Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

п. Забайкальск 

27 июня 2019 года 

Забайкальский районный суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Дёминой Н.В.,

при секретаре Дондоковой А.Б.,

с участием старшего помощника прокурора Забайкальского района Каевич Д.В.,

материального истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании прав по должности,

представителя ответчика адвоката Попова Д.И., действующего на основании ордера от 06.05.2019 г. № 221822,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-126/19 по иску и.о. прокурора Забайкальского района в защиту трудовых прав ФИО1 к Забайкальскому районному потребительскому кооперативу (далее Забайкальский РПК) о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, 

установил:

И.о. прокурора Забайкальского района обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что ФИО1 с 01.12.2011 г. по 21.08.2018 г. работала в Забайкальском РПК. Приказом от 21.08.2018 г. № 4 она уволена с должности пекаря в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. 

Согласно действующему законодательству с 01.01.2018 г. минимальный размер оплаты труда составлял 9 849 руб., с 01.05.2018 г. – 11 163 руб. С учетом районного коэффициента (1,4) окончательный размер заработной платы работника, полностью отработавшего норму рабочего времени и выполнившего нормы труда, с 01.01.2018 г. должен быть не ниже 13 284 руб. 60 коп., а с 01.05.2018 г. – не ниже 15 628 руб. Вместе с тем, в спорный период времени ФИО1 начислялась заработная плата значительно ниже минимального размера оплаты труда. Однако в производстве перерасчета истице было отказано. Сумма задолженности по выплате заработной платы составляет 47 596 руб. 81 коп. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 11, 21, 22, 130, 133 ТК РФ, ст. 1 Федерального закона от 19.06.2000 г. № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда», прокурор просил суд взыскать с ответчика в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 47 596 руб. 81 коп., а также компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб. 

В ходе производства по делу прокурор неоднократно уточнял заявленные требования, изложив их в окончательной редакции следующим образом: «Взыскать с ответчика в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 55 813 руб. 74 коп., а также компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

В судебном заседании старший помощник прокурора Каевич Д.В. исковые требования с учетом уточнений поддержал и суду дал пояснения аналогичные вышеописанным, дополнив, что поскольку на предприятии не были установлены нормы труда, за таковые необходимо считать те заказы, которые в течение рабочей смены выполняла ФИО1 Таким образом, ФИО1 выполняла в полном объеме как норму рабочего времени, так и нормы труда, а следовательно ее заработная плата не могла быть ниже минимального размера оплаты труда с учетом коэффициентов. Поскольку ответчиком допущено нарушение трудовых прав работника, с Забайкальского РПК подлежит взысканию компенсация морального вреда, который презюмируется трудовым законодательством. Относительно пропуска срока исковой давности пояснил, что стороной истца установленные сроки для обращения в суд с иском о защите трудовых прав не пропущены, поскольку первоначально иск был предъявлен в Забайкальский районный суд в январе 2019 г., однако был оставлен судом без движения, а позже возвращен в прокуратуру, повторно исковое заявление направлено в суд в марте 2019 г. 

Материальный истец ФИО1 позицию прокурора поддержала и суду пояснила, что при трудоустройстве на работу ей было известно о принятой на предприятии системе оплаты труда, она знала, что от количества произведенной продукции зависит размере ее заработной платы. Она не помнит, чтобы до ее сведения доводились принятые на предприятии нормы труда. Допускает, что акт об отказе от подписания об ознакомлении с распоряжением, которым вводились нормы труда, был изготовлен позже. Однако не отрицает, что в 2017 г. она неоднократно отказывалась от подписания об ознакомлении с локальными актами работодателя. Также указала, что ее работа строилась по заказам, которые она принимала в конце предыдущей смены, так было заведено на предприятии с момента ее трудоустройства. О том, что она не должна производить продукцию в большем объеме, чем было заказано, ее никто не предупреждал, это ее субъективное желание, т.к. она полагала, что заказчикам должна поступать свежая выпечка. Сбыт готовой продукции в ее должностные полномочия не входил. В процессе производства работодатель обеспечивал ее необходимым сырьем, сбои в поставка случались, но они носили кратковременный характер, быстро разрешались руководством. Также пояснила, что изначально ее устраивала заработная плата, однако позже ей прекратили производить доплату за заведование пекарней, за работу в выходные дни, за ночные смены. Указав при этом, что в спорный период времени она работала строго по трафику, ночных смен не было, как и работы в выходные и праздничные дни. 

Представитель ответчика ФИО2 в зале суда просила требования ФИО1 оставить без удовлетворения, пояснив, что истица работала по сдельной системе оплаты труда, на что указано, в том числе, и в трудовом договоре. Распоряжением от 03.10.2017 г. для пекарей введены нормы выработки продукции в течение рабочей смены. Истица была ознакомлена с данным распоряжением, однако отказалась от его подписания, о чем был составлен соответствующий акт. Поскольку она с данными нормами не согласилась, 04.10.2017 г. для бухгалтерии было издано распоряжение, о том, что ФИО1 выплату заработной платы производить по фактическому объему продукции. Сведения о количестве выработанной в течение месяца продукции в бухгалтерию предоставляла лично ФИО1 При сдельной системе оплаты труда размер заработной платы зависит от производительности труда работника, доначисления до уровня минимального размера оплаты труда не производятся. При утверждении норм выработки работодатель исходил из спроса на продукцию, реальные возможности производства. При выполнении установленных норм заработная плата пекаря превышала бы минимальный размер оплаты труда с коэффициентами. Ссылка стороны истца на работу по заказам несостоятельна, поскольку вопросы сбыта пекаря не касаются. Также ФИО2 заявила о пропуске срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, поскольку ч. 2 ст. 392 ТК РФ устанавливает возможность обращения в суд с иском о невыплате или неполной выплате заработной платы в течение года, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих прав. Предъявляя требования о доначислении заработной платы, истец заявляет период с января 2018 г., при этом иск в суд предъявлен в марте 2019 г. Стороной истца не представлено в суд доказательств причинения нравственных или физических страданий. 

Представитель ответчика адвокат Попов Д.И. позицию ФИО2 поддержал и суду дал аналогичные объяснения, дополнив, что ведение работодателем табеля учета рабочего времени не может свидетельствовать о сложившейся на предприятии системы оплаты труда по окладу. Также указал, что прокурор не вправе был обращаться с таким иском в интересах ФИО1, поскольку уровень образования, возраст последнее позволяли ей самостоятельно обратиться в суд за защитой своих прав. Европейский суд неоднократно указывал о недопустимости произвольного вмешательства государственных органов в процесс судопроизводства.

Представитель ответчика адвокат Пляскин Д.И. в судебное заседание не явился, в связи с занятостью. Сторона ответчика не возражала против рассмотрения дела в его отсутствие. 

В предыдущем судебном заседании адвокат Пляскин Д.И. поддержал позицию представителя ответчика ФИО2 

Изучив материалы дела, выслушав представителя стороны, представителей, свидетелей, суд приходит к следующему:

Охрана труда и установление гарантированного минимального размера его оплаты относятся к основам конституционного строя в Российской Федерации (ч. 2 ст. 7 Конституции Российской Федерации).

Конституцией Российской Федерации закреплено право каждого на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации).

Конституция Российской Федерации гарантирует также равенство прав и свобод человека и гражданина и устанавливает, что права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием (ст. 18, ч. 2 ст. 19 Конституции Российской Федерации).

В качестве основных принципов регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) указаны запрет дискриминации в сфере труда, равенство прав и возможностей работников, право каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Во исполнение данных принципов на работодателя возложена обязанность обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности (ст. 22 ТК РФ).

В соответствии со ст. 129 названного кодекса, заработной платой (оплатой труда работника) признается вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, 

Согласно ст. 135 этого же кодекса, заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (часть первая).

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть вторая).

Статьей 130 ТК РФ величина минимального размера оплаты труда в Российской Федерации включена в систему основных государственных гарантий по оплате труда работников.

В соответствии со ст. 133 названного кодекса, минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом (часть первая), при этом месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда (часть третья), а согласно части второй ст. 133.1 этого же кодекса размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом.

Месячная заработная плата работника, работающего на территории соответствующего субъекта Российской Федерации и состоящего в трудовых отношениях с работодателем, в отношении которого региональное соглашение о минимальной заработной плате действует в соответствии с частями третьей и четвертой статьи 48 настоящего Кодекса или на которого указанное соглашение распространено в порядке, установленном частями шестой - восьмой настоящей статьи, не может быть ниже размера минимальной заработной платы в этом субъекте Российской Федерации при условии, что указанным работником полностью отработана за этот период норма рабочего времени и выполнены нормы труда (трудовые обязанности) (часть 11 статьи 133.1).

Конкретная сумма минимальной оплаты труда на соответствующий период устанавливается ст. 1 Федерального закона от 19 июня 2000 г. № 82-ФЗ "О минимальном размере оплаты труда" (с последующими изменениями) в едином размере для всей Российской Федерации без учета каких-либо особенностей климатических условий, в которых исполняются трудовые обязанности работников.

Частью второй ст. 146 ТК РФ установлено, что труд работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями, оплачивается в повышенном размере.

В соответствии со ст. 148 этого же кодекса, порядок и размер оплаты труда на работах в местностях с особыми климатическими условиями устанавливаются трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Судом установлено, что распоряжение от 01.12.2011 г. № 80 ФИО1 принята на работу в Забайкальский РТП на должность заведующей хлебопекарни с 01.12.2011 г. с оплатой труда согласно штатному расписанию (т. 1 л.д. 23). 01.12.2011 г. с ФИО1 заключен трудовой договор, из содержания которого следует, что оплата труда производится по расценкам, стоимость одной единицы продукции приведена в п. 1.7 договора. 

В штатном расписании указано, что оплата труда пекаря производится согласно расценкам (т. 1 л.д. 28-29).

Согласно п. 9.1.2 Правил внутреннего трудового распорядка Забайкальского РПК, работникам при сдельной оплате труда устанавливаются нормы выработки и расценки за единицу продукции (т. 1 л.д. 180-189). 

Распоряжением от 21.09.2017 г. № 23 ФИО1 отстранена от должности заведующей пекарни до составления акта по результатам ревизии от 04.09.2017 г. До составления акта переведена на должность лепщика в цех полуфабрикатов Забайкальского РПК (т. 1 л.д. 20), акт об отказе от подписания распоряжения (т. 2 л.д. 21).

В дополнительном соглашении от 03.10.2017 г. указано, что работник принимается на работу пекарем, работа восьмичасового рабочего дня с 7-00 час. до 16-00 час. с перерывом на обед с 12-00 до 13-00 час. выходные дни: суббота, воскресенье. Заработная плата работнику установлена согласно следующим расценкам:

- хлеб в/с за 1 кг. – 1,50 руб. + 40% районный коэффициент + 30% за стаж,

- хлеб 1 сорт за 1 кг. – 1,70 руб. + 40% районный коэффициент + 30% за стаж,

- булочки за 1 кг. - 7,00 руб. + 40% районный коэффициент + 30% за стаж,

- батон за 1 шт. – 7,00 руб.,

-пирог рыбный за 1 шт. – 10 руб.,

- пирог с повидлом – 10 руб.

Производить доплату: за ведение производственных отчетов – 1 000 руб., за уборку производственных помещений – 1 000 руб. (т. 1 л.д. 84). Указанное распоряжение истицей подписано без замечаний. 

Приказом (распоряжением) от 21.08.2018 г. № 4 истица уволена с должности пекаря в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (т. 1 л.д. 25). 

Из выписки из книги заработной платы следует, что заработная плата ФИО1 в спорный период времени составляла: 

Январь 2018 г. – начислено 6 487,80 руб., выплачено 4 411,53 руб.;

Февраль 2018 г. – начислено 8 001,29 коп., выплачено 2 624,15 руб.;

Март 2018 г. – начислено 7 282,28 руб., выплачено 3 665,85 руб.;

Апрель 2018 г. – начислено 10 569,75 руб., выплачено 3 186,00 руб.;

Май 2018 г. – начислено 7 484,80 руб., выплачено 4 383,00 руб.;

Июнь 2018 г. – начислено 7 594, 70 руб., выплачено 3 547,00 руб.;

Июль 2018 г. – начислено 5 014,57 руб., выплачено 3 391,00 руб.

Выплата произведена с учетом удержания налога, профсоюзного взноса, по исполнительному документу (т. 1 л.д. 33). 

Таким образом, заработная плата ФИО1 в спорный период времени была значительно ниже минимального размера, который с 01.01.2018 г. составлял без учета коэффициентов 9 849 руб., с 01.05.2018 г. – 11 163 руб.

Вместе с тем, из представленных в деле доказательств следует, что заработная плата пекаря Забайкальского РПК в спорный период времени являлась сдельной, на что указано в трудовом договоре, штатном расписании, Правилах внутреннего трудового распорядка. Данное обстоятельство не отрицалось и истицей ФИО1, которая в ходе судебного разбирательства неоднократно указывала, что с момента трудоустройства ей было об этом известно, она осознавала, что оплата осуществляется за фактически изготовленную ею продукцию.

В силу ч. 2 ст. 150 ТК РФ, при выполнении работником со сдельной оплатой труда работ различной квалификации его труд оплачивается по расценкам выполняемой им работы. При этом при сдельной оплате труда заработок начисляется работнику по конечным результатам его труда, в основу расчета которого берется сдельная расценка, которая представляет собой размер вознаграждения, подлежащего выплате работнику за изготовление им единицы продукции или выполнение определенной операции. 

Согласно части 1 статьи 160 ТК РФ, нормы труда - нормы выработки, времени, нормативы численности и другие нормы - устанавливаются в соответствии с достигнутым уровнем техники, технологии, организации производства и труда.

Распоряжением от 03.10.2017 г. № 19 пекарю ФИО1 была установлена норма выработки хлебобулочных изделий в смену:

- хлеб в/с (0,65 гр) – 90 булок,

- хлеб черный Бородинский – 20 булок,

- булочная мелочь – 50 шт.,

-батон – 20 шт., 

- пирожки печенные – 50 шт., 

- пицца – 20 шт.,

- пирог рыбный – 6 шт.,

- пирог с повидлом – 6 шт.,

- сосиска в тесте – 30 шт.,

- тесто – 6 кг.

Ознакомившись с данным распоряжением, ФИО1 от подписания отказалась (т. 1 л.д. 85), в связи с чем был составлен акт (т. 1 л.д. 86). 

Учитывая, что согласно части 2 статьи 74 ТК РФ, о предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено указанным кодексом, суд считает, что поскольку нормы труда введены распоряжением от 03.10.2017 г., они не ухудшали положение работника по сравнению с установленным коллективным договором, соглашениями (часть 8 статьи 74 ТК РФ), требования предъявлены о взыскании недоначисленной заработной платы за период с января 2018 г., установленные на предприятии нормы выработки действовали в спорный период и, по скольку ФИО1 своего несогласия с введением норм не выразила, в установленном порядке их не обжаловала, продолжила трудовую деятельность на предприятии, соответственно она приняла данные нормы, а значит и была обязана их выполнять. 

При этом суд не может согласиться с позицией истицы о том, что она допускает возможность издания распоряжения от 03.10.2017 г. № 19, после ее обращения в правоохранительные органы, поскольку они опровергаются показаниями свидетеля ФИО3

Так свидетель 

<

данные изъяты> пояснила, что кадровую работу в Забайкальском РПК ведет она, поэтому ей известно, что ФИО1 с распоряжением о введении норм выработки ознакомилась, прочитав его, однако отказалась поставить свою подпись в графе «ознакомлена» (т. 1 л.д. 196). Кроме того, свидетель ФИО3 пояснила, что нормы выработки были рассчитаны, исходя из потребности рынка. 

Кроме того, суд считает, что доводы стороны истца о том, что количество продукции определялось по заявкам, суд считает несостоятельными, поскольку сбыт продукции в должностные обязанности пекаря не входит, указание на запрет производства продукции сверх заказов в локальных актах не зафиксированы, ФИО1 к дисциплинарной ответственности по данным фактам не привлекали.

Показания свидетеля 

<

данные изъяты>., являющейся родной сестрой истицы, об отсутствии на предприятии норм выработки, суд оценивает как желание помочь родственнице.

Из представленных в материалах дела отчетах ФИО1 о количестве произведенной ею в спорный период времени продукции, из которых ей производилось начисление заработной платы, следует, что установленные на предприятии нормы истицей не выполнялись (т. 1 л.д. 91-97). Данные расчеты выполнены истицей, указанные в них сведения истицей не оспаривались. Сравнительный анализ установленной нормы и фактически произведенного количества по каждому виду продукции содержится в протоколе заседания по рассмотрению представления прокурора от 13.02.2019 г. № 1 (т. 1 л.д. 43 об.). 

Из пояснения истицы следует, что необходимые условия труда работодателем были созданы, перебои в поставке сырья были кратковременными и решались в штатном режиме, простоя производства не было. 

На основании изложенного, суд не усматривает оснований для удовлетворения заявленных требований. При этом, оценивая распоряжение от 04.10.2017 г. № 20 о производстве оплаты труда ФИО1 в соответствии с фактическим объемом выполненной работы (т. 1 л.д. 103), суд считает, что данное распоряжение не отменяет собой распоряжение от 03.10.2017 г. № 19.

Довод прокурора о том, что введение табеля учета рабочего времени является доказательством того, что рабочий день пекаря был нормированным, а значит оплата труда на предприятии производилась исходя из должностных окладов, суд считает несостоятельным. Несмотря на то, что при сдельной оплате труда размер заработной платы напрямую не зависит от количества фактически отработанных часов, а определяется по итогам выполненной работы, трудовое законодательство в гл. 15 - 16 ТК РФ ограничивает продолжительность рабочего времени.

В силу ч. 4 ст. 91 ТК РФ работодатель обязан вести учет рабочего времени, фактически отработанного каждым работником. Приведенная норма не содержит никаких исключений, поэтому обязательна для применения и в отношении работников-сдельщиков.

Рассматривая заявление представителя ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд за разрешением трудового спора, суд приходит к следующему. 

Часть вторая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм (п. 4 ст. 2, ст. 4 Федерального закона № 272-ФЗ от 03.07.2016 г.) 

Прокурором в суд предъявлен иск о взыскании в пользу ФИО1 задолженности по заработной плате за период с января 2018 г. по июль 2018 г. Заработная плата в Забайкальском РПК выплачивается до 10 – го числа месяца, следующего за отработанным. Таким образом, уже 11 февраля 2018 г. истице было известно о нарушении ее прав, однако в суд прокурор в интересах ФИО1 обратился только 13.03.2019 г., то есть с пропуском установленного ст. 392 ТК РФ годичного срока по взысканию заработной платы за январь, февраль 2018 г. При этом суд считает неубедительным довод прокурора о том, что указанное заявление первоначально предъявлялось в суд в январе 2018 г., но было оставлено судом без движения, а в дальнейшем возвращено в прокуратуру, поскольку данное обстоятельство не имеет правового значения при разрешении вопроса о пропуске срока исковой давности, т.к. рассматриваемое заявление в производство Забайкальского районного суда поступило только 13.03.2019 г. 

Пропуск срока для обращения в суд при отсутствии уважительных причин, согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Аналогичное правило сформулировано в ч. 2 ст. 199 ГК РФ, согласно которой истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В то же время суд не может согласиться с доводами стороны ответчика об отсутствии у прокурора права на обращение в суд с рассматриваемым иском, поскольку в силу своего возраста, образования ФИО1 была в состоянии самостоятельно обратиться в суд за защитой нарушенных прав. 

Так, согласно п. 3 ст. 35 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации", прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

В силу ч. 1 ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений; защиты семьи, материнства, отцовства и детства; социальной защиты, включая социальное обеспечение; обеспечения права на жилище в государственном и муниципальном жилищных фондах; охраны здоровья, включая медицинскую помощь; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; образования.

Таким образом, прокурор в данном случае действовал в соответствии с прямым указанием закона, не нарушая при этом интересов стороны ответчика. 

Учитывая, что судом не установлено нарушение трудовых прав истца, оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда также не имеется. 

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

Р Е Ш И Л

Исковые требования и.о. прокурора Забайкальского района в защиту трудовых прав ФИО1 к Забайкальскому районному потребительскому кооперативу (далее Забайкальский РПК) о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Мотивированное решение изготовлено 28 июня 2019 г.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Забайкальский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Забайкальского районного суда Н.В. Дёмина