Дело № 2-118/17

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Прилузский районный суд Республики Коми в составе

председательствующего судьи Шишеловой Т.Л.

при секретаре Кныш Е.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании в с. Объячево

05 апреля 2017 года гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению Управление Пенсионного Фонда РФ в Прилузском районе РК (межрайонное) о признании решения незаконным и его отмене, обязании включить в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, периодов работы и срочной военной службы, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГУ УПФР в Прилузском районе РК (межрайонное) с иском о признании решения незаконным и его отмене, обязании включить в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, периодов работы. Требования мотивирует тем, что обращался к ответчику с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях». Решением от 30.12.2016г. № ему было отказано в назначении пенсии ввиду отсутствия требуемого стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера. В специальный стаж не были засчитаны оспариваемые истцом периоды с 10.01.1991г. по 23.04.1992г. – время отбывания наказания в виде исправительных работ, с 11.05.1999г. по 28.11.1999г. и с 18.01.2000г. по 01.03.2001г. – работа мастером леса в ООО «Объячевское ДОП». Не согласившись с указанным решением, ФИО1 обратился в суд с настоящим иском.

В период производства по делу заявленные требования истцом дополнены в порядке ст. 39 ГПК РФ. Также просил суд включить в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, период прохождения срочной военной службы в рядах СА с 31.10.1980г. по 30.11.1982г.

В судебном заседании заявленные требования вновь дополнены истцом. В частности, периоды работы мастером леса в ООО «Объячевское ДОП» с 11.05.1999г. по 28.11.1999г. и с 18.01.2000г. по 01.03.2001г. просит включить также в страховой стаж. При этом на удовлетворении заявленных требований с учетом дополнений истец настаивает, пояснив, что в оспариваемые периоды времени осуществлял трудовую деятельность в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера; срочную военную службу проходил в г. Владивостоке.

Представитель ответчика иск не признает по доводам, изложенным в письменном отзыве. Также указала, что период прохождения истцом срочной военной службы не может быть включен в специальный стаж Атик, поскольку данная служба не проходила в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

Заслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела в их совокупности, обозрев подлинное пенсионное дело ФИО1 и материалы наблюдательного дела № ООО «Объячевское ДОП», суд приходит к следующему.

Согласно ст. 17 Конституции РФ, в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в которой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц (ст. 55 Конституции).

19 декабря 2016 года ФИО1 обратился в УПФР в Прилузском районе РК (межрайонное) с письменным заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости по пункту 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400–ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением Управления № от 30.12.2016 года в назначении пенсии истцу было отказано в связи с отсутствием требуемого стажа, т.к. стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера определен в 15 лет 01 месяц 15 дней. При этом в специальный стаж не включены периоды с 10.01.1991г. по 23.04.1992г., с 11.05.1999г. по 28.11.1999г. и с 18.01.2000г. по 01.03.2001г., оспариваемые истцом.

Как следует из смысла ст. 37 Конституции, Российская Федерация - это социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека.

Закрепляя право каждого на социальное обеспечение при наступлении названных и иных предусмотренных законом случаев (социальных рисков), Конституция Российской Федерации вместе с тем не регулирует условия и порядок предоставления конкретных видов социального обеспечения, а также не определяет, с использованием какого организационно-правового механизма оно реализуется, - эти вопросы, как следует из статей 39 (часть 2), 71 (пункт "в"), 72 (пункты "б" и "ж" части 1) и 76 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, решаются законодателем.

С 1 января 2015 года вступил в силу Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

В силу ст. 4 Федерального закона от 28.12.2013г. № 400-ФЗ, право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации (ст. 11 вышеуказанного ФЗ)

В соответствии со ст. 14 Закона, при подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 года N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

На основании пункта 6 части 1 статьи 32 указанного Федерального закона, страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 следующим гражданам: мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет.

В соответствии с ч. 2 статьи 32 Закона РФ № 400-ФЗ, при назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктами 2, 6 и 7 части 1 настоящей статьи применяется перечень районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, применявшийся при назначении государственных пенсий по старости в связи с работой на Крайнем Севере по состоянию на 31 декабря 2001 года.

Постановлением Совмина СССР от 03.01.1983 года № 12 "О внесении изменений и дополнений в Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, утвержденный Постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967г. № 1029", в Перечень местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, начиная с 01 апреля 1992 года, включен Прилузский район Коми АССР.

Отсюда, оценивая правовые позиции сторон, суд руководствуется следующим.

Материалами дела установлено, что в период с 11.07.1990 года по 01.01.1994 года ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в качестве рабочего комплексной бригады Лопьинского лесопункта Объячевского леспромхоза. При этом местом работы истца являлся Прилузский район РК.

В ходе судебного заседания установлено, что приговором Прилузского районного народного суда Коми ССР от 26.12.1990г. ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 211 УК РСФСР и ему назначено наказание в виде 2-х лет исправительных работ по месту работы с удержанием 15% заработка в доход государства, с лишением права управлять транспортными средствами на один год.

Приговор суда вступил в законную силу 02 января 1991 года.

В силу ст. ст. 45, 50 Уголовного кодекса Российской Федерации исправительные работы являются основным видом наказания, которое отбывается осужденным в местах, определяемых органом местного самоуправления по согласованию с органом, исполняющим наказание.

Наказание в виде исправительных работ до вступления в силу Уголовного кодекса Российской Федерации устанавливалось Уголовным кодексом РСФСР (статья 27) и отбывалось осужденными, как по месту работы, так и в местах, определяемых органами, ведавшими исполнением данного вида наказания, в порядке, определяемом Исправительно-трудовым кодексом РСФСР.

По общему правилу, которое устанавливалось статьей 94 Исправительно-трудового кодекса РСФСР, время отбывания исправительных работ без лишения свободы в общий трудовой стаж осужденного не засчитывалось, о чем делалась запись в его трудовой книжке.

Однако при условии добросовестной работы и примерного поведения в период отбывания исправительных работ без лишения свободы это время могло быть включено в общий трудовой стаж лица, отбывающего наказание, на основании определения суда в порядке, который устанавливался статьей 368 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР.

В представленной суду трудовой книжке истца имеется запись № о том, что время отбывания наказания в виде исправительных работ с 01.01.1991 года по 23.04.1992 года включено в общий трудовой стаж ФИО2 на основании приговора Прилузского народного суда от 22.06.1992г.

Из представленных суду приказов по Усть-Лопьинскому лесопункту следует, что время отбывания наказания в виде исправительных работ включено в общий трудовой стаж ФИО1 (приказ № 73 от 21.07.1992г.); при этом северная надбавка к заработной плате начислялась истцу с 11 июля 1991 года (приказ № 79 от 22.07.1992г.)

Таким образом, как установлено судом, в оспариваемый период времени истец получал заработную плату, из которой работодателем производились соответствующие отчисления в Пенсионный фонд РФ, с учетом северной надбавки.

При этом, то обстоятельство, что период отбывания истцом наказания в виде исправительных работ включен ответчиком в общий страховой стаж Атик, представителем ГУ УПФР в Прилузском районе РК (межрайонное) не оспаривалось.

Между тем, с 01 июля 1997 года введен в действие Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации, часть 2 статьи 98 которого предусматривает, что осужденные имеют право на общих основаниях на государственное пенсионное обеспечение в старости, при инвалидности, потере кормильца и в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

В целях реализации вышеуказанного Закона, Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 01.10.1999 года № 36 внесены изменения в пункт 20 Разъяснения, утвержденного Постановлением Минтруда РФ от 22.05.1996г. № 5 "Об утверждении разъяснения "О порядке применения Списков производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих в соответствии со статьями 12, 78 и 78.1 Закона РСФСР "О государственных пенсиях в РСФСР" право на пенсию по старости в связи с особыми условиями труда и на пенсию за выслугу лет".

В частности указано, что время выполнения осужденными работ, предусмотренных Списками, в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы или в период исполнения исправительных работ засчитывается в специальный трудовой стаж, дающий право на пенсию в связи с особыми условиями труда, на общих основаниях в соответствии с пенсионным законодательством.

Отсюда, исходя из анализа совокупности вышеприведенных правовых норм и установленных обстоятельств дела; принимая во внимание, что оспариваемый Атик период включен в общий страховой стаж истца в соответствии с требованиями ранее действовавшего законодательства; учитывая изменения, внесенные в п. 20 Разъяснения; суд приходит к выводу о том, что период отбывания истцом наказания в виде исправительных работ с 01.01.1991г. по 23.04.1992г. должен быть включен в стаж работы последнего в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера. Эффективная и скоординированная схема государственных пенсий исключает правовую неопределенность, не дает основание ответчику трактовать те или иные правовые нормы по данным правоотношениям в свою пользу, и в конечном итоге, не должна ухудшать положение истца.

В то же время, по убеждению суда, заявленные истцом требования о включении в специальный стаж периода прохождения им срочной военной службы в рядах Советской армии с 21.10.1980г. по 30.11.1982г., удовлетворению не подлежат по нижеприведенным основаниям.

Согласно разъяснениям Минтруда Российской Федерации от 17 октября 2003 года № 4, утвержденным Постановлением от 17 октября 2003 года № 70 Минтруда "Об утверждении разъяснения "О некоторых вопросах установления трудовых пенсий в соответствии со статьями 27, 28, 30 Закона № 173-ФЗ", при исчислении продолжительности страхового стажа и (или) стажа на соответствующих видах работ в целях определения права на трудовую пенсию по старости, в том числе досрочно назначаемую в указанный стаж включаются все периоды работы и иной общественно полезной деятельности, которые засчитывались соответственно в общий трудовой стаж и в специальный трудовой стаж при назначении пенсии по законодательству, действовавшему в период выполнения данной работы (деятельности), с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа).

В абзаце седьмом п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012г. № 30 "О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии" указано, что при разрешении споров, связанных с установлением и выплатой трудовой пенсии по старости гражданам ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста, в интересах граждан и в целях недопущения ухудшения условий реализации права на пенсионное обеспечение, на которые они рассчитывали до введения в действие нового правового регулирования (независимо от того, выработан ими общий или специальный трудовой стаж полностью либо частично), стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, может исчисляться с учетом законодательства, действовавшего на период выполнения соответствующих работ и иной общественно полезной деятельности, позволявшего засчитывать такие периоды в стаж при назначении пенсий на льготных условиях (Закон СССР от 14.07.1956 "О государственных пенсиях", Закон СССР от 15.05.1990 "О пенсионном обеспечении граждан в СССР", Закон Российской Федерации от 20.11.1990 № 340-1 "О государственных пенсиях в Российской Федерации" и принятые в соответствии с ними подзаконные акты).

Согласно постановлению Совета Министров СССР от 25.03.1968 года № 181 "О зачете солдатам, матросам, сержантам, старшинам и военным строителям, уволенным в запас, времени действительной срочной военной службы в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в стаж работы, дающий право на получение льгот, установленных за работу в этих районах и местностях" солдатам, уволенным, начиная с 1968 года, с военной службы в РКС и в местностях, приравненных к РКС, время их действительной срочной военной службы в этих районах и местностях засчитывается в стаж работы, дающий право на получение льгот, предусмотренных Указами Президиума Верховного Совета СССР от 10.02.1960г. и от 26.09.1967г., если они не позднее трех месяцев после увольнения с военной службы поступили на работу в РКС и в местностях, приравненных к РКС.

Указами Президиума Верховного Совета СССР от 10.02.1960г. и от 26.09.1967г. предусматривались льготы определенной категории работников в виде надбавок к месячному заработку, дополнительных отпусков, выплате суточных, обеспечения жилой площадью, а также право на назначение пенсии по старости со снижением возраста.

В частности, п. 2. Указа Президиума ВС СССР от 26.09.1967г. № 1908-VII "О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера", было постановлено рабочим и служащим, проработавшим в районах Крайнего Севера не менее 15 календарных лет, а в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, - не менее 20 календарных лет, пенсии по старости назначать мужчинам - по достижении 55 лет и женщинам - по достижении 50 лет.

Таким образом, из буквального толкования указанных норм следует, что лицам, перечисленным в постановлении Совета Министров СССР от 25.03.1968 года №, период их действительной срочной военной службы засчитывался в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости.

Из военного билета серии НЮ № на имя ФИО1 следует, что он был призван Прилузским районным военным комиссариатом Коми АССР 31 октября 1980 года и демобилизован 30 ноября 1982 года. Срочную военную службу проходил в ВЧ-40083

Как следует из объяснений истца, ВЧ-40083 дислоцировалась на Дальнем Востоке (г. Владивосток). Указанные обстоятельства не оспариваются и представителем ответчика.

Между тем, в силу ч. 2 ст. 68 ГПК РФ, признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств.

В этой связи, суд считает факт прохождения ФИО1 срочной военной службы в рядах СА с 21.10.1980г. по 30.11.1982г. в г. Владивосток установленным и не подлежащим дальнейшему доказыванию.

Однако, согласно Постановления Совмина СССР от 03.01.1983 года № 12 "О внесении изменений и дополнений в Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, утвержденный Постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967г. № 1029", в Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, г. Владивосток не включен.

Следовательно, поскольку установление права на досрочное назначение страховой пенсии по старости именно для работников, осуществлявших трудовую деятельность в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, обусловлено также видом выполняемых ими функций, характером и условиями деятельности, а также повышенной физической и психоэмоциональной нагрузкой; оснований для удовлетворения заявленных требований в данной части суд не находит.

При этом суд находит несостоятельной ссылку истца на пункт 109 Постановления Совмина СССР от 03.08.1972г. № 590 "Об утверждении Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий", как на основание для удовлетворения заявленных требований в данной части, в связи с нижеизложенным.

Действительно, подп. "к" п. 109 вышеуказанного Положения предусматривалось, что кроме работы в качестве рабочего или служащего в общий стаж работы засчитывается также служба в составе Вооруженных Сил СССР и пребывание в партизанских отрядах; служба в войсках и органах ВЧК, ОГПУ, НКВД, НКГБ, МТБ, Комитета государственной безопасности при Совете Министров СССР, Министерства охраны общественного порядка СССР, министерств охраны общественного порядка союзных республик, Министерства внутренних дел СССР, министерств внутренних дел союзных республик; служба в органах милиции.

При назначении на льготных условиях или в льготных размерах пенсий по старости и инвалидности рабочим и служащим, работавшим на подземных работах, на работах с вредными условиями труда и в горячих цехах и на других работах с тяжелыми условиями труда (подпункты "а" и "б" пункта 16), и пенсий по случаю потери кормильца их семьям, а также пенсий по старости работницам предприятий текстильной промышленности (подпункт "в" пункта 16) периоды, указанные в подпункте "к", приравниваются по выбору обратившегося за назначением пенсии либо к работе, которая предшествовала данному периоду, либо к работе, которая следовала за окончанием этого периода.

Таким образом, включение периодов прохождения срочной военной службы в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, для назначения пенсии на льготных условиях в соответствии с подпунктом "д" пункта 16 Положения, нормами Постановления Совмина СССР от 03.08.1972г. № 590 не предусматривалось.

Указанный вывод суда в полной мере согласуется с определением Конституционного Суда Российской Федерации от 25.01.2012г. № 19-О-О, согласно которому решение законодателя не включать периоды прохождения военной, а также другой приравненной к ней службы в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, не может расцениваться как ограничение конституционных прав и свобод лиц, проходивших военную и приравненную к ней службу, и нарушение требований, вытекающих из конституционного принципа равенства, поскольку при установлении льготных условий приобретения права на назначение трудовой пенсии по старости законодатель вправе устанавливать особые правила исчисления специального стажа (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2006 года № 380-О и от 29 сентября 2011 года № 1040-О-О).

В то же время, рассматривая заявленные истцом требования о включении в страховой и в льготный стаж оспариваемых периодов работы в должности мастера леса ООО «Объячевское ДОП» с 11.05.1999г. по 28.11.1999г. и с 18.01.2000г. по 01.03.2001г., суд находит их подлежащими частичному удовлетворению по нижеприведенным основаниям. 

Так, согласно п. 4, 5 "Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со ст. 27 и 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (утв. постановлением Правительства РФ от 11.07.2002 г. № 516), в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости (далее именуется - стаж), засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд РФ. Периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке, если иное не предусмотрено настоящими Правилами и иными нормативными правовыми актами. При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

Пунктом 6 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 июля 2002 года № 555, определено, что основным документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца.

Из трудовой книжки ФИО2 следует, что в период времени с 23.01.1999г. по 01.03.2001г. истец работал мастером леса ООО «Объячевское деревообрабатывающее предприятие»

Между тем, периоды с 11.05.1999г. по 28.11.1999г. и с 18.01.2000г. по 01.03.2001г. исключены пенсионным органом из стажа работы ФИО1, дающего право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, в связи с тем, что работодателем не были представлены индивидуальные сведения на работника, что подтверждается выпиской из индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО1,

В соответствии с разъяснениями, данными Верховным Судом РФ в пункте 15 Постановления Пленума от 11.12.2012 года № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», рассматривая требования, связанные с порядком подтверждения страхового стажа (в том числе стажа, дающего право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости), судам следует различать периоды, имевшие место до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" и после такой регистрации.

Периоды работы после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в силу пункта 2 статьи 13 Федерального закона № 173-ФЗ подтверждаются выпиской из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, сформированной на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

Спорные периоды работы, указанные истцом в своем заявлении, приходятся на периоды работы после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в системе государственного пенсионного страхования и, в силу действующего пенсионного законодательства, должны подтверждаться выпиской из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, сформированной на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

В соответствии со статьями 8 и 11 Федерального закона от 01.04.1996г. № 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования", сведения индивидуального (персонифицированного учета) в отношении работника обязан предоставлять работодатель - плательщик страховых взносов.

Однако, как следует из материалов наблюдательного дела № «Объячевского ДОП», несмотря на указанную выше обязанность, сведения о застрахованных лицах за оспариваемые периоды времени, в полном объеме работодателем не сдавались. 

В частности, согласно расчетной ведомости по страховым взносам в Пенсионный фонд РФ за 1 квартал 1999 года указано количество работающих на предприятии – 70 человек

Из расчетной ведомости по страховым взносам в Пенсионный фонд РФ за 2 квартал 1999 года установлено количество работающих на предприятии – 80 человек 

Между тем, за первое полугодие 1999 года работодателем сданы индивидуальные сведения о трудовом стаже, заработке (вознаграждении), доходе и начисленных страховых взносах в отношении 87 работников, в т.ч. ФИО1, что подтверждается описью документов, передаваемых работодателем, копия которой имеется в материалах дела.

В расчетной ведомости по страховым взносам в Пенсионный фонд РФ за 3 квартал 1999 года количество работающих на предприятии не указано.

Согласно расчетной ведомости по страховым взносам в Пенсионный фонд РФ за 4 квартал 1999 года, начиная с ноября 1999 года, - количество работающих на предприятии – 20 человек

Между тем, за второе полугодие 1999 года работодателем сданы индивидуальные сведения о трудовом стаже, заработке (вознаграждении), доходе и начисленных страховых взносах в отношении 21 работника, что подтверждается описью документов, передаваемых работодателем, копия которой имеется в материалах дела.

Из расчетной ведомости по страховым взносам в Пенсионный фонд РФ за 1 квартал 2000 года следует, что количество работающих на предприятии – 22 человека 

В расчетной ведомости по страховым взносам в Пенсионный фонд РФ за 2 квартал 2000 года количество работающих на предприятии 22 человека.

Между тем, за первое полугодие 2000 года работодателем сданы индивидуальные сведения о трудовом стаже, заработке (вознаграждении), доходе и начисленных страховых взносах в отношении 34 работников, что подтверждается описью документов, передаваемых работодателем, копия которой имеется в материалах дела.

Согласно расчетной ведомости по страховым взносам в Пенсионный фонд РФ за 3 квартал 2000 года, количество работающих на предприятии – 10 человек

Из расчетной ведомости по страховым взносам в Пенсионный фонд РФ за 4 квартал 2000 года следует, что количество работающих на предприятии не указано. 

Между тем, за второе полугодие 2000 года работодателем сданы индивидуальные сведения о трудовом стаже, заработке (вознаграждении), доходе и начисленных страховых взносах в отношении 29 работников, что подтверждается описью документов, передаваемых работодателем, копия которой имеется в материалах дела.

Из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлении от 10.07.2007г. № 9-П, следует, что невыполнение страхователями требований Федерального закона от 01.04.1996г. № 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" и Федерального закона от 15.12.2001г. № 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в РФ" само по себе не может служить основанием для отказа гражданину в реализации его права на пенсионное обеспечение.

Таким образом, именно на работодателя возложена обязанность по предоставлению в Пенсионный фонд необходимых сведений и отчислению взносов. Не предоставление работодателем таких сведений, по мнению суда, не может влиять на пенсионные права ФИО2, вины которого в этом не имеется. Право истца на назначение пенсии не может быть поставлено в зависимость от того обстоятельства, что при отчислении необходимых взносов, работодатель не поставил код льготы и не сообщил иные сведения в Пенсионный фонд. Отсутствие этих данных не может повлечь исключение из специального стажа соответствующих видов работ. Иное толкование следует расценивать как установление новых правил, ошибочное толкование пенсионного законодательства в свою пользу, что противоречит общему смыслу законности и правомерности применения тех или иных законодательных актов, нарушает справедливый баланс между рассматриваемыми интересами.

Более того, как следует из материалов пенсионного дела истца, несмотря на то, что индивидуальные сведения в отношении ФИО1 работодателем не сдавались, периоды работы Атик с 23.01.1999г. по 10.05.1999г. и с 29.11.1999г. по 17.01.2000г. на данном же предприятии включены ответчиком в страховой стаж истца и в стаж работы в МКС в бесспорном порядке.

Одновременно судом учитывается, что ст. 17 Федерального закона от 01.04.1996г. № 27-ФЗ предусмотрено, что страхователи, уклоняющиеся от представления предусмотренных настоящим Федеральным законом достоверных и в полном объеме сведений, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (часть 2); за непредставление в установленные сроки необходимых для осуществления индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования сведений либо представление страхователем неполных и (или) недостоверных сведений о застрахованных лицах к такому страхователю применяются финансовые санкции в виде взыскания 5 процентов от суммы страховых взносов, начисленной к уплате в Пенсионный фонд Российской Федерации за последние три месяца отчетного периода, за который не представлены в установленные сроки либо представлены неполные и (или) недостоверные сведения о застрахованных лицах. Взыскание указанной суммы производится органами Пенсионного фонда Российской Федерации в судебном порядке (часть 3).

Пунктом 34 Инструкции о порядке ведения индивидуального (персонифицированного) учета сведений о застрахованных лицах, утвержденной Приказом Минздравсоцразвития России от 14 декабря 2009 года № 987н (действовавшей до 21.12.2016г.) установлено, что в случае обнаружения ошибок в представленных в территориальный орган фонда формах документов индивидуального (персонифицированного) учета страхователь в двухнедельный срок со дня обнаружения ошибок представляет исправленные формы документов индивидуального (персонифицированного) учета в территориальный орган фонда и выдает застрахованному лицу копию уточненных индивидуальных сведений.

Таким образом, по смыслу приведенных положений Федерального закона и Инструкции, контроль за представлением страхователем неполных и (или) недостоверных сведений, необходимых для осуществления индивидуального (персонифицированного) учета в системе пенсионного страхования, был возложен на пенсионный орган.

Однако, по информации ГУ УПФР в Прилузском районе РК (межрайонное) от 30.03.2017г. №, в рассматриваемый период времени к ответственности за несвоевременное перечисление или не перечисление страховых взносов ООО «Объячевское ДОП» не привлекалось.

При вынесении настоящего решения суд также принимает во внимание справку к акту проверки № от 20.06.2000г. ООО «Объячевское ДОП», имеющуюся в материалах наблюдательного дела, согласно которой в период с июня 1999 года по ноябрь 1999 года производственная деятельность предприятием не велась, предприятие не работало, заработная плата работникам не начислялась.

В этой связи, учитывая, что, за исключением указанного периода, истец осуществлял трудовую деятельность в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, допустимых и достаточных доказательств обратного не представлено; суд считает необходимым включить в стаж работы истца, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях». периоды работы мастером леса в ООО «Объячевское ДОП» с 11.05.1999г. по 30.05.1999г., с 01.11.1999г. по 28.11.1999г. и с 18.01.2000г. по 01.03.2001г. 

При включении оспариваемых истцом периодов, на день обращения за назначением пенсии (16.12.2016г.) страховой стаж ФИО1 составит 28 лет 08 месяцев 08 дней, стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, - 17 лет 08 месяцев 02 дня, что недостаточно для назначения последнему страховой пенсии по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях» на законных основаниях.

Таким образом, исходя из анализа совокупности вышеприведенных правовых норм и установленных обстоятельств дела, суд полагает правомерным решение пенсионного органа от 30.12.2016г. № об отказе в назначении истцу досрочной страховой пенсии по старости.

Отсюда, рассмотрев дело в пределах заявленных требований и по заявленным основаниям, применительно к обстоятельствам возникшего спора, положениям ст.56, 57 ГПК РФ, оценив относимость, допустимость и достоверность, а также достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО1 к Государственному учреждению Управление Пенсионного Фонда РФ в Прилузском районе РК (межрайонное) о признании решения незаконным и его отмене, обязании включить в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, периодов работы и прохождения срочной военной службы – удовлетворить в части.

Обязать Государственное учреждение Управление Пенсионного Фонда РФ в Прилузском районе РК (межрайонное) включить в страховой стаж ФИО1 периоды работы в должности мастера леса ООО «Объячевское деревообрабатывающее предприятие» с 11.05.1999г. по 30.05.1999г., с 01.11.1999г. по 28.11.1999г. и с 18.01.2000г. по 01.03.2001г.

Обязать Государственное учреждение Управление Пенсионного Фонда РФ в Прилузском районе РК (межрайонное) включить в стаж работы ФИО1 в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, дающего право на досрочное назначении страховой пенсии по старости, в соответствии с подпунктом 6 пункта 1 статьи 32 Федерального Закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», периоды работы рабочим комплексной бригады Лопьинского лесопункта Объячевского леспромхоза с 10.01.1991г. по 23.04.1992г., и работы мастером леса ООО «Объячевское деревообрабатывающее предприятие» с 11.05.1999г. по 28.11.1999г. и с 18.01.2000г. по 01.03.2001г.

В удовлетворении требований, заявленных к Государственному учреждению Управление Пенсионного фонда РФ в Прилузском районе РК (межрайонное) об обязании включить в стаж, дающий право на досрочное назначении страховой пенсии по старости, периода прохождения срочной военной службы, признании незаконным и отмене решения Государственного учреждения Управления Пенсионного Фонда РФ в Прилузском районе РК (межрайонное) от 30 декабря 2016 года № об отказе в назначении досрочной страховой пенсии, ФИО1 – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Прилузский районный суд в течение одного месяца со дня вынесения настоящего решения.

Председательствующий: