Дело №

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

27 ноября 2017 года, г. Кострома

Свердловский районный суд г. Костромы в составе 

председательствующего Колесова Р.Н.,

при секретаре Мироновой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску по иску ФИО10? ФИО14, ФИО15 к администрации г. Костромы, ФИО16, ФИО17, ФИО18, религиозной организации Костромской епархии Русской Православной Церкви о выделении доли в праве общей долевой собственности на коммунальную квартиру, признании выделенного жилого помещения отдельной квартирой, прекращении общей долевой собственности, признании недействующим постановления администрации г. Костромы и соглашения об определении долей,

у с т а н о в и л:

ФИО6 обратился в суд с указанным иском по тем основаниям, что является собственником трехкомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 75 кв.м., в том числе жилой площади 50,2 кв.м. приобретенной на основании договора приватизации от 

<

дата>. Договор приватизации 

<

адрес> зарегистрирован в уполномоченном органе: комитете по приватизации жилищного фонда 

<

адрес>, регистрационный №, экземпляр договора передан в бюро технической инвентаризации. О том, что предметом договора приватизации была именно квартира, свидетельствует предмет договора: пункт № договора: «администрация 

<

адрес> передала в совместную собственность, а гражданин ФИО6 с членом семьи: ФИО11 приобрел квартиру, состоящую из трех комнат общей площадью 75 кв.м, в том числе жилой площадью 50,2 кв.м. п адресу: 

<

адрес>. 

Согласно справки о данных технического учета по квартире, представленной в нотариальную контору от 10.09.2002г. №/г-25 адрес: 

<

адрес>, ФИО6 и ФИО11 зарегистрированы как имеющие в совместной собственности 

<

адрес> общей площадью 75 кв.м. в том числе жилой 50,2 кв.м. Таким образом по состоянию на 30.04.1993г. ФИО6, а также ФИО11 являлись собственниками отдельной благоустроенной квартир № п адресу: 

<

адрес>. Право собственности на квартиру было зарегистрировано в установленном законом порядке. 

<

дата> администрация 

<

адрес> издала постановление № «Об изменении нумерации квартир в жилом 

<

адрес>» и проведении технической инвентаризации. В результате издания данного ненормативного акта и проведенными последующими мероприятиями МА «Бюро технической инвентаризации» и МУ «Расчетно-кассовый центр» по исполнению вышеуказанного постановления часть жилого дома с находящимися жилыми и нежилыми помещениями общей площадью 254,9 кв.м, жилой площадью 166,3 кв.м. были объединены в коммунальную 

<

адрес>. При этом находящаяся в собственности истца 

<

адрес> «вошла в состав 

<

адрес>» на правах комнаты в коммунальной квартире. 

Таким образом, в настоящее время местом регистрации истца и постоянного жительства является комната в коммунальной квартире, а истец превратился в участника общей долевой собственности, доля в праве 17/102 – квартиры, назначение жилое, общая площадь 254,6 кв.м., этаж 1, адрес: 

<

адрес>, на что своего согласия не давал. При этом члены семьи ФИО4 и ФИО1 также стали участниками общей долевой собственности на вышеуказанною коммунальную квартиру. Фактически истец и члены его семьи как проживали и пользовались приватизированным жилым помещением по договору от 29.04.1993г., так и продолжали в нем проживать и пользоваться им. 

Согласно технического паспорта на 

<

адрес> от 29.12.2015г. в ее состав входит комната № (бывшая приватизированная 

<

адрес>), состоящая из тамбура площадью 1,3 кв.м, коридора, площадью 7 кв.м, кухни площадью 8,8 кв.м, жилой комнаты площадью 23,8 кв.м, жилой комнаты 17 кв.м, жилой комнаты площадью 9,4 кв.м, и подсобного помещения (санузла) площадью 7,7 кв.м. Изменение статуса квартиры и внесение данных изменений в ЕГР прав на недвижимое имущество и сделок с ним существенно ограничило права истца как собственника. Полагает, что восстановлением его прав будет являться восстановление положения, существовавшего до превращения квартиры, собственниками которой истец и члены его семьи стали в результате приватизации, в комнату в коммунальной квартире. Администрация 

<

адрес>, как участники долевой собственности и организатор изменения нумерации квартир в жилом 

<

адрес> по сути признает, что занимаемое истцом жило помещение является квартирой, однако исправлять допущенные нарушения добровольно не желает. Иные участники долевой собственности с его требованиями согласны.

Просил выделить доли в праве общей долевой собственности на коммунальную 

<

адрес>, расположенную по адресу: 

<

адрес>: ФИО6 – доля в праве 17/102, ФИО4 – доля в праве 27/255 и ФИО1 – доля в праве 9/170, в натуре в отдельное жилое помещение; признать выделенное жилое помещение, состоящее из тамбура площадью 1,3 кв.м, коридора, площадью 7 кв.м, кухни, площадью 8,8 кв.м, жилой комнаты площадью 23,8 кв.м, жилой комнаты площадью 17 кв.м, жилой комнаты площадью 9,4 кв.м, подсобного помещения (санузла) площадью 7,7 кв.м, общей площадью 75 кв.м, в том числе жилой площадью – 50,2 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес> отдельной квартирой; прекратить право общей долевой собственности ФИО6, доля в праве 17/102, ФИО4, - доля в праве 27/255 и ФИО1 – доля в праве 9/170 на коммунальную 

<

адрес> расположенную по адресу:. Кострома, 

<

адрес>; признать не действующим Постановление от 23.11.200г. № «Об изменении нумерации квартир в жилом 

<

адрес> в части признании жилого помещения – 

<

адрес> комнатой в коммунальной 

<

адрес>.

В последующем дополнил требования, просил также признать не действующим соглашение об определении долей от 

<

дата>.

С аналогичными требованиями обратились в суд ФИО1, ФИО4; определением суда дела были объединены в одном производстве.

К участию в деле в ходе его рассмотрения в качестве ответчиков привлечены также сособственники ФИО5, ФИО2, ФИО7, религиозная организация ФИО8 ФИО3.

В судебное заседание истцы ФИО1, ФИО4 не явились, со слов из представителя ФИО6 о дате и времени рассмотрения дела извещены, ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие.

Истец ФИО6 и его представитель ФИО9 заявленные требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. В данной ситуации постановление администрации сделало из отдельной самостоятельной квартиры, переданной истцам по договору приватизации, комнату в коммунальной квартире, то есть изменило статус квартиры. Из представленного же суду заключения специалиста следует, что помещение истцов - отдельная квартира, имеются все ее атрибуты. Из квартир сделали комнаты во всем доме, однако расположенные этажом выше помещения, имеющие аналогичную планировку, остались квартирами.

Представитель ответчика администрации 

<

адрес> ФИО12 исковые требования не признал, полагая что принадлежащая истцам комната является частью коммунальной квартиры, не соответствует требованиям, предъявляемым к отдельным квартирам, так как выход из нее ведет не на лестничную площадку, а в общий коридор коммунальной квартиры. Полагал, что удовлетворение требований истца приведет к нарушению права собственников иных комнат коммунальной квартиры.

Ответчики ФИО5, ФИО2, ФИО7, религиозная организация ФИО8 ФИО3 в судебное не явились и своих представителей не направили, о времени и месте рассмотрения делу уведомлены.

Третьи лица Управление Росреестра по ФИО8 

<

адрес>, ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» ходатайствовали о рассмотрении дела в отсутствие их представителей.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

<

дата> между ФИО6 и администрацией 

<

адрес> был заключен договор приватизации, по которому в собственность заявителя и члена его семьи – матери ФИО11 была передана 

<

адрес>, состоящая из трех комнат, общей площадью 75 кв.м, жилой площадью 50,2 кв.м, расположенная на 1 этаже жилого дома по адресу: 

<

адрес>.

<

дата> ФИО11 умерла, однако свидетельство о праве на наследство было получено ФИО6, как ее единственным наследником первой очереди - сыном, только 

<

дата>.

<

дата> администрацией 

<

адрес> было принято постановление № «Об изменении нумерации квартир в жилом 

<

адрес>», которым часть жилых помещений, ранее имевших номера 1-5, 7 постановлено считать одной коммунальной квартирой с присвоением им номеров 1-6. 

<

дата> между администрацией 

<

адрес> и ФИО6 заключено соглашение об определении долей, которым доля последнего в праве общей долевой собственности на коммунальную 

<

адрес> определена исходя из ранее приватизированной площади в 75 кв.м с учетом мест общего пользования в 83/255.

В настоящее время указанная доля в 83/255 в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение принадлежит ФИО6, ФИО1, ФИО4, имеющим соответственно 17/102, 9/170 и 27/255 долей в нем (17/102 = 85/510, 9/170 = 27/510, 27/255 = 54/510, 85/510 + 27/510 + 54/510 = 166/510 = 83/255), что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости. Право собственности истцов и основания его возникновения участвующими в деле лицами не оспаривается.

Остальными участниками общей долевой собственности являются ответчики по делу.

Согласно п. 1 ст. 252 ГК РФ имущество, находящееся в долевой собственности, может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними. Участник долевой собственности вправе требовать выдела своей доли из общего имущества (п. 2). При недостижении участниками долевой собственности соглашения о способе и условиях раздела общего имущества или выдела доли одного из них участник долевой собственности вправе в судебном порядке требовать выдела в натуре своей доли из общего имущества. Если выдел доли в натуре не допускается законом или невозможен без несоразмерного ущерба имуществу, находящемуся в общей собственности, выделяющийся собственник имеет право на выплату ему стоимости его доли другими участниками долевой собственности (п. 3).

При этом из ч. 3 ст. 16 Жилищного кодекса РФ следует, что квартирой признается структурно обособленное помещение в многоквартирном доме, обеспечивающее возможность прямого доступа к помещениям общего пользования в таком доме и состоящее из одной или нескольких комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком обособленном помещении.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 8 "О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", которые возможно применить к рассматриваемой ситуации, выдел участнику общей собственности на приватизированное жилое помещение, представляющее собой отдельную квартиру, принадлежащей ему доли допустим, если имеется техническая возможность передачи истцу изолированной части не только жилых, но и подсобных помещений (кухни, коридора, санузла и др.), оборудования отдельного входа. 

Таким образом, для выдела доли в праве общей долевой собственности на коммунальную квартиру в натуре в отдельное жилое помещение необходимо устройство отдельного входа в выделяемую часть, при этом такой вход должен связывать ее с общими помещениями многоквартирного дома, а не с иными помещениями коммунальной квартиры.

Как следует из технического паспорта 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>, выход из помещений, принадлежащих истцам, возможен исключительно в коридор (помещение 1 на плане), являющийся помещением общего пользования указанной коммунальной квартиры, а не жилого дома в целом. 

Истцами в нарушение ст. 56 ГПК РФ не были представлены доказательства, свидетельствующие о наличии технической возможности переоборудования спорной квартиры и выделе принадлежащей им доли в отдельное самостоятельное жилое помещение с отдельным входом.

Заключение специалиста ООО «АС ПКБ «Монолит», представленное суду истцом, а равно и пояснения специалиста ФИО13, поддержавшего указанное заключение в судебном заседании, в качестве такого доказательства не могут быть приняты, поскольку противоречат приведенным выше положениям закона, ошибочно основываясь на том, что выход в общий коридор коммунальной квартиры связывает принадлежащую истцам ее часть с помещениями общего пользования.

При таких обстоятельств выдел в натуре доли истцов в жилом помещении возможным не представляется. 

Соответственно, учитывая изложенные положения закона, суд полагает, что оспариваемые постановление администрации и соглашение об определении долей не могут считаться нарушающими права истца, поскольку ими было закреплено соответствующее законодательному регулированию положение, а судебной защите подлежат лишь нарушенные права. 

Кроме того, суд полагает обоснованным и заявление администрации 

<

адрес> о пропуске срока исковой давности в части данных требований.

Согласно статьям 195-196 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года.

Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса установлено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятие из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом или иными законами.

С учетом вышеизложенного, требования о признании постановления администрации 

<

адрес>, вынесенного в 2000 году, и соглашения об определении долей, заключенного в 2004 году, недействующими заявлены истцами в 2017 году, то есть по истечении срока исковой давности. Доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин, препятствующих своевременному предъявлению требований, истцами не представлено.

Ссылки на то, что согласно ст. ст. 208, 304 ГК Российской Федерации исковая давность не распространяется на требования владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения, являются несостоятельными, поскольку заявленные требования имеют иные предмет и основания.

Таким образом, в удовлетворении исковых требований должно быть отказано.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО10? ФИО14, ФИО15 к администрации г. Костромы, ФИО16, ФИО17, ФИО18, религиозной организации Костромской епархии Русской Православной Церкви о выделении доли в праве общей долевой собственности на коммунальную квартиру, признании выделенного жилого помещения отдельной квартирой, прекращении общей долевой собственности, признании недействующим постановления администрации г. Костромы и соглашения об определении долей отказать.

На настоящее решение в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме может быть подана апелляционная жалоба в Костромской областной суд через Свердловский районный суд г. Костромы. 

Председательствующий Р.Н. Колесов