03RS0006-01-2020-001095-74

дело № 2-1805/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июля 2020 года г.Уфа 

Орджоникидзевский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Фахрисламовой Г.З.,

при секретаре Хайруллиной Р.Р.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, действующей на основании доверенности № ДД.ММ.ГГГГ, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО3, ФИО6 о признании договора дарения недействительным, истребовании имущества из чужого незаконного владения,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО5, ФИО3, ФИО6, в котором просит сделку, совершенную между истцом и ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ в виде дарения жилья признать недействительной, отказ истца от исполнения договора дарения 

<

адрес> г. Уфы в пользу ФИО6 обоснованным; признать ФИО5 недобросовестным приобретателем, получившую безвозмездно жилье от ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ, лица, которое не имело право его отчуждать и истребовать имущество в виде однокомнатной 

<

адрес> в пользу истца на праве собственности.

Заявленные требования истец мотивировала тем, что спорная 1-комнатная 

<

адрес> общей площадью 

<

данные изъяты> кв. м., жилой-

<

данные изъяты> кв. м. была предоставлена в порядке улучшения жилищных условий истцу и ее, ныне покойной, маме, взамен занимаемой ранее комнаты в коммунальной квартире. Для получения указанного жилья истец в течение 7 лет руководила хором в ГДК «Синтезспирт» г. Уфы. Случилось так, что истец не создала свою семью, поскольку всю свою жизнь посвятила искусству. К племяннику ФИО3 (сыну сестры истца) и его дочерям ФИО8 и А.Л.П. истец всегда относилась с большой любовью и доверием, как к самым близким родственникам, полагая, что они поддержат и помогут сохранить жилье в надлежащем состоянии, обеспечат истцу достойную жизнь в преклонном возрасте, когда она будет нуждаться в их помощи по состоянию здоровья. Желая оставить в целости и сохранности все, что истцом создано, она с одобрения своей сестры Эмилии, будучи в 62-летнем возрасте, ДД.ММ.ГГГГ составила у нотариуса ФИО9 завещание о передаче своей квартиры после смерти внучатой племяннице А.Л.П. В ДД.ММ.ГГГГ умерла Эмилия, ее смерть настолько потрясла истца, что она долго не могла вернуться в прежнее состояние. Племянник П. и его супруга ФИО5, воспользовавшись стрессовым состоянием и доверием истца, склонили ее в возрасте 75 лет подписать на имя их второй дочери ФИО8 документ, содержание которого истец не читала и не могла бы прочесть без дополнительного освещения и лупы после 4-х перенесенных операций на глаза из-за глаукомы, полагая, что тем самым положение обеих дочерей племянника истца О. и Л. сравнялось относительно перехода имущества им после смерти истца. В то время истец не понимала разницы между дарением и завещанием. Была уверена, что подписала завещание и для О.. В начале ДД.ММ.ГГГГ года истец, взяв лупу и подключив дополнительное освещение, наконец, прочитала текст документа, подписанного ей ДД.ММ.ГГГГ, из содержания которого поняла, что не только лишена права собственности на свое жилье при жизни, но за ней даже не закреплено право проживания. Узнав об обмане со стороны членов семьи своего племянника, истец потребовала вернуть ей жилье. Обещая выполнить волю истца, усыпляя ее бдительность, ФИО3 пригласил истца ДД.ММ.ГГГГ к нотариусу ФИО10 для подписания доверенности на его имя, которым истец, оказывается, доверила ему подготовить документы для дарения и подарить ФИО6 принадлежащую ей на праве собственности 

<

адрес>, расположенную по адресу: РБ, 

<

адрес>, и даже быть ее представителем в органах по регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним и т.д. Нотариус не имел права выдавать доверенность такого содержания от имени истца, так как она уже не была собственником спорного жилья с ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 со своим обанкротившимся супругом выехала в Москву, а ее родители до ДД.ММ.ГГГГ навещали истца 1 раз в месяц, 2 раза в год привозили суп. ДД.ММ.ГГГГ спорную квартиру затопило, о чем истец сообщила по телефону ответчикам, просила их приехать и помочь, так как из-за глаукомы и болезни сердца не может наклоняться и осуществлять уборку. Но они не приехали, ей помогли соседи. ДД.ММ.ГГГГ истца обокрали, однако от ответчиков не получила никакой помощи, хотя она их просила приехать и разобраться. На ее очередное требование в ДД.ММ.ГГГГ к ФИО3 вернуть единственное жилье, он, находясь в нетрезвом состоянии, ответил отказом, ссылаясь на высказывание своей супруги о том, что истцу уже осталось жить всего год. После такого диалога с племянником истец сменила замок во входной двери и обратилась к адвокату, которая, получив выписку из Росреестра, представила информацию о том, что квартира подарена ФИО6 своей матери - ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ. 

Истец ФИО1, представитель истца по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали. 

Ответчик ФИО3, представитель ответчика по доверенности ФИО4 возражали в удовлетворении исковых требований, указав на то, что истец сама хотела подарить квартиру ФИО6, они обещали за ней ухаживать, от ухода за ней не отказывались, помогали ей.

Ответчики ФИО5, ФИО6 в суд не явились, извещены надлежаще, обратились с заявлением о рассмотрении дела в их отсутствие.

Обсудив возможность рассмотрения дела в отсутствие неявившихся участников, выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В силу п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п.п.1, 2 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Согласно п.1. ст.178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По смыслу ст. 178 ГК РФ заблуждение относительно условий сделки, ее природы должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Исходя из положений статей 167, 178,572 ГК РФ юридически значимыми обстоятельствами для вывода о состоявшемся договоре дарения является действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

В силу п. 6 ст. 178 ГПК РФ, если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом ст. 167 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 ст. 167 ГПК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Судом установлено, что истцу ФИО1 на праве собственности принадлежала однокомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 

<

данные изъяты> кв. м. 

По договору дарения, заключенному ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 (даритель) безвозмездно передала в дар вышеуказанную квартиру в собственность ФИО6 (одарямый). 

В дальнейшем ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 по договору дарения подарила вышеуказанную квартиру ФИО5. Право собственности ответчика на спорное жилое помещение зарегистрировано в установленном законом порядке.

Согласно объяснениям истца ФИО1, подписывая документ ДД.ММ.ГГГГ, она полагала, что составляет завещание в пользу дочери племянника ФИО3 - ФИО6, также как ранее составляла завещание в пользу другой его дочери – А.Л.П., полагала, что квартира перейдет к племяннице после ее смерти, а до смерти родственники обеспечат ей надлежащий уход и заботу, поскольку она в преклонном возрасте, одинока и нуждается в постороннем уходе. Суть договора ей никто не разъяснил, а прочесть его без лупы и дополнительного освещения в силу заболевания глаз она не могла.

Доводы истца подтверждаются показаниями опрошенного в судебном заседании свидетеля Ю.Д.С. подтвердившего, что ФИО1 в силу возраста и физического состояния нуждается в посторонней помощи, он помогает ей покупать продукты и по дому. Квартира требует ремонта. Ответчиков он не видел, со слов ФИО1 ему известно, что у них была ссора. 

Свидетель И.И.А. также подтвердила, что ФИО1 требуется помощь, свидетель посещает ее 2-3 раза в месяц, выполняет поручения по дому, ответчиков в квартире истца не видела. Квартира находится в ненадлежащем состоянии, что видно также из представленных фотографий жилого помещения.

Из представленных истцом медицинских документов, датированных в ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ФИО1 страдает глаукомой, вторичной катарактой глаз. Также состоит на учете в поликлиннике с диагнозом Ишемическая болезнь сердца, Постинфарктный кардиосклероз от ДД.ММ.ГГГГ, Гипертоническая болезнь.

Из объяснений истца также следует, что о договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ ей стало известно в начале ДД.ММ.ГГГГ, после прочтения догвоора она поняла, что осталась без единственного жилья. Для внесения в договор дарения условия о сохранении за ней права пожизненного проживания и осуществления за ней ухода, она выдала племяннику ФИО3 нотариальную доверенность от ДД.ММ.ГГГГ, однако он не выполнил ее просьбу, уверив ее об обратном.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что возраст ФИО1 – на день заключения договора и выдачи доверенности для внесения изменений в него 75 лет – свидетельствует о ее нуждаемости в постороннем уходе и может обуславливать договоренность о получении ухода в обмен на дарение принадлежащей ей квартиры.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании не отрицал, что квартира была подарена его дочери с условием постоянного ухода за истцом. 

Таким образом, осуществляя дарение, истец заблуждалась относительно природы совершаемой сделки: фактически она предполагала о ее возмездном характере, надеясь получить поддержку в старости и надлежащий уход.

Доводы ответчика о том, что они помогали истцу, истец же сменила замок и сама отказывается от их помощи, не противоречат позиции истца о том, что заключая договор дарения, она при этом предполагала встречное обязательство ответчика ухаживать за ней до самой смерти. Также из приведенных пояснений следует, что, заключая договор дарения, истец имела ввиду передачу права собственности на квартиру после своей смерти, что подтверждается также тем, что до настоящего времени она проживает в своей квартире, оплачивает коммунальные услуги, ответчик в квартиру не вселялась.

Учитывая изложенное, имеются основания для признания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, недействительным.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в абз. 6 и 7 п. 3.1 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 6-П "По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан М.О.М., А.В.Н,, З.А.С., С.Р.М. и Ш.В.М.", поскольку добросовестное приобретение в смысле статьи 302 ГК РФ возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация). Следовательно, права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ (последствия недействительности сделки в виде двусторонней реституции). Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Истец просит истребовать имущество - квартиру по адресу: 

<

адрес>, из чужого незаконного владения последнего приобретателя ФИО5

В соответствии с п.п.1, 2 ст.302 Гражданского кодекса РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

Учитывая, что спорное недвижимое имущество выбыло из владения собственника ФИО1 по сделке, имеющей порок воли дарителя, и приобретено ответчиком ФИО5 по безвозмездной сделке, то имеются указанные выше законные основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 об истребовании имущества из чужого незаконного владения. При этом вопрос о добросовестности приобретателя правового значения для разрешения дела не имеет и вынесение решения по исковому требованию ФИО1 о признании ФИО5 недобросовестным приобретателем не требуется.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности при обращении в суд с иском.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом ФИО1 срока исковой давности для обращения в суд с данным иском.

Согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как указано выше, о заключении договора дарения и его условиях истцу стало известно в начале ДД.ММ.ГГГГ. Однако из обстоятельств дела следует, что ответчик ФИО3 обещал истцу внести изменения в условия договора дарения, включив в него сохранение права постоянного проживания ФИО1 в квартире и встречное обязательство одаряемой об осуществлении ухода за дарителем, для чего ДД.ММ.ГГГГ ему была выдана нотариальная доверенность с правом заключения договора дарения и внесения изменений в правоустанавливающие документы на квартиру.

Между тем наличие встречного обязательства одаряемого противоречит природе сделки дарения, которая носит безвозмездный характер, и возможность внесения такого условия в договор дарения путем заключения дополнительного соглашения заведомо исключена, о чем истец не знала, поскольку заблуждалась в природе сделки, а исходя из поведения ответчика, который до ДД.ММ.ГГГГ оказывал ей помощь, полагалась на исполнение им данного обещания.

При таком положении суд считает, что истец, узнав в ДД.ММ.ГГГГ о заключении договора дарения, а не завещания, согласилась на его сохранение при условии внесения в него изменений в виде права постоянного проживания в квартире и встречного обязательства осуществления за ней ухода до самой смерти, а в отсутствие таковых не стала бы отчуждать единственное жилье.

Учитывая возраст истца (82 года), ее зависимое положение, поведение ответчика, дававшее ей основание полагать о заключении договора дарения на условиях встречного обязательства по уходу за ней, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения ходатайства истца о восстановлении срока исковой давности для обращения с иском о признании сделки дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

О переходе прав на квартиру к ответчику ФИО5 истец узнала при обращении к адвокату после конфликта с ответчиком в начале ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ адвокатом была получена выписка из ЕГРН о зарегистрированных правах на квартиру, откуда истцу стало известно последующей сделке дарения квартиры в пользу ФИО5 С настоящим иском ФИО1 обратилась ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для истребования имущества из чужого незаконного владения являются необоснованными. 

Руководствуясь ст.ст. 193-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к ФИО5, ФИО3, ФИО6 о признании договора дарения недействительным, истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО1 и ФИО6.

Истребовать квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, из чужого незаконного владения ФИО5 в собственность ФИО1.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Орджоникидзевский районный суд г. Уфы РБ.

Судья Г.З. Фахрисламова