2-255/2020

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации 

<

адрес> 26 ноября 2020 года

Таштыпский районный суд Республики Хакасия в составе

судьи Филипченко Е.Е., 

при секретаре Сидеевой Н.П.,

рассматривая в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению Республики Хакасия «Профессиональное училище № 16» об отмене приказа о дисциплинарном взыскании, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению Республики Хакасия «Профессиональное училище № 16» (далее также – училище), в котором просил признать незаконным и отменить приказ от 4 августа 2020 года № Номер о наложении на него дисциплинарного взыскания в виде выговора, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 15 000 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что истец работает у ответчика в должности машиниста котельной. Оспариваемым приказом на него было наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора за отсутствие на рабочем месте 10 июля 2020 года без уважительной причины. Считает приказ необоснованным и незаконным, поскольку он трудовую дисциплину не нарушал, 9 июля 2020 года он в связи с необходимостью по семейным обстоятельствам написал заявление о предоставлении 10 июля 2020 года отпуска без сохранения заработной платы, с которым обратился к своему непосредственному руководителю ФИО4 Последняя против этого не возражала, подписала заявление. После чего он с заявлением пришел к и.о. директора училища Свидетель №2, которая, ознакомившись с заявлением, в устном порядке дала согласие предоставить 10 июля 2020 г. день отдыха, заявление оставила у себя. До конца рабочего дня 9 июля 2020 г. и до 14 часов 10 июля 2020 г. его никто не информировал об отказе в удовлетворении его заявления. Утром 10 июля 2020 года он в связи с необходимостью выехал в г. Абакан. 13 июля 2020 года Свидетель №1 по непонятным ему причинам написала докладную об отсутствии его на рабочем месте 10 июля 2020 г. без уважительной причины. Считает, что всё это было сделано лишь за то, что он ранее обращался в государственную трудовую инспекцию по поводу неполной выплаты ему заработной платы. Действиями работодателя ему причинен моральный вред, выразившийся в нравственных переживаниях, бессоннице. 

В суде истец ФИО1 указанные исковые требования поддержал, настаивая на том, что он 9 июля 2020 года, написав и предъявив письменное заявление, получил согласие на представление 10 июля 2020 года дня отдыха как от своего непосредственного руководителя ФИО2, так и от и.о. директора училища Свидетель №2, к которой обратился около 14 часов 9 июля 2020 г. Свидетель №2, ознакомившись с заявлением, сообщила, что отпускает его, то есть дает согласие на предоставление отпуска 10 июля 2020 г., сказала, что заявление остается у неё. До конца рабочего дня, то есть до 17 часов 9 июля 2020 г., он находился на работе. Утром, считая, что его заявление удовлетворено и он отсутствует на рабочем месте с разрешения работодателя, он по семейным обстоятельствам выехал в г. Абакан. Около 14 часов 10 июля 2020 г. ему позвонили по телефону и сообщили, что его заявление не подписали.

Представители ответчика ФИО3, ФИО5, адвокат Алипбекова Г.Б. с исковыми требованиями не согласились, считая, что оспариваемый приказ является законным. Указали, что сам истец не действовал в соответствии со сложившимся порядком предоставления отпуска в училище.

Допрошенная в качестве свидетеля Свидетель №1 сообщила, что 9 июля 2020 г. с заявлением о предоставлении отпуска 10 июля 2020 г. к ней обращался истец, находившийся в то время в непосредственном подчинении. Она не возражала против удовлетворения заявления, о чем указала в заявлении, отправила истца с заявлением к и.о. директора училища. На следующий день около 11 часов она, встретив сотрудника отдела кадров, узнала от последнего, что ему не поступало заявление ФИО1 После чего она пошла к и.о. директора Свидетель №2, узнать где заявление истца. Свидетель №2 сообщила ей, что та не подписала заявление истца, сообщив, что заявление где-то у неё в «бумагах». Свидетель №2 куда-то торопилась. После обеда она стала звонить истцу, чтобы сообщить, что его заявление не подписано.

Свидетель Свидетель №2, на момент спорной ситуации и.о. директора училища, суду пояснила, что 9 июля 2020 года около 14 часов к ней в кабинет приходил истец с заявлением о предоставлении 10 июля 2020 г. отпуска без сохранения заработной платы. Она заявление посмотрела, сказав истцу: (дословно) «иди пока». После чего положила заявление рядом с собой. Предполагая, что истец должен был подойти к ней в этот же день еще раз, она того ждала до начала 17 часов, после чего уехала домой. Не оспаривала, что не говорила истцу, чтобы тот еще дополнительно к ней подходил. Утром следующего дня истец вновь к ней не подошел, а она еще раз внимательно прочитала заявление, и, не найдя веских оснований для его удовлетворения, около 10-11 часов 10 июля 2020 г. поставила резолюцию на заявлении «отказать». Возможно в обед она 10 июля 2020 г. звонила истцу, чтобы сообщить, что он должен быть на работе, но истец сказал, что он находится в г. Абакане.

Выслушав объяснения истца, представителей ответчика, показания свидетелей, исследовав материалы, заслушав прения, суд находит иск подлежащим удовлетворению.

Положения статьи 189 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривают, что дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. 

Работодатель обязан в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором создавать условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда. 

В соответствии с частью 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применять дисциплинарные взыскания. 

В силу части 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен. 

Проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке. Привлечение работника к дисциплинарной ответственности допускается в случаях, когда работодатель установил конкретную вину работника и доказал ее в установленном порядке. 

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации определен порядок применения к работникам дисциплинарных взысканий. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. 

В силу приведенных норм закона, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, т.е. за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя. 

Судом установлено и не оспаривается ответчиком, что истец ФИО1 в спорный период работал в государственном бюджетном профессиональном образовательном учреждении Республики Хакасия «Профессиональное училище № 16» в должности машиниста котельной. 

Приказом директора училища от 4 августа 2020 г. Номер-л/с истцу ФИО1 объявлен выговор за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в нарушении трудовой дисциплины – отсутствии на рабочем месте 10 июля 2020 г. в течение всего рабочего дня без уважительной причины. 

Следовательно, истец фактически был привлечен к дисциплинарному взысканию за прогул, под которым в соответствии пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового Кодекса Российской Федерации понимается отсутствие работника на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Возложение на лиц, участвующих в деле, обязанности по представлению доказательств является проявлением принципа состязательности сторон.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 г. N 75-О-О, от 24 сентября 2012 г. N 1793-О, от 24 июня 2014 г. N 1288-О, от 23 июня 2015 г. N 1243-О, от 26 января 2017 N 33-О и др.).

Оценив все представленные суду доказательства в их совокупности, суд находит, что однозначных и бесспорных доказательств тому, что истец отсутствовал на рабочем месте 10 июля 2020 г. без уважительных причин, суду не представлено.

Как следует из представленного суду заявления ФИО1 на имя директора училища Свидетель №2, которое, как было установлено в суде, подано истцом работодателю 9 июля 2020 г., усматривается, что ФИО6 просил предоставить ему за свой счет «отгул» 10 июля 2020 г. по семейным обстоятельствам. На этом заявлении имеется подпись ФИО4 (непосредственного руководителя истца), которая против этого не возражала, а также резолюция Свидетель №2 «в отдел кадров – оказать», датированная лишь 10 июля 2020 г.

Однако истец ФИО1 в суде последовательно утверждал, что он 9 июля 2020 г. обращался с письменным заявлением к работодателю о предоставлении ему дня отдыха 10 июля 2020 г., и и.о. директора училища Свидетель №2 9 июля 2020 г. дала устное разрешение на это, оставив заявление у себя на рабочем столе.

Об этом же ФИО1 указывал в своих письменных объяснениях на имя директора училища от 15 июля 2020 г., затребованных работодателем до вынесения оспариваемого приказа.

Однако директор училища ФИО3, вынесший оспариваемый приказ, доводы ФИО1 фактически проигнорировал, письменных объяснений от Свидетель №2 по этому поводу не затребовал, ограничившись лишь докладной запиской ФИО4 от 13 июля 2020 г. и актом об отсутствии ФИО1 на рабочем месте 10 июля 2020 г. 

Между тем в пользу пояснений истца свидетельствуют показания свидетеля ФИО4, из которых усматривается, что она, являясь непосредственным руководителем ФИО1, давала свое разрешение на предоставление 10 июля 2020 года отпуска без сохранения заработной платы. Считала, что это же сделала и и.о. директора училища. Узнав об обратном на следующий день, приходила к и.о. директора училища, последняя сказала, что заявление не подписала и оно где-то у неё в «бумагах».

Сами по себе пояснения свидетеля Свидетель №2 о том, что посмотрев заявление истца, она сказала тому: «иди пока», носят абстрактно –неопределенный характер. Её последующие действия, когда она не пыталась вызвать к себе истца, связаться с ним, уведомить последнего о каком-либо решении, не передавала в отдел кадров заявления истца, также свидетельствуют в пользу пояснений истца. 

Кроме того, из представленных суду ответчиком документов видно, что ФИО1 не только 9 июля 2020 г. обращался с заявлением о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы, но и обращался с подобными заявлениями как ранее, так и позднее (9 заявлений), и все эти заявления, за исключением заявления от 9 июля 2020 г., рассматривались работодателем именно в день поступления. Все это указывает на то, что в училище сложился порядок предоставления дней отпуска без сохранения заработной платы, по которому решение работодателем принималось именно в день их поступления.

С учетом изложенного, суд считает, что неявка на рабочее место истца 10 июля 2020 г. не может быть отнесена к прогулу, и применение мер дисциплинарного взыскания к истцу, отраженные в оспариваемом приказе, не могут быть признаны судом законными. 

Суд полагает, что поскольку незаконность наложения на истца дисциплинарного взыскания нашла подтверждение в судебном заседании, требование истца о компенсации морального вреда основано на законе.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Определяя размер суммы, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд руководствуется приведенными требованиями трудового законодательства, учитывает фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, степень нравственных страданий истца по поводу незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности, и полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в сумме 3000 руб. 

Поскольку истец освобожден от уплаты госпошлины на основании п. 3 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, то в силу ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика. Учитывая, что при обращении в суд истцом заявлено два требования неимущественного характера, размер государственной пошлины составит 600 руб. 

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать незаконными и отменить приказ от 4 августа 2020 года Номер-л/с об объявлении ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде выговора. 

Взыскать с государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения Республики Хакасия «Профессиональное училище № 16» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000 руб. 

Взыскать с государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения Республики Хакасия «Профессиональное училище № 16» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 600 рублей. 

Настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Верховный Суд Республики Хакасия с подачей апелляционной жалобы через Таштыпский районный суд. 

Председательствующий Филипченко Е.Е.

Справка:

Настоящее решение в окончательной форме изготовлено 1 декабря 2020 года.