Дело № 2-40/2020

Принято в окончательной форме 

12.02.2020.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 февраля 2020 года ЗАТО г. Североморск

Североморский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Моховой Т.А.,

при секретаре Майстренко И.П.,

с участием представителя истца ФИО4, 

ответчика ФИО5, 

представителя ответчика ФИО6,

третьего лица ФИО7, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО8 обратился в суд с иском к ФИО5 о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием.

В обоснование иска указано, что 23.10.2019 на автоподъезде к городу Североморску произошло ДТП с участием водителей ФИО9, управлявшего автомобилем NISSAN X-Trail, г.р.з. ***, ФИО7, управлявшего автомобилем NISSAN Almera, г.р.з. ***, и ФИО8, управлявшего автомобилем MITSUBISHI Outlander, г.р.з. ***, принадлежащим ему на праве собственности, в результате чего его автомобиль получил механические повреждения.

Виновником ДТП является ответчик по делу – ФИО5, гражданская ответственность которого на момент ДТП застрахована в АО «ГСК «Югория» по полису ***.

После ДТП 25.10.2019 в адрес страховой компании ФИО8 было подано заявление о прямом возмещении ущерба по ОСАГО. Согласно проведенному осмотру транспортного средства АО «ГСК «Югория» произвело выплату страхового возмещения в размере 400 000 рублей.

Предполагая, что размер ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, будет значительным, ФИО8 обратился к эксперту-технику ФИО10 для проведения независимой оценки ущерба.

Согласно экспертному заключению № 372/311019 от 06.11.2019, составленному экспертом-техником ИП ФИО10, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства с учетом износа составляет 1 264 100 рублей. Утрата товарной стоимости составляет 136 150 рублей 00 копеек. За услуги эксперта-техника истец уплатил 15 000 рублей. 

Разница между размером ущерба и выплаченным страховым возмещением подлежит взысканию с виновника ДТП и составляет 1 000 250 рублей 00 копеек. 

В досудебном порядке материальный ущерб ФИО5 не возмещен.

Ссылаясь на статьи 15, 1064, 1072, 1079 Гражданского кодекса РФ, с учетом уточнений исковых требований в порядке ст. 39 ГПК Российской Федерации, просил взыскать с ответчика сумму материального ущерба в размере 864 100 рублей, расходы по оплате услуг эксперта-техника в сумме 15 000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 20 000 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 13 201 рубль 25 копеек.

Протокольным определением от 19.12.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен ФИО7 

Истец ФИО8, надлежащим образом извещенный о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явился, воспользовался правом на ведение дела через представителя в порядке статьи 48 ГПК Российской Федерации. 

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала в полном объеме. Суду указала, что причиной ДТП стали виновные действия ФИО5, который выехал на полосу встречного движения, где допустил столкновение с двумя транспортными средствами. Дело об административном правонарушении в отношении ФИО5 по статье 12.24 КоАП Российской Федерации прекращено, однако при производстве по делу об административном правонарушении он не высказывал версию о двух самостоятельных ДТП. Указала, что истец не имел технической возможности для предотвращения ДТП. Пояснения ФИО8 о том, что транспортное средство ФИО5 оказалось на полосе встречного движения за 150 метров впереди вызывают сомнение, т.к. достоверно оценить расстояние затруднительно, кроме того, водитель ФИО7 применял торможение, следовательно, дистанция могла сократиться. Также указала, что оценщик ФИО10, составивший отчет о стоимости восстановительного ремонта, осматривал автомобиль, руководствовался сведениями из программного продукта и базы данных «AUDATEX», право на использование которых подтверждается соответствующим сертификатом. Оценщик ФИО11, составивший рецензию экспертного заключения, пользовался программой «ПС-Комплекс», вследствие чего стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца занижена. Просила уточненные исковые требования удовлетворить.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями не согласился. Суду пояснил, что 23.10.2019 около 7 часов утра двигался на автомобиле NISSAN X-Trail, по проезжей части автоподъезда к г.Мурманску, от г.Североморска в сторону юга. При движении на участке дороги, имеющем левый поворот, зацепил рыхлый снег между своей и встречной полосами движения, его автомобиль вынесло на встречную полосу, где произошло столкновение с автомобилем NISSAN Almera под управлением ФИО7 До столкновения применял торможение, выкручивал руль влево. Автомобиль NISSAN Almera ушел на обочину, удар пришелся передней частью его автомобиля в боковую часть автомобиля ФИО12 После столкновения автомобиль под его управлением остановился около середины дорожного полотна, сработали подушки безопасности. После столкновения с автомобилем под управлением ФИО7 он не имел возможности быстро выйти из автомобиля, приборы не работали, дверь была заблокирована. Он включил аварийный сигнал, собирался выйти для установки предупреждающего знака, однако в него врезался автомобиль MITSUBISHI Outlander под управлением ФИО8 Считает, что в ДТП имеется вина ФИО8, который, заблаговременно увидев опасность, не предпринял разумных мер для предотвращения столкновения. Ходатайствовал о назначении трасологической экспертизы.

Представитель ответчика ФИО6 в судебном заседании также выразил несогласие с заявленными исковыми требованиями. Суду пояснил, что вина ответчика в ДТП не установлена, постановлением по делу об административном правонарушении от 22.11.2019 в отношении ФИО5 было прекращено производство по делу в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ст.12.24 КоАП Российской Федерации. Полагает, что истец не соблюдал скоростной режим, у автомобиля истца имелась техническая возможность избежать столкновения, однако ФИО8 даже не применил торможение. Таким образом, следует признать вину в ДТП обоюдной. Кроме того, в дорожном покрытии на месте ДТП имелись недостатки – рыхлый снег. Характер повреждений автомобиля истца не оспаривает. Полагает, что оценка восстановительного ремонта автомобиля истца, представленная стороной истца, произведена без учета факта нахождения автомобиля истца в ДТП летом 2019 года. Согласно рецензии на экспертное заключение ИП ФИО10, стоимость восстановительного ремонта с учетом износа составляет 1 135 527 рублей. Завышений по запасным частям и работам не имеется, кроме того, истцом заявлено требование о взыскании суммы ущерба, рассчитанного в соответствии с Единой методикой, а не по рыночным ценам.

Третье лицо ФИО13 в судебном заседании пояснил, что 23.10.2019 в районе 7 утра двигался по автоподъезду к г. Мурманску от ул. Домостроительной в сторону г. Североморска. Было темно, на дорожном полотне лежал мокрый снег, наледи не было. Дорожная обстановка была нормальной. По дороге в обе стороны автомобили двигались в потоке, соблюдая дистанцию. Внезапно со встречного потока в его сторону резко выехал автомобиль NISSAN X-TRAIL. Он успел вывернуть руль вправо в сторону обочины, применил торможение, но сразу же последовал удар в левое крыло его автомобиля. От мощного удара его автомобиль вынесло в кювет. Автомобиль NISSAN X-Trail продолжил движение по инерции и врезался в автомобиль MITSUBISHI Outlander, который изначально двигался за ним в потоке машин. Указал, что в момент столкновения автомобиля NISSAN X-Trail с его автомобилем перед ним не было автотранспортных средств и, несмотря на это, в связи с резким выездом ответчика на полосу встречного движения и маленьким расстоянием между ними избежать столкновения не удалось, а у водителя MITSUBISHI Outlander не было шансов избежать столкновения, так как его автомобиль NISSAN Almera перекрывал обзор дорожной ситуации. Полагает, что вина в совершении ДТП лежит на водителе автомобиля NISSAN X-Trail ФИО5 

Третье лицо АО «ГСК «Югория» в судебное заседание своего представителя не направило. В материалы дела представило выплатное дело, мнение по иску суду не представило.

Заслушав пояснения участвующих в деле лиц, допросив специалистов, исследовав материалы дела, обозрев подлинник материала об административном правонарушении в отношении ФИО5 *** от 23.10.2019, обозрев диск с фотоснимками, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно статье 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2).

Согласно статье 931 ГК Российской Федерации по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена (п. 1). В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (п. 4).

Согласно ст. 15 ГК Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Таким образом, ГК Российской Федерации провозглашает принцип полного возмещения вреда.

Согласно пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, применяя статью 15 Гражданского кодекса РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

В силу пункта 13 данного постановления при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных норм права следует, что за вред, причиненный источником повышенной опасности, наступает гражданская ответственность, целью которой является восстановление имущественных прав потерпевшего. По своей природе ответственность носит компенсационный характер, поэтому ее размер должен соответствовать размеру причиненных убытков.

Таким образом, закрепленный в статье 15 ГК Российской Федерации принцип полной компенсации причиненного ущерба подразумевает, что возмещению подлежат любые материальные потери потерпевшей стороны, однако возмещение убытков не должно обогащать ее.

Как следует из материалов дела, ФИО8 является собственником автомобиля марки MITSUBISHI outlander, г.р.з. ***, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства ***. 

В судебном заседании установлено, что 23 октября 2019 года в 07 часов 00 минут на 18 километре 500 метров автодороги «автоподъезд к г. Мурманску» произошло дорожно-транспортное происшествие – столкновение трех транспортных средств с участием автомобиля NISSAN X-Trail, г.р.з. ***, под управлением водителя ФИО9, который, осуществляя движение со стороны «севера» в сторону «юга», выехал на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем NISSAN Almera, г.р.з. ***, под управлением ФИО7 и автомобилем MITSUBISHI Outlander, г.р.з. ***, под управлением водителя ФИО8, которые осуществляли движение во встречном направлении. В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения, требующие проведения восстановительного ремонта, что подтверждается материалом проверки по факту ДТП ФИО14 от 23.10.2019 и не оспаривается сторонами. 

В частности, из объяснений водителя-участника ДТП ФИО7 следует, что 23.10.2019 около 07 часов 00 минут он, управляя автомобилем NISSAN ALMERA, г.р.з. ***, двигался по автодороге «Автоподъезд к городу Мурманску» со стороны «юга» в сторону «севера» и увидел как со встречного направления, совершая маневр «обгон» движущегося впереди автомобиля, на полосу дороги, предназначенную для встречного движения (на его полосу), выехал автомобиль NISSAN X-Trail. Пояснить, был ли включен сигнал поворота на автомобиле NISSAN X-Trail не может. Понимая, что расстояние до автомобиля небольшое, во избежание столкновения он нажал педаль тормоза и максимально принял правее в сторону обочины. В следующий момент произошло столкновение. Лобового столкновения избежать удалось, удар пришелся «по касательной», его автомобиль выбросило в правый кювет, а автомобиль NISSAN X-Trail по инерции продолжил движение по встречной для себя полосе, где допустил столкновение с автомобилем MITSUBISHI outlander под управлением ФИО8, следовавшим позади NISSAN almera. Дорожная обстановка была спокойной, на улице было темно, на проезжей части лежало небольшое количество мокрого снега.

Как следует из объяснения водителя-участника ДТП ФИО8 (истца), 23.10.2019 около 07 часов 00 минут он, управляя автомобилем MITSUBISHI outlander, г.р.з. *** двигался по автодороге «Автоподъезд к городу Мурманску» со стороны «юга» в сторону «севера». В автомобиле находился также его сослуживец ФИО1 Впереди его автомобиля на дистанции около 150 метров двигался автомобиль NISSAN Almera. Скорость обоих автомобилей была около 60 км/ч. Двигаясь в районе 18 километра 500 метров автодороги «Автоподъезд к городу Мурманску» он увидел свет фар встречного автомобиля, который стал совершать маневр обгона движущейся впереди него фуры. В это же время водитель автомобиля NISSAN Almera стал тормозить и максимально уходить вправо к обочине. В следующий момент произошло столкновение между автомобилями NISSAN Almera с автомобилем, выполняющим обгон фуры. От удара автомобиль NISSAN X-Trail, продолжая двигаться по инерции вперед, совершил столкновение с передней частью его автомобиля. 

Аналогичные объяснения были даны пассажиром автомобиля MITSUBISHI outlander – ФИО1 

Из объяснений водителя-участника ДТП ФИО5 (ответчика) следует, что 23.10.2019 примерно в 07 часов 00 минут он, управляя автомобилем NISSAN XTrail, г.р.з. ***, осуществлял движение по автодороге «Автоподъезд к городу Мурманску» со стороны г. Североморска в сторону Первомайского округа города Мурманска со скоростью 60 км/ч. Впереди него двигался грузовик. В районе 18 км + 500 метров его автомобиль вынесло на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, так как на проезжей части были осадки в виде рыхлого снега. Он вывернул руль влево чтобы избежать столкновение со встречным автомобилем, однако столкновения избежать не удалось, вследствие чего он столкнулся с автомобилем NISSAN Almera. Через несколько секунд последовал еще один удар в его автомобиль. Выйдя из машины, он обнаружил, что произошло столкновение с автомобилем MITSUBISHI Outlander.

Приведенные объяснения участников ДТП согласуются не только между собой, но и со схемой места ДТП от 23 октября 2019, составленной сотрудниками ГИБДД и подписанной водителями-участниками ДТП, представленными из ГИБДД фотоснимками. 

Достоверность приведенных доказательств в части факта ДТП и обстоятельств ДТП не вызывает сомнений, так как эти доказательства в основном в указанной части согласуются между собой и дополняют друг друга.

Установленные выше обстоятельства ДТП свидетельствуют о том, что именно в результате действий водителя ФИО5 автомобилю MITSUBISHI Outlander, принадлежащего ФИО8, был причинен вред в виде механических повреждений.

При таких обстоятельствах, ответственность за причинение истцу ущерба в силу приведенных выше норм должен нести ответчик ФИО5

Доказательств, подтверждающих, что указанный выше вред был причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего либо вследствие грубой неосторожности потерпевшего и отсутствия вины причинителя вреда, ответчиком в силу статьи 56 ГПК Российской Федерации, суду не представлено.

Довод ответчика о том, что ДТП произошло вследствие ненадлежащего состояния дорожного покрытия, поскольку согласно акту о выявленных недостатках на проезжей части дороги сформированы осадки в виде рыхлого снега, судом отклоняется в связи со следующим.

В исследуемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля NISSAN X-Trail ФИО5 должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 10.1 ПДД РФ, которые предписывают водителю при движении учесть имеющиеся дорожные условия (видимость, обзорность, наличие наледи, колейности и т.д.), особенности и состояние транспортного средства, свои навыки вождения, и выбрать такую скорость движения из диапазона разрешенных скоростей, которая бы обеспечивала ему возможность, осуществлять постоянный контроль за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД и остановить транспортное средство в пределах обозреваемого участка дороги. Критерием правильности выбора скорости движения является осуществление водителем постоянного контроля за движением транспортного средства и отсутствие ДТП.

Управление транспортным средством в климатических условиях поздней осени на Крайнем Севере, на опасном участке автодороги, в снежную погоду требует от водителя принятия повышенных мер предосторожности, что было очевидно для водителя.

Участвуя в дорожном движении как владелец источника повышенной опасности, ФИО5 неверно оценил дорожную ситуацию, тогда как водитель в каждом конкретном случае должен учитывать дорожные условия, состояние дорожного покрытия и его сцепные свойства.

При этом доказательств ненадлежащего исполнения соответствующими организациями обязанностей по содержанию дорожного покрытия, способствовавшее в итоге произошедшему дорожно-транспортному происшествию, в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В соответствии с пунктом 1.5 ПДД Российской Федерации участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Во избежание столкновения и для снижения тяжести последствий, водители должны реагировать и принимать возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки в соответствии с абзацем 2 пункта 10.1 ПДД Российской Федерации.

Ответчик ФИО5 указывает на нарушение истцом ФИО8 абзаца 2 пункта 10.1 ПДД. Полагает, что в случае своевременного применения торможения, столкновения между автомобилями MITSUBISHI Outlander и NISSAN X-Trail можно было избежать.

В силу статьи 56-57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она основывает свои требования и возражения.

Однако ответчиком не представлено доказательств того, что с учетом скорости движения автомобиля истца и расстояния, которое транспортное средство MITSUBISHI outlander преодолело до места столкновения от места обнаружения опасности, водитель автомобиля ФИО8 располагал технической возможностью предотвратить столкновение.

При решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия судам следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

Определение визуально таких величин, как расстояние, производится субъективным образом. Утверждение ответчика о том, что истец обнаружил опасность для движения, увидев автомобиль NISSAN X-Trail за 150 метров до столкновения (согласно объяснениям истца дистанция до движущегося впереди ТС ФИО15 до возникновения опасной ситуации составляла 150 метров), опровергается пояснениями водителя ФИО7, согласно которым следовавшие за ним автомобили двигались в потоке, дистанция до позади идущего автомобиля была достаточной, безопасной, не менее 7-10 метров. 

Как пояснили допрошенные в судебном заседании специалисты-трасологи ФИО2. (по ходатайству ответчика) и ФИО3 (по ходатайству истца), исходные данные (скорость автомобилей, удаление от объекта в момент обнаружения опасности, состояние дорожного полотна (для определения коэффициента сцепления шин с дорогой) указаны только со слов водителей, участвовавших в ДТП. Объективных исходных данных, позволяющих произвести соответствующие вычисления остановочного пути автомобилей (запись видеорегистратора, показания свидетелей, замеры тормозного пути всех участников ДТП), материалы дела не содержат. ФИО16 указал, что столкновение автомобиля ФИО8 с автомобилем ФИО5 явилось следствием столкновения автомобиля ФИО5 с автомобилем ФИО7 Проведение экспертизы нецелесообразно, поскольку недостаточно установочных данных; выводы будут носить предположительных характер.

Кроме того, суд приходит к выводу, что нет оснований к выводу о том, что истец не применял торможения во избежание ДТП (исходя из его объяснений от 23.10.2019). Действительно, в акте осмотра места происшествия указано, что следов торможения не было зафиксировано. Однако, как пояснил в судебном заседании свидетель ФИО17, являющийся старшим инспектором ОР ДПС ГИБДД, составлявший схему ДТП, следы торможения могли не быть обнаружены в связи с тем, что сотрудники ГИБДД фиксируют расположение автомобилей и дорожную обстановку на момент осмотра, т.е. спустя определенное время после ДТП. За данный промежуток времени, учитывая мокрый снег на дорожном покрытии, интенсивность движения по «объездной дороге» г.Мурманска в «часы пик», идентифицировать следы шин автомобилей-участников ДТП не представилось возможным. 

Исходя из изложенного, суд считает достоверно установленным, что в нарушение Правил дорожного движения, выехав на полосу встречного движения и столкнувшись с автомобилем NISSAN ALMERA, ФИО5, своим автомобилем создал внезапное препятствие на пути следования автомобиля под управлением ФИО8, что и стало причиной ДТП.

Водитель NISSAN X-TRAIL ФИО5 своими действиями, не соответствующими требованиям пунктов 1.3, 1.5, 10.1 ПДД, создал опасную обстановку как для водителя автомобиля NISSAN ALMERA ФИО7, так и для водителя автомобиля MITSUBISHI OUTLANDER ФИО8, то есть действия водителя NISSAN X-TRAIL ФИО5 находятся в причинно-следственной связи с имевшем место ДТП. 

К доводу стороны ответчика о том, что водитель MITSUBISHI OUTLANDER имел возможность предотвратить ДТП суд относится критически, так как считает, что данное утверждение является субъективным мнением, носит предположительный характер.

При таких обстоятельствах, оснований полагать о нарушении истцом абзаца 2 пункта 10.1 ПДД суд не находит, выезд автомобиля NISSAN X-TRAIL на полосу встречного движения по пути следования автомобиля истца ФИО8 стал внезапным, в связи с чем, у ФИО8 отсутствовала объективная возможность для выполнения требований пункта 10.1 ПДД о полной остановке транспортного средства. 

Кроме того, суд учитывает, что 23.10.2019 года в отношении водителя автомобиля NISSAN X-TRAIL ФИО5 было вынесено определение *** о возбуждении производства по делу об административном правонарушении и проведении административного расследования, по признакам состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 12.24 КоАП Российской Федерации (нарушение ПДД или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего).

Постановлением от 22.11.2019 производство по делу об административном правонарушении и административное расследование прекращено в связи с отсутствием в действиях гражданина ФИО5 состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 12.24 КоАП Российской Федерации, поскольку действия ФИО5 не повлекли за собой причинение легкого или среднего тяжести вреда здоровью потерпевших ФИО7, ФИО8 и ФИО1 

Данным постановлением было установлено, что именно ФИО5 выехал на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем NISSAN almera и MITSUBISHI outlander.

Данное постановление в установленном порядке ответчиком не обжаловано.

Каких-либо оснований, предусмотренных статьями 1079 (пункт 1) и 1083 (пункт 2) ГК Российской Федерации, для освобождения ФИО5 полностью или частично от ответственности суд не находит.

В силу статьи 1072 ГК Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931 в частности), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В соответствии со статьей 1082 ГК Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, истец 25.10.2019 обратился в страховую компанию, застраховавшую гражданскую ответственность виновного в ДТП (АО «ГСК «Югория»), с заявлением о страховой выплате.

АО «ГСК «Югория» произвело выплату страхового возмещения в соответствии с Законом об ОСАГО в размере 400 000 рублей, что подтверждается страховым актом №046/19-48-002021/01/06, платежным поручением № 181751 от 02.12.2019, сторонами не оспаривается.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» они предполагают – исходя из принципа полного возмещения вреда – возможность возмещения потерпевшему лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, вреда, причиненного при эксплуатации транспортного средства, в размере, который превышает страховое возмещение, выплаченное потерпевшему в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности.

При этом отмечено, что статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, потерпевшему, которому по указанному договору страховой организацией выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда исходя из принципа полного его возмещения, если потерпевшим представлены надлежащие доказательства того, что размер фактически понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

Вместе с тем, в силу вытекающих из Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьи 55 (часть 3), принципов справедливости и пропорциональности (соразмерности) и недопустимости при осуществлении прав и свобод человека и гражданина нарушений прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3) регулирование подобного рода отношений требует обеспечения баланса интересов потерпевшего, намеренного максимально быстро, в полном объеме и с учетом требований безопасности восстановить поврежденное транспортное средство, и лица, причинившего вред, интерес которого состоит в том, чтобы возместить потерпевшему лишь те расходы, необходимость осуществления которых непосредственно находится в причинно-следственной связи с его противоправными действиями.

Согласно экспертному заключению № 372/311019 от 06.11.2019, составленному ИП ФИО10 стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца с учетом износа заменяемых запасных частей составляет 1 264 100 рублей.

Ответчиком в ходе рассмотрения дела оспаривался размер причиненного ущерба автомобилю MITSUBISHI Outlander, собственником которого является ФИО8 

Стороной ответчика в материалы дела представлена рецензия экспертного заключения № 372/311019, составленного ИП ФИО11 13.01.2020, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца с учетом износа составляет 1 135 527 рублей. Также в рецензии указано, что в экспертном заключении № 372/311019 имеется несоответствие некоторых каталожных номеров заменяемых деталей для данной комплектации автомобиля и как следствие, неправильно учтена их стоимость, повлекшая за собой увеличение стоимости ремонта. 

Допрошенный в судебном заседании 28.01.2020 эксперт ФИО10, подготовивший экспертное заключение № 372/311019 от 06.11.2019, пояснил, что произвел осмотр транспортного средства истца, составил акт осмотра, зафиксировал повреждения, произвел фотосъемку. Расчет стоимости восстановительного ремонта ТС производится в лицензированном программном продукте AUDATEX, который соответствует Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт. Данная программа постоянно обновляется и позволяет на основании идентификационного номера (VIN) автомобиля определить его комплектацию, учитывая новейшие модели и комплектации. Программа «ПС-Комплекс», использованная в предоставленной суду рецензии, не позволяет определить привязку VIN к его комплектации, сведения в ней указаны по автомобилям до 2015 года выпуска, в то время как автомобиль истца – 2018 года выпуска. В рецензии, представленной ответчиком, применены некоторые устаревшие каталожные номера заменяемых деталей. Он же применил новые каталожные номера, которые зависят от года выпуска автомобиля, рестайлинга. 

Согласно пункта 3 статьи 12.1 Закона «Об ОСАГО» независимая техническая экспертиза проводится с использованием Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, которая утверждается Банком России.

В соответствии с положениями пункта 3.5 «Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства» (утв. Банком России 19.09.2014 № 432-П) расхождение в результатах расчётов размера расходов на восстановительный ремонт, выполненных различными специалистами, следует признавать находящимся в пределах статистической достоверности за счёт использования различных технологических решений и погрешностей расчета, если оно не превышает 10 процентов. Указанный предел погрешности не может применяться в случае проведения расчёта размера расходов с использованием замены деталей на бывшие в употреблении. 

В соответствии с пунктом 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» по договору обязательного страхования размер страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему в связи с повреждением транспортного средства, по страховым случаям, наступившим начиная с 17.10.2014, определяется только в соответствии с Единой методикой. Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 32 вышеприведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в случаях, когда разница между фактически произведенной страховщиком страховой выплатой и предъявляемыми истцом требованиями составляет менее 10 процентов, необходимо учитывать, что в соответствии с п. 3.5 Единой методики расхождение в результатах расчетов размера расходов на восстановительный ремонт, выполненных различными специалистами, образовавшееся за счет использования различных технологических решений и погрешностей, следует признавать находящимся в пределах статистической достоверности. 

Согласно пункту 3.6.5 Единой методики определение стоимости новой запасной части, установка которой назначается взамен подлежащего замене комплектующего изделия (детали, узла и агрегата), осуществляется путем применения электронных баз данных стоимостной информации (справочников) в отношении деталей (узлов, агрегатов). В случае отсутствия таких баз данных, определение стоимости проводится методом статистического наблюдения среди хозяйствующих субъектов (продавцов), действующих в пределах границ товарного рынка, соответствующего месту дорожно-транспортного происшествия. Использование рыночной стоимости бывших в употреблении запасных частей допускается при наличии рынка таких запчастей и в исключительных случаях, к которым рассматриваемый случай не относится.

В силу пунктов 7.1, 7.4 Единой методики справочники средней стоимости запасных частей, материалов и нормочаса работ при определении размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства формируются в виде электронных баз данных, по региональным товарным рынкам (экономическим регионам), и утверждаются профессиональным объединением страховщиков, созданным в соответствии с ФЗ об ОСАГО, с учетом границ экономических регионов Российской Федерации, указанных в приложении 4 к Единой методике.

В силу пункта 7.6 Единой методики профессиональное объединение страховщиков обеспечивает возможность использования Справочников страховщиками или экспертами-техниками (экспертными организациями) через программные автоматизированные комплексы, применяемые для расчета расходов на восстановительный ремонт. 

Экспертное заключение № 372/311019 от 06.11.2019 составлено экспертом-техником ФИО10 в соответствии с требованиями «Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства» с учетом объема повреждений транспортного средства, установленного по результатам непосредственного личного осмотра. 

Суд принимает во внимание, что ИП ФИО11 при определении стоимости восстановительного ремонта использовал технические характеристики автомобиля MITSUBISHI Outlander 2015 года (Приложение к рецензии), в то время как автомобиль истца 2018 года выпуска. 

Доводы ответчика, что по калькуляции №046/19-48-002021 от 25.11.2019 страховой компании АО «ГСК «Югория» стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа составляет 1 017 800 рублей суд также отвергает, по вышеприведенным основаниям.

Суд в данном случае не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность экспертного заключения № 372/311019 от 06.11.2019, поскольку экспертиза проведена компетентным экспертом, имеющим значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Положения Банка России от 19.09.2014 № 432-П «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства», с применением сертифицированного программного продукта «AUDATEX».

Следует отметить, что разница между стоимостью восстановительного ремонта автомобиля, определенного ИП ФИО10 и ИП ФИО11 возникла именно в связи с различной стоимостью запасных частей, установленной экспертами, однако в экспертном заключении ИП ФИО10 исходя из вышеизложенного стоимость запасных частей определена более достоверно, различие в общей стоимости составляет 10,2%.

Таким образом, суд принимает экспертное заключение № 372/311019 от 06.11.2019, составленное ИП ФИО10 в качестве доказательства стоимости восстановительного ремонта транспортного средства от дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 23.10.2019, полагая, что указанное заключение объективно отражает механические повреждения автомобиля, полученные в результате ДТП, а также стоимость ремонта автомобиля. 

У суда не имеется оснований не доверять данному экспертному заключению и сомневаться в его объективности, в связи с чем, оно оценивается судом по правилам статьи 67 ГПК Российской Федерации и является относимым, допустимым, достоверным и достаточным. 

Таким образом, суд удовлетворяет требования истца в части возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, с учетом уточнения, в размере 864 100 рублей (1 264 100 - 400 000). 

На основании статьи 98 ГПК Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

В силу статьи 100 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Услуги представителя оплачены ФИО8 в сумме 20 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 135 от 25.11.2019.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым – на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Исходя из принципа разумности и справедливости, обстоятельств дела, принимая во внимание категорию дела, не относящегося к категории сложных, проведение одного судебного заседания, суд взыскивает в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей, полагая указанную сумму расходов соразмерной объему защищаемого права.

Суд также находит обоснованными в силу положений статьями 94, 98 ГПК Российской Федерации и подлежащими взысканию в пользу истца расходы в сумме 15 000 рублей по оплате услуг эксперта ФИО10, подтвержденные квитанцией к приходному кассовому ордеру №216 от 08.11.2019.

В соответствии со статьей 98 ГПК Российской Федерации суд взыскивает с ответчика в пользу истца, подтвержденные соответствующим платежным документом расходы по уплате государственной пошлины, исходя из размера удовлетворенных исковых требований, в размере 11 841 рубль 00 копеек. 

Суд рассматривает спор на основании представленных сторонами доказательств, с учетом требований статьи 56 ГПК Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 56-57, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО8 к ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, - удовлетворить.

Взыскать с ФИО5, родившегося *** года рождения в г***, в пользу ФИО8 в возмещение материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 864 100 рублей, по оплате услуг представителя – 15 000 рублей, по оплате услуг оценщика 15 000 рублей, по оплате государственной пошлины – 11 841 рубль, а всего: 905 941 (девятьсот пять тысяч девятьсот сорок один) рубль.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Мурманский областной суд через Североморский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Т.А. Мохова