Мотивированное 

апелляционное постановление

 вынесено 02 июля 2021 года

Председательствующий Поторочина О.А. Дело № 22-4366/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Свердловский областной суд в составе председательствующего ЗарайкинаА.А. при ведении протокола помощником судьи Документовой Е.А. рассмотрел в открытом судебном заседании в г.Екатеринбурге 01 июля 2021 года уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Селивановой Т.Г., Груднова А.П. и Довбыша А.И. на приговор Камышловского районного суда Свердловской области от 17 июля 2020 года, которым

Хрунев Андрей Викторович,

родившийся 

<

дата>,

несудимый,

Батаков Александр Игоревич,

родившийся 

<

дата>,

несудимый,

Хорьков Сергей Николаевич,

родившийся 

<

дата>,

несудимый,

осуждены каждый по ч.2 ст.258 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года с возложением обязанностей, указанных в приговоре, с лишением права заниматься охотой на 3 года.

С Хрунева А.В., Батакова А.И., Хорькова С.Н. в пользу государства в лице Департамента по охране, контролю и регулированию использования животного мира Свердловской области в счет возмещения ущерба, причиненного незаконной добычей объектов животного мира, солидарно взыскано 279902,36 руб.

Заслушав выступления осужденного Хрунева А.В. и адвоката ГрудноваА.П. в поддержку доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора Пылинкиной Н.А. об оставлении приговора суда без изменения,

УСТАНОВИЛ:

приговором суда Хрунев, Батаков и Хорьков признаны виновными в незаконной охоте на двух особей сибирских косуль, совершенной группой лиц по предварительному сговору с применением механического транспортного средства, с причинением особо крупного ущерба в размере 279902,36 руб.

Преступление совершено 08 ноября 2018 года на территории Камышловского района Свердловской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Селиванова Т.Г. просит приговор отменить, ФИО3 оправдать в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Указывает, что приговор суда основан на недопустимых доказательствах, не подтверждающих виновность ФИО3 в совершении преступления, а именно на исследованных в судебном заседании протоколе осмотра места происшествия и схеме к протоколу, акте ветеринарного осмотра от 08 ноября 2018 года и фотографиях к нему, протоколе осмотра автомобиля, протоколе выемки, заключении эксперта №184, протоколе осмотра предметов и фотографиях к нему. Обращает внимание, что стороной защиты заявлялись ходатайства о недопустимости данных доказательств, получении их с нарушением требований УПК РФ, однако указанные доводы не были должным образом учтены судом.

В апелляционной жалобе адвокат Груднов А.П., выражая несогласие с приговором в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, в связи с допущенными нарушениями материального и процессуального права, просит приговор отменить, ФИО1 оправдать. Ссылаясь на положения приказа Генерального прокурора РФ от 07мая 2008 года № 84 и приказа прокурора Свердловской области от 09 июня 2016 года № 73, указывает, что обвинительное заключение по делу утверждено ненадлежащим должностным лицом – территориальным прокурором, а не природоохранным. Анализируя исследованные судом доказательства – протокол осмотра места происшествия, акт ветеринарного осмотра, заключение баллистической экспертизы, – полагает, что они являются недопустимыми и недостоверными. Сообщает, что ФИО1 не принимал участия в осмотре места происшествия и протокол данного следствия не подписывал, имеющаяся подпись от имени ФИО1 выполнена кем-то другим. В удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении почерковедческой экспертизы для выяснения этого вопроса судом необоснованно отказано, чем нарушено право ФИО1 на защиту. Отмечает, что в протоколе осмотра места происшествия отсутствуют подписи понятых, а время на фотоматериалах, приложенных к протоколу, не соответствуют времени проведения следственного действия. Полагает, что к показаниям свидетелей В., К. и Б. следует относиться критически, поскольку они содержат существенные противоречия, в том числе относительно действий осужденных до и после совершения преступления, не выяснено, с какой целью указанные лица находились в ночное время на территории охотничьих угодий с огнестрельным оружием. Полагает, что действия В., который не являлся участником следственно-оперативной группы и не имел полномочий на участие при осмотре места происшествия, по транспортировке туш косуль к месту их вскрытия, являются незаконными, что не было должным образом учтено судом. Сообщает, что акт ветеринарного осмотра является недопустимым доказательством, поскольку осмотр проведен ненадлежащим лицом – ветеринарным врачом, который не имеет статуса специалиста, без разъяснения ему прав и обязанностей, установленных ст.58 УПК РФ. Кроме того, по мнению адвоката, причина смерти косуль могла быть установлена только путем проведения соответствующей экспертизы, чего сделано не было. Обращает внимание на заключение баллистической экспертизы предметов, на которую были представлены изъятые в ходе осмотра места происшествия и ветеринарного осмотра пули разного размера, что не было должным образом оценено судом. Полагает, что размер причиненного ущерба установлен неверно, поскольку следует руководствоваться постановлением Правительства РФ от 10 июня 2019 года № 750 «Об утверждении такс и методики исчисления крупного и особо крупного ущерба для целей статьи 258 Уголовного кодекса Российской Федерации».

В апелляционной жалобе адвокат Довбыш А.А. просит приговор отменить, ФИО2 оправдать. Приводя аналогичные доводы, оспаривает установленный судом размер причиненного ущерба, а также допустимость в качестве доказательств протокола осмотра места происшествия, акта ветеринарного осмотра и заключения баллистической экспертизы, которые получены с нарушением требований закона. Полагает, что в ходе предварительного и судебного следствия не добыто доказательств того, что гибель косуль произошла вследствие огнестрельного повреждения, причиненного выстрелами из изъятого карабина, не установлена причина смерти животных.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Леонтьева В.Б. просит приговор суда оставить без изменения.

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда о доказанности вины осужденных ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в совершении преступления основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании и получивших в приговоре правильную оценку.

В частности, из показаний свидетелей Б., К. и В. следует, что во время патрулирования охотхозяйства ими был замечен автомобиль, с которого производились выстрелы по косулям. Отстрелив двух косуль, неизвестные лица загрузили их в автомобиль и направились в сторону дер. Котюрова, где были задержаны сотрудниками полиции. В автомобиле находились ФИО1, ФИО2 и ФИО3, был обнаружен незачехленный карабин СКС, заряженный двумя патронами, фароискатель, в багажнике – трупы двух косуль с огнестрельными ранениями.

О причинении смерти косулям вследствие огнестрельных ранений дали показания свидетели Б. и М., которыми по результатам вскрытия тел животных был составлен акт ветеринарного осмотра.

При этом оснований для признания указанного акта недопустимым доказательством суд 1 инстанции обоснованно не нашел, поскольку он составлен уполномоченными на то должностными лицами, имеющими ветеринарное образование, они были допрошены в судебном заседании и предупреждены об уголовной ответственности за заведомо ложные показания.

Об обстоятельствах осмотра места происшествия и изъятия карабина и других предметов судом допрошены свидетели М. и О..

Оснований сомневаться в показаниях указанных лиц у суда не имелось. Судом не установлено наличие у свидетелей причин для оговора осужденных. Каких-либо неустраненных противоречий в показаниях свидетелей, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда, не усматривается.

Доводы апелляционных жалоб о неустановлении причины смерти косуль экспертным путем несостоятельны, поскольку на трупах животных имеются огнестрельные ранения, в одном из которых обнаружена и изъята оболочка пули.

Согласно выводам баллистической экспертизы именно эта оболочка пули стреляна из карабина, изъятого в ходе осмотра места происшествия – в автомобиле, в котором передвигались осужденные.

Несостоятельными являются и доводы жалоб о том, что размеры изъятой при ветеринарном осмотре и представленной экспертам оболочки пули не одинаковы, поскольку в измерении применялись разные приборы, на фотоматериалах, приложенных к исследованиям, изображен один и тот же предмет исследования.

Отсутствие в карабине в момент проведения баллистической экспертизы боевой личинки не опровергает выводы суда о виновности осужденных, поскольку из протокола осмотра места происшествия следует, что на момент осмотра карабин находился в боевом состоянии с патроном в стволе.

Экспертным путем бесспорно установлено, что при доукомплектовании карабина боевой личинкой он является пригодным для стрельбы.

Указанные выводы в судебном заседании подтверждены экспертом Н..

При этом действия лиц, связанные с изъятием боевой личинки из карабина, не влияют на доказанность вины осужденных.

Доводы апелляционных жалоб о незаконности действий Б., К. и В., которые в ночное время с огнестрельным оружием находились в охотничьих угодьях, несостоятельны, поскольку в силу занимаемых должностей их служба предполагает проведение таких мероприятий.

Вопреки доводам апелляционных жалоб протокол осмотра места происшествия соответствует требованиям ст.166 УПК РФ; обязательного участия понятых в производстве данного следственного действия согласно положениям ст.170 УПК РФ не требовалось; расхождение времени на фотографиях, сделанных экспертом, с данными, указанными в протоколе осмотра, не влечет признание полученных доказательств недопустимыми, поскольку бесспорно установлено, что на фотоснимках отображен ход и результат осмотра места происшествия именно по данному делу.

Предусмотренных ст.75 УПК РФ оснований для признания доказательств, в том числе перечисленных в апелляционных жалобах, недопустимыми не усматривается.

Оснований для назначения почерковедческой экспертизы вопреки доводам апелляционных жалоб не усматривается.

Вопреки доводам апелляционной жалобы обвинительное заключение правомерно утверждено территориальным прокурором, указанный вопрос исследовался судом 1 инстанции.

Оценивая все перечисленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, учитывая их взаимное соответствие, учитывая, что виновность ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в преступлении подтверждена объективными доказательствами – научно обоснованными выводами экспертов, не опороченными в ходе судебного разбирательства, а также показаниями свидетелей, суд апелляционной инстанции признает правильными изложенные в приговоре суда выводы о доказанности причастности каждого из осужденных к незаконной охоте, ответственность за которую предусмотрена ст.258 УК РФ.

Согласно п.5 ст.1 Федерального закона Российской Федерации от 24 июля 2009 года №209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» под охотой понимается поиск, выслеживание, преследование охотничьих ресурсов, их добыча, первичная переработка и транспортировка. Незаконной является охота с нарушением требований законодательства об охоте, в том числе охота без соответствующего разрешения на добычу охотничьих ресурсов, вне отведенных мест, вне сроков осуществления охоты и др.

Отсутствие у осужденных разрешения на право охоты ими не отрицается.

Преступление совершено с использованием механического транспортного средства – автомобиля, по предварительному сговору, о чем свидетельствуют совместные и согласованные действия осужденных.

При таких обстоятельствах суд пришел к верному выводу о том, что преступный результат наступил от совместных, умышленных действий осужденных, что свидетельствует о выполнении каждым из них объективной стороны преступления.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим изменению ввиду неправильного применения уголовного закона.

Согласно примечанию к ст.258 УК РФ крупным ущербом признается ущерб, превышающий сорок тысяч рублей, особо крупным – сто двадцать тысяч рублей.

При этом пункт «а» и часть 2 данной статьи являются бланкетными нормами, так как для отнесения причиненного ущерба к крупному и особо крупному необходимо обращаться к утвержденным Правительством Российской Федерации таксам и методике исчисления ущерба.

Согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 10 июня 2019 года №750 «Об утверждении такс и методики исчисления крупного и особо крупного ущерба для целей статьи 258 Уголовного кодекса Российской Федерации», который, как это следует из названия, регулирует именно порядок исчисления ущерба по делам о незаконной охоте, примененный при исчислении ущерба по данному делу коэффициент равный трем в связи с убийством самца сибирской косули, применению не подлежал. Ущерб исчисляется как произведение таксы, утвержденной этим же постановлением, на количество добытых особей животного и по настоящему делу составляет 80000 руб. (40000 руб. х 2), а не 240000 руб., как ошибочно признал суд 1 инстанции. Изменение методики расчета улучшает положение виновных, в связи с чем в соответствии со ст.10 УК РФ применению подлежит постановление Правительства Российской Федерации от 10 июня 2019 года №750 «Об утверждении такс и методики исчисления крупного и особо крупного ущерба для целей статьи 258 Уголовного кодекса Российской Федерации», а не нормативный акт, действовавший на день совершения преступления.

Следовательно, в соответствии с примечанием к ст.258 УК РФ виновными причинен крупный, а не особо крупный ущерб, в связи с чем признак причинения особо крупного ущерба подлежит исключению из осуждения.

Судом апелляционной инстанции деяние осужденных квалифицируется по ч.2 ст.258 УК РФ как незаконная охота, совершенная с причинением крупного ущерба, группой лиц по предварительному сговору.

При назначении наказания ФИО1, ФИО2 и Хорькову суд 1 инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновных, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей, правильно установил обстоятельства, смягчающие наказание каждого из них: совершение преступления впервые, состояние здоровья ФИО2 и наличие у него на иждивении троих малолетних детей.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденных, суд не установил.

Оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, для применения правил, предусмотренных ч.1 ст.62, ст.64 УК РФ, суд 1 инстанции не установил и суд апелляционной инстанции также не усматривает. Учитывая размер наказания в виде штрафа, который предусмотрен санкцией ч.2 ст.258 УК РФ, сведения о личности каждого из осужденных, характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, суд апелляционной инстанции находит, что решение суда о необходимости назначения наказания в виде лишения свободы в минимальном размере с признанием его условным и возложением на осужденных предусмотренных законом обязанностей в наибольшей степени будет соответствовать целям наказания и послужит исправлению осужденных.

Несмотря на исключение квалифицирующего признака, суд апелляционной инстанции не находит оснований для смягчения основного наказания, поскольку осужденным назначено наказание в виде лишения свободы в минимальном размере, предусмотренном санкцией ч.2 ст.258 УК РФ, а оснований для назначения наказания в виде штрафа или применения ст.64 УК РФ суд 1 инстанции обоснованно не усмотрел.

Вместе с тем, при наличии смягчающих обстоятельств, отсутствии отягчающих обстоятельств суд немотивированно назначил осужденным дополнительное наказание в максимальном размере, что не соответствует положениям ст. ст. 6, 43 и 60 УК РФ.

В этой связи суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор изменить и снизить размер назначенного осужденным дополнительного наказания в виде запрета заниматься охотой.

Департаментом по охране, контролю и регулированию использования животного мира Свердловской области заявлен иск о взыскании с осужденных ущерба, причиненного охотничьим ресурсам вследствие незаконной добычи животных, в размере 280352,36 руб., в том числе 240000 руб. – сумма ущерба от незаконной добычи двух самцов косули (40000 руб. х 3 х 2), 39902,36 руб. – экологический ущерб при изъятии двух самцов косули (19951,18 х 2), 450 руб. – ставка налогового сбора за разрешение на добычу двух самцов косули (225 руб. х 2).

Иск удовлетворен судом частично, в размере 279902,36 руб., но приговор в этой части подлежит изменению.

Поскольку размер действительного ущерба, исчисленный в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 10 июня 2019 года №750 «Об утверждении такс и методики исчисления крупного и особо крупного ущерба для целей статьи 258 Уголовного кодекса Российской Федерации», составляет только 80000 руб., то все указанные в гражданском иске суммы, превышающие размер ущерба, в том числе связанные с недополучением сбора за лицензию на право охоты, а также связанные с причинением ущерба фауне вследствие отстрела самцов косули, являются упущенной выгодой. Вопрос о взыскании этих сумм с виновных подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства, а в рамках производства по уголовному делу соответствующие требования должны быть оставлены без рассмотрения.

Иных оснований для изменения либо отмены приговора суда, в том числе по доводам апелляционных жалоб, не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20 ч.1 п.9, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Камышловского районного суда Свердловской области от 17 июля 2020 года в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 изменить:

снизить размер ущерба, причиненного преступлением, до восьмидесяти тысяч рублей, исключить из осуждения ФИО1, ФИО2 и ФИО3 квалифицирующий признак совершения незаконной охоты в особо крупном размере, считать, что преступление совершено в крупном размере;

снизить размер назначенного ФИО1, ФИО2 и ФИО3 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься охотой до 2 лет 6 месяцев.

гражданский иск Департамента по охране, контролю и регулированию использования животного мира Свердловской области удовлетворить частично, взыскать солидарно с ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в пользу государства в возмещение материального ущерба восемьдесят тысяч рублей, в остальной части гражданский иск оставить без рассмотрения.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Селивановой Т.Г., Груднова А.П. и Довбыша А.И. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд, постановивший приговор, в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Председательствующий А.А. Зарайкин