Судья Федоров А.В. Дело № 22-2236/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск 15 сентября 2025 года

Томский областной суд в составе

председательствующего судьи Вельтмандера А.Т.,

при секретаре – помощнике судьи Т.,

с участием прокурора Петрушина А.И.,

обвиняемого А.,

защитника обвиняемого – адвоката Аббасова Н.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе адвоката Аббасова Н.А. в защиту интересов обвиняемого А. на постановление Кировского районного суда г. Томска от 30 августа 2025 года, которым в отношении 

А., 

/__/, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК Российской Федерации,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 29 суток, то есть до 29 октября 2025 года.

Изучив материалы дела, заслушав выступление обвиняемого А., адвоката Аббасова Н.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Петрушина А.И., полагавшего необходимым апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

29 августа 2025 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ.

29 августа 2025 года в порядке ст.ст. 91 - 92 УПК Российской Федерации задержан А., ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ, он допрошен в качестве подозреваемого и обвиняемого, вину признал частично.

Следователь с согласия руководителя следственного органа обратился в суд с ходатайством об избрании в отношении А. меры пресечения в виде заключения под стражу, указывая, что он с целью избежания наказания может скрыться от органов предварительного следствия и суда, оказать давление на лиц, чьи показания изобличают его вину в совершении инкриминируемого деяния, так как А. известны данные указанных лиц, иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, в том числе путем уничтожения и или сокрытия доказательств по уголовному делу.

Постановлением Кировского районного суда г. Томска от 30 августа 2025 года ходатайство следователя было удовлетворено, А. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 29 суток, то есть до 29 октября 2025 года.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого А. – адвокат Аббасов Н.А. выражает несогласие с постановлением, считает его подлежащим отмене. 

Отмечает, что А. пояснял, что не намерен препятствовать установлению истины по делу, не имеет связей, средств и методов оказания давления, не желает этого. Полагает, что в деле отсутствуют объективные данные о том, что А. может скрыться от следствия и суда, каким-либо способом воспрепятствовать установлению истины по делу, в судебном заседании доказательств обратного представлено не было. Вопреки этому в судебном заседании на основании исследованных материалов и пояснений сторон установлено, что А. является гражданином РФ, ранее не судим, имеет место жительства и регистрации на территории /__/, имеет прочные социальные связи, женат и имеет на иждивении двух малолетних детей, официально трудоустроен - является /__/. Сама по себе тяжесть преступления, в котором обвиняется А., не является единственным и безусловным основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу. Защита считает, что отсутствуют основания полагать, что А. при избрании меры пресечения более мягкой, нежели заключение под стражу; скроется от следствия и суда, совершит преступления, будет угрожать участникам судопроизводства, уничтожит доказательства, либо иным путем препятствовать производству по уголовному делу. Считает, что более мягкая мера пресечения не сделала бы невозможным выполнение целей и задач предварительного расследования и позволила бы А. участвовать в воспитании своих малолетних детей, заботиться о них. Считает указанные в постановлении Кировского районного суда г. Томска от 30 августа 2025 года основания несостоятельными, основанными на предположениях, ввиду чего они не могут лежать в основе избрания меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении А. Безосновательное вменение возможности скрыться от следствия и суда без подтверждения объективными доказательствами по делу является явным нарушением презумпции невиновности, предусмотренной ст. 14 УПК РФ и ст. 49 Конституции РФ. Помимо этого, защита также считает позицию суда относительно невозможности избрания домашнего ареста в отношении А. ввиду того, что его супруга имеет возможность оказать обвиняемому содействие в воспрепятствовании расследованию, несостоятельной и основанной на предположениях, поскольку отсутствуют хоть какие-то объективные данные о том, что она, будучи не судимой и не привлекаемой к уголовной ответственности, будучи матерью двух малолетних детей, которых растит и воспитывает совместно с А., решится на подобное преступление против правосудия, чем поставит свою семью под удар и лишь усугубит положение своего супруга. Суд фактически отказывает в избрании иной меры пресечения, в том числе домашнего ареста, ссылаясь на то, что у обвиняемого имеются крепкие положительные социальные связи в лице его супруги А., хотя такое обстоятельство само по себе относится к положительно характеризующим лицо, пока прямо не будет приведены факты деструктивного влияния подобных социальных связей. Защита полагает, что при вынесении обжалуемого постановления суд первой инстанции исходил лишь из формальной необходимости указания на невозможность избрания в отношении А. более мягкой меры пресечения, нежели, содержание под стражей, не давая в надлежащей мере оценку всей совокупности обстоятельств, основанную на полном и всестороннем их изучении. Просит постановление Кировского районного суда г. Томска от 30 августа 2025 года, которым А. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 01 месяц 29 суток, то есть до 29 октября 2025 года с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, отменить.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор просит оставить постановление без изменения, а апелляционную жалобу защитника - без удовлетворения.

Выслушав выступления сторон, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражения на них, суд приходит к следующему.

Исходя из Конституции Российской Федерации, ее статей 17 (часть 2), 21 (часть 1) и 22 (часть 1), право на свободу воплощает наиболее значимое социальное благо, которое исходя из признания государством достоинства личности предопределяет недопустимость произвольного вмешательства в сферу ее автономии, создает условия как для всестороннего развития человека, так и для демократического устройства общества. Именно поэтому, предусматривая повышенный уровень гарантий права каждого на свободу и личную неприкосновенность, Конституция Российской Федерации допускает возможность ограничения данного права лишь в той мере, в какой это необходимо в определенных ею целях, и лишь в установленном законом порядке (статья 55, часть 3). 

Закрепление в законе возможности ограничения свободы и личной неприкосновенности является, таким образом, результатом законодательного разрешения коллизии между правом каждого на свободу и обязанностью государства обеспечить посредством правосудия защиту значимых для общества ценностей. Его сущностные черты предопределяются непосредственно Конституцией Российской Федерации, устанавливающей, что арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению (статья 22, часть 2). 

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2005 г. № 4-П меры пресечения, в том числе заключение под стражу, могут применяться лишь при наличии оснований, соответствующих указанным в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации целям только в этом случае их применение будет отвечать конституционному смыслу данного вида мер уголовно-процессуального принуждения.

Согласно статьи 97 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд вправе избрать обвиняемому меру пресечения, если имеются основания полагать, что он может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства, иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу. 

В соответствии со статьёй 99 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при избрании в отношении обвиняемого меры пресечения и определения ее вида, должны учитываться тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В соответствии со статьёй 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями первой.1, первой.2 и второй настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

А. органами следствия обвиняется в совершении преступления, относящегося в соответствии с уголовным законом к категории тяжких преступлений.

При решении вопроса об избрании меры пресечения в отношении А. суд первой инстанции, вопреки доводам жалобы, исследовал имеющиеся в его распоряжении документы, выслушал участников процесса, учел все известные данные о личности обвиняемого, имеющие значение для решения вопроса о мере пресечения, и обоснованно удовлетворил ходатайство следователя.

Оснований полагать, что суд формально подошел к исследованию материалов дела в какой-либо части у апелляционной инстанции не имеется, выводы в постановлении мотивированы.

Представленными суду материалами подтверждена обоснованность подозрения в причастности А. к деянию, в совершении которого он обвиняется, что усматривается из исследованных судом материалов. 

При этом суд первой инстанции при решении вопроса о мере пресечения обоснованно не входил в обсуждение вопросов о доказанности вины обвиняемого и правильности квалификации его действий, поскольку они не являются предметом судебной проверки на досудебной стадии производства по уголовному делу. Не входит в обсуждение этих вопросов и суд апелляционной инстанции. 

Ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу подано уполномоченным на то должностным лицом, нарушений уголовно-процессуального закона при задержании А. не было.

Вопреки доводам защиты, необходимость избрания меры пресечения в виде заключения под стражу и невозможность избрания иной меры пресечения в постановлении мотивированы, не основаны на предположениях, все предусмотренные законом обстоятельства судом первой инстанции были учтены, изложенные в постановлении выводы суд апелляционной инстанции считает правильными.

При принятии решения об избрании А. меры пресечения в виде заключения под стражу суд учел данные о личности обвиняемого, который не судим, имеет постоянное место жительство в /__/, семью, двух несовершеннолетних детей.

Вместе с тем, суд учел, что А. обвиняется в совершении умышленного тяжкого преступления коррупционной направленности, за которое предусмотрено наказание на длительный срок, занимает должность /__/.

Вопреки доводам жалобы, согласно положениям закона для разрешения вопроса о мере пресечения не обязательно, чтобы были установлены действия обвиняемого, направленные на то, чтобы скрыться от следствия и суда, иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, в том числе оказать давление на свидетелей, достаточно установления соответствующей реальной возможности. Данные обстоятельства судом первой инстанции правильно оценены, не являются нарушением принципа презумпции невиновности.

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» в качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым действий, указанных в статье 97 УПК РФ. В частности, о том, что лицо может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда, на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Поэтому отсутствие сведений о том, что А. оказывал давление на свидетелей также не указывает на отсутствие соответствующей реальной возможности в дальнейшем с учетом занимаемой им должности.

При таких обстоятельствах суд обосновано пришел к выводу, что А. в случае избрания меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, учитывая тяжесть преступления, в котором он обвиняется и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок, может скрыться от органов предварительного следствия и суда, оказать воздействие на свидетелей и иных участников судопроизводства с целью дачи ими необходимых ему показаний, иным образом воспрепятствовать производству по делу.

Выводы суда первой инстанции подтверждены соответствующими материалами дела, исследованными судом, не являются формальными, оснований для избрания иной меры пресечения А., не связанной с содержанием под стражей, в том числе по доводам апелляционной жалобы защитника, суд апелляционной инстанции не усматривает.

При установленных судом обстоятельствах лишь содержание под стражей в отношении А. может обеспечить достижение целей уголовного судопроизводства, поскольку иная мера пресечения не будет являться гарантией надлежащего поведения обвиняемого. 

Выводы суда о невозможности избрания в отношении обвиняемого домашнего ареста, поскольку он проживает совместно с супругой, которая, не будучи ограничена в передвижении и использовании средств связи, имеет возможность оказать обвиняемому содействие в воспрепятствовании расследованию, на законность принятого решения не влияют и основанием для его отмены не являются.

Данных о наличии у обвиняемого заболеваний, препятствующих его содержанию под стражей, в материалах дела не имеется, суду не представлено.

Решение принято судом в пределах своей компетенции, а предусмотренные законом процедура рассмотрения вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, вынесения по данному поводу решения и сроки рассмотрения ходатайства следственного органа соблюдены.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, влекущих отмену обжалуемого постановления, в том числе по доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит. 

Вместе с тем, в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ, основанием изменения судебного решения в апелляционном порядке наряду с другими является существенное нарушение уголовно-процессуального закона, которое повлияло на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Указанное нарушение допущено судом первой инстанции при исчислении срока содержания А. под стражей.

Согласно материалам дела А. был задержан 29 августа 2025 года. Исходя из вышеизложенного, избрание заключения под стражу на 1 месяц 29 суток осуществляется до 28 октября 2025 года.

Таким образом постановление суда необходимо изменить, указать на избрание меры пресечения в виде заключения под стражу А. на срок 1 месяц 29 суток, до 28 октября 2025 года.

В остальном постановление является законным и обоснованным, иных оснований для его изменения нет.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.33 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Кировского районного суда г. Томска от 30 августа 2025 года в отношении А. изменить:

- указать, что А. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 29 суток, до 28 октября 2025 года.

В остальной части постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Аббасова Н.А. в защиту интересов обвиняемого А. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Вельтмандер А.Т.