Судья Гурьева В.Л.

Дело № 22-5185 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 16 сентября 2020 года

Пермский краевой суд в составе 

председательствующего Клементьевой О.Л.,

при секретаре судебного заседания Чирковой Е.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Тиунова П.А. в защиту осужденной ФИО1 и представителя гражданского ответчика ООО «***» - адвоката Неволиной О.Н. на приговор Мотовилихинского районного суда г.Перми от 16 июля 2020 года, которым 

ФИО1, родившаяся дата в ****, несудимая,

осуждена по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 3 годам лишения свободы в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ реальное отбывание назначенного наказания ФИО1 отсрочено до достижения ее несовершеннолетними детьми К., дата рождения и М., дата рождения, четырнадцатилетнего возраста.

Гражданский иск потерпевшей К2. о компенсации морального вреда удовлетворен частично, с ООО «***» в пользу К2. в счет компенсации морального вреда взыскано 1 000000 рублей.

Гражданский иск потерпевшей К2. о возмещении материального ущерба передан на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Разрешены вопросы о мере пресечения, вещественных доказательствах и имуществе, на который наложен арест.

Изложив содержание приговора, существо апелляционных жалоб и возражений на них, заслушав выступления адвоката Тиунова П.А., представителя гражданского ответчика – адвоката Неволиной О.Н., поддержавших доводы жалоб, возражения представителя потерпевшей – адвоката С. и прокурора отдела государственных обвинителей прокуратуры Пермского края Кашиной Е.И. об оставлении жалоб без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признана виновной в том, что 20 февраля 2018 года, управляя автобусом SCANIA государственный регистрационный знак **, нарушила правила дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности смерть человека при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Тиунов П.А. в защиту осужденной ФИО1 ставит вопрос об отмене приговора ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также существенных нарушений уголовно-процессуального закона. 

Обращает внимание, что показания свидетелей фактически скопированы судом из обвинительного заключения и изложены в приговоре без учета их показаний в ходе судебного следствия, свидетельствующих о невиновности его подзащитной – в соответствии с показаниями свидетелей К3., Б1., Б2., Г1., Е1., Ш., Е2., остекленение восьмого оконного проема автобуса, у которого сидел погибший К1., внешне ничем не отличалось от других окон в автобусе; согласно показаниям свидетелей В1. и М1., при осмотре 2 и 25 января 2018 года автобуса следов кустарной установки стекла или саморезов ими не обнаружено; из показаний свидетелей В1., М2., М3., В2., Т2., К4., А1. следует, что все обнаруженные при осмотре автобуса неисправности указываются в постановлении о привлечении лица к административной ответственности. Указывает, что в нарушение ст. 14 УПК РФ суд привел показания свидетелей – инспекторов ДПС, высказавших лишь предположения о том, что в отношении водителей автобуса ими вынесены постановления о привлечении к административной ответственности за несоответствие требованиям завода изготовителя стекла в восьмом оконном проеме слева, при этом оставлены без вниманияя показания в ходе судебного следствия свидетеля М2. о том, что чаще им выносились постановления за заднее стекло, свидетеля М3. о том, что стекла являются расходным материалом, они чаще бьются и меняются, свидетеля В2. о наличии у него лодки со стеклом из поликарбоната хорошего качества, ничем не отличающегося от стекла из сталинита. 

Обращает внимание, что при описании исследованных в судебном заседании вещественных доказательств суд не привел ряд обстоятельств, на которые указывала сторона защиты, при этом мотивы, почему они оставлены без внимания, в приговоре не приведены.

Указывая об отсутствии доказательств осведомленности ФИО1 о наличии в автобусе стекла на основе поликарбоната и отличий его от стекла, предусмотренного конструкцией транспортного средства, не установлении времени и лиц, установивших его, считает не доказанным вывод суда о том, что его подзащитная заведомо и достоверно знала перед выездом в рейс 20 февраля 2018 года о наличии в автобусе стекла из поликарбоната.

Полагает, что суд необоснованно сделал ссылку на технический регламент Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» (ТР ТС 018/2011) и «ГОСТ 32565-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Стекло безопасное для наземного транспорта. Общие технические условия», поскольку они не предусмотрены правилами дорожного движения, не зарегистрированы в Министерстве юстиции РФ, официально не опубликованы и проигнорировал определение Конституционного Суда РФ от 24 ноября 2016 года № 2520-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО2 на нарушение его конституционных прав Федеральным законом «О ратификации Соглашения о единых принципах и правилах технического регулирования в Республике Беларусь, Республике Казахстан и Российской Федерации», а также статьей 17 и пунктами 1 и 2 статьи 30 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации», постановление Конституционного Суда РФ от 27 марта 2012 года № 8-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 23 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина ФИО3» о порядке опубликования международного договора и не применении санкций за нарушение технического регламента Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» (ТР ТС 018/2011) в связи с отсутствием его официального опубликования.

Ссылаясь на приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми в отношении Т1. от 20 марта 2019 года, признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, указывает, что смерть К1. наступила от преступных действий Т1., а не от действий ФИО1

Считает приговор в части назначенного ФИО1 наказания чрезмерно суровым, назначенным без учета положительных данных о ее личности, смягчающих наказание обстоятельств. Отмечает, что вывод суда о невозможности применения к ФИО1 условного осуждения, в приговоре никак не мотивирован.

Кроме того, автор жалобы выражает несогласие с постановлениями суда, вынесенными в ходе судебного разбирательства уголовного дела, которыми отказано в признании недопустимыми ряда доказательств; удовлетворено ходатайство об оглашении выписок из технических документов; разрешено ходатайство защиты без удаления в совещательную комнату.

Ссылаясь на ст. 4, 5 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», считает, что суд необоснованно отказал в признании заключения экспертов № 658 (автотехническая экспертиза) недопустимым доказательством, в связи с использованием экспертами недействующего «ГОСТ Р 51709-2001. Государственный стандарт Российской Федерации. Автотранспортные средства. Требования безопасности к техническому состоянию и методы проверки». Обращает внимание, что с постановлением о назначении автотехнической экспертизы ФИО1 была ознакомлена после ее проведения, чем нарушено ее право на отвод экспертам, постановку перед ними дополнительных вопросов, на личное участие при производстве экспертизы, дачу пояснений экспертам.

Указывает, что суд необоснованно отказал в ходатайстве об исключении доказательств – приговора Мотовилихинского районного суда г. Перми от 4 сентября 2019 года, апелляционного постановления Пермского краевого суда от 24 октября 2019 года и кассационного определения Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 14 февраля 2020 года, поскольку решения судов первой и апелляционной инстанций в отношении его подзащитной были отменены, а исследование решения суда кассационной инстанции явилось воздействием на председательствующего с целью недопустимости вынесения оправдательного приговора по данному уголовному делу.

Полагает, что выписки из технического регламента Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» и «ГОСТ 32565-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Стекло безопасное для наземного транспорта. Общие технические условия» оглашены необоснованно, поскольку нормативно-правовые документы в судебном заседании не исследуются; доказательства соответствия выписок, изготовленных следователем, полному тексту документов, действующему в необходимый период времени, в материалах дела отсутствуют.

Отмечает, что ходатайство защиты о направлении запроса в Конституционный Суд РФ о соответствии Конституции РФ статьям, подлежащим применению по данному уголовному делу, судом не рассмотрено, приводит в жалобе доводы о необходимости его удовлетворения.

Считает необоснованным отказ суда в истребовании материалов по делам об административных правонарушениях, поскольку при осмотре инспекторами ДПС в январе 2018 года автобуса, которым управляла ФИО1, на наличие неисправностей, препятствующих движению и перевозке пассажиров, несоответствия стекла требованиям технического регламента Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» и «ГОСТ 32565-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Стекло безопасное для наземного транспорта. Общие технические условия» выявлено не было, что свидетельствует о том, что стекло в восьмом оконном проеме слева внешне ничем не отличалось от других оконных проемов.

Указывает, что суд в нарушении ст. 122 и 256 УПК РФ разрешил ходатайство представителя гражданского ответчика о назначении автотехнической экспертизы без удаления в совещательную комнату.

Оспаривает постановление Мотовилихинского районного суда г. Перми от 27 июля 2020 года о частичном отклонении замечаний защитника на протокол судебного заседания, поскольку оно вынесено без уведомления заявителя и заинтересованных в исходе дела лиц; копия указанного постановления сторонам не направлена. При этом указывает, что оглашенный в судебном заседании текст приговора не соответствует письменному тексту, заявление председательствующего о возможности получения приговора после определенного времени в протоколе судебного заседания не отражено, в связи с чем в приговор после его оглашения внесены изменения. Полагает, что рассмотрение замечаний на протокол судебного заседания в отсутствие лица, подавшего их, существенно нарушило право защиты об удовлетворении данных замечаний, в связи с невозможностью заявления ходатайства о прослушивании аудиозаписи судебного заседания.

Просит приговор в отношении ФИО1 отменить, оправдать ее по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, а в случае несогласия с доводами его жалобы - смягчить назначенное ей наказание, применив положения ст. 73 УК РФ.

В апелляционной жалобе представитель гражданского ответчика ООО «***» - адвокат Неволина О.Н. просит приговор в части удовлетворения гражданского иска потерпевшей К2. к ФИО1 и ООО «***» о компенсации морального вреда отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении указанного иска, поскольку виновным в причинении смерти К1. признан Т1., приговор в отношении которого вступил в законную силу. 

В возражениях представитель потерпевшей К2. – адвокат С., ссылаясь на несостоятельность приведенных в жалобах доводов, просит оставить приговор в отношении ФИО1 без изменения. Считает, что судом правила оценки доказательств нарушены не были; содержание показаний свидетелей, приведенных в приговоре, соответствует протоколу судебного заседания. Ссылаясь на показания свидетелей Е2., Ш. и К5., указывает, что доводы защиты об отсутствии отличий в остекленении восьмого оконного проема не соответствуют действительности. Полагает, что наличие постановлений от 2 и 25 января 2018 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности, в которых не зафиксировано нарушение – управление автобусом со стеклом, не предусмотренным конструкцией транспортного средства, не исключает вины последней в неисполнении ею обязанности по предрейсовому осмотру транспортного средства и управлении автобусом с неисправностями, при которых его эксплуатация правилами дорожного движения запрещена. Указывает, что инспектор ДПС М1. в качестве свидетеля допрошен не был, в связи с чем ссылка на его показания в жалобе недопустима; свидетель В1., вопреки доводам жалобы, видел следы саморезов и остатки герметика при осмотре автобуса после дорожно-транспортного происшествия, указал на отличия полимера от стандартного стекла. Считает, что приведенное в жалобе содержание показаний свидетелей В1., М3., М2., К4., Т2., А1., В2. не опровергает факт управления ФИО1 автобусом, с остекленением, не соответствующим конструкции транспортного средства. Указывает, что доводы защиты о том, что в приговоре не приведено доказательств осведомленности ФИО1 о наличии в автобусе под ее управлением не соответствующего конструкции завода изготовителя остекленения, того, что материал из поликарбоната не отличается от стекла, предусмотренного конструкцией транспортного средства, и как оно выглядело в оконном проеме при дорожно-транспортном происшествии, не соответствуют действительности, поскольку выводы суда по указанным обстоятельствам сделаны по итогам оценки совокупности всех исследованных по делу доказательств, ссылка на которые имеется в приговоре, а установление лиц и времени, которыми было установлено подобное остекленение, в предмет доказывания по настоящему делу не входит. 

Ссылаясь на п. 10 постановления Правительства РФ от 13 августа 1997 года № 1009, пп. 2, 9 Указа Президента РФ от 23 мая 1996 года № 763, п. 15 приказа Минюста РФ от 4 мая 2007 года № 88 «Об утверждении Разъяснений о применении Правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации», ч. 3 ст. 5 Федерального закона от 29 июня 2015 года № 162-ФЗ «О стандартизации в Российской Федерации», договоры о Евразийском экономическом союзе и Комиссии Таможенного союза от 6 октября 2007 года, ст. 2 Федерального закона от 27 декабря 2002 № 184-ФЗ «О техническом регулировании», указывает, что технический регламент Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» и «ГОСТ 32565-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Стекло безопасное для наземного транспорта. Общие технические условия» подлежат применению на территории России, а утверждение защиты об обратном основано на неверном толковании норм права.

Также считает несостоятельным утверждение защиты об игнорировании судом правовых позиций Конституционного Суда РФ, выраженных в определении от 24 ноября 2016 года № 2520-О и постановлении от 27 марта 2012 года № 8-П, ввиду неверного толкования автором жалобы норм действующего законодательства.

Полагает, что признание Т1. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, не исключает возможности привлечения к ответственности иных лиц, действия которых способствовали наступлению тех же самых негативных последствий, в том числе ФИО1 

Указывает об отсутствии оснований для признания заключения экспертов № 658 недопустимым доказательством; самостоятельного доказательственного значения с точки зрения требований ст. 73 УПК РФ решений судов первой, апелляционной и кассационной инстанций по настоящему делу; об обоснованном исследовании судом выписок из технических документов и отказе в истребовании дел об административных правонарушениях от 2 и 25 января 2018 года; о рассмотрении судом в установленном законом порядке ходатайства защиты о направлении запроса в Конституционный Суд РФ.

Учитывая отсутствие у адвоката Тиунова П.А. процессуальных полномочий на представление интересов ООО «***», считает его требование об отмене постановления суда, которым представителю гражданского ответчика отказано в назначении судебной автотехнической экспертизы, незаконным. Обращает внимание, что в соответствии с положениями ст. 256 УПК РФ обязательным является удаление суда в совещательную комнату лишь для вынесения постановления о назначении судебной экспертизы.

Отмечает, что гражданским ответчиком ООО «***» пропущен срок апелляционного обжалования приговора, при этом обращает внимание, что гражданский ответчик вправе обжаловать судебное решение лишь в части, касающейся гражданского иска, следовательно, правовых оснований для обжалования приговора в целом у представителя гражданского ответчика не имеется. Считает, что суд обоснованно не привлек ФИО1 к возмещению морального вреда, поскольку преступление совершено ею при исполнении трудовых обязанностей, в связи с чем вред, причиненный преступлением, должно возмещать ООО «***». 

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Тиунова П.А. государственный обвинитель Кашина Е.И. указывает, что показания свидетелей приведены в приговоре с учетом их фактического допроса в судебном заседании и в контексте показаний указанных лиц, данных ими на предварительном следствии, оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ; из показаний свидетелей К3., Б1., Б2., Г1., Е1., Ш., Е2. следует, что об имеющихся различиях в остекленении автобуса они не указали лишь по причине того, что до дорожно-транспортного происшествия они не обращали внимания на остекленение восьмого оконного проема, в связи с чем и не заметили разницу между полимерным материалом и сталинитом; отсутствие в постановлениях, вынесенных инспекторами ДПС В1. и М1. в январе 2018 года в отношении ФИО1, нарушений в виде управления автобусом со стеклом, не предусмотренным конструкцией транспортного средства, а также содержание показаний свидетелей В1., М3., М2., К4., Т2., А1., В2., не исключают управление ФИО1 автобусом в момент дорожно-транспортного происшествия с несоответствующим остекленением; учитывая, что инспектор ДПС М1. по делу в качестве свидетеля не допрошен, ссылка в жалобе на производное с его участием постановление является в силу ст. 240 УПК РФ недопустимой. Считает, что суд обоснованно не принял во внимание доводы защиты о том, что ФИО1 не знала об установке в автобусе стекла, не соответствующего конструкции транспортного средства, и в полной мере выполнила возложенную на нее обязанность по проверке исправности автобуса, поскольку исследованные в судебном заседании доказательства опровергают избранную версию защиты; утверждение защиты о том, что технический регламент Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» и «ГОСТ 32565-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Стекло безопасное для наземного транспорта. Общие технические условия» должны быть зарегистрированы в Министерстве Юстиции РФ, основаны на неверном толковании норм права. 

Полагает, что совокупностью исследованных доказательств установлено, что нарушение ФИО1 требований п. 7.1 «Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств» и п.2.3.1 правил дорожного движения находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти К1., поскольку из просмотренной в судебном заседании видеозаписи с видеорегистратора из автобуса SCANIA регистрационный государственный знак ** следует, что ФИО1 перед выездом на линию автобус не проверила и соответственно в пути его исправное техническое состояние не обеспечила; управляла им при отсутствии стекла, предусмотренного конструкцией транспортного средства; нарушила положения должностной инструкции, не осмотрев автобус, не проверив его техническую исправность, не предоставив автобус к предрейсовому осмотру; согласно судебно-медицинской экспертизе трупа К1., смертельным повреждением явилась травматическая ампутация головы и шеи, причиненная фрагментом полимерного материала на основе поликарбоната, установленного в качестве остекленения в автобусе под управлением ФИО1 Считает, что приговор в отношении Т1. не исключает виновность ФИО1 в инкриминируемом преступлении. Полагает, что суд обоснованно отверг доводы защиты о недопустимости в качестве доказательства заключения автотехнической экспертизы № 658, поскольку оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ для признания его недопустимым доказательством, не имеется. 

Указывает, что обжалуемый приговор соответствует фактическим обстоятельствам дела, отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, основан на правильном применении уголовного закона, является справедливым, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы адвоката Тиунова П.А. не имеется. 

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Осужденная ФИО1 вину в совершении преступления не признала и показала, что она в полной мере выполнила возложенную на нее обязанность по проверке исправности автобуса, об установке в левом восьмом оконном проеме не соответствующего конструкции транспортного средства стекла, она не знала.

Несмотря на занятую ФИО1 позицию, выводы суда о ее виновности в совершении преступления, за которое она осуждена, соответствуют установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела, с достаточной убедительностью подтверждаются совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, надлежащим образом исследованных в судебном заседании с участием сторон и подробно изложенных в приговоре: 

показаниями свидетеля Т1., из которых следует, что 20 февраля 2018 года он, управляя автобусом SCANIA государственный регистрационный знак **, допустил столкновение с автобусом SCANIA государственный регистрационный знак **, в результате которого погиб ребенок; после дорожно-транспортного происшествия он видел на асфальте фрагменты оргстекла, отличающегося от закаленного стекла – оно более мутное, менее прозрачное, гнется;

показаниями свидетелей К3., Е1., Г1., Б1., Б2., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым 20 февраля 2018 года они следовали в качестве пассажиров на автобусе SCANIA государственный регистрационный знак **, при столкновении с другим автобусом погиб находящийся с ними в автобусе К1.;

показаниями свидетеля К5., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ, в соответствии с которыми 20 февраля 2018 года в утреннее время она «обилечивала» пассажиров автобуса SCANIA государственный регистрационный знак ** и видела спавшего, прислонившись к стеклу, на заднем сиденье автобуса К1., который погиб при дорожно-транспортном происшествии с участием другого автобуса; до этого она обращала внимание на заднее левое стекло в автобусе, поскольку оно было более мутноватое в сравнении с другими стеклами;

показаниями свидетеля Ш., из которых следует, что в феврале 2018 года она работала водителем регулярных городских маршрутов ООО «***» на автобусе SCANIA государственный регистрационный знак ** и ей было известно о том, что в автобусе должны быть установлены стекла завода изготовителя, перед рейсом автобус подлежит осмотру механиком и водителем;

показаниями свидетеля Ж., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым автобус SCANIA государственный регистрационный знак ** был передан для использования ООО «***» на основании договора аренды; 

показаниями свидетеля Т3., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в соответствии с которыми ООО «***» осуществляет деятельность по адресу: ****; ему известно, что 20 февраля 2018 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автобусов, техническое обслуживание, ремонт, предрейсовые и послерейсовые технические осмотры которых осуществляет ООО «***; остекленение из полимерного материала отличается от стекла «триплекс» и каленого стекла - является мутным;

показаниями свидетелей П. и М4., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что при замене стекла в автобусе работником ООО «***» зачищается оконный проем от старого клея, проверяется подоконный брусок, стекло вклеивается в оконный проем и закрывается декоративными планками; остекленение из полимерного материала является неисправностью, препятствующей эксплуатации автобуса; сталинит отличается от поликарбоната качеством, на закаленном стекле присутствует специальная маркировка;

показаниями свидетеля Б3., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым 20 февраля 2018 года он, являясь контролером контрольно-пропускного пункта ООО «***», производил предрейсовый осмотр автобуса SCANIA государственный регистрационный знак **; в случае обнаружения установки в автобусе пластиковых стекол или стекол, установленных не путем вклейки, он не должен был выпускать его на линию, поскольку это не соответствует требованиям безопасности; осмотр остекленения автобуса он в тот день производил визуально на предмет наличия стекол, при этом нарушений крепления стекол не заметил;

показаниями свидетеля Б4., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что 20 февраля 2018 года в рейс на автобусе SCANIA государственный регистрационный знак ** вышли водитель ФИО1 и кондуктор К5.; штрафы по постановлениям за нарушение правил дорожного движения оплачиваются непосредственно водителями ООО «***»;

показаниями свидетеля Г2., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в соответствии с которыми 20 февраля 2018 года около 7 часов он в составе наряда с инспектором ДПС ГИБДД УМВД России по г. Перми А2. выезжал на место дорожно-транспортного происшествия с участием двух автобусов, у автобуса с государственным регистрационным знаком ** были повреждения кузова и остекленения задней левой части автобуса, тело К1. без головы находилось на полу перед последним рядом сидений, голова была обнаружена на обочине вблизи предполагаемого места дорожно-транспортного происшествия, также он видел осколки оргстекла со следами крови;

показаниями свидетелей А1., М3., М2., К4., В1., Т2., В2., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым они в силу занимаемой должности проводят проверку автобусов, осуществляющих пассажирские перевозки, при выявлении нарушений привлекают водителей к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.5 КоАП РФ; ранее водители автобуса SCANIA государственный регистрационный знак ** привлекались к административной ответственности за управление транспортного средства с техническими неисправностями, при которых его эксплуатация запрещена, при этом указание «отсутствие стекла» может свидетельствовать как об отсутствии остекленения в целом, так и о том, что оно не соответствовало конструкции транспортного средства; допускают, что постановления в отношении водителей указанного автобуса вынесены в связи с обнаружением остекленения бокового восьмого оконного проема, не предусмотренного конструкцией транспортного средства, то есть в связи с обнаружением полимерного материала вместо закаленного стекла; стекло из поликарбоната является более мутным и отличается от закаленного стекла при простукивании и на прогиб, остекленение из каленного стекла невозможно прикрепить на саморезы; водитель перед выездом должен сам проверить исправность автобуса; 20 февраля 2018 года в автобусе SCANIA государственный регистрационный знак ** было установлено остекленение из поликарбоната, которое при аварии дает крупные травмоопасные осколки; закаленное стекло отличается от полимерного как светопропускаемостью, поскольку полимерное стекло более мутное, так и звуком при воздействии и надавливании на него, на закаленных стеклах имеется шелкография;

протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 20 февраля 2018 года, схемой и фототаблицей к нему, в соответствии с которым обнаружены два автобуса SCANIA с государственными регистрационными знаками **, **, осколки стекла, тело К1.; изъяты два автобуса, 6 фрагментов остекленения восьмого оконного проема левой боковой стороны салона автобуса, два видеорегистратора, следы крови;

протоколами осмотра транспортных средств от 20 февраля 2018 года, согласно которым у автобуса SCANIA государственный регистрационный знак ** отсутствует ветровое стекло, имеются повреждения в передней части кузова; у автобуса SCANIA государственный регистрационный знак ** имеются повреждения в задней левой части, изъяты фрагменты закаленного стекла с подушки пассажирского сиденья, расположенного в районе седьмого проема боковины пассажирской части салона, фрагменты полимерного материала, закрепленные на саморезы и саморезы крепления фрагментов полимерного материала по периметру последнего оконного проема боковины;

протоколами осмотра автобуса SCANIA государственный регистрационный знак ** с участием свидетелей М3., М2., К4., В1., Т2., В2., в соответствии с которыми по периметру поверхности восьмого оконного проема левой боковой стороны салона автобуса имеются следы кустарной установки остекленения, саморезы и их фрагменты, установлено наличие герметезирующего и клеящегося покрытия, отсутствие остекленение проема; 

заключением эксперта № 34, проводившего судебную молекулярно-генетическую экспертизу, согласно которого на фрагменте остекленения восьмого оконного проема левой боковой стороны автобуса SCANIA государственный регистрационный знак ** и смыве с левой передней опоры жесткости автобуса SCANIA государственный регистрационный знак ** обнаружена кровь К1.;

заключением эксперта № 356, проводившего судебную трасологическую экспертизу, из которого следует, что шесть фрагментов остекленения восьмого оконного проема автобуса SCANIA государственный регистрационный знак ** ранее составляли единое целое, были разделены в результате разлома органического стекла без предварительного применения какого-либо режущего инструмента;

заключением экспертов № 918, поводивших комплексную судебную экспертизу материалов, веществ и изделий (физико-химическую), в соответствии с которым представленные на экспертизу шесть крупных фрагментов остекленения и мелкие фрагменты остекленения восьмого оконного проема пассажирского салона левой боковой стороны, являются фрагментами изделия (изделий), изготовленных из полимерных материалов на основе поликарбоната, однородны между собой по цвету, морфологическим признакам, горению, поведению в органических растворителях; представленные фрагменты могли быть образованы как от одного изделия, так и от любого другого с аналогичными морфологическими признаками и качественным физическим составом;

заключением эксперта № 89 мктб, проводившего судебную медико-криминалистическую экспертизу, согласно которого фрагмент остекленения оконного проема автобуса, выполненный из оргстекла, обладает достаточными прочностными и конструктивными свойствами, пригодными для формирования тупо-резанных ран в области шеи; в составе с другими фрагментами остекленения представленный осколок должен был принимать участие в следообразовании повреждений области шеи и головы на определенных этапах формирования комбинированной травмы головы и шеи при условии положения тела потерпевшего, когда его голова и шея были доступны для действия подвижных частей встречного транспорта;

заключением судебно-медицинского эксперта № 1005, из которого следует, что смерть К1. наступила в результате тупой сочетанной травмы тела в виде: полной травматической ампутации головы и шеи на уровне 7-го шейного и 1-го грудного позвонков, закрытой черепно-мозговой травмы, закрытой травмы груди, закрытой травмы живота, закрытого оскольчатого перелома костей, формирующих левый локтевой сустав, кровоподтеков и ссадин на теле; указанные повреждения, составляющие тупую сочетанную травму, квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; указанная травма образовалась прижизненно, незадолго до наступления смерти, в результате ударных, сотрясающих, плотно- и ударно-скользящих воздействий, возможно от воздействия частями салона автотранспортного средства при его столкновении с движущимся или стационарным объектом; локализация и характер повреждений, составляющих сочетанную травму тела, свидетельствуют о том, что взаиморасположение между травмирующим агентом и потерпевшим могло быть самым различным, при условии доступности областей травматизации для нанесения повреждений; возможность образования тупой сочетанной травмы тела при падении К1. из положения стоя или близкого к таковому с последующим соударением о поверхности твердых тупых предметов (плоскость) исключается;

заключением эксперта № 57 мктб, проводившего судебную медико-криминалистическую экспертизу, в соответствии с которым циркулярные раны на препаратах кожных покровов с области шеи от трупа К1. образовались в результате ударно-скользящего воздействия на переднюю поверхность шеи предмета, обладающего комбинированными свойствами, имеющего в своей конструкции линейные ребра длиной не менее 100 мм, линейные поверхности с выраженными, возможно приостренными ребрами, а также выступающие приостренные детали длиной около 10 мм;

заключением экспертов № 658, проводивших автотехническую экспертизу, из которого следует, что техническое состояние транспортного средства SCANIA государственный регистрационный знак ** не соответствует требованиям безопасности, установленным Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации; в действиях водителя указанного автобуса имеется несоответствие требованиям пунктов 3 и 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения правил дорожного движения;

протоколом осмотра административных материалов за период с 2014 по 2018 годы, согласно которого установлено наличие семи административных материалов о привлечении водителей автобуса SCANIA государственный регистрационный знак ** к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.5 КоАП РФ за отсутствие стекла, предусмотренного конструкцией транспортного средства, в том числе двух – в отношении ФИО1;

записью видеорегистратора, изъятого в автобусе SCANIA государственный регистрационный знак **, просмотренной в судебном заседании суда первой инстанции, согласно которой 20 февраля 2018 года в 04:52 зажегся свет в автобусе, в 04:54 завелся двигатель автобуса, по салону никто не перемещается, дважды открылись и закрылись средние двери автобуса, в 05:29 автобус начал движение и выехал с места стоянки, минуя контрольно-пропускной пункт, выехал на проезжую часть; 

а также иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Суд обоснованно положил в основу приговора вышеизложенные доказательства, поскольку они согласуются между собой, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. При этом все доказательства судом проверены в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу и оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их достаточности, допустимости и относимости к рассматриваемому событию. 

В показаниях свидетелей, письменных доказательствах, на которых основаны выводы суда о виновности осужденной, какие-либо противоречия, которые свидетельствовали бы об их недостоверности, отсутствуют. Указанная совокупность доказательств не содержит взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу; не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах и сомнения в виновности осужденной, требующие истолкования в ее пользу, по делу отсутствуют; сведения о заинтересованности со стороны свидетелей при даче ими показаний не представлены, основания для оговора и несостоятельного обвинения ФИО1 в совершении преступления у данных лиц отсутствуют; какие-либо обстоятельства, дающие основание полагать, что свидетели лично, прямо или косвенно заинтересованы в исходе данного уголовного дела, судом не установлены, их показания согласуются с письменными доказательствами. 

Мотивы, по которым суд принял во внимание вышеприведенные доказательства, подтверждающие виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления, и отверг показания последней о соблюдении ею правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, в приговоре приведены и сомнений в своей правильности не вызывают.

Доводы защиты о невиновности ФИО1 в совершении преступления, за которое она осуждена, недопустимости доказательств, положенных в основу приговора, неправильной их оценке, являлись предметом рассмотрения судом первой инстанции и как не нашедшие своего подтверждения обоснованно признаны судом несостоятельными, в связи с чем отвергнуты.

Судом верно установлено, что 20 февраля 2018 года ФИО1, управляя автобусом SCANIA государственный регистрационный знак **, с остекленением восьмого оконного проема левой боковой стороны салона, не соответствующим конструкции транспортного средства, действовала в нарушение п. 2.3.1 правил дорожного движения, положения которого обязывают водителя транспортного средства перед выездом проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации, а также п. 7.1 Перечня неисправностей и условий, при которых эксплуатация транспортных средств, в том числе при отсутствии в автобусе стекла, предусмотренного конструкцией транспортного средства, запрещена.

В результате дорожно-транспортного происшествия с участием автобуса SCANIA государственный регистрационный знак ** под управлением Т1. произошел разлом остекленения, установленного в восьмом оконном проеме левой боковой стороны пассажирского салона автобуса под управлением ФИО1, в связи с чем пассажиру автобуса К1. причинена тупая сочетанная травма тела, повлекшая его смерть на месте происшествия.

Дорожно-транспортное происшествие произошло по причине несоблюдения водителем Т1. п. 10.1 правил дорожного движения, водителем ФИО1 – п. 2.3.1 правил дорожного движения, п. 7.1 Перечня неисправностей и условий, при которых эксплуатация транспортных средств запрещена, совокупность которых находится в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения К1. тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни и смерти последнему.

Доводы защиты о том, что ФИО1 не знала и не могла знать об установке в управляемом ею автобусе остекленения, не предусмотренного конструкцией транспортного средства, опровергаются показаниями свидетеля К5. о том, что последнее заднее левое стекло в автобусе, которым управляла ФИО1, отличалось от остальных, было более мутным; свидетелей Т1., Т3., П., М4., А1., М3., М2., К4., В1., Т2., В2., согласно которым стекло, предусмотренное конструкцией автобуса, визуально отличается от органического стекла – последнее более мутное, на нем отсутствует маркировка, шелкография, оно дает другой звук при простукивании, в отличии от органического стекла закаленное стекло невозможно прикрепить на саморезы; протоколом осмотра автобуса SCANIA государственный регистрационный знак **, в котором остекленение восьмого оконного проема произведено кустарным способом; постановлениями о привлечении ФИО1 и других водителей, управлявших автобусом SCANIA государственный регистрационный знак ** посменно с ФИО1, к административной ответственности по ч. 1 ст.12.5 КоАП РФ ввиду отсутствия в автобусе стекла, предусмотренного конструкцией транспортного средства; показаниями свидетелей М3., М2., К4., В1., Т2., В2. о том, что выявленные ими нарушения при осмотре автобуса могли быть связаны либо с отсутствием стекла в целом либо с несоответствием остекленения конструкции транспортного средства.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что на территории Российской Федерации применимы технический регламент Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» и «ГОСТ 32565-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Стекло безопасное для наземного транспорта. Общие технические условия», предусматривающие специальные требования к стеклам, применяемым в качестве остекленения транспортных средств, поскольку они основаны на правильном применении закона. 

Приведенные адвокатом Тиуновым П.А. ссылки на правовые позиции Конституционного Суда РФ не свидетельствуют о том, что технический регламент Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» официально не опубликован, в связи с чем не подлежит применению.

Доводам защиты о невозможности применения указанных выше документов на территории России в связи с тем, что они не зарегистрированы в качестве нормативных документов в Министерстве Юстиции РФ и официально не опубликованы, в приговоре дана надлежащая оценка. 

Утверждение защиты о том, что перед выездом 20 февраля 2018 года ФИО1 проверила техническое состояние автобуса SCANIA государственный регистрационный знак ** несостоятельно, поскольку опровергается видеозаписью с видеорегистратора, установленного в автобусе, в соответствии с которой предрейсовый технический осмотр автобуса ФИО1 не проходила, указанная видеозапись также опровергает и показания свидетеля Б3. об осуществлении им предрейсового технического осмотра указанного автобуса.

Выводы суда первой инстанции о том, что смертельным для К1. повреждением явилась травматическая ампутация головы и шеи, причиненная фрагментом остекленения оконного проема автобуса, выполненного из оргстекла, подтверждены заключениями экспертов.

Вопреки доводам жалоб, суд обоснованно пришел к выводу о наличии причинно-следственной связи между действиями каждого в отдельности водителей и наступившими последствиями – причинении по неосторожности смерти К1., поскольку Т1., нарушив п. 10.1 правил дорожного движения, допустил столкновение с автобусом ФИО1, управляемой ею с нарушением п. 7.1 Перечня неисправностей и условий, при которых эксплуатация транспортных средств запрещена, а именно, с наличием стекла, не являющимся безопасным для перевозки пассажиров, что привело к ампутированию фрагментом стекла, не предусмотренного конструкцией транспортного средства, головы и шеи К1., что привело к его гибели.

При таких обстоятельствах наличие приговора в отношении Т1., признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст.264 УК РФ, не исключает привлечение ФИО1 к уголовной ответственности по ст. 264 УК РФ.

Доводы жалобы адвоката Тиунова П.А. о том, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, которые, по его мнению, являются, в том числе недостоверными, а приговор основан на предположениях и недопустимых доказательствах, при отсутствии достоверных доказательств, суд апелляционной инстанции по вышеприведенным обстоятельствам находит несостоятельными; установление же времени и лиц, установивших в автобус ФИО1 стекло, не предусмотренное конструкцией транспортного средства, в предмет доказывания по настоящему делу не входит.

По сути, доводы апелляционной жалобы адвоката Тиунова П.А. сводятся к переоценке тех доказательств, которые были предметом исследования в суде и получили надлежащую оценку в приговоре. Поскольку данная судом оценка доказательств соответствует требованиям закона, у суда апелляционной инстанции ставить под сомнение ее обоснованность и объективность оснований не имеется.

Таким образом, анализ собранных по делу доказательств свидетельствует о том, что судом правильно установлены фактические обстоятельства дела и сделан обоснованный вывод о виновности ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления, в связи с чем квалификацию ее действий по ч. 3 ст. 264 УК РФ следует признать правильной.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

Уголовное дело рассмотрено судом с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе, состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности, при этом сторонам были предоставлены равные условия для реализации процессуальных прав. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, все заявленные сторонами ходатайства разрешены судом в установленном законом порядке с надлежащим обоснованием принятых решений, не согласиться с которыми оснований не имеется.

Доводы жалобы адвоката Тиунова П.А. о том, что содержание показаний свидетелей, изложенных в приговоре, фактически скопировано из обвинительного заключения и не соответствует показаниям, изложенным в протоколе судебного заседания, являются несостоятельными. То обстоятельство, что содержание ряда доказательств, исследованных судом и приведенных в приговоре, не противоречит их содержанию, изложенному в обвинительном заключении, не свидетельствует о формальном подходе суда к проверке доказательств в ходе судебного разбирательства. 

Оснований для признания заключения автотехнической экспертизы недопустимым доказательством не имелось, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при назначении экспертизы допущено не было, экспертиза проведена экспертами, имеющими необходимый стаж работы в соответствующей области, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; заключение экспертами составлено в соответствии с требованиями ст. 204 УПК РФ, содержит ясные и полные ответы на все поставленные перед ними вопросы. 

То обстоятельство, что в экспертном заключении в список использованной литературы включена ссылка на недействующий «ГОСТ Р 51709-2001. Государственный стандарт Российской Федерации. Автотранспортные средства. Требования безопасности к техническому состоянию и методы проверки», об ошибочности выводов экспертов не свидетельствует, поскольку указанный стандарт предусматривает методику проведения осмотра транспортных средств, а в связи с невозможностью запуска двигателя автобуса SCANIA государственный регистрационный знак **, указанная методика при производстве экспертизы использована не была.

Ознакомление с постановлениями о назначении экспертиз и экспертными заключениями подтверждается составленными протоколами, при этом ФИО1 и ее защитнику была обеспечена возможность реализовать права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, в том числе, заявить отвод экспертам, поставить дополнительные вопросы перед экспертами и ходатайствовать о назначении дополнительной или повторной экспертиз, чем сторона защиты не воспользовалась. Поэтому довод о несвоевременном ознакомлении обвиняемой и ее защитника с постановлениями о назначении экспертиз в ходе досудебного производства не указывает на наличие оснований для отмены приговора.

Заключение автотехнической экспертизы, как и других экспертиз по делу, было оценено судом в совокупности с показаниями свидетелей, материалами дела и признано допустимым доказательством. Давая оценку приведенным в приговоре экспертным заключениям, суд правомерно признал их полными и мотивированными, соответствующими требованиям закона, предъявляемым к порядку их проведения и содержанию данного вида доказательства. Выводы экспертов согласуются с другими доказательствами по делу. 

Оснований для назначения автотехнической экспертизы у суда первой инстанции не имелось, так как указанные в ходатайстве представителя гражданского ответчика ООО «***» вопросы не нуждались в дополнительном экспертном исследовании ввиду отсутствия обстоятельств, указывающих на необходимость его удовлетворения. 

Отказ суда в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы без удаления в совещательную комнату не противоречит положениям ч. 2 ст. 256 УПК РФ, устанавливающей такое требование в случае назначения судом судебной экспертизы.

Вопреки доводам адвоката Тиунова П.А., судебные решения судов первой, апелляционной и кассационной инстанции в отношении ФИО1 не имеют доказательственного значения, в связи с чем основания для признания их недопустимыми доказательствами отсутствуют, в качестве доказательств виновности ФИО1, в приговоре они не приведены.

Решение об отказе в удовлетворении ходатайства об истребовании материалов по делам об административных правонарушениях от 2 и 25 января 2018 года, в которых не выявлено наличие стекла, не соответствующего конструкции транспортного средства, должным образом мотивировано судом; учитывая, что сторонами наличие в автобусе в момент дорожно-транспортного происшествия остекленения, не соответствующего конструкции транспортного средства, не оспаривалось, оснований в истребовании материалов по делам об административных правонарушениях не имелось.

Обращение с запросом в Конституционный Суд РФ является правом, но не обязанностью суда. Учитывая, что у суда первой инстанции сомнений в конституционности упомянутых стороной защиты правовых норм не возникло, оснований для удовлетворения ходатайства о направлении такого запроса не имелось.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. Поданные адвокатом Тиуновым П.А. замечания были рассмотрены в порядке, предусмотренном ст. 260 УПК РФ, по ним вынесено мотивированное решение. 

Согласно аудиозаписи судебного заседания, ходатайство защиты о направлении запроса в Конституционный Суд РФ, вопреки доводам жалобы адвоката Тиунова П.А., рассмотрено, судом вынесен мотивированный отказ в его удовлетворении, отсутствие в протоколе судебного заседания решения суда по нему является лишь основанием для удостоверения соответствующего замечания на протокол судебного заседания. Приговор провозглашен в полном объеме, при этом его устный текст соответствует его письменному содержанию. Не произношение судом во время оглашения приговора некоторых слов, указанных в описательно-мотивировочной части приговора, в скобках в виде уточнений, листов дела, в которых содержатся приведенные в приговоре доказательства, не является основанием для отмены приговора, поскольку они не касаются вопросов квалификации деяния, мотивировки квалификации. Оснований предполагать, что данные изменения были внесены в приговор после его оглашения, то есть нарушена тайна совещательной комнаты, нет.

Нарушений судом требований уголовно-процессуального закона по иным приведенным адвокатом Тиуновым П.А. основаниям, влекущих отмену приговора, не установлено.

При назначении ФИО1 наказания, определении его вида и размера судом в полной мере соблюдены требования ст. 6, 43, 60 УК РФ, в должной степени учтены характер и степень общественной опасности совершенного осужденной преступления; положительные данные о ее личности; смягчающее наказание обстоятельство – наличие малолетних детей; отсутствие отягчающих наказание обстоятельств; влияние назначенного наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи.

Суд первой инстанции надлежащим образом аргументировал необходимость назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, с чем суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку, исходя из положений ст. 43 УК РФ, иное наказание не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденной и предупреждению совершения ею новых преступлений.

Мотивы, по которым суд пришел к выводу об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ сомнений в своей объективности не вызывают.

Обстоятельств, дающих основание для применения положений ст. 64, 73 УК РФ судом не установлено, не усматривает их и суд апелляционной инстанции. По смыслу указанных норм, суд вправе как назначить наказание ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, так и постановить считать назначенное наказание условным, однако мотивировать в приговоре обязан лишь применение этих норм, в связи с чем довод адвоката Тиунова П.А. о незаконности приговора на том основании, что суд не мотивировал неприменение положений ст. 73 УК РФ, является несостоятельным.

Вид исправительного учреждения в виде колонии-поселения назначен осужденной верно, в соответствии с положениями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, поскольку ею совершено преступление по неосторожности. 

Принимая во внимание обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, положительные данные о ее личности, наличие у нее малолетних детей, суд обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для применения положений, предусмотренных ч. 1 ст. 82 УК РФ, то есть для предоставления осужденной отсрочки от реального отбывания наказания в виде лишения свободы.

При таких обстоятельствах назначенное ФИО1 наказание по своему виду и размеру нельзя признать чрезмерно суровым и несправедливым, поскольку оно соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного и личности виновной, отвечает целям исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений, в связи с чем оснований для его смягчения не имеется. 

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность по возмещению вреда может быть возложена законом на лицо, которое причинителем вреда не является. 

В частности, такие случаи установлены ст. 1068 ГК РФ, в соответствии с которой вред, причиненный работником при исполнении трудовых обязанностей, возмещается юридическим лицом, а также ст. 1079 ГК РФ, согласно которой юридическое лицо, деятельность которого связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе с использованием транспортных средств, обязано возместить вред, причиненный источником повышенной опасности. Такая обязанность возлагается на юридическое лицо, которое владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности или в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Указанные положения закона при разрешении гражданского иска потерпевшей К2. о компенсации морального вреда судом первой инстанции соблюдены.

Учитывая, что ФИО1 совершила дорожно-транспортное происшествие, управляя автобусом SCANIA государственный регистрационный знак **, владельцем которого на основании договора аренды является ООО «***», где она работала, при исполнении ею трудовых обязанностей на основании путевого листа, суд, вопреки доводам жалобы представителя гражданского ответчика – адвоката Неволиной О.Н., обоснованно возложил ответственность за причиненный ФИО1 вред на указанное юридическое лицо; размер компенсации морального вреда определен с учетом обстоятельств его причинения и наступивших последствий дела, перенесенных физических и нравственных страданий потерпевшей, принципов разумности и справедливости, оснований для снижения размера компенсации морального вреда не имеется.

Решение суда первой инстанции о признании права потерпевшей К2. на удовлетворение гражданского иска о возмещении имущественного ущерба и о передаче вопроса о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, соответствует требованиями ч. 2 ст. 309 УПК РФ.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб адвоката Тиунова П.А. в защиту осужденной ФИО1 и представителя гражданского ответчика ООО «***» - адвоката Неволиной О.Н. не имеется.

Вместе с тем из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению при учете данных о личности ФИО1 указание о том, что она ранее судима, поскольку материалы уголовного дела свидетельствуют об обратном.

Данное изменение приговора не уменьшают объем обвинения и степени общественной опасности содеянного осужденной, поэтому оснований для смягчения наказания суд апелляционной инстанции не усматривает.

В остальном приговор является законным, обоснованным и справедливым.

Руководствуясь ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми от 16 июля 2020 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при учете данных о личности ФИО1 указание о том, что она ранее судима.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Тиунова П.А. в защиту осужденной ФИО1, представителя гражданского ответчика ООО «***» - адвоката Неволиной О.Н. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через Мотовилихинский районный суд г. Перми. 

Председательствующий подпись