Судья Тимина Е.А. Дело № 22-3493/2018

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Нижний Новгород 03 июля 2018 года

Нижегородский областной суд в составе председательствующего судьи Варнаковой Н.Е.,

с участием прокурора 2-го апелляционного отдела Нижегородской областной прокуратуры Гуренко Ю.А.,

осужденного ФИО1,

адвоката Майоровой И.В., представившей удостоверение № ордер № от ДД.ММ.ГГГГ 

потерпевшей И.Т.М.,

при секретаре судебного заседания Шлыкове Р.Д.,

рассмотрел в открытом судебном заседании 03 июля 2018 года апелляционную жалобу осужденного ФИО1, апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 – адвоката Майоровой И.В. (с дополнением) на приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30 марта 2018 года, которым 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, имеющий среднее профессиональное образование, имеющий на иждивении двоих несовершеннолетних детей. ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работающий в 

<

данные изъяты>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес> ранее не судимый, 

осужден по ч.3 ст. 264 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением его права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами всех видов сроком на три года. 

Постановлено взыскать с осужденного ФИО1 в пользу И.Т.М. в счет компенсации морального вреда 1000000 рублей.

Постановлено взыскать с осужденного ФИО1 в пользу И.Д.Д. в счет компенсации морального вреда 1000000 рублей.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 оставлена прежней. 

ФИО1 определен порядок следования в колонию-поселение самостоятельно в соответствии со ст. 75.1 ч.1, 1, 2 УИК РФ. 

Срок наказания ФИО1 постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение. Засчитано ФИО1 в срок отбытия наказания время следования к месту отбывания наказания. Срок отбытия дополнительного наказания ФИО1 постановлено исчислять с момента отбытия основного вида наказания в соответствии с ч.4 ст. 47 УК РФ. 

А также возражения на апелляционную жалобу осужденного ФИО1 и апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 – адвоката Майоровой И.В. от государственного обвинителя Смирновой Т.А. и потерпевшей И.Т.М.

Заслушав доклад судьи Варнаковой Н.Е., мнение осужденного ФИО1, адвоката Майоровой И.В., мнение потерпевшей И.Т.М., прокурора Гуренко Ю.А., суд

У С Т А Н О В И Л:

Приговором Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года ФИО1 признан виновным в нарушении ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> между 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> лицом, управляющим транспортным средством мотоцикл 

<

данные изъяты> без государственного регистрационного знака, п.п. 1.3, 1.5, ч.1 п.8.1, ч.1 п.10.1, ч.2 п.10.1, ч.2 п.11.2, а также приложение 2 Правил дорожного движения, повлекшим по неосторожности смерть человека – С.Н.Ш., то есть, в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

ФИО1 вину в предъявленном ему обвинении, в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ признал частично, не признав вмененные ему в вину нарушение ч.1 п.8.1, ч.1 п.10.1, ч.2 п.11.2 Правил дорожного движения РФ, а также не признал наступление смерти потерпевшей С.Н.Ш.. по его вине. 

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 - адвокат Майорова И.В. просит приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года в отношении ФИО1 отменить как незаконный и необоснованный, постановленный с нарушением норм материального и процессуального права. Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам делам. Просит материалы уголовного дела вернуть в порядке ст.237 УПК РФ прокурору Богородского района Нижегородской области.

В обоснование доводов своей жалобы указывает, что совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, не давала однозначного вывода о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении. Кроме того, не установлена прямая причинная связь между действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде смерти С.Н.Ш.

В дополнительной апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Майорова И.В. просит приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года изменить, переквалифицировать действия ФИО1 на ч.1 ст.264 УК РФ и назначить ему наказание в пределах санкции указанной статьи, в виде ограничения свободы.

Указывает, что в нарушение норм уголовно-процессуального законодательства и уголовного закона в обвинительном заключении и обжалуемом приговоре суда не указано форма вины по небрежности или легкомыслию совершено преступление, в котором был признан виновным ФИО1

Полагает, что прямая причинная связь между действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде смерти С.Н.Ш. отсутствуют. Судом первой инстанции при рассмотрении материалов дела не разрешен вопрос о технической возможности предотвращения ДТП другими участниками дорожного движения. Действия Л.К.П. и Я.А.В. не проверялись экспертным путем на предмет соответствия Правилам дорожного движения ни судом, ни следствием.

Обращает внимание, что судом первой инстанции необоснованно, немотивированно было отказано стороне защиты в удовлетворении ходатайства о назначении автотехнической и дополнительной судебно-медицинской экспертизы.

Суд не устранил имеющиеся в деле противоречия относительно механизма получения телесных повреждений С.Н.Ш.., не разграничил какие телесные повреждения образовались от действий ФИО1 и автомобиля 

<

данные изъяты>, и от взаимодействия тела С.Н.Ш.. с другими транспортным средством - автомобилем 

<

данные изъяты>. Обращает внимание, что протоколом осмотра места происшествия, на автомобиле 

<

данные изъяты> зафиксированы механические повреждения в виде загиба переднего бампера с правой боковой стороны вверх, повреждение защиты арки переднего правого колеса. При производстве дополнительной судебно-медицинской экспертизы, эксперт П.А.Р. указал, что специфических повреждений, характерных для переезда колесом автомобиля, при экспертизе трупа С.Н.Ш. не обнаружено. Однако учитывая массивность и множественность повреждений у С.Н.Ш. эксперт не исключил их образование как при переезде колесами автомобиля, так и при сдавливании между двумя твердыми, широкими травмирующими поверхностями. Вместе с тем, в приговоре не дана оценка выводам эксперта о возможном переезде трупа С.Н.Ш.

Указывает, что фототаблицей, являющейся приложением к протоколу осмотра места происшествия зафиксированы повреждения на джинсах С.Н.Ш. в виде разрыва. Также на трупе С.Н.Ш. в области ребер и брюшной полости слева имеются следы, похожие на следы протектора шин.

Обращает внимание, что суд первой инстанции безосновательно отказал стороне защиты в вызове понятых, присутствовавших при осмотре места происшествия, которые могли бы дать пояснения относительно следов на теле С.Н.Ш. Более того, в ходе предварительного следствия, одежда потерпевшей не осмотрена, ее местонахождение не установлено, трассологическая экспертиза на предмет наличия следов переезда, произведена не была.

Судом не опровергнуты показания ФИО1 относительно того, что опасность для движения создал Л.Е.П.

Кроме того, из показаний свидетелей 

<

данные изъяты> усматривается, что они не видели момента выезда мотоцикла под управлением ФИО1 и автомобиля 

<

данные изъяты> на полосу, предназначенную для поворота на 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> видели, что на встречной полосе располагался автомобиль 

<

данные изъяты>.

Обращает внимание, что в основу приговора суд положил показания свидетеля Л.Е.П. заинтересованного в исходе дела, показания которого объективно не подтверждены. В ходе предварительного следствия Л.Е.П. последовательного утверждал, что после столкновения мотоцикла под управлением ФИО1 с автомобилем 

<

данные изъяты>, у автомобиля отказали тормоза, автомобиль с места происшествия он переместил, так как останавливал его ручным тормозом. В ходе предварительного следствия был проведен осмотр данного автомобиля и выявлены на нем имеющиеся повреждения, вместе с тем, в ходе осмотра автомобиля его тормозная система не проверялась. Однако в ходе повторного осмотра 

<

данные изъяты> повреждений в тормозной системе автомобиля обнаружено не было.

Также указывает, что ФИО1 ранее не судим, впервые привлекается к уголовной и административной ответственности, положительно характеризуется с места работы и места жительства, предпринял меры по возмещению причиненного материального ущерба, имеет на иждивении малолетних детей.

Кроме того, при вынесении приговора и решая вопрос касательно компенсации морального вреда, определяя его размер, суд первой инстанции не учел материальное положение ФИО2. Обращает внимание, что ФИО1 находится в сложном материальном положении, имеет кредитные обязательства, а также выплачивает алименты на содержание детей. Считает, что определяя размер компенсации морального вреда, суд должен был руководствоваться положениями ст.1083 ГК РФ и снизить размер компенсации морального вреда.

Указывает, что отсутствуют правовые основания для взыскания с ФИО1 судебных издержек в порядке регресса, понесенных потерпевшей за счет средств федерального бюджета. Из материалов уголовного дела, усматривается, что оказание юридических услуг потерпевшей производилось адвокатом на основании заключенного соглашения, а не на основании постановления суда о назначении потерпевшей представителя.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит обвинительный приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года, постановленный в отношении него, отменить как незаконный и необоснованный, в связи с несправедливостью приговора, существенного нарушения норм уголовного и уголовно-процессуального законов, а также по основаниям несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре фактическим обстоятельствам дела. 

Полагает, что судом первой инстанции не установлена прямая причинная связь между его действиями и последствиями в виде смерти С.Н.Ш. Из выводов судебно – медицинской экспертизы, усматривается, что смерть С.Н.Ш. наступила в результате падения, удара, перемещения и сдавливания ее тела автомобилем марки 

<

данные изъяты> под управлением Я.А.В. Выводы судебной экспертизы носят противоречивый характер, поскольку эксперт не исключил возможность образования смертельных повреждений С.Н.Ш. в результате переезда ее автомобилем 

<

данные изъяты>. 

Обращает внимание, что судебно-медицинской экспертизы для разграничения телесных повреждений назначено не было. Указывает, что суд первой инстанции необоснованно отклонил ходатайство о возвращении материалов уголовного дела прокурору в связи с существенными недостатками обвинительного заключения. Кроме того, считает, что допущено нарушение его прав на защиту, поскольку по делу не назначалась автотехническая экспертиза на предмет соблюдения всеми участниками дорожно транспортного происшествия правил дорожного движения, также не проверялись показания Л.Е.П., который его оговаривает, чтобы уйти от ответственности. Кроме того, свидетели 

<

данные изъяты> не видели момент выезда автомобиля 

<

данные изъяты> на выделенную полосу для поворота на 

<

данные изъяты>

Просит обжалуемый приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года отменить и материалы уголовного дела направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда. 

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО1, защитника осужденного ФИО1 – адвоката Майоровой И.В., государственный обвинитель Смирнова Т.А. и потерпевшая И.Т.М. действующая в интересах несовершеннолетней И.Д.Д. просят апелляционную жалобу адвоката осужденного ФИО1 и апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 – адвоката Майоровой И.В. оставить без удовлетворения, приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года без изменения. Таким образом, находят вынесенный в отношении ФИО1 приговор законным, обоснованным и мотивированным, не подлежащим отмене. Вина ФИО1 в совершении преступления установлена совокупностью собранных по делу доказательств, которые признаны обоснованно судом достоверными, достаточными и допустимыми, а назначенное наказание справедливым, соответствующим содеянному, данным личности осужденного и не подлежащим смягчению. 

Других жалоб и возражений на подданные жалобы не поступило.

Осужденный ФИО1 о явке в судебное заседание апелляционной инстанции, назначенного к слушанию на 03.07.2018 года извещен надлежащим образом 08.06.2018 года, потерпевшая И.Т.М., адвокат Майорова И.В. извещены надлежащим образом 08.06.2018 года.

Адвокат Кокина О.П. о явке в суд апелляционной инстанции на 03.07.2018 года извещена надлежащим образом 08.06.2018 года, ходатайств о своем участии в суде апелляционной инстанции не заявляла.

Поскольку, согласно ч. 3 ст. 389.12 УПК РФ, неявка лиц, своевременно извещенных о месте, дате и времени заседания суда апелляционной инстанции, за исключением лиц, участие которых в судебном заседании обязательно, не препятствует рассмотрению уголовного дела, апелляционную жалобу осужденного ФИО1, апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 – адвоката Майоровой И.В. (с дополнением), возражения государственного обвинителя Смирновой Т.А. и потерпевшей И.Т.М., рассмотрены в отсутствие адвоката Кокиной О.П.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 поддержал доводы жалоб адвоката Майоровой И.В. и своей жалобы, просил постановленный в отношении него приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года изменить, переквалифицировать его действия на ч.1 ст.264 УК РФ и назначить наказание в пределах санкции указанной статьи, в виде ограничения свободы.

В суде апелляционной инстанции адвокат Майорова И.В. поддержала доводы своих апелляционных жалоб и жалобы осужденного ФИО1, просила постановленный в отношении ФИО1 приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года изменить, переквалифицировать действия ФИО1 на ч.1 ст.264 УК РФ и назначить наказание в пределах санкции указанной статьи, в виде ограничения свободы.

Прокурор Гуренко Ю.А. в суде апелляционной инстанции просил приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а доводы жалоб без удовлетворения, поскольку находит приговор законным, обоснованным, мотивированным, а назначенное наказание ФИО1 справедливым соответствующим характеру и степени общественной опасности совершенного преступления и данным о личности осужденного.

Потерпевшая И.Т.М. в суде апелляционной инстанции просила приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а доводы жалоб без удовлетворения, поскольку находит приговор законным, обоснованным, мотивированным, а назначенное наказание ФИО1 справедливым соответствующим характеру и степени общественной опасности совершенного преступления и данным о личности осужденного.

Обсудив доводы апелляционных жалоб адвоката Майоровой И.В., осужденного ФИО1, возражения на жалобы, проверив представленные материалы, заслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и не подлежащим отмене по следующим основаниям.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, установленные судом фактические обстоятельства дела, изложенные в приговоре выводы о виновности ФИО1 в совершении преступления и квалификация его действий по ч.3 ст. 264 УК РФ, соответственно, являются верными.

Выводы суда о виновности ФИО1 в содеянном соответствуют фактическим обстоятельствам дела и полностью подтверждаются совокупностью доказательств всесторонне, объективно и полно исследованных судом и подробно приведенных в приговоре.

Суд исследовал все обстоятельства, которые могли бы повлиять на его выводы и решение по делу в отношении ФИО1

Виновность ФИО1 в совершении преступления, указанного в приговоре суда установлена показаниями ФИО1, частино признавшим свою вину, подробно приведенными в приговоре суда показаниями потерпевшей И.Т.М. свидетелей Л.Е.П., Я.А.В., Я.А.С. Я.А.И. эксперта П.А.Р.

Так, из показаний свидетеля Л.Е.П.. являвшегося непосредственным участником ДТП, следует, что он 

<

адрес> совершал поворот налево в соответствии с Правилами дорожного движения и в этот момент с его автомобилем совершил столкновение мотоцикл под управлением ФИО1, который двигался в попутном направлении.

Из показаний свидетеля Я.А.В. следует, что он видел, как по встречной полосе для движения, предназначенной для поворота налево, 

<

данные изъяты> двигался автомобиль под управлением Л.Е.П. с включенным левым сигналом поворота. Когда автомобиль под управлением Л.Е.П. выехал на полосу встречного движения для осуществления поворота налево, то в этот момент произошло столкновение с мотоциклом под управлением ФИО1, который двигался в попутном направлении с автомобилем Л.Е.П. При этом, пояснял, что после удара с его автомобилем наезда на тело потерпевшей С.Н.Ш. допущено не было.

Свидетели Я.А.С. и Я.А.И., показали, что взаимодействия автомобиля под управлением Л.Е.П. и мотоцикла под управлением ФИО1 не видели, однако утверждают, что после удара с автомобилем в котором они находились, наезда на тело потерпевшей С.Н.Ш. произведено не было.

Кроме того, эксперт П.А.Р. показал, что образование всех телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшей С.Н.Ш., не исключается при столкновении мотоцикла с автомобилем, последующим падением с мотоцикла, ударах об асфальтовое покрытие дороги с последующим сдавливанием между днищем автомобиля и асфальтовым покрытием без переезда колесом автомобиля.

У суда не имелось оснований не доверять показаниям данных лиц, которые в ходе предварительного и судебного следствия давали последовательные, непротиворечивые, подробные показания об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, их показания согласуются между собой и свидетели не имеют причин для оговора ранее незнакомого им подсудимого, также суд относится критически к показаниям подсудимого ФИО1 

Вина ФИО1 в совершении им преступления, указанного в приговоре, подтверждается письменными материалами дела, подробно исследованными судом первой инстанции и приведенными в приговоре: 

сообщением КУСП № (т. 1 л.д. 8); сообщением КУСП № (т. 1 л.д. 9); рапортом о поступившем сообщении о происшествии КУСП № (т. 1 л.д. 10); протоколом осмотра места происшествия от 07.08.2016 года (т. 1 л.д. 11-23); схемой к протоколу осмотра места происшествия от 07.08.2016 года (т. 1 л.д. 24); протоколом следственного эксперимента от 07.09.2016 года (т. 1 л.д. 160-172); протоколом осмотра предметов от 07.09.2016 года, согласно которого объектом осмотра является автомобиль 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак № в кузове белого цвета (т. 1 л.д. 131-136);

протоколом осмотра предметов от 07.09.2016 года, согласно которого объектом осмотра является двухколесное механическое транспортное средство мотоцикл 

<

данные изъяты> без государственного регистрационного знака (т. 1 л.д. 137-143); заключением государственного судебного медицинского эксперта №, согласно которого у ФИО1 имелись повреждения: сочетанная травма; черепно-мозговая травма: сотрясение головного мозга; закрытый перелом правой лопатки со смещением; ушибленные раны конечностей; травматический шок 2 степени. Повреждения носят характер тупой травмы и образовались от действия тупого предмета (предметов). Механизм образования - удар, сдавление. Учитывая факт травмы, данные медицинской документации, рентгенологического исследования, характер и локализацию повреждений, они могли образоваться в сроки и при обстоятельствах, указанных в фабуле постановления о назначении экспертизы, то есть 07.08.2016 года в момент столкновения мотоцикла под управлением ФИО1 с автомобилем, с последующим падением тела и ударом о покрытие дороги. (т.1 л.д. 176-177). 

заключение государственного судебного медицинского эксперта №, согласно которого у С.Н.Ш. имеются повреждения: закрытая тупая травма грудной клетки: деформация (уплощение) грудной клетки в переднее-заднем направлении с множественными, прямыми и конструкционными переломами всех ребер по всем анатомическим линиям, перелом грудины на уровне прикрепления 4-х ребер, обширные кровоизлияния в мягкие ткани груди с частичным размозжением и разрывом грудных мышц; множественные разрывы легких, с кровотечением в левую и правую плевральные полости (в плевральных полостях около 700 мл крови в каждой). Закрытая тупая травма живота: кровоизлияние в связочно-подвешивающий аппарат селезенки, множественные разрывы капсулы и ткани селезенки по наружной поверхности, с кровотечением в брюшную полость (в брюшной полости около 1400 мл жидкой крови). Закрытый перелом большеберцовой и малоберцовой костей правой голени в верхней трети, с кровоизлиянием в мягкие ткани; ушибленная рана передней поверхности правой голени. Ссадины лба. Учитывая факт травмы, локализацию, массивность и характер, основываясь на морфологических особенностях повреждений, все вышеуказанные повреждения носят характер тупой травмы; механизм образования – удар, трение, сдавление. Причинение их 07.08.2016 года при указанных в постановлении обстоятельствах, в том числе, в момент столкновения автомобиля и мотоцикла, с последующим падением пассажира, отбрасыванием тела и последующим его переездом, не исключается. (т. 1 л.д. 59-62); заключением государственного судебного медицинского эксперта №59/259 от 25.05.2017 года, согласно которого у С.Н.Ш. имеются повреждения: закрытая тупая травма грудной клетки: деформация (уплощение) грудной клетки в передне-заднем направлении с множественными, прямыми и конструкционными переломами всех ребер по всем анатомическим линиям, перелом грудины на уровне прикрепления 4-х ребер, обширные кровоизлияния в мягкие ткани груди с частичным размозжением и разрывом грудных мышц; множественные разрывы легких, с кровотечением в левую и правую плевральные полости (в плевральных полостях около 700 мл крови в каждой). Закрытая тупая травма живота: кровоизлияние в связочно-подвешивающий аппарат селезенки, множественные разрывы капсулы и ткани селезенки по наружной поверхности, с кровотечением в брюшную полость (в брюшной полости около 1400 мл жидкой крови). Закрытый перелом большеберцовой и малоберцовой костей правой голени в верхней трети, с кровоизлиянием в мягкие ткани; ушибленная рана передней поверхности правой голени. Ссадина лба. Учитывая факт травмы, локализацию, массивность и характер, основываясь на морфологических особенностях повреждений, все вышеуказанные повреждения носят характер тупой травмы и могли образоваться 07.08.2016 года. Повреждения в совокупности вызвали причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, согласно п.п. 6.1.10; 6.1.16 ч. II, а также с учетом п. 13 ч. III приложения к приказу № 194н МЗ и СР «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека». Смерть С.Н.Ш. наступила от массивной острой кровопотери и тупой травмы тела, включающей в себя тупую травму грудной клетки и живота: деформация (уплощение) грудной клетки в передне-заднем направлении с множественными, прямыми и конструкционными переломами всех ребер по всем анатомическим линиям, перелом грудины на уровне прикрепления 4-х ребер, обширные кровоизлияния в мягкие ткани груди с частичным размозжением и разрывом грудных мышц; множественные разрывы легких, с кровотечением в левую и правую плевральные полости (в плевральных полостях около 700 мл крови в каждой); кровоизлияние в связочно-подвешивающий аппарат селезенки, множественные разрывы капсулы и ткани селезенки по наружной поверхности, с кровотечением в брюшную полость (в брюшной полости около 1400 мл жидкой крови). Учитывая локализацию, количество и характер повреждений на трупе С.Н.Ш. специфических повреждений, характерных для переезда колесом автомобиля при экспертизе не обнаружено, а именно, отсутствуют ссадины кожи от волочения, следы протектора автомобиля, отслоение кожи от жировой клетчатки с образованием полостей, заполненных кровью, отсутствуют незначительные повреждения в месте скатывания колеса, однако учитывая массивность и множественность повреждений в области грудной клетки и живота, деформацию грудной клетки в переднезаднем направлении, не исключается их образование как при переезде колесами автомобиля, так и при сдавлении между двумя твердыми, широкими травмирующими поверхностями. Определить, какой стороной тела находилась С.Н.Ш. в момент переезда колесом автомобиля, сдавления – не представляется возможным. Принимая во внимание все вышеизложенное, с учетом изучения фототаблиц и материалов уголовного дела, не исключается образование всех телесных повреждений, обнаруженных на трупе ФИО3, при столкновении мотоцикла с автомобилем, последующим падении с мотоцикла, ударах об асфальтное покрытие дороги с последующим сдавлением между днищем автомобиля и асфальтовым покрытием дороги без переезда колесом автомобиля (т. 3 л.д. 71-75). 

Оснований не доверять выводам экспертов у суда не имелось, поскольку, они проведены в соответствии с требованиями закона, компетентность экспертов сомнений не вызывает. Эти, а также ряд иных предоставленных со стороны обвинения и защиты доказательств суд первой инстанции в приговоре проанализировал и дал им надлежащую оценку.

Каких-либо существенных противоречий, касающихся события преступления и обстоятельств его совершения ФИО1 данные доказательства не содержат, в связи с чем, оснований сомневаться в их достоверности не имеется.

Выводы суда мотивированы и основаны на доказательствах, приведенных в обвинительном приговоре, полученных с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, достоверность и допустимость которых у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, поскольку, они сообразны по делу с соблюдением требований ст. 74, 86 УПК РФ.

У суда первой инстанции не было никаких оснований не доверять приведенным выше доказательствам, которые последовательны, непротиворечивы, согласуются между собой и с письменными доказательствами по делу. Оценка доказательств судом первой инстанции также не вызывает сомнений, так как она дана в соответствии с требованиями ст. 17, ст. 88 УПК РФ, по внутреннему убеждению, каждое из доказательств оценено с точки зрения допустимости, достоверности, а все имеющиеся доказательства в совокупности - достаточности. 

Судом бесспорно и достоверно установлено, что 07.08.2016 года водитель мотоцикла без государственных регистрационных знаков, ФИО1 в нарушение п.п. 1.3, 1.5, ч.1 п.8.1, ч.1 п.10.1, ч.2 п.10.1, ч.2 п.11.2, а также приложения 2 Правил дорожного движения Российской Федерации, начал маневр обгона автомобиля 

<

данные изъяты> под управлением Л.Е.П. выполняя обгон, выехал на полосу встречного движения, и произвел столкновение с передней левой боковой частью выполнявшего поворот налево автомобиля 

<

данные изъяты>, после чего не справился с управлением мотоцикла, допустил опрокидывание мотоцикла на правый бок, в результате чего пассажир мотоцикла С.Н.Ш. упала на проезжую часть автотрассы, ударилась об асфальтовое покрытие дороги, по инерции переместилась в направлении города 

<

адрес> и оказалась под передней частью кузова автомобиля 

<

данные изъяты> под управлением Я.А.В.

В результате столкновения падения с мотоцикла на проезжую часть дороги, ударе об асфальтовое покрытие дороги, с последующим перемещением в направлении автомобиля 

<

данные изъяты> и сдавлением между днищем автомобиля 

<

данные изъяты> и асфальтовым покрытием дороги пассажир мотоцикла С.Н.Ш. получила телесные повреждения, вызвавшие причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, от которых наступила смерть С.Н.Ш.

Нарушение ФИО1 п.п. 1.3, 1.5, ч.1 п.8.1, ч.1 п.10.1, ч.2 п.10.1, ч.2 п.11.2, а также приложения 2 Правил дорожного движения Российской Федерации, находится в прямой причинно-следственной связи с совершением дорожно-транспортного происшествия и причинением по неосторожности смерти С.Н.Ш.

Доводы адвоката Майоровой И.В. и осужденного ФИО1, изложенные в жалобах о том, что суд не проверил показания Л.Е.П., не проверил версию ФИО1 о гибели С.Н.Ш. по вине водителя автомобиля 

<

данные изъяты> Л.Е.П., создавшего аварийную ситуацию и нарушившего правила дорожного движения, не обоснованно отказал стороне защиты в заявленных ходатайствах в проведении автотехнической экспертизы и дополнительной судебно – медицинской экспертизы, не назначил трассологическую экспертизу, не обоснованно отказал в вызове понятых, присутствующих при осмотре места происшествия, а также о том, что суд не устранил имеющиеся в деле противоречия относительно механизма получения телесных повреждений С.Н.Ш. не проверил возможность наступления смерти потерпевшей от действий иных участников дорожно-транспортного происшествия, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, данным доводам судом дана надлежащая оценка с которой суд апелляционной инстанции соглашается.

Противоречия относительно механизма получения телесных повреждений С.Н.Ш. судом были устранены, путем допроса эксперта П.А.Р. в судебном заседании суда первой инстанции, все заявленные стороной защиты ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями закона, в обоснование судом были приведены мотивы принятого решения по заявленным ходатайствам, с которыми соглашается и суд апелляционной инстанции.

Все доводы, изложенные в жалобах адвоката и осужденного, судом первой инстанции проверялись, обоснованно были признаны несостоятельными и были полностью опровергнуты совокупностью собранных по делу доказательств.

Рассматривая доводы осужденного и адвоката относительно отсутствия прямой причинной связи между действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде смерти потерпевшей С.Н.Ш. суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что их доводы фактически сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст.17 УПК РФ.

Иная оценка этих доказательств осужденным сама по себе не предусмотрена процессуальным законом в качестве обстоятельства, влекущего отмену приговора.

Таким образом, все доказательства, представленные стороной обвинения и стороной защиты по данному делу, были исследованы в судебном заседании, ни одно из них не осталось без оценки, данной в соответствии с требованиями закона. Совокупность приведенных в приговоре доказательств подтверждает правильность выводов суда о виновности ФИО1 в совершении указанного выше преступления в отношении потерпевшей С.Н.Ш.

Правовая оценка действиям ФИО1 по ч.3 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, дана правильно, выводы суда мотивированы. Оснований для переквалификации действий ФИО1 либо его оправдания, а также для возвращения уголовного дела в порядке ст. 237 УПК РФ, не имеется. 

При назначении ФИО1 наказания суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, при отсутствии отягчающих по делу обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

На основании п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ суд признал смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами наличие на иждивении двоих несовершеннолетних детей. На основании ч.2 ст.61 УК РФ суд признал смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами – состояние его здоровья, наличие хронических заболеваний и положительные характеристики с места жительства и работы.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, являющегося преступлением средней тяжести, степени его общественной опасности, оснований для изменения ФИО1 категории совершенного им преступления на менее тяжкую по правилам ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Наказание ФИО1 обоснованно назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60, 61 УК РФ в виде лишения свободы, и является справедливым и соразмерным содеянному. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что данные о личности осужденного, влияющие на его наказание, судом первой инстанции учтены всесторонне и объективно, а при определении вида и размера наказания в полной мере выполнены требования уголовного закона о его индивидуализации и справедливости.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о назначении наказания в виде лишения свободы. 

Доводы адвоката Майоровой И.В., изложенные в жалобе о снижении размера морального вреда взысканного с ФИО1 в пользу И.Т.М., И.Д.Д. суд апелляционной инстанции находит необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Заявленный гражданский иск о возмещении морального вреда разрешен в соответствии с требованиями закона. При решении вопроса о возмещения морального вреда, заявленного потерпевшими, суд руководствовался требованиями ст. ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, учел характер и степень причиненных потерпевшим нравственных страданий, вызванных гибелью С.Н.Ш. руководствовался требованиями разумности, справедливости, соразмерности, учел материальное положение ФИО1

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на правильность принятого судом решения и влекущих отмену приговора, по делу ни в ходе следствия, ни в ходе судебного следствия допущено не было. 

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает, что доводы защитника осужденного ФИО1 – адвоката Майоровой И.В. о том, что у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для взыскания с ФИО1 процессуальных издержек в порядке регресса, понесенных потерпевшей И.Т.М. на услуги представителя, являются обоснованными, а обжалуемый приговор подлежит изменению.

В соответствии с положениями п. 2 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является существенное нарушение уголовно-процессуального закона. В силу положений ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ существенным нарушением уголовно-процессуального закона являются такие нарушения, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Из содержания приговора следует, что суд первой инстанции на основании ч. 1, 2 ст. 131, 132 УПК РФ взыскал с осужденного ФИО1 в порядке регресса процессуальные издержки в виде расходов потерпевшей И.Т.М. на представителя в сумме 30000 (тридцать тысяч) рублей в доход государства.

В соответствии с ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя. В силу п. 9 ч. 2 ст. 131 УПК РФ указанные расходы относятся к иным расходам, понесенным в ходе производства по уголовному делу, которые в соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК РФ взыскиваются с осужденного или возмещаются за счет средств федерального бюджета как процессуальные издержки.

При этом, ч.1 ст. 131, п.5 ч.2 ст. 131, ч.3 ст. 131 УПК РФ, ч. ч. 5 и 6 ст. 132 УПК РФ не предполагают взыскание процессуальных издержек с осужденного без разъяснения подсудимому положений ст. ст. 131, 132 УПК РФ и выяснения его мнения по указанном вопросу.

Вместе с тем, в ходе судебного следствия и как следует из протокола, суд первой инстанции не разъяснял ФИО1 положения ст. ст. 131, 132 УПК РФ, предусматривающих порядок взыскания процессуальных издержек, более того, не обсудил вопрос о возможности освобождения его от уплаты процессуальных издержек.

В соответствии с требованиями ст. 132 УПК Российской Федерации суд апелляционной инстанции, не усматривает оснований для взыскания с осужденного ФИО1 процессуальных издержек в виде расходов потерпевшей И.Т.М. на представителя в сумме 30000 (тридцать тысяч) рублей в доход государства, по основаниям тяжелого материального положения ФИО1 

В данном случае, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда первой инстанции подлежит изменению, так как допущенные судом первой инстанции нарушения могут быть устранены при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке. В связи с чем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым обжалуемый приговор изменить, исключить из резолютивной части обжалуемого приговора указание на взыскание с ФИО1 процессуальных издержек в виде расходов потерпевшей И.Т.М. на представителя в сумме 30000 (тридцать тысяч) рублей в доход государства.

В остальной части приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года отмене либо изменению не подлежит. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает необходимым апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 – адвоката Майоровой И.В. удовлетворить частично, доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО1 оставить без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.14, п. 2 ст. 389.15, ст. 389.17 ч.1, 389.19, 389.20, 389.28 УПК Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 – адвоката Майоровой И.В. удовлетворить частично.

Приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из резолютивной части приговора указание суда на взыскание с ФИО1 в порядке регресса процессуальных издержек в виде расходов потерпевшей И.Т.М. на представителя в сумме 30000 (тридцать тысяч) рублей в доход государства.

В остальной части приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 30.03.2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Судья: Н.Е. Варнакова