Решение

 в окончательном виде составлено 29 июля 2021 года 

66RS0051-01-2021-001718-81

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Серов 22 июля 2021 года

Серовский районный суд Свердловской области в составе 

председательствующего Петуховой О.И., 

с участием помощника Серовского городского прокурора Звягинцева Д.В.

при секретаре судебного заседания Илюшиной Ж.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1455/2021 по иску ФИО1 к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Свердловской области о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителей ответчика ФИО3, ФИО4, ФИО5

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Серовский районный суд Свердловской области с исковым заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Свердловской области о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула.

В обосновании требований указано, что с 24.02.2015 он работал в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Свердловской области в должности ведущего специалиста-эксперта отдела общего обеспечения (специалиста по безопасности). С 28.05.2021 приказом № от 28.05.2021 он был уволен с формулировкой причины увольнения «по собственному желанию». Считает увольнение незаконным по причине того, что начальником Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Свердловской области ФИО4 было оказано в отношении него психологическое давление, неоднократно поступали предложения уволиться, предпринимались действия по принуждению к превышению должностных полномочий, проведению необоснованных проверок в отношении работников инспекции с целью дальнейшего их увольнения. Кроме того, 26.05.2021 ФИО4 потребовала в нарушение его конституционных прав участия в праймериз (предварительном голосовании на сайте партии «Единая Россия»), на что им был дан отказ. После чего ФИО4 сказала, что с этим нужно бороться и предложила уволиться. Кроме того, ФИО4 требовала проводить проверки в отношении госслужащих без имеющихся на то оснований. Также в беседе ФИО4 утверждала, что в инспекции постоянно происходят кражи, о которых ему не было известно, чем пыталась вызвать сомнение в его профессиональной пригодности. На основании чего считает, что его волеизъявление об увольнении по собственному желанию было вынужденным, т.к. на него оказывалось психологическое воздействие со стороны непосредственного начальника ФИО4, а также неоднократно поступали требования об увольнении. Намерений увольняться у него не было, взысканий за время службы никогда не имел, неоднократно поощрялся. В данном случае мотивом послужил отказ превысить должностные полномочия и связанное с этим требование об увольнении. Кроме того, просил учесть, что у него на иждивении находится пятеро несовершеннолетних детей, в настоящее время он не имеет возможности найти достойную работу и находится без средств к существованию. Просит восстановить его на работе в указанной должности и взыскать заработную плату за время вынужденного прогула в размере среднего заработка.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали по доводам, изложенным в иске. Истец ФИО1 дополнительно пояснил, что 28.05.2021 он написал заявление об увольнении по собственному желанию у себя в кабинете без какого-либо давления, в этот момент в кабинете никто не присутствовал, после чего отнес его начальнику. Начальник инспекции ФИО4 сказала, что уволит с отработкой, на что он пояснил, что у него пятеро детей и он имеет право уволиться без двухнедельной отработки, после чего дата увольнения с 28.05.2021 была согласована начальником. Также с ним разговаривал заместитель начальника инспекции ФИО6, который предлагал подумать над тем, чтобы остаться и забрать заявление, но он все равно принял решение уволиться, поскольку решил, что поддержки от УФНС по Свердловской области все равно не будет.

Представители ответчика Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Свердловской области ФИО3, ФИО4, ФИО5 в судебном заседании просили в удовлетворении исковых требований отказать. В письменном отзыве на исковое заявление указано, что ФИО1 проходил государственную гражданскую службу в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Свердловской области по служебному контракту № от 24.02.2015 в должности ведущего специалиста-эксперта отдела общего обеспечения, на основании приказа о назначении на должность государственной гражданской службы от 24.02.2015 №. Область профессиональной служебной деятельности ФИО1 согласно должностному регламенту: обеспечение деятельности государственных органов; обеспечение национальной безопасности укрепление государственной границы; регулирование государственной гражданской и муниципальной службы. Ведущий специалист-эксперт непосредственно подчиняется начальнику инспекции и начальнику отдела общего обеспечения. В оперативном (специальном) порядке подчиняется начальнику отдела безопасности Управления. 28.05.2021 ФИО1 на имя начальника инспекции ФИО4 было подано заявление об увольнении его по собственному желанию с 28.05.2021 без двухнедельной отработки. На основании данного заявления служебный контракт № 240 от 24.02.2015 был расторгнут и ФИО1 был уволен с государственной гражданской службы Российской Федерации 28.05.2021. Из содержания приложенной в обосновании своих требований истцом к исковому заявлению аудиозаписи следует, что ФИО1 был вызван в кабинет начальника инспекции ФИО4 по вопросу взятия объяснения с сотрудника ФИО11, в связи с поступившей информацией в налоговый орган о сдаче ею в аренду квартиры. По результатам изучения записи следует, что ответы ФИО1 носили характер, приведший к конфликту, касающихся должностных обязанностей ФИО1 и их исполнения. В ходе разговора, перешедшего в конфликт, спровоцированный ФИО1, проводившим аудиозапись, в эмоциональном состоянии руководителем инспекции были высказаны предложения об увольнении ФИО1 с должности специалиста по безопасности. Из представленной аудиозаписи не усматривается психологического давления на него, в том числе с целью увольнения. Иных доказательств, подтверждающих принуждение его к увольнению, ФИО1 не представлено. Достоверных и достаточных доказательств, свидетельствующих об оказании работодателем давления на истца при подаче им заявления об увольнении, не представлено. С приказом об увольнении по собственной инициативе гражданского служащего истец ознакомлен лично, возражений в приказе не отражено. После издания приказа об увольнении истец на работу не выходил. Представитель ответчика ФИО4 дополнительно пояснила, что утром 28.05.2021 ФИО1 пришел к ней в кабинет с заявлением об увольнении по собственному желанию, она вызвала начальника общего отдела ФИО12, в ее присутствии она спросила у истца, хорошо ли он подумал, он ответил: «да». На ее вопрос, нашел ли он работу, истец ответил: «не ваше дело», на вопрос «не измените решение?», ответил: «нет», по поводу двухнедельной отработки пояснил, что имеет право уволиться без отработки. До конца рабочего дня 28.05.2021 ждали, что истец отзовет свое заявление.

Суд, заслушав истца, представителя истца, представителей ответчика, допросив свидетелей, заключение прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, оценив доказательства по делу, на предмет их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, пришел к следующим выводам. 

В силу положений ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации на государственных служащих и муниципальных служащих действие трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, распространяется с особенностями, предусмотренными федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации о государственной службе и муниципальной службе.

Отношения, связанные с поступлением на государственную гражданскую службу Российской Федерации, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) федерального государственного гражданского служащего и государственного гражданского служащего субъекта Российской Федерации, являются предметом регулирования Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (статья 2).

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 33 Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» общим основанием прекращения служебного контракта, освобождения от замещаемой должности гражданской службы и увольнения с гражданской службы является расторжение служебного контракта по инициативе гражданского служащего (статья 36 настоящего Федерального закона).

Согласно положениям ст. 36 гражданский служащий имеет право расторгнуть служебный контракт и уволиться с гражданской службы по собственной инициативе, предупредив об этом представителя нанимателя в письменной форме за две недели. В случае, если заявление гражданского служащего о расторжении служебного контракта и об увольнении с гражданской службы по собственной инициативе обусловлено невозможностью продолжения им исполнения должностных обязанностей и прохождения гражданской службы (зачислением в организацию, осуществляющую образовательную деятельность, выходом на пенсию, переходом на замещение выборной должности и другими обстоятельствами), а также в случае установленного нарушения представителем нанимателя законов, иных нормативных правовых актов и служебного контракта представитель нанимателя обязан расторгнуть служебный контракт в срок, указанный в заявлении гражданского служащего. До истечения срока предупреждения о расторжении служебного контракта и об увольнении с гражданской службы гражданский служащий имеет право в любое время отозвать свое заявление.

В соответствии с п. 1 ст. 23 Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», служебным контрактом признается соглашение между представителем нанимателя и гражданином, поступающим на гражданскую службу, или гражданским служащим о прохождении гражданской службы и замещении должности гражданской службы. Служебным контрактом устанавливаются права и обязанности сторон. С учетом последнего служебный контракт, прежде всего соглашение между представителем нанимателя и гражданином, поступающим на гражданскую службу, основанное на добровольном волеизъявлении участников трудовых правоотношений, при котором добросовестность заключивших его лиц предполагается.

Расторжение служебного контракта по собственному желанию (ст. 36 Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации») является реализацией гарантированного гражданскому служащему права на свободный выбор труда и не зависит от воли работодателя.

Таким образом, сама по себе правовая природа права расторжения служебного контракта по п. 3 ч. 1 ст. 33 Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ, предполагает отсутствие спора между гражданским служащим и представителем нанимателя по поводу его увольнения, за исключением случаев отсутствия добровольного волеизъявления.

Согласно подп. «а» п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части 1 статьи 77, статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 проходил государственную гражданскую службу в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Свердловской области по служебному контракту № от 24.02.2015 в должности ведущего специалиста-эксперта отдела общего обеспечения, на основании приказа о назначении на должность государственной гражданской службы от 24.02.2015 №.

С ФИО1 был заключен служебный контракт № от 24.02.2015 на неопределенный срок.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на имя руководителя написал заявление об увольнении по собственному желанию с 28.05.2021.

Приказом начальника Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Свердловской области № от 28.05.2021 ФИО1 освобожден от должности ведущего специалиста-эксперта отдела общего обеспечения и уволен с государственной гражданской службы Свердловской области по собственной инициативе с 28.05.2021 по п. 3 ч. 1 ст. 33 Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации».

Из искового заявления ФИО1 следует, что заявление об увольнении он написал под давлением непосредственного руководителя – начальника Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Свердловской области ФИО4, в обосновании требований представил аудиозапись разговора от 26.05.2021, указал, что мотивом для написания заявления послужили отказ превысить должностные полномочия и требование принять участие в предварительном голосовании, а также высказанные неоднократно в его адрес начальником требования об увольнении.

С учетом позиции истца по делу юридически значимыми обстоятельствами при разрешении настоящего спора являлись обстоятельства, подтверждающие факт наличия или отсутствия волеизъявления ФИО1 на увольнение по собственному желанию.

Между тем, в материалы дела истцом ФИО1 доказательств, свидетельствующих об оказании начальником Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Свердловской области ФИО4 давления при написании заявления на увольнение по собственному желанию, не представлено.

Напротив, из пояснений истца следует, что заявлением об увольнении по собственному желанию им было написано 28.05.2021 у себя в кабинете без какого-либо давления со стороны начальника, в этот момент в кабинете никто не присутствовал.

Из показаний свидетеля ФИО6 следует, что он занимает должность заместителя начальника Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Свердловской области. 27.05.2021 он присутствовал при разговоре между ФИО1 и начальником инспекции ФИО4 Разговор был о том, что истец не выполняет свои должностные обязанности. На следующий день ФИО1 написал заявление об увольнении. Он (ФИО6) пришел в кабинет ФИО1, чтобы поговорить, предложил ему забрать заявление, но ФИО1 сказал, что все решил, что летом отдохнет, а осенью устроится на другую работу.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании показала, что работает в инспекции с 2005 года в должности старшего специалиста кадрового обеспечения. Она присутствовала при разговоре между ФИО1 и ФИО4, разговор был по рабочим моментам, никакого давления на истца не было. Заявление на увольнение истцом было написано 28.05.2021. При ней начальник инспекции ФИО4 по поводу заявления об увольнении спросила у ФИО1, подумал ли он. ФИО1 просил уволить его без отработки. После этого она позвонила в УФНС по Свердловской области устно сообщила им о том, что истец написал заявление на увольнение.

С приказом об освобождении от занимаемой должности истец был ознакомлен 28.05.2021 лично, о чем имеется его подпись, несогласия при этом не выразил, своим правом на отзыв заявления не воспользовался. После написания заявления на работу не приходил, что согласуется с действиями истца по написанию заявления об увольнении.

Исходя из положений приведенных выше норм материального права, фактических обстоятельств дела, показаний свидетелей ФИО6, ФИО13, пояснений самого истца, суд приходит к выводу о том, что заявление от 28.05.2021 об увольнении по собственному желанию истцом написано добровольно, при отсутствии давления со стороны непосредственного начальника, при этом стороны согласовали день увольнения (28.05.2021).

Доводы истца о том, что принуждением к написанию заявления явились высказывания начальника инспекции ФИО4 в ходе разговора, аудиозапись которого была исследована в судебном заседании, являются несостоятельными, поскольку разговор касался исполнения/неисполнения истцом должностных обязанностей, при этом высказывания начальника относительно отбирания истцом объяснений с сотрудников инспекции, а также принятии участия в предварительном голосовании, не исключало возможности продолжения работы ФИО1 Доказательств того, что предложения об увольнении начальником инспекции ФИО1 в ходе разговора были высказаны под угрозой тех или иных неблагоприятных последствий, не представлено.

В данной ситуации какие-либо действия ответчика не могут быть квалифицированы как принуждение истца к увольнению, поскольку доказательств того, что они были направлены на то, чтобы работник по своей инициативе расторг трудовые отношения с работодателем, отсутствуют.

Никаких относимых и допустимых доказательств нарушения трудовых прав истца ответчиком до подачи заявления, повлиявших на его решение прекратить трудовые отношения, либо в момент подачи заявления об увольнении, в материалах дела не имеется.

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194–198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Свердловской области о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Свердловский областной суд через Серовский районный суд.

Председательствующий О.И. Петухова