Дело № 2-102/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 февраля 2019 года г.Тверь

Заволжский районный суд г. Твери в составе

председательствующего судьи Никифоровой А.Ю.

при секретаре Шараповой И.А.

c участием представителя ответчика Следственного комитета РФ, третьего лица Следственного управления Следственного комитета РФ по Тверской области ФИО1 

представителя третьего лица Прокуратуры Тверской области – помощника прокурора Заволжского района г.Твери Горожанкиной Е.Г.

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Амельяновича ФИО13 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства Российской Федерации по Тверской области, Вышневолоцкому межрайонному следственному отделу Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области, Следственному комитету Российской Федерации о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Вышневолоцкий городской суд Тверской области, с исковым заявлением к Управлению Федерального казначейства Российской Федерации по Тверской области, Вышневолоцкому межрайонному следственному отделу Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области, в котором просил взыскать компенсацию морального вреда в сумме 500000.00 рублей.

Определением суда от 08 августа 2018 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований к участию в деле привлечены Министерство финансов РФ, Следственный комитет РФ, Следственное управление Следственного комитета РФ по Тверской области, прокуратура Тверской области. 

Определением суда от 04 сентября 2018 года гражданское дело передано на рассмотрение по существу в Заволжский районный суд г.Твери.

Протокольным определением Заволжского районного суда от 19.11.2018 года изменен процессуальный статус третьих лиц не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора Министерства финансов РФ, Следственный комитет РФ на соответчиков. 

В обоснование иска указано, что 04.02.2016 года апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верхового Суда РФ прекращено уголовное преследование по ст.ст. 30 ч. 3, 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. «а» УК РФ на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях состава преступления, за истцом признано право на реабилитацию. 

По приговору Тверского областного суда от 24.11.2015 года по остальным эпизодам снижено наказание. Наказание по приговору от 24.11.2015 года было 12 лет лишения свободы, с ограничением свободы на 1 год, с иском в пользу потерпевшего 300000 руб. после изменений наказание снижено и назначено 8 лет 2 месяца лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, с иском 300000 руб.

Данной ошибкой в виду привлечения и осуждения истца на 3 года 10 месяцев причинен истцу моральный вред, который заключается в том, что истец испытывал моральные страдания за незаконное назначение наказания и лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, извещен надлежащим образом, содержится в ФКУ ИК-11 УФСИН России по Нижегородской области. В исковом заявлении просил рассмотреть дело в свое отсутствие. Представил письменные объяснения, в которых дополнительно указал, что в связи с незаконным осуждением ст. 30 ч. 3, 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. «а» УК РФ он претерпевал моральные страдания, которые выразились, в том, что с ним развелась жена, он не мог общаться с родителями. При этом он испытывал моральное унижение в виду незаконных действий следователей Вышневолоцкого межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области выразившиеся в неоднократном этилировании из СИЗО-1 г.Твери в г. Вышний Волочек и изолировании его по 10 суток в одиночных камерах ИВС. Его неоднократно конвоировали в ИВС г.В.Волочек, время в пути 3-3.5 часа в одиночных камерах «стаканах», которое в зимний период времени не отапливалось, при перевозке в летний период в «автозаках» было жарко, кондиционер отсутствовал, он сидел в полной темноте и испытывал чувство страха и собственной неполноценности, был стеснен в движении в виду маленького размера камеры, конечности и мышцы затекали после длительной поездки и он не мог впоследствии двигаться, испытывал сильную физическую боль в мышцах и суставах. При транспортировке ему не предоставлялась питьевая вода и питание. Предоставленная в ответе начальника УООПИ ОИВ УМВД России по Тверской области ФИО3 информация частично не соответствует действительности. В СИЗО-1 его держали в отдельном боксе, где было грязно и накурено, дышать было невозможно, в связи с чем он испытывал частые головные боли. О данных фактах он неоднократно сообщал следователям Вышневолоцкого межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области. В виду предъявления истцу особо тяжких статей он был напуган и безумно переживал за своих родных и за себя, в свои 24-25 лет у него появилась седина, очень часто начал болеть, у него упало зрение, от него отвернулись многие друзья и бывшие коллеги. Также представил письменные объяснения осуждённого ФИО4 из которых следует, что в период с 2.05.2015 по 17.01.2016 года он содержался под стражей в СИЗО №1 г.Твери по постановлению суда. В период его содержания в СИЗО № 1 он находился в камере совместно с ФИО2 и видел как истец находился в подавленном состоянии, переживал за своих родных и близких. Также их вместе конвоировали в ИВС г.Вышневого Волочка и они содержались в одной камере, по времени около 10 суток. За все это время ФИО2 никто не посещал и к следователю не вызывали, истец находился в подавленном состоянии. При вывозе их из СИЗО №1 в ИВС, перевозка осужденных осуществлялась в автомобиле ГАЗ, УАЗ. Условия перевозки были ужасные.

В судебное заседание представитель ответчика Минфина РФ в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по Тверской области не явился, извещен надлежащим образом, представил возражения на иск в которых просил отказать в удовлетворении исковых требований и рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.

Ответчик Вышневолоцкий межрайонный следственный отдел Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание своего представителя не направил, представил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

В судебном заседании представитель третьего лица прокуратуры Тверской области - помощник прокурора Заволжского района г.Твери Горожанкина Е.Г. указала на обоснованность исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности и необходимость учитывать требования разумности и справедливости при определении размера компенсации.

В судебном заседании представитель ответчика Следственного комитета РФ, третьего лица Следственного управления Следственного комитета РФ по Тверской области ФИО1 возражала против удовлетворения заявленных требований. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении слушанием дела не представили.

Судом определено рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В силу статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Таким образом, действующее законодательство исходит из обязанности государства возместить лицу причиненный моральный вред в случае незаконного привлечения этого лица к уголовной ответственности, причем самим фактом незаконного привлечения к уголовной ответственности презюмируется причинение морального вреда.

Судом было установлено, что приговором Тверского областного суда от 24 ноября 2015 года ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33 ч. 1 ст. 105, ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 2 ст. 105, ч. 5 ст. 33 ч. 1 ст. 167 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы: - по ч. 5 ст. 33 ч. 1 ст. 105 УК РФ сроком 9 лет без ограничения свободы; - по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком 9 лет с ограничением свободы на 1 год, с установлением в соответствии со ст. 53 УК РФ ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 22-00 часов вечера до 06-00 часов утра следующего дня, не менять место жительства (пребывания) и регистрации, не выезжать за пределы сельского поселения Труд Фировского района Тверской области без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; с возложением обязанности являться на регистрацию два раза в месяц в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор а отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, в дни установленные этим органом;- по ч. 5 ст. 33 ч. 1 ст. 167 УК РФ сроком на 4 месяца.

На основании ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначить ФИО2 12 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима, с ограничением свободы на 1 год.

В соответствии со ст. 53 УК РФ возложить на ФИО2 ограничения после отбытия им наказания в виде лишения свободы: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 22-00 часов вечера до 06-00 часов утра следующего дня, не менять место жительства (пребывания) и регистрации, не выезжать за пределы сельского поселения Труд Фировского района Тверской области без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; с возложением обязанности являться на регистрацию два раза в месяц в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор а отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, в дни установленные этим органом.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - содержание под стражей.

Срок отбытия наказания ФИО2 исчислять с 24 ноября 2015 года, с зачетом содержания под стражей в порядке меры пресечения с 20 июля 2014 года по 23 ноября 2015 года включительно.

Также в соответствии со ст. ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ взыскано с ФИО2 в пользу потерпевшей ФИО8 по заявленному гражданскому иску в счет возмещения морального вреда 300000 рублей 00 копеек., в пользу потерпевшего ФИО9 5000 рублей 00 копеек, 

В соответствии со ст. ст. 1064, 1100, 1101 ГК РФ взыскано с ФИО2 в пользу потерпевшего ФИО10 по заявленному гражданскому иску в счет возмещения материального ущерба 7000.00 рублей. Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 04 февраля 2016 года приговор Тверского областного суда от 24 ноября 2015 года в отношении ФИО2 в части его осуждения по ст. ст. 30 ч. 3, 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. «а» УК РФ отменен с прекращением уголовного дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием деяния состава преступления.

Этот же приговор в отношении ФИО5 изменен.

Признано в действиях ФИО2 на основании п. «о» ч. 1 ст. 63 УК РФ наличие отягчающего наказания обстоятельства – совершение умышленного преступления сотрудником органа внутренних дел.

Смягчено назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы по ч. 5 ст. 33, ст. 105 ч. 1 УК РФ до 8 лет, по ч. 5 ст. 33, ст. 167 УК РФ до 3 месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 33 ч. 5, 105 ч. 1 и ст. 33 ч. 5, ст. 167 УК РФ окончательно ФИО5 назначено 8 лет 2 месяца лишения свободы в исправительной колонии строго режима.

В связи с частичным прекращением уголовного дела в отношении осужденного ФИО2 по основанию отсутствия в деянии состава преступления в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано за ним право на реабилитацию.

В остальной части приговор в отношении ФИО2 оставлен без изменения.

Приговор вступил в законную силу 04 февраля 2016 года.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, содержащихся в абз. 3 п. 2 Постановления от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», следует, что к лицам, имеющим право на реабилитацию, относится, в том числе, осужденный в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части 1 статьи 24 УПК РФ.

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в определениях от 16 февраля 2006 г. № 19-О и от 18 июля 2006 г. № 279-О, в статье 133 УПК РФ не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицам, в отношении которых были вынесены судебные постановления по реабилитирующему основанию, по той лишь причине, что одновременно в другой части обвинения это лицо было признано виновным в совершении преступления либо уголовное преследование в отношении него было прекращено по основанию, не указанному в пунктах 2 и 3 части второй статьи 133 УПК РФ, - в таких ситуациях с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и в соответствии с принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина суд вправе принять решение о частичном возмещении реабилитированному лицу вреда, если таковой был причинен в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.Как разъяснено в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному суд должен учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Кроме того, необходимо учитывать, что Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г., с изменениями от 13 мая 2004 г.) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. № 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. № 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

В обоснование иска истец ссылается на то, что в связи с незаконным осуждением ст. 30 ч. 3, 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. «а» УК РФ он претерпевал моральные страдания, которые выразились, в том, что с ним развелась жена, он не мог общаться с родителями. При этом он испытывал моральное унижение в виду незаконных действий следователей Вышневолоцкого межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области выразившиеся в неоднократном этилировании из СИЗО-1 г.Твери в г. Вышний Волочек и изолировании его по 10 суток в одиночных камерах ИВС. Его неоднократно конвоировали в ИВС г.В.Волочек, время в пути 3-3.5 часа в одиночных камерах «стаканах», которое в зимний период времени не отапливалось, при перевозке в летний период в «автозаках» было жарко, кондиционер отсутствовал, он сидел в полной темноте и испытывал чувство страха и собственной неполноценности, был стеснен в движении в виду маленького размера камеры, конечности и мышцы затекали после длительной поездки и он не мог впоследствии двигаться, испытывал сильную физическую боль в мышцах и суставах. При транспортировке ему не предоставлялась питьевая вода и питание. Предоставленная в ответе начальника УООПИ ОИВ УМВД России по Тверской области ФИО3 информация частично не соответствует действительности. В СИЗО-1 его содержали в отдельном боксе, где было грязно и накурено, дышать было невозможно, в связи с чем он испытывал частые головные боли. О данных фактах он неоднократно сообщал следователям Вышневолоцкого межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области.В виду предъявления истцу особо тяжких статей он был напуган и безумно переживал за своих родных и за себя, в свои 24-25 лет у него появилась седина, очень часто начал болеть, у него упало зрение, от него отвернулись многие друзья и бывшие коллеги.

Принимая во внимание указанные выше нормы права и установив факт незаконного уголовного преследования ФИО2 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 30 ч. 3, 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. «а» УК РФ, поскольку в отношении ФИО2 приговор в этой части был отменен, уголовное дело в данной части прекращено по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, и признано право на реабилитацию, то суд приходит к выводу о том, что истец ФИО2 приобрел право на реабилитацию в виде компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

Определяя размер компенсации морального вреда суд учитывает, что доводы истца о ненадлежащих условиях содержания в камерах в период нахождения под стражей, этапировании, унижения со стороны сотрудников СИЗО- №1 и ИВС Вышневолоцкого межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области являются несостоятельными и опровергаются имеющимися в деле доказательства.

Так, согласно сообщения УМВД России по Тверской области от 26 июля 2018 года № 3/187709955 в период с 21.07.2014 по 30.11.2015 года конвоирование ФИО2 в качестве обвиняемого, подозреваемого, подсудимого осуществлялось спецтранспортом, в том числе сотрудниками МО МВД России «Вышневолоцкий» из ИВС МО МВД России «Вышеволоцкий» в ФКУ СИЗО-1 Г.Твери для проведения следственных действий, а также для участия в процессуальных действиях в Тверской областной суд, в Фировский районный суд Тверской области, Вышеволоцкий городской суд Тверской области.

Специализированные автомобили, используемые для перевозки осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений серии «АЗ» соответствуют требованиям ОСТ 78.01.0002-99 от 1 июня 1999 года и стандарту отрасли ПР 78.01.00242010, принятого в действие 14 октября 2010 года ( взамен ОСТ 78.01.0020-99 о 1 июня 1999г.), конструктивным изменениям и модификациям не подвергались.

Специализированный автомобиль ГАЗ-3309, государственный регистрационный знак Т 087369, 2010 года выпуска оборудован: одной одиночной камерой размером 161х51х63, биотуалетом 161х51х87, общими камерами размером 161х225х118, оборудованными сидениями.

Специализированный автомобиль ГАЗ-2705, государственный регистрационный знак Т077269,2005 года выпуска оборудован: тремя одиночными камерами размером 150х67х56, 1 общая камера размером 150х170 х80, одной одиночной камерой размером 161х51х63, биотуалетом 161х51х87, общими камерами размером 161х225х118, оборудованными сидениями. Освещение камер для подозреваемых и обвиняемых в специальных автомобилях осуществляется при помощи плафонов, защищенных решетками или колпаками с отверстиями. Для дополнительного освещения общих камер помещения конвоя устанавливается поворотная или переносная фара-искатель. Система искусственного освещения находилась в исправном состоянии.

Специальные автомобили оборудованы исправными системами отопления и принудительными приточно-вытяжной вентиляцией. Все специальные автомобили оборудованы принудительной вентиляцией, имеют вентиляционные люки, а также отопительная система, которая включается в холодное время года. 

Одновременно сообщено, что гражданин ФИО2 в период 01.12.2015 года по 17.03.2016 года сотрудниками охранно-конвойных подразделений УМВД России по городу Твери не конвоировался.

Таким образом, конвоирование ФИО2 осуществлялось в специализированных автомобилях, что не может быть принято во внимание судом в качестве обстоятельств свидетельствующих о причинении истцу моральных стараний и не свидетельствует о нарушении его прав.

Доводы о том, что истец содержался в отдельных камерах ИВС Вышневолоцкого ОИВ УМВД России по Тверской области, камере СИЗО № 1 г.Твери также не могут быть принять во внимание и свидетельствовать о причинении истцу морального вреда, поскольку действия сотрудников Вышневолоцкого ОИВ УМВД России по Тверской области и СИЗО №1 г.Твери не противоречат требованиям 

<

...> Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", согласно которым при размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камерах отдельно содержатся лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, службы судебных приставов, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации.

Доводы истца об унижения со стороны сотрудников СИЗО №1 и ИВС Вышневолоцкого межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области бездоказательны.

При этом суд признает несостоятельными доводы истца о причинении морального вреда в виду незаконного лишения свободы в период с 20.07.2014 по 04.02.2016 года в виду предъявления незаконного обвинения и привлечения к уголовной ответственности в совершении преступления, предусмотренного ст. 30 ч. 3, 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. «а» УК РФ, поскольку в указанный период истец также обвинялся в совершении иного особо тяжкого преступления за которое был осужден и отбывает наказание по настоящее время.

Тот факт, что в настоящее время брак истца с супругой распался также не является основанием для признания требований истца обоснованными, поскольку не доказана причинно-следственная связь между причинением истцу морального вреда в виду расторжения брака и предъявлением обвинения по оправданной статье.

Ссылки истца на то, что незаконное привлечение истца к уголовной ответственности в совершении преступления, предусмотренного ст. 30 ч. 3, 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. «а» УК РФ повлекло ухудшение состояния его здоровья, объективно ничем не подтверждены. 

Рассуждения истца относительно изменения поведения отношения к нему друзей, коллег по работе в связи с незаконным уголовным преследованием по ст. 30 ч. 3, 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. «а» УК РФ доказательствами не подтверждены.

При указанных обстоятельствах, указанные выше доводы истца не учитываются судом при определении размера компенсации морального вреда.

Таким образом, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства и с учетом фактических обстоятельств, при которых производилось уголовное преследование ФИО2, личность истца, длительности, объема и тяжести несостоятельного обвинения, степени нарушения прав ФИО2, характера причиненных истцу нравственных страданий, а также того факта, что уголовное дело прекращено не в полном объеме, мера пресечения применялась к нему в связи с обвинением в совершении, в том числе иного преступления, относящегося к категории особо тяжких, за которое он был осужден к лишению свободы и отбывает наказание в настоящее время, сложившуюся практику Европейского Суда по правам человека, с соблюдением принципа разумности и справедливости суд определяет размер компенсации морального вреда 3000.00 рублей., а испрошенную истцом компенсацию морального вреда признает в размере 500 000.00 руб. не разумной.

Конституция Российской Федерации, Гражданский и Уголовно-процессуальный кодексы Российской Федерации гарантируют возмещение вреда лицу, пострадавшему в результате незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц, в том числе лицу, незаконно подвергшемуся уголовному преследования. Российская Федерация, как демократическое правовое государство, принимает на себя обязательства по возмещению указанного вреда. Справедливая компенсация государством этого вреда не может противоречить принципам добросовестности, разумности и справедливости и повлечь нарушение бюджетного законодательства.

На основании п.1 ст.1070, 1100 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

По смыслу ст. 1071 ГК РФ следует, что в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, от ее имени выступает Министерство финансов РФ.

Из содержания п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 г. №17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" следует, что к участию в делах по требованиям реабилитированных в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации.

Таким образом, сумма компенсации морального вреда подлежит взысканию с Министерства финансов Российской Федерации за счет Казны Российской Федерации, а в удовлетворении исковых требований к Управлению Федерального казначейства по Тверской области, Вышневолоцкому межрайонному следственному отделу Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области, Следственному Комитету Российской Федерации надлежит отказать как к ненадлежащим ответчикам.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу Амельяновича ФИО14 денежную компенсацию морального вреда в размере 3000 ( три тысячи ) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований, а также к Управлению Федерального казначейства по Тверской области, Вышневолоцкому межрайонному следственному отделу Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области, Следственному Комитету Российской Федерации отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Заволжский районный суд г.Твери в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено в окончательной форме 12 февраля 2019 года.

Председательствующий Никифорова А.Ю,