороны составляют запись о произведённой сделке в Паспорте транспортного средства, который является правоустанавливающим документом на автомобиль, однако в указанном документе её подписи нет, что подтверждает отсутствие её осведомлённости о природе сделки и какого-либо участия в ней. Считает данную сделку недействительной по основаниям не соответствия требованиям закона и действовавшей под влиянием заблуждения, а также злоупотребления ФИО3 её доверием.

В отношении указанного имущества действует законный режим имущества супругов, при котором доли супругов признаются равными. Автомобиль, являющийся общим имуществом ФИО1 и ФИО3, подлежит разделу между ними.

Руководствуясь статьями 8, 9, 11, 12, 153, 160, 166-168, 178, 209, 218, 223, 224, 301, 302, 420, 421, 432, 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 33, 34, 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации, просит признать недействительным договор от .._.._.. года купли-продажи автомобиля марки 

<

данные изъяты>, признать данный автомобиль совместной собственностью супругов ФИО1 и ФИО3, разделить данное имущество, выделив каждому супругу по 1/2 доли автомобиля.

Заявлением от 18 мая 2017 года представитель истца ФИО2 уточнила исковые требования в части оснований для признания сделки недействительной. Просит признать сделку недействительной по основаниям пункта 1 статьи 166, пункта 1, абзаца 2 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации. В части требований о разделе общего имущества супругов изменила предмет исковых требований, просит произвести раздел автомобиля путём взыскания с ФИО3 в пользу ФИО1 выплату денежной компенсации в счёт причитающейся в общем имуществе 1/2 доли в праве на автомобиль. В остальной части исковые требования оставлены без изменения.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась по неизвестной причине, о дне судебного разбирательства извещена надлежащим образом, по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Представила заявление о рассмотрении дела в её отсутствие, приобщённое к материалам дела.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, представила заявление о рассмотрении дела в её отсутствие, где указывает, что исковые требования ФИО1 не признаёт, поскольку договор купли-продажи был заключён по обоюдному согласию сторон, подписан ею и истцом 30 марта 2015 года одновременно, в присутствии ФИО3, в квартире супругов И-вых. В тот же момент она передала ФИО1 деньги в сумме 245000 рублей. ФИО1 расписалась за получение денег в договоре купли-продажи. Последние 3-4 года перед разводом между супругами И-выми отношения были конфликтные.

Судом дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель истца ФИО1 - ФИО2 исковые требования поддержала в полном объёме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО3 исковые требования не признал, пояснив, что о заключении договора купли-продажи автомобиля ФИО1 стало известно в день подписания договора. При проведении проверки, по результатам которой вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении ФИО1 не отрицала факта заключения договора, его подписание со своей стороны подтверждала. Просит применить к спорным правоотношениям срок исковой давности, как самостоятельное основание для отказа в удовлетворении исковых требований. Срок исковой давности по данному требованию составляет один год со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Деньги в счёт оплаты по договору были переданы до подписания договора, довод о том, что автомобиль фактически не передавался ФИО4, также является надуманным. 

Содержание договора не является сложным, текст договора изложен на одной странице, ФИО1 не страдает какими-либо заболеваниями, мешающими восприятию документа, поэтому воспринять подписываемый договор в качестве чего-либо иного она не могла.

Сделка по отчуждению автомобиля была совершена 30 марта 2015 года, то есть в период брака, по совместному решению супругов. На основании изложенного просит в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчика ФИО4 адвокат Волкова Н.Г. возражала против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным её доверителем.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в деле письменные доказательства и оценив их в совокупности с позиции статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно повторному свидетельству о заключении брака серии 

<

...> от 12 декабря 2014 года и свидетельству о расторжении брака серии 

<

...> от 10 декабря 2016 года брак между ФИО3 и ФИО5, заключённый 08 октября 2004 года, прекращён 10 декабря 2016 года на основании совместного заявления супругов от 08 ноября 2016 года. После расторжения брака ей присвоена фамилия ФИО1. 

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Ответчиком ФИО3 заявлено ходатайство об отказе в удовлетворении исковых требований в связи с истечением срока исковой давности.

При разрешении данного ходатайства суд учитывает следующее.

Из договора купли-продажи транспортного средства от 30 марта 2015 года, видно, что он заключён между ФИО5 (продавец) и ФИО4 (покупатель) в отношении автомобиля марки 

<

данные изъяты>.

Ответчик ФИО3 ссылается на нормы статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как указано в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Рассматриваемые правоотношения регулируются нормами Семейного кодекса Российской Федерации и главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации («Сделки»). При этом основным требованием, исходя из характера спорных правоотношений, является раздел общего имущества супругов, поскольку истцом оспаривается сделка, совершённая, как указано истцом, в период нахождения в зарегистрированном браке в отношении совместно нажитого имущества. Следовательно, под субъективным гражданским правом истца, подлежащим защите судом, следует понимать её имущественные права как супруги.

В соответствии с пунктом 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Как следует из пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

На основании пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Срок исковой давности по требованиям о признании договора от 30 марта 2015 года недействительным истекает 30 марта 2018 года. С данным иском истец обратилась 15 марта 2017 года, то есть до истечения данного срока, вследствие чего оснований для удовлетворения заявления ответчика ФИО3 о применении последствий истечения срока исковой давности, определённых абзацем 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Как указано в статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Право на общее имущество супругов принадлежит также супругу, который в период брака осуществлял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного дохода.

В соответствии с пунктами 1-6 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

Общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. По желанию супругов их соглашение о разделе общего имущества может быть нотариально удостоверено.

В случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке.

При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация.

Суд может признать имущество, нажитое каждым из супругов в период их раздельного проживания при прекращении семейных отношений, собственностью каждого из них.

Вещи, приобретенные исключительно для удовлетворения потребностей несовершеннолетних детей (одежда, обувь, школьные и спортивные принадлежности, музыкальные инструменты, детская библиотека и другие), разделу не подлежат и передаются без компенсации тому из супругов, с которым проживают дети.

Вклады, внесенные супругами за счет общего имущества супругов на имя их общих несовершеннолетних детей, считаются принадлежащими этим детям и не учитываются при разделе общего имущества супругов.

В случае раздела общего имущества супругов в период брака та часть общего имущества супругов, которая не была разделена, а также имущество, нажитое супругами в период брака в дальнейшем, составляют их совместную собственность.

Как пояснили ФИО1 и ФИО3, брачный договор между ними не заключался, следовательно, в их браке действовал законный режим имущества супругов.

В соответствии с пунктом статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Данные нормы согласуются с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно:

Пунктом 1 статьи 254 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что раздел общего имущества между участниками совместной собственности, а также выдел доли одного из них могут быть осуществлены после предварительного определения доли каждого из участников в праве на общее имущество.

При разделе общего имущества и выделе из него доли, если иное не предусмотрено законом или соглашением участников, их доли признаются равными.

Основания и порядок раздела общего имущества и выдела из него доли определяются по правилам статьи 252 настоящего Кодекса постольку, поскольку иное для отдельных видов совместной собственности не установлено настоящим Кодексом, другими законами и не вытекает из существа отношений участников совместной собственности.

Пунктами 1 и 2 статьи 252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что имущество, находящееся в долевой собственности, может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними.

Участник долевой собственности вправе требовать выдела своей доли из общего имущества.

Согласно договору № 166/14 купли-продажи автомобиля от 25 апреля 2014 года, ФИО5 приобрела автомобиль марки «

<

данные изъяты>, за 

<

данные изъяты> рублей в ООО «Империя-Авто», то есть в период нахождения в зарегистрированном браке с ФИО3 

Согласно представленной УГИБДД МВД по РМ электронной выписке из ФИС ГИБДД М по состоянию на 04 апреля 2017 года автомобиль марки 

<

данные изъяты> 07 мая 2014 года был зарегистрирован за ФИО5, 01 ноября 2016 года – за ФИО4.

Поскольку на день судебного разбирательства истцом совершена сделка по отчуждению данного автомобиля третьему лицу, применение норм семейного права о разделе общего имущества супругов, а именно - автомобиля марки 

<

данные изъяты> - возможно только в случае признания данной сделки недействительной.

Истец просит признать недействительной сделку, совершённую в период брака в отношении имущества, приобретённого в период брака, по основаниям заблуждения относительно предмета сделки.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из оспариваемого договора купли-продажи транспортного средства от 30 марта 2015 года, видно, что стоимость транспортного средства составила 

<

данные изъяты> рублей. Согласно пункту 5 договора покупатель в оплату за приобретённое транспортное средство передал продавцу, а продавец получил денежные средства 

<

данные изъяты> рублей. В договоре купли-продажи от .._.._.. года стороны установили, что право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания договора (пункт 6 договора).

Согласно статье 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента её передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из смысла приведенных норм следует, что правовыми последствиями договора купли-продажи для продавца является передача принадлежащей ему вещи (товара) покупателю и получение за это платы, а для покупателя - принятие переданной продавцом вещи (товара) и уплата им за эту вещь денежных средств.

Из буквального содержания договора купли-продажи следует, что денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей оплачены покупателем продавцу, а продавцом деньги в сумме 

<

данные изъяты> рублей получены.

Факт передачи покупателем денежных средств и получения их продавцом подтверждается личными подписями сторон в договоре. Как пояснили стороны, автомобиль не находился в фактическом пользовании истца, следовательно, правовые последствия, предусмотренные договором (передача денег и автомобиля) наступили.

Вследствие этого доводы о том, что денежные средства фактически не были переданы покупателем и не получены продавцом, ничем не подтверждены.

Договор купли-продажи между сторонами был заключен в предусмотренном законом порядке и его правовые последствия наступили, поскольку автомобиль истцом не использовался.

Договор подписан обеими сторонами. Принадлежность подписей сторонами подтверждена. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Из смысла пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что заблуждение относительно условий сделки, ее природы должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны не правильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. В соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки, в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой, в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Договор выполнен печатным способом, визуально не содержит исправлений и подчисток, озаглавлен «договор купли-продажи транспортного средства», заголовок и стороны договора (продавец, покупатель, их ф.и.о.) выделены полужирным шрифтом. То есть текст договора оптимален для зрительного и смыслового восприятия, является ясным, однозначным и не влечёт многозначного толкования.

Договор подписан ФИО1 собственноручно, оснований полагать, что, выполняя подпись на документе, она не была ознакомлена с его содержанием, не имеется. По своему физическому и психическому состоянию истец способна правильно оценить содержание оспариваемого документа.

В силу закона указанная сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

Истец пояснила, что заблуждалась относительно предмета сделки, поскольку, не читая, подписала договор, находившийся среди страховых договоров на автомобиль, переданных ей ФИО3 для подписания.

Из представленных в доказательство подтверждения доводов сторон договоров страхования на указанный автомобиль видно, что в страховых полисах ОСАГО, заключаемых в период с апреля 2014 года по март 2016 года в качестве страхователя указан ФИО3, договоры заверены его подписью. 

ФИО5 в качестве страхователя указана в договоре страхования 011АТ-14/00367 от 30 апреля 2014 года; договор и приложенные к нему документы заверены подписью «Исаева», также выполненной ФИО3, о чём он пояснил в ходе судебного разбирательства. Принадлежность подписей в договорах ОСАГО ФИО3 сторонами подтверждается. Выполнение им подписи за ФИО5 стороной истца не оспорено.

Следовательно, истец не могла подписать договор купли-продажи среди страховых документов на автомобиль, поскольку её подписи в данных документах вообще не имеется. Кроме того, дата заключения страховых договоров на автомобиль не совпадает с датой заключения договора купли-продажи автомобиля. Разницу в датах истец объяснила тем, что могла подписать чистый лист, куда ФИО3 позже мог добавить текст договора, однако от проведения технической экспертизы на предмет давности исполнения подписи истец отказалась.

Допрошенная в качестве специалиста эксперт ГУ «Мордовская лаборатория судебной экспертизы» МЮ РФ ФИО6 дала заключение о невозможности проведения экспертизы по данному факту, пояснив, что по существующей методике экспертного исследования, основанной на изменении во времени относительного содержания растворителей в штрихах реквизитов документов, протяжённость штрихов должна быть не менее 30 мм. В данной подписи штрихового материала недостаточно. Исходя из того, что оспаривается выполнение подписи в 2014 или в 2015 году, а экспертное исследование может быть проведено в мае-июне 2017 года, то разницы в содержании растворителей в подписи двух- или трёхлетней давности практически не будет.

Также истец указывает на то обстоятельство, что в паспорте транспортного средства на спорный автомобиль отсутствует её подпись, что, по её мнению, подтверждает неосведомлённость о сделке. 

При этом суду представлен сторонами дубликат паспорта транспортного средства № 13 ОР 195642 от 01 ноября 2016 года на автомобиль 

<

данные изъяты>, в котором указан один собственник – ФИО4, то есть данный документ оформлен уже после совершения оспариваемой сделки. Первичный паспорт транспортного средства стороной истца не представлен, со слов ФИО3, данный документ утрачен.

Кроме того, в соответствии с пунктом 56 Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации по предоставлению государственной услуги по регистрации автомототранспортных средств и прицепов к ним, утверждённого приказом МВД России от 07 августа 2013 года № 605 изменение регистрационных данных в связи с переходом права собственности, осуществляется на основании заявления нового собственника транспортного средства. Подпись прежнего собственника в подтверждение перехода права собственности в паспорте транспортного средства данным нормативным актом не предусмотрена.

Каких-либо иных доказательств, подтверждающих доводы истца, стороной истца не представлено.

В соответствии с частью первой статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

При этом суд исходит из толкования добросовестности действий, данного в абзаце 2 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», что применительно к данным правоотношениям означает отсутствие со стороны ФИО3 действий, направленных на сокрытие информации о правовой природе договора.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что обстоятельства, изложенные истцом, не нашли подтверждения в ходе судебного разбирательства, в связи с чем исковые требования удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Пролетарский районный суд г.Саранска Республики Мордовия,

решил:

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании договора купли-продажи автомобиля недействительным, признании автомобиля общим имуществом супругов, разделе имущества в полном объёме.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный суд Республики Мордовия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Пролетарский районный суд г. Саранска Республики Мордовия.

Судья: