судья Даваев А.Ю. № 22к-128/2021

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г.Элиста 17 марта 2021 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего - судьи Утунова Е.Н., 

при секретаре судебного заседания Мучкаеве Э.А., 

с участием прокурора Дамбинова С.О.,

обвиняемого ФИО1, 

защитника Ханинова А.В.,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу защитников Бадмаева Э.Ю., Ханинова А.В. на постановление Юстинского районного суда Республики Калмыкия от 03 марта 2021 года, которым в отношении 

ФИО1, ****, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 4 месяцев, то есть до 6 апреля 2021 года, 

у с т а н о в и л а:

6 декабря 2020 года следователем Яшкульского межрайонного СО СУ Следственного комитета РФ по Республике Калмыкия возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ в отношении ФИО1, по факту причинения смерти Б.Б.С.

В тот же день в порядке ст.91, 92 УПК РФ по подозрению в причастности к данному преступлению задержан ФИО1, а затем ему было предъявлено обвинение в совершении противоправного деяния, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ. 

Постановлением руководителя МО СО СУ СК РФ по Республике Калмыкия «Яшкульский» от 6 декабря 2020 года производство расследования по уголовному делу поручено следственной группе, возглавляемой следователем ФИО2 

7 декабря 2020 года Юстинским районным судом Республики Калмыкия в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до 6 февраля 2021 года.

На основании постановления руководителя Яшкульского МСО СУ СК РФ по Республике Калмыкия от 25 января 2021 года уголовное дело изъято у следователя ФИО2 и передано следователю ФИО3, принявшему его к своему производству. 

Срок предварительного следствия по делу продлевался в установленном ст.162 УПК РФ порядке до 4 месяцев, то есть до 6 апреля 2021 года. 

По ходатайствам органа предварительного следствия срок содержания под стражей обвиняемого ФИО1 последовательно продлевался судебными постановлениями до 3 месяцев, то есть до 6 марта 2021 года.

26 февраля 2021 года в Юстинский районный суд Республики Калмыкия поступило ходатайство следователя Яшкульского МСО СУ СК РФ по РК ФИО3, поданное с согласия руководителя соответствующего следственного органа ФИО4 о продлении ФИО1 срока содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 4 месяцев, то есть до 6 апреля 2021 года. В обоснование ходатайства следователь указал, что срок содержания обвиняемого под стражей истекает, однако предварительное следствие не удалось окончить, так как расследование представляет особую сложность, при этом по делу предстоит получить заключения назначенных экспертиз, ознакомить участников уголовного судопроизводства с их результатами, а также выполнить требования ст.217-222 УПК РФ. Необходимость продления срока меры пресечения следователь мотивировал тем, что обстоятельства, послужившие основаниями для заключения ФИО1 под стражу, не изменились. Сведения о его личности и общественная опасность инкриминируемого обвиняемому преступления указывают на то, что, оказавшись на свободе, он может скрыться от органов следствия и суда, либо воспрепятствовать производству по уголовному делу. 

Постановлением Юстинского районного суда Республики Калмыкия от 3 марта 2021 года срок содержания под стражей обвиняемому ФИО1 продлен на 1 месяц, всего до 4 месяцев, то есть до 6 апреля 2021 года.

В интересах обвиняемого ФИО1 защитники Бадмаев Э.Ю. и Ханинов А.В. подали апелляционную жалобу, в которой просят отменить постановление суда первой инстанции, отказать в удовлетворении ходатайства следователя и избрать в отношении обвиняемого меру пресечения в виде домашнего ареста. В обоснование своей позиции указывают на незаконность, необоснованность и немотивированность обжалуемого судебного акта. В жалобе излагаются положения ст.7, 11, 15, 97, 99, 109 УПК РФ и отдельные пункты постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», которым, по мнению защитников, не соответствует решение о продлении содержания под стражей ФИО1. По убеждению авторов жалобы, незавершение следственного производства в установленный ранее срок, связано с неэффективностью проводимого расследования, допущенной волокитой и нарушением прав обвиняемого на осуществление уголовного судопроизводства в разумный срок, что является поводом для отказа в удовлетворении ходатайства о дальнейшем содержании под стражей. Но судом не дано надлежащей оценке несоблюдению органом следствия требований ст.61 УПК РФ и проигнорированы факты несвоевременного проведения следственных действий. Выражают несогласие с выводами суда о наличии оснований для дальнейшего содержания под стражей ФИО1, так как мера пресечения в виде домашнего ареста тоже существенно ограничивает право обвиняемого на передвижение и может исключить возможность скрыться от следствия и суда либо воспрепятствовать производству по делу. В судебном постановлении не приведены конкретные данные, указывающие на необходимость сохранения примененной к обвиняемому меры пресечения. В основу обжалуемого решения положена лишь тяжесть предъявленного ФИО1 обвинения, на котором построены суждения суда о намерении обвиняемого скрыться или воспрепятствовать установлению истины по делу. Но конкретные данные, подтверждающие такой вывод, в материалах дела отсутствуют. Суд лишь продублировал обстоятельства, изложенные в ходатайстве следователя, то есть безосновательно согласился с его аргументами, построенными исключительно на предположениях. При этом суд вопреки требованиям ст.99 УПК РФ не учел всю совокупность сведений о личности ФИО1, его возраст, наличие хронических заболеваний, инвалидность супруги, отсутствие судимостей. Такой подход противоречит принципам, закрепленным в Конституции РФ и Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Обстоятельства, послужившие основанием для заключения ФИО1 под стражу, на данной стадии расследования утратили свою актуальность, так как по делу произведены все необходимые следственные действия, направленные на получение и закрепление доказательств. Защитники полагают, что в настоящее время имеются условия для применения к обвиняемому меры пресечения в виде в виде домашнего ареста.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции обвиняемый ФИО1 и защитник Ханинов А.В. поддержали жалобу в полном объеме, а прокурор Дамбинов С.О. высказал мнение об оставлении судебного постановления без изменения.

Изучив представленные материалы, проверив и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему. 

Согласно ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в установленный срок и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей по ходатайству следователя в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ, до 6 месяцев.

В судебном заседании установлено, что ходатайство о продлении срока содержания под стражей ФИО1 возбуждено надлежащим процессуальным лицом с согласия соответствующего руководителя следственного органа, поступило в суд более чем за 7 суток до истечения установленного срока содержания под стражей обвиняемого.

Суд первой инстанции проверил обоснованность привлечения ФИО1 к уголовной ответственности за деяние, в совершении которого он обвиняется, и убедился в том, что требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок применения такой меры пресечения как заключение под стражу, а также продление срока содержания под стражей по настоящему делу в отношении обвиняемого не нарушались.

Как следует из представленных материалов, продление срока содержания обвиняемого ФИО1 под стражей до 3 месяцев было связано с необходимостью проведения большого объёма следственных мероприятий по установлению всех обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу об особо тяжком преступлении, а также с проведением комплекса судебных экспертиз. 

Объемы проделанной следственной и оперативной работы позволяют расценивать их как значительные, свидетельствующие о следственной ситуации, требующей такого периода времени, который был фактически затрачен следственными органами. 

В судебном заседании проверялась информация о следственных и процессуальных действиях, произведенных в период после последнего продления срока содержания ФИО1 под стражей. 

Из поступивших в суд копий процессуальных документов следует, что срок содержания под стражей ФИО1 истекает 5 марта 2021 года, а срок предварительного следствия продлен до 6 апреля 2021 года, в связи с необходимостью получения результатов назначенных судебных экспертиз, ознакомления с ними потерпевшего, обвиняемого и его защитников, выполнение процессуальных действий, направленных на окончание производства по уголовному делу.

Установив отсутствие каких-либо оснований полагать, что по данному уголовному делу допущено необоснованное продление сроков предварительного следствия ввиду ненадлежащей организации расследования или волокиты, суд пришел к мотивированному мнению о невозможности закончить предварительное расследование по делу в срок до 6 марта 2021 года.

Между тем утверждения защитников об обратном противоречат действительности. 

Неубедительны доводы апелляционной жалобы о том, что суд оставил без внимания обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения вопроса о продлении срока содержания под стражей, и не указал конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых пришел к выводу о необходимости продления меры пресечения. 

Так, продлевая срок содержания под стражей, судья учел основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, и всю совокупность обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК РФ, дав им надлежащую оценку. 

Вопреки утверждению защитников судом оценивались исследованные в судебном заседании сведения, характеризующие личность ФИО1, принимались во внимание и другие обстоятельства, учитываемые при продлении срока содержания под стражей. 

При этом суд обоснованно указал, что положительная характеристика, отсутствие судимостей, наличие постоянного места жительства не могут выступать в качестве достаточных оснований для изменения или отмены избранной меры пресечения, так как были предметом обсуждения при избрании в отношении ФИО1 меры пресечения и с того времени не стали иными. 

Данных, свидетельствующих о невозможности содержания обвиняемого под стражей по состоянию здоровья, судом не установлено. 

Нельзя согласиться и с аргументами стороны защиты о формальном и предположительном характере суждений судьи, поскольку в представленных органом следствия материалах содержатся данные, убедительно обосновывающие наличие всех закрепленных в процессуальном законе условий, при которых содержание обвиняемого под стражей может быть продлено до 4-х месяцев.

На основании имеющихся копий процессуальных актов из уголовного дела суд правильно определил, что ФИО1 обвиняется в преступлении против личности жизни и здоровья. Инкриминируемое ему противоправное деяние, предусмотренное ч.1 ст.105 УК РФ имеет высокую степень общественной опасности и относится к категории особо тяжких преступлений, за которое уголовным законом предусматривается безальтернативное наказание в виде лишения свободы на срок до 15 лет. 

Исходя из характера и степени общественной опасности преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, а также сведений о его личности, отраженных в исследованных процессуальных актах и иных документах, суд пришел к резонному выводу, что, находясь не под стражей, обвиняемый под угрозой сурового наказания может скрыться от следствия и суда. 

Кроме того, ФИО1 располагает сведениями о потерпевшем и свидетелях по настоящему уголовному делу, являющихся его односельчанами и родственниками. Поэтому суд справедливо признал небезосновательным суждение органа следствия о том, что, находясь на свободе, обвиняемый может оказать воздействие на указанных участников судопроизводства или иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Учитывая, что срок предварительного следствия продлен до 6 апреля 2021 года, а основания применения в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде содержания под стражей не отпали и существенно не изменились, каких-либо обстоятельств для её отмены или изменения не возникло, вывод суда о необходимости удовлетворения ходатайства следователя надлежит признать обоснованным.

Принимая решение о продлении срока содержания под стражей, судья в постановлении изложил убедительные мотивы, по которым считает невозможным изменение примененной к ФИО1 меры пресечения на более мягкую, в том числе и на заявленную стороной защиты. 

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с мнением суда первой инстанции, поскольку оно отвечает требованиям справедливости, является пропорциональным, соразмерным и необходимым для целей предупреждения возможного противодействия обвиняемого нормальному производству по делу и защиты конституционно значимых ценностей.

Ходатайство органов предварительного следствия рассмотрено судом с соблюдением норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих порядок продления срока содержания под стражей, и с учетом данных, содержащихся в представленных материалах.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы защитников подлежат оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.38920, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия

п о с т а н о в и л а:

Постановление судьи Юстинского районного суда Республики Калмыкия от 3 марта 2021 года о продлении срока содержания обвиняемого ФИО1 под стражей на 1 месяц, а всего до 4 месяцев, то есть до 6 апреля 2021 года, оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитников – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в порядке кассационного производства, установленного главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Утунов Е.Н.