Судья: Бигеза Е.Л. № 22-547/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 20 февраля 2025 года

Кемеровский областной суд в составе

председательствующего судьи Лозгачева И.С.,

при секретаре Свистуновой О.В.,

с участием прокурора Ларченко Т.А.,

представителя потерпевшего – 

<

данные изъяты>

осужденного ФИО1,

адвоката Никитина Е.А., действующего в защиту интересов осужденного ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление и дополнение к нему прокурора города Березовский Кемеровской области Пузырькова Р.С., апелляционную жалобу и дополнение к ней адвоката Никитина Е.А. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Берёзовского городского суда Кемеровской области от 05.12.2024, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты> не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 3 года с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении. 

Осужденный ФИО1 самостоятельно следует в колонию-поселение за счет государства. 

В соответствии с ч. 3 ст. 75.1 УИК РФ срок наказания в виде лишения свободы осужденному ФИО1 постановлено исчислять со дня его прибытия в колонию - поселение. 

Зачтено ФИО1 в срок лишения свободы время его следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, из расчета один день за один день. 

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, распространен на все время отбывания ФИО1 наказания в виде лишения свободы, при этом, срок дополнительного наказания ФИО1 постановлено исчислять с момента отбытия им наказания в виде лишения свободы. 

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 до вступления приговора суда в законную силу оставлена без изменения, по вступлению приговора суда в законную силу – отменена. 

ФИО1 обязан в течение 10 суток со дня вступления приговора суда в законную силу явиться в территориальный орган уголовно-исполнительной системы для получения предписания о направлении к месту отбывания наказания.

Заслушав доклад судьи Лозгачева И.С., выступления прокурора Ларченко Т.А., представителя потерпевшего - ФИО14, поддержавших доводы апелляционного представления с дополнением к нему, возражавших против удовлетворения апелляционных жалоб, выступления адвоката Никитина Е.А., осужденного ФИО1, поддержавших доводы апелляционных жалоб стороны защиты, суд апелляционной инстанции 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 осуждён за нарушение лицом, управляющим механическим транспортным средством – автобусом, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 23.10.2023 около 07 часов 25 минут в 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционном представлении и дополнении к нему прокурор города Березовский Кемеровской области Пузырьков Р.С. считает приговор незаконным и подлежащим изменению в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона, нарушением уголовно-процессуального закона, несправедливостью приговора в связи с суровостью назначенного наказания.

Указывает, что судом признаны в качестве смягчающих обстоятельств состояние здоровья осужденного Кузовенко, его возраст, оказание помощи потерпевшей, выразившееся в вызове скорой помощи, отягчающих наказание обстоятельств не установлено, кроме того, учтено, что осужденный 

<

данные изъяты>, однако, при назначении максимального дополнительного наказания судом не учтены указанные смягчающие обстоятельства и данные о личности осужденного.

Считает, что по данному делу вызов скорой медицинской помощи для потерпевшей следует относить к оказанию иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, то есть к одному из обстоятельств, предусмотренных п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, что в свою очередь является основанием для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. Следовательно, вывод суда об отсутствии оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, является неверным, что повлекло назначение чрезмерно сурового наказания.

Указывает, что из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению квалифицирующий признак «причинение тяжкого вреда здоровью», как вмененный излишне, поскольку указанное последствие охватывается диспозицией ч. 3 ст. 264 УК РФ, что также повлекло назначение чрезмерно сурового наказания в виде лишения свободы.

Просит приговор изменить: 

- исключить из описательно-мотивировочной части квалифицирующий признак «причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью человека»,

- применить при назначении наказания положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, исключив из приговора указание на отсутствие оснований для их применения,

- смягчить наказание по ч. 2 ст. 264 УК РФ до 2 лет 4 месяцев лишения свободы, с лишением права управления транспортным средством на срок до 2 лет 8 месяцев. 

В апелляционной жалобе с дополнением к ней адвокат Никитин Е.А. в защиту осужденного ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным, поскольку выводы суда о виновности не подтверждаются представленными доказательствами, являются предположительными и не опровергают доводов защиты о невиновности.

Указывает, что суд незаконно и необоснованно сделал вывод о скорости движения автобуса не менее 57,9 км/час, а показания тахографа и показания ГЛОНАСС являются недопустимыми доказательствами, положенными в основу приговора. 

Так, суд не дал надлежащую оценку показаниями свидетеля ФИО9, который в суде показал, что тахограф не является средством измерения скорости, которую можно определить только с помощью экспертизы тормозного пути. Показания тахографа о скорости от 60 до 80 км/час противоречат приговору суда о скорости 57,9 км/час.

Кроме того, для расшифровки показаний тахографа требуются специальные знания, которыми суд не обладает, судом не проверено кем именно выполнена распечатка тахографа, с какого устройства она сделана и относится ли этот тахограф к автобусу Кузовенко.

Суд, учитывая в качестве доказательства показатели Глонасс о движении автобуса со скоростью 76 км./час. не учел и не оценил, что данные показания противоречат приговору суда о скорости 57,9 км/час. Кроме того, судом не проверено, каким лицом составлены показатели Глонасс и откуда взяты данные.

Адвокат не согласен, что данные доказательства отнесены судом к иным документам. 

Считает, что экспертное заключение показания тахографа и показания Глонасс приобщены к материалам уголовного дела в результате не процессуальных действий, поскольку отсутствуют запросы на их истребование, протоколы их выемки, постановление о приобщении их к материалам уголовного дела, постановление о признании их вещественным доказательством, иным документом, протоколы осмотров. 

Указывает, что на видеозаписи видеорегистратора на оптическом диске нет сведений о скорости движения автобуса, согласно протоколу осмотра данной видеозаписи от 14.12.2023 следователем и специалистом ЭКЦ был сделан вывод, что видеозапись с видеорегистратора перезаписана с экрана монитора, исходная информация таким образом искажена, что не позволяет решить вопрос об определении скорости движения автобуса Кузовенко, из салона которого производилась видеофиксация. Данные видеозаписи невозможно использовать для расчёта скорости автобуса. 

Вместе с тем, 15.12.2023 следователь без специалиста повторно осмотрел оптический диск, сделав расчет и вывод о том, что автобус проехал расстояние от дорожного знака 3.24. до разметки «пешеходный переход» за 9 секунд.

Таким образом, вывод следователя о расчете времени 9 секунд в протоколе осмотра предметов от 15.12.2023 противоречит выводу этого же следователя и специалиста в протоколе осмотра предметов от 14.12.2023, в связи с чем вопрос об определении скорости остается не решенным. 

Оспаривает выводы экспертного заключения, отмечая, при этом, что рассчитанное время 9 секунд, следователь указала в постановлении от 16.12.2023 года при назначении дополнительной судебно-автотехнической экспертизы, что повлекло определение экспертом в заключении № Э2-857 при ответе на вопрос № 2 скорости движения автобуса 57,9 км/час. 

Вместе с тем, в указанном экспертном заключении (ответы на вопросы № 2 и № 3) экспертом определены 4 варианта скорости движения автобуса перед наездом. В свою очередь суд не высказал суждение, почему установил скорость автобуса 57,9 км/час и о причинах ошибочности скоростей движения автобуса: 27,3 км/ч, 26,6 км/ч и 13,8 км/ч. Считает, что следователь и суд должны были избрать наименьшую скорость - 13.8 км/час.

Указывает о нарушении права на защиту, которое выразилось в незаконном отказе в назначении повторной экспертизы, поскольку эксперт не дал ответов на вопросы № 4 и № 5 постановления от 16.12.23 года о технической возможности предотвратить наезд, эти ответы могли иметь значение для признания ФИО1 невиновным. В вопросе № 5 экспертом не учтено, что пешеход на пешеходном переходе прямо указан как опасность для движения. Тогда как уголовная ответственность по статье 264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортное происшествие и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь.

Судом также не дана оценка показаниям эксперта в суде о том, что если бы путем расчетов было установлено, что водитель не обладал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода, то не было бы вывода о несоответствии ПДД в действиях Кузовенко.

Считает, что нарушено право на защиту и тем, что сторона защиты своевременно не ознакомлена с постановлением от 16.12.2023 о назначении дополнительной судебно-автотехнической экспертизы. Так, экспертиза была проведена в период с 18.12.2023 по 20.12.2023, сторона защиты ознакомлены с данным постановлением 20.12.2023, чем были лишены возможности до проведения экспертизы указать следователю на ошибки в Постановлении, поставить свои вопросы и заявить отвод эксперту.

Выводы суда в приговоре считает предположительными о том, что Кузовенко имел объективную возможность видеть как ФИО14 начала переходить дорогу. По делу не установлено, что ФИО1 видел или должен был видеть, как ФИО14 начала переходить дорогу, наоборот, он не имел какой-либо возможности обнаружить потерпевшую в момент перехода ею дороги.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор, назначить повторную дорожно-транспортную экспертизу Кемеровской лаборатории судебных экспертиз Минюста РФ, поставить на разрешение следующие вопросы: 

С какой скоростью двигался автобус НЕФАЗ перед наездом на пешехода?

Как располагался пешеход в момент наезда относительно транспортного средства и координат проезжей части? На каком расстоянии от левого края дороги произошел наезд на пешехода (с учетом следов удара на лобовом стекле).

Способствовал ли продольный и поперечный профиль дороги «ослеплению» водителя Кузовенко встречным светом фар автомобиля?

Имел ли Кузовенко техническую возможность путем экстренного торможения предотвратить наезд на пешехода, пересекающего проезжую часть по пешеходному переходу, в момент возникновения опасности (выход пешехода на пешеходный переход)?

Какими положениями ПДД должны были руководствоваться пешеход и водитель в данной ситуации, какие несоответствия ПДД в их действиях с технической стороны имеют причинную связь с фактом ДТП и его последствиями.

В возражении представитель потерпевшей ФИО14 – адвокат Павлова И.И. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления с дополнением к нему, апелляционных жалоб, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В суде осужденный ФИО1 виновным себя в инкриминируемом деянии не признал, показал, что не отрицает, что сбил потерпевшую, однако, у него не было возможности избежать наезда, поскольку она переходила дорогу в непосредственной близости от автобуса, осужденный от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ.

Вместе с тем, виновность осужденного ФИО1 подтверждается рядом следующих доказательств:

Показаниями осужденного Кузовенко, данными на предварительном следствии, оглашенными в суде, из которых следует, что он работает водителем. Технический осмотр автобуса был действующий, автобус был в хорошем, рабочем состоянии. В день происшествия он заступил на смену, прошел врача, получив допуск на линию, в салоне перевозил пассажиров на междугороднем рейсе. Помнит, что сам момент дорожно-транспортного происшествия произошел в 07.40 часов, это записано на видеорегистраторе автобуса. Незадолго до момента ДТП было темно, шел дождь, он подъезжал к автобусной остановке по своему маршруту, уличное освещение было по ходу его движения - по правой стороне, асфальт мокрый, из-за чего втягивает в себя свет и «бликовал». Когда он стал подъезжать к нерегулируемому пешеходному переходу, ехали встречные автомобили, их было несколько, те ехали с включенным светом фар, которые его слепили, двигался со скоростью 40-45 км/ч. Заехав на пешеходный переход, встречный автомобиль проехал, в этот же момент слева он увидел на пешеходном переходе потерпевшую с зонтом, на расстоянии одного метра перед собой (то есть если смотреть со стороны водительского сидения, которое расположено слева в салоне автобуса), сразу стал тормозить, однако, столкновения не удалось избежать, удар потерпевшей произошел в левую переднюю часть автобуса, в лобовое стекло и пешеход далеко отлетел.

После этого, осужденный остановил автобус и вышел, подошел к потерпевшей, которая была без сознания и стал звонить в скорую помощь, которая впоследствии доставила погибшую в медицинское учреждение. По приезду на место происшествия сотрудники полиции составили замеры места ДТП, составили протоколы следственных действий, в которых он расписался. 

Считает, что не виноват, поскольку в момент совершения ДТП он уже ничего не смог сделать, скорость не превышал, женщину не увидел из-за того, что слепили встречные машины, когда увидел женщину, то уже не успевал предотвратить ДТП. Считает, что пешеход сама виновата, нарушила правила дорожного движения, она должна была убедиться в безопасности перехода и, увидев, что он не останавливается, не имела права начинать движение на его полосу, т.к. движение по пешеходному переходу не снимает с пешехода обязанности убедиться в безопасности движения. Он видел дорожный знак - ограничение скорости 40 км/ч, расположенный до пешеходного перехода по ходу его движения. То, что он скорость движения не превысил, подтверждается длиной тормозного пути, зафиксированного на схеме места ДТП, тот составляет чуть больше 13-ти метров, о случившемся сожалеет. 

Показаниями потерпевшей ФИО14 в суде, согласно которым погибшая приходится ей матерью, о происшествии стало известно в социальных сетях увидела информацию о ДТП, она позвонила матери, однако, та не отвечала, впоследствии в больнице стало известно о смерти потепревшей. Сами обстоятельства ДТП ей не известны, однако, осужденный ей и родственникам не звонил, прощения не просил, помощи не предлагал. 

Свидетель Свидетель №1 в суде показал, что работает инспектором ОГИБДД, согласно поступившего сообщения о ДТП, выезжал на место происшествия, где водитель ФИО1 управляя автобусом при выполнении маршрута, совершил наезд на нерегулируемом пешеходном переходе на потерпевшую ФИО14, которая впоследствии от полученных травм скончалась. 

На месте происшествия им были сняты показатели с тахографа и ГЛОНАСа, установленных на данном автобусе, скорость в момент ДТП была около 63 км/ч, согласно информации с ГЛОНАСа скорость движения автобуса в момент происшествия была 76 км/ч. Принимая во внимание данные показатели, скорость автобуса перед ДТП была около 69 км/ч., что является превышением разрешенной скорости на данном участке дороги 40 км/ч. Между тем, тахограф не является средством измерения скорости, это контрольное устройство. Скорость можно определить на основании экспертизы по тормозному пути. Погода на момент ДТП была дождливая, было темное время суток, участок дороги, на котором произошло ДТП опасный, знаками дорожного движения оборудован, освещение искусственное, имеется остановка.

Из показаний свидетеля Свидетель №2 в суде следует, что во время происшествия он ехал один на автомобиле со скоростью менее 40 км/ч, на улице были осадки в виде дождя и мокрого снега, асфальт был мокрый и было темно, проезжая часть освещалась уличными фонарями слева от проезжей части по направлению его движения, но из-за дождя видимость на дороге была плохая. Свидетель был очевидцем как на месте происшествия во встречном ему направлении ехал автобус Нефаз, не снижая скорости около пешеходного перехода, чтобы пропустить человека, а продолжал движение, он понял, что водитель автобуса не видит пешехода и не успеет остановиться, пешеход был один, переходил посередине дорожной разметки «пешеходный переход», двигался быстрым шагом, нигде на пешеходном переходе не останавливался, при этом шел с открытым зонтом, пешеход не видел, что автобус уже близко подъезжает к нему, в этот момент произошел наезд автобуса на пешехода. Все произошло очень быстро, автобус стал тормозить уже после совершения наезда на пешехода. Человека откинуло примерно на 20 метров. Он выскочил из автомобиля и побежал к сбитому человеку, это оказалась женщина, к ней подбежал водитель автобуса и хотел ей помочь, но он не разрешил ее трогать, так как неизвестно какие у нее травмы. Водитель кричал, чтобы кто-нибудь вызвал скорую.

Из показаний свидетеля Свидетель №3, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в суде следует, что он является сотрудником предприятия, на котором работает осужденный, в день происшествия Кузовенко после медицинского осмотра вышел на линию, в ходе осмотра автобуса каких-либо неисправностей не выявлено. Автобус оборудован видеорегистратором, тахографом, системой «Глонасс». Впоследствии в мессенджере в группе механиков стало известно, что на пешеходном переходе ФИО1, управляя автобусом, совершил наезд на пешехода. На месте происшествия видел, как потерпевшую транспортировала скорая помощь. На автобусе имелось повреждение лобового стекла с левой стороны внизу. Со слов ФИО1, тот не заметил женщину на пешеходном переходе в районе остановки. Информация с видеорегистратора, установленного в автобусе, сохраняется на жесткий диск регистратора. Время по видеоинформации совпадает с реальным временем. 

Свидетель Свидетель №4 в суде показал, что он работает в должности механика по выпуску автотранспорта на линию, водитель Кузовенко работал у них на предприятии водителем автобуса. В день происшествия свидетель провел предрейсовый осмотр автобуса, подписал путевой лист, водитель ФИО1, получил разрешение на выезд. Впоследствии о происшествии стало известно из приложения «Ватсап» в группе механиков, что на пешеходном переходе ФИО1, управляя автобусом, совершил наезд на пешехода. Автобус оборудован системой «ГЛОНАС» и тохографом. Сотрудникам ГАИ предоставлял распечатки с «ГЛОНАС», с тахографа и диск с видеозаписью с видео регистратора, установленного в автобусе.

Из показаний свидетеля Свидетель №5, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в суде, а также аналогичных показаний Свидетель №6, следует, что в день происшествия они принимали участие в качестве понятых при составлении протокола осмотра места происшествия и схемы дорожного происшествия, где инспектора проводили замеры. У автобуса было повреждено лобовое стекло, тормозной путь от торможения автобуса начинался после пешеходного перехода. Погода на момент осмотра была пасмурная.

Показаниями свидетеля Свидетель №7 в суде, согласно которым она работает следователем в отделе полиции, в день происшествия поступило сообщение в полицию о ДТП с пострадавшим. На месте ДТП свидетель фиксировала обстоятельств дорожных, погодных условий в месте совершения ДТП, при составлении ей протокола осмотра места ДТП и схемы к данному протоколу, ею в протокол осмотра места ДТП были внесены все необходимые замеры расстояний месторасположения автобуса и следов торможения автобуса. Так местоположение автобуса было зафиксировано на схеме и в протоколе осмотра места ДТП.

Из показаний свидетеля Свидетель №7, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в суде, следует, что местоположение автобуса было зафиксировано на схеме и в протоколе осмотра места ДТП: расположение автобуса на правой полосе проезжей части по направлению движения в 14,3 метрах от заднего правого колеса автобуса до дорожной разметки «пешеходный переход» и в 14,4 метрах от заднего левого колеса автобуса до дорожной разметки «пешеходный переход»; в 13,3 метрах от дорожного знака «пешеходный переход», расположенного на левой обочине, до заднего левого колеса автобуса; в 7,2 метрах от автобусной остановки, расположенной на правой обочине, до правого заднего колеса автобуса. След торможения правого переднего колеса 5,9 метров от правого переднего колеса до правого заднего колеса, след левого переднего колеса 5,3 метров от переднего левого колеса до заднего левого колеса, след заднего левого колеса по направлению от заднего до переднего левого колеса 1,3 метра, от заднего левого в сторону пешеходного перехода 1,2 метра. Указанные следы торможения зафиксированы на проезжей части после места наезда, то есть после пешеходного перехода. 

Из показаний свидетеля Свидетель №8, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в суде, согласно которым он работает инспектором дорожного движения ОГИБДД, в день происшествия по поступившему сообщению выезжал на место ДТП, где находился автобус «Нефаз», на котором осужденный совершил наезд на потерпевшую, которая переходила дорогу по нерегулируемому пешеходному переходу, на автобусе на лобовом стекле, напротив сидения водителя, были трещины, потерпевшую увезли в больницу. При обследовании дорожных условий установлено, что участок дороги прямолинейный, видимость не ограничена, состояние покрытия проезжей части - асфальтобетонное, мокрое, дорога с двумя полосами движения, по одной полосе в каждом направлении, за правой полосой движения находился автобусная остановка, за левой полосой – металлическое ограждение, за которым находится овраг, в месте происшествия действовали дорожные знаки ограничение скорости движения – 40 км/ч», обгон запрещен, пешеходный переход, дорожные разметки. 

Вина осужденного ФИО1 в инкриминируемом ему деянии также подтверждается письменными доказательствами по делу и иными документами:

- протоколом осмотра места ДТП со схемой и фототаблицей к нему, 

- протоколом осмотра места происшествия 

<

адрес>, в котором Свидетель №3 предоставлен диск с видеоинформацией с автобуса;

- путевым листом, согласно которого ФИО1 выпуск на линию разрешен на автобусе;

- показаниями тахографа от 23.10.2023 с автобуса «Нефаз, согласно которых до момент наезда автобус двигался со скоростью от 60 до 80 км/ч;

- показаниями Глонаса, согласно которого автобус под управлением водителя ФИО1 двигался со скоростью 76 км/ч.

- протоколом осмотра предмета от 11.12.2023, с фототаблицей к нему, согласно которому с участием подозреваемого ФИО1 и его защитника Никитина Е.А., произведен осмотр DVD-R диска, на котором имеется видеозапись регистратора с салона автобуса, 23.10.2023 в 07:25:43 на видео автобус едет по прямой дороге, периодически на встречной полосе слева движется автотранспорт с включенным светом фар.

Участвующий подозреваемый ФИО1 пояснил, что данная видеозапись производится видеорегистратором, установленном в автобусе «Нефаз», которым он управлял в качестве водителя 23.10.2023 в утреннее время суток, когда перевозил пассажиров между городами, что на видео воспроизводится момент движения автобуса по дороге, на месте происшествия видео содержит информацию об обстоятельствах ДТП.

- протоколом осмотра предмета от 14.12.2023, с фототаблицей к нему, согласно которому произведен осмотр с участием специалиста ФИО11 – начальника отдела ЭКЦ, в ходе которого установлено, что объектом исследования является видеозапись, содержащаяся в файле, предоставленном на оптическом диске; 

- протоколом осмотра предмета от 15.12.2023 года, с фототаблицей к нему, согласно которому произведен осмотр DVD-R диска, на котором имеется видеозапись регистратора с салона автобуса «Нефаз», указана дата, время, регистрационный знак автобуса, видеосъемка в цветном изображении, производится с салона автобуса, с видом на дорожное полотно, которое мокрое. Водитель автобуса «Нефаз» ФИО1 23.10.2023 проехал расстояние от дорожного знака 3.24 «ограничение максимальной скорости 40 км/ч» до горизонтальной дорожной разметки «пешеходный переход» за 9 секунд (с 07:25:55 до 07:26:04)

- протоколом осмотра места происшествия от 15.12.2023, с фототаблицей к нему, согласно которому произведен осмотр участка дороги, при замере от дорожного знака расстояния до пешеходного перехода установлено, что данное расстояние составляет 144,71 м.;

- справкой о метеоусловиях во время ДТП,

- картой вызова скорой медицинской помощи № 514 от 23.10.2023, согласно которой осуществлен прием вызова на место ДТП, бригадой врачей потерпевшей оказана первая медицинская помощь, она доставлена в медицинское учреждение,

- заключением судебно-медицинской экспертизы № 144 от 23.10.2023, 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>

- заключением судебно-автотехнической экспертизы № Э2–722 от 09.11.2023, 

<

данные изъяты>

- протоколом допроса эксперта Свидетель №9 от 14.12.2023 по заключению эксперта № Э2–722 от 09.11.2023, согласно которого: 

<

данные изъяты> (том 1 л.д. 136-137)

- заключением дополнительной судебно-автотехнической экспертизы № Э2–857 от 20.12.2023 

<

данные изъяты>

- просмотренной видеозаписью на DVD-R диске, на котором имеется видеозапись регистратора с салона автобуса «Нефаз», на котором изображена видимость до момента наезда на пешехода, видимость при подъезде к пешеходному переходу, видимость при наезде автобусом на пешеходный переход, видимость при наезде автобусом на пешехода на пешеходном переходе, после наезда автобусом на пешехода.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными.

Вопреки доводам жалобы стороны защиты у суда не было оснований подвергать сомнениям достоверность показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №7 в суде, а также показания свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №8, данные на предварительном следствии и оглашенные в суде, поскольку в ходе судебного следствия не установлено данных о заинтересованности указанных лиц в оговоре осужденного, данные показания, в том числе другие доказательства, обоснованно положены в основу обжалуемого решения, являются последовательными, дополняют друг друга, согласуются между собой и с иными вышеизложенными доказательствами по делу, в связи с чем, не вызывают у суда сомнений, являются относимыми и допустимыми, полученными в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно и полно изложены в приговоре.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов осужденному и защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, в том числе права осужденного на защиту, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Оснований сомневаться в выводах заключения экспертиз у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку они не противоречивы, получены на основании доказательств, добытых в строгом соответствии с нормами УПК РФ. 

Вопреки доводам жалобы стороны защиты, приведенные выше доказательства обоснованно признаны относимыми, допустимыми, достоверными, полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и в своей совокупности достаточными для подтверждения вины ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, в связи с чем оснований для назначения дополнительной экспертизы, как об этом ставится вопрос в апелляционной жалобе не имеется. 

Вышеуказанные заключения экспертов составлены в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 204 УПК РФ, выполнены компетентными и квалифицированными специалистами, обладающими специальными знаниями в области медицины, техники, которые предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, являются полными и обоснованными, получены в соответствии с требованиями уголовного - процессуального закона, в связи с чем, сомнений у суда не вызывают. 

Доводы защитника о том, что заключение дополнительной судебно-автотехнической экспертизы № Э2–857 от 20.12.2023 является необоснованным, противоречивым, поскольку эксперт уклонился от разрешения поставленных перед ним вопросов о технической возможности у ФИО1 предотвратить наезд на пешехода в момент возникновения опасности – начала движения потерпевшей по пешеходному переходу, суд находит несостоятельными, поскольку экспертизой достоверно установлено, что в данной ситуации Кузовенко при выборе скорости движения должен был руководствоваться и действовать согласно положениям п.п.1.3, п. 10.1 (1 абзац), 10.2 ПДД РФ и с требованиями дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» Приложения 1 к ПДД РФ.14.1, в данной ситуации приоритет у пешехода. При проезде нерегулируемого пешеходного перехода Кузовенко должен был руководствоваться и действовать в соответствии с требованиями п.14.1 Правил дорожного движения РФ, поскольку приоритет определен у пешехода, переходящего проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу, при этом осужденный должен был контролировать ситуацию. Подъезжая к пешеходному переходу, водитель должен был учитывать обстановку впереди, поведение пешехода в конкретной ситуации, всегда обязан учитывать погодные условия, состояние асфальта.

Вопреки доводам жалобы, скорость транспортного средства определена экспертом в вышеуказанном заключении с приведением методики расчета, правильность которой у судебной коллегии сомнения не вызывает.

Следственные действия проведены и протоколы составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, каких-либо нарушений судом не установлено, данные протоколы согласуются с иными вышеизложенными доказательствами по делу, в связи с чем, обоснованно приняты судом в качестве доказательств по делу.

Таким образом, судом верно установлено, что ФИО1 нарушил правила дорожного движения, а именно пункт 1.3, пункта 10.1 (1 абзац) и пункта 14.1 ПДД РФ, повлекших по неосторожности смерть потерпевшей. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции считает, что вина ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, доказана в полном объеме, его действиям судом дана правильная правовая оценка и квалификация по ч. 3 ст. 264 УК РФ. Не согласиться с выводами суда оснований не имеется, оснований для оправдания ФИО1 либо переквалификации его действий, не имелось. 

Однако, судебная коллегия приходит к выводу об обоснованности довода апелляционного представления об исключении из описательно-мотивировочной части приговора указания о причинении по неосторожности тяжкого вреда здоровью человека, как вмененного излишне, поскольку в результате действий осужденного наступила смерть потерпевшей, и указанное последствие охватывается диспозицией ч. 3 ст. 264 УК РФ.

При назначении ФИО1 наказания суд, в соответствии с требованиями ст. 6, ч. 2 ст. 43, ст. 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве данных о личности обоснованно учтено то, что осужденный ФИО1 

<

данные изъяты> по месту жительства характеризуется 

<

данные изъяты>. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, судом обоснованно учтено состояние здоровья осужденного, возраст, оказание помощи потерпевшей, выразившееся в вызове скорой помощи.

Отягчающих наказание обстоятельств судом обоснованно не установлено.

Вместе с тем, суд первой инстанции не верно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку фактически судом было установлено наличие в действиях осужденного смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, что в свою очередь, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, является основанием для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ и смягчении назначенного наказания. 

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения при назначении осужденному наказания положений ст. 64 УК РФ, поскольку исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного до и после совершения преступления, либо других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом первой инстанции не установлено, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Судом обоснованно не установлено оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ с учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности.

Как видно из приговора, возможность применения к осужденному правил ст. 73 УК РФ суд обсуждал, но обоснованно не нашёл оснований для их применения. Оснований не согласиться с такими выводами у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вид исправительного учреждения, где осужденному подлежит отбывать наказание в виде лишения свободы в колонии-поселении, судом первой инстанции определен правильно.

Все другие доводы жалобы стороны защиты не влияют на правильность принятого судом решения, а потому являются несостоятельными. 

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора суда, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Берёзовского городского суда Кемеровской области от 05.12.2024 в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о причинении по неосторожности тяжкого вреда здоровью человека,

- признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства на основании п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ оказание медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления и с применением положений, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ, смягчить назначенное ФИО1 наказание по ч. 3 ст. 264 УК РФ до 2 лет 4 месяцев лишения свободы, с лишением права управления транспортным средством на срок до 2 лет 8 месяцев. 

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление и дополнение к нему прокурора города Березовский Кемеровской области Пузырькова Р.С. удовлетворить. 

Апелляционную жалобу и дополнение к ней адвоката Никитина Е.А. в защиту осужденного ФИО1 оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: И.С. Лозгачев