УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Голубцов В.И.                                                                      Дело № 22-1286/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ   ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ульяновск                                                                             24 июля 2024 года

Ульяновский областной суд в составе: 

председательствующего Демковой З.Г.,

с участием прокурора Скотаревой Г.А.,

осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Петрова А.С.,

потерпевшей А*** ее представителя – адвоката М***

законных представителей потерпевшего М*** – Ш***  Ш***

при ведении протокола судебного заседания секретарем Коваленко Е.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – прокурора Тереньгульского района Ульяновской области Пантелеева П.А., апелляционным жалобам потерпевшей А***., законного представителя потерпевшего М*** – Ш*** защитника – адвоката Петрова А.С. на приговор Сенгилеевского районного суда Ульяновской области от 30 мая 2024 года, которым

ФИО1, *** несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

Наказание в виде лишения свободы постановлено отбывать в колонии-поселения, к месту отбывания наказания определено следовать самостоятельно за счет государства.

Срок наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня прибытия ФИО1 в колонию-поселение, дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, - с момента отбытия лишения свободы с распространением на все время его отбывания.

Зачтено в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время самостоятельного следования ФИО1 в колонию-поселение.

Решены вопросы о мере пресечения, вещественных доказательствах, гражданскому иску.

Доложив содержание приговора, доводы апелляционных представления, жалоб, возражений, заслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть человека.

Преступление совершено 30 сентября 2023 года на территории Т*** района Ульяновской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – прокурор Тереньгульского района Ульяновской области Пантелеев П.А. считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым.  ФИО1 назначено чрезмерно мягкое наказание, не соответствующее его личности, характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения. Не мотивированы выводы относительно квалификации преступления, необоснованно исключен п. 1.5 Правил дорожного движения РФ, поскольку его нарушение также состояло в причинно-следственной связи с наступившими последствиями. Просит приговор изменить, назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 4  года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок до 3 лет.

В апелляционной жалобе потерпевшая А*** считает приговор несправедливым ввиду чрезмерной мягкости назначенного наказания и несоразмерности взысканной компенсации морального вреда. Исправление осужденного и достижение целей наказания невозможно без ужесточения наказания. Судом необоснованно признаны в качестве смягчающих наказание обстоятельств оказание иной помощи ее сыну непосредственно после совершения преступления, а также принесение извинений, поскольку извинился ФИО1 только перед ней и после установления его виновности автотехнической экспертизой. Размер компенсации морального вреда судом определен без учета характера причиненных ей морально-нравственных страданий в результате смерти единственного сына. Просит приговор изменить и назначить осужденному более строгое наказание, гражданский иск удовлетворить в полном объеме.

В апелляционной жалобе законный представитель потерпевшего М*** – Ш*** считает приговор несправедливым. Назначенное ФИО1 наказание не соответствует  обстоятельствам совершения преступления, характеру и степени его общественной опасности и личности виновного. Судом не дано оценки сведениям о неоднократном нарушении ФИО1 правил дорожного движения, в том числе в день совершения преступления. Просит приговор изменить, назначить ФИО1 более строгое наказание.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Петров А.С. считает приговор незаконным и необоснованным. Указание на нарушение ФИО1 требований абз. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ  необоснованно, поскольку доказательствами не подтверждено управление им автомобилем с превышающей ограничения скоростью. При этом не дано оценки показаниям следователя Ш***  об основаниях вменения ФИО1 нарушения требований абз. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, а именно: превышение им скоростного режима  утром 30 сентября 2023 года, тогда как дорожно-транспортное происшествие произошло вечером 30 сентября 2023 года. При проведении автотехнической экспертизы не учтены полные сведения о скорости движения мопеда перед столкновением. Потерпевший М*** в ходе следствия трижды менял показания об этом. Выводы экспертизы  в приговоре приведены не полностью. Не дано оценки выводам о несоответствии действий потерпевшего М*** при управлении мопедом Правилам дорожного движения РФ, нахождения их в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием. Пункт 3.3 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, нарушение которого установлено у М*** в приговоре изложен в редакции, не действовавшей по состоянию на 30 сентября 2023 года. Полагает, что М*** мог быть нарушен п. 3.1 действующей редакции. Не раскрыто содержание протокола следственного эксперимента.  Несмотря на ходатайства стороны защиты, отсутствие возможности оспорить их показания в ходе следствия, суд не обеспечил явку несовершеннолетних потерпевшего М*** свидетелей В*** К*** в судебное заседание и огласил их показания в ходе следствия. Невозможность их участия медицинскими документами не подтверждена. Вместе с тем,  их показания о режиме работы передней блок-фары мопеда под управлением водителя М*** непосредственно перед столкновением являются юридически значимым обстоятельством дела. Ходатайство о признании недопустимыми доказательствами заключений физико-химических судебных экспертиз судом не разрешено, а о незаконности постановления следователя о признании М*** потерпевшим и исключении последнего из числа потерпевших - необоснованно отказано. Судом не учтено, что при столкновении блок-фара отделилась от мопеда,  изъят же был только мопед, блок-фара не изымалась.  При этом следователи Н*** и Ш*** не смогли пояснить, каким образом впоследствии блок-фара оказалась установлена на мопеде. Необоснованно не признаны смягчающими наказание обстоятельствами совершение впервые  преступления средней тяжести  следствие случайного стечения обстоятельств, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, не применены положения ч. 6 ст. 15, 73 УК РФ. Также нарушены принципы равноправия и состязательности сторон. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение.

В возражениях на апелляционное представление защитник – адвокат Петров А.С. считает доводы о назначении ФИО1 чрезмерно мягкого наказания необоснованными. Отягчающие обстоятельства  отсутствуют, положения ч. 6 ст.15, ст.ст. 64, 73 УК РФ при назначении наказания не применены, вину ФИО1 признал. Суд правильно исключил из обвинения ФИО1 нарушение им требований п. 1.5 Правил дорожного движения, поскольку он содержит общие требования к участникам дорожного движения. Просит апелляционное представление оставить без удовлетворения.

В судебном заседании апелляционной инстанции:

- прокурор Скотарева Г.А., потерпевшая А*** законный представитель потерпевшего М*** – Ш*** поддержали доводы апелляционных представления и жалоб потерпевшей А*** законного представителя потерпевшего М*** – Ш*** возражали по доводам апелляционной жалобы защитника – адвоката Петрова А.С.,

- осужденный ФИО1, его защитник – адвокат Петров А.С.поддержали доводы апелляционной жалобы защитника и доводы апелляционного представления в части отсутствия надлежащего анализа всех доказательств, возражали по доводам апелляционных представления (в части ужесточения наказания осужденному и необоснованности исключения п. 1.5 Правил дорожного движения РФ) и жалоб потерпевшей А*** законного представителя потерпевшего М*** – Ш***

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления, жалоб, возражений, заслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции считает приговор подлежащим изменению ввиду неправильного применения уголовного закона.

Выводы суда, изложенные в приговоре, о виновности ФИО1 в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны, вопреки доводам представления и жалобы защитника, на всестороннем анализе исследованной судом достаточной совокупности доказательств, которым в соответствии со ст. 88 УПК РФ дана объективная оценка, приведены убедительные мотивы, в силу которых принял одни доказательства и отверг другие.

Положенные судом в основу приговора доказательства стороны обвинения получены, вопреки доводам жалобы защитника, в соответствии с требованиями УПК РФ, согласуются между собой, а потому обоснованно  признаны относимыми, допустимыми и достоверными. 

В судебном заседании осужденный ФИО1, не оспаривая факт управления автомобилем ГРЕЙТ ВОЛЛ 30 сентября 2023 года вечернее время в  районе 245 км автодороги «г.Сызрань-г.Ульяновск» со скоростью 90км/ч и включенным ближним светом фар, отрицал нарушение им  п.п. 1.5, 1.10 абз.1 Правил дорожного движения РФ, указав, что на расстоянии около 30 м от передней части автомобиля увидел силуэт человека, сидящего на мопеде, применил экстренное торможение, но столкновения избежать не удалось.  Задняя фара на мопеде не работала, не видел, чтобы горела передняя фара, пострадавшие находились без мотошлемов.

Показания осужденного о движении мопеда без осветительных приборов подтвердила его супруга К*** 

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что доводы защиты об отсутствии  доказательств, что передняя фара мопеда работала непосредственно перед столкновением, всесторонне судом первой инстанции проверены и не нашли своего объективного подтверждения.

Как правильно было установлено, виновность ФИО1 подтверждена исследованными доказательствами.

Так, согласно показаниям несовершеннолетнего потерпевшего М***., оглашенных в соответствии с ч. 6 ст. 281 УПК РФ, 30 сентября 2023 года он, управляя мопедом, с А*** в качестве пассажира двигался по автодороге со скоростью около 40км/ч от остановки вблизи с. Ясашная Ташла, где они встречались  В*** и К*** Момента столкновения не помнит. На мопеде работала только передняя фара (т. 1 л.д. 63-67, 77-78, 79-80).

В ходе очной ставки с ФИО1 потерпевший М*** уточнил, что передняя фара была установлена на мопед примерно за 3-4 дня до столкновения. В момент дорожно-транспортного происшествия он двигался с включенной передней фарой с ближним светом (т. 1 л.д. 216-219).

О нахождении передней блок-фары на мопеде в рабочем состоянии показали также законные представители потерпевшего М*** - Ш*** и Ш***

Показания потерпевшего в части направления движения мопеда и нахождения передней блок-фары в рабочем состоянии непосредственно до столкновения подтверждаются аналогичными по сути показаниями несовершеннолетних свидетелей, оглашенными в соответствии с ч. 6 ст. 281 УК РФ, согласно которым  30 сентября 2023 года около 20 часов на остановке, расположенной около автодороги г. Ульяновск-г. Сызрань, они встретились с А*** и М*** приехавшими на мопеде под управлением последнего. Передняя фара на мопеде горела. Через некоторое время после того, как М*** и А***. отъехали от них, услышали резкий  звук тормозов автомобиля и удара. Прибежав на место, увидели труп А*** и М*** без сознания, лежащий мопед и автомобиль (т. 1 л.д. 130-132, 178-180).

Кроме того, виновность осужденного ФИО1 подтверждаются исследованными доказательствами по делу.

Протоколами осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 30 сентября 2023 года и 1 октября 2023 года с указанием расположения транспортных средств, имеющих механические повреждения: задней части мопеда и правой передней угловой части автомобиля, зафиксированы следы торможения и сдира асфальтового покрытия, местоположение трупа потерпевшего А*** Изъяты транспортные средства:  автомобиль GREAT WALL ***, регистрационный знак ***, мопед Nanfang Space ***  (т. 1 л.д.29-38, 39-44).

В ходе следственного эксперимента установлена видимость в момент дорожно-транспортного происшествия с водительского сиденья автомобиля, которая составила: при включенном ближнем свете фар автомобиля – 65,8м,  до мопеда с включенным ближним светом фар – 33м, с включенным дальним светом фар автомобиля до мопеда – 62м (т. 1 л.д. 199-209).

Заключением автотехнической экспертизы, согласно выводам которой,  если в представленной дорожно-транспортной обстановке  мопед Nanfang Space двигался с включенным ближнем светом фары, то водитель автомобиль ГРЕЙТ ВОЛЛ при движении перед происшествием должен был руководствоваться требованиями пунктов 8.1, 8.2, 9.10, 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения РФ.

Место столкновения автомобиля  ГРЕЙТ ВОЛЛ и мопеда  Nangfang Space располагалось на правой полосе движения, предназначенной для следования в г.Ульяновск, в начальной точке следа сдира асфальта.

Если мопед Nanfang Space двигался с включенным ближним светом фары, то действия водителя автомобиля ГРЕЙТ ВОЛЛ при движении перед происшествием не соответствовали требованию пункта 9.10 Правил дорожного движения РФ.

Действия водителя автомобиля ГРЕЙТ ВОЛЛ являются и необходимым, и достаточным условием возникновения данного дорожно-транспортного происшествия, а поэтому не только находятся с технической точки зрения в причинной связи с данным происшествием, но и являются его причиной.

Водитель автомобиля ГРЕЙТ ВОЛЛ при скорости 90 км/ч располагал бы технической возможностью торможением предотвратить столкновение с попутно двигавшимся со скоростью 40 км/ч без включенных внешних световых приборов, если имелась возможность обнаружить данный мопед с расстояния не менее 34,5 м (т.2 л.д.38-50).

Выводы, изложенные в заключении автотехнической экспертизы, в судебном заседании подтвердил эксперт Л***

Протоколом осмотра мопеда Nanfang Space, в ходе которого изъята передняя фара (т.2 л.д.118-122).

Заключением физико-химической судебной экспертизы от 19 января 2024 года, согласно которому в момент дорожно-транспортного происшествия в представленной на экспертизу фары спираль дальнего света комбинированной электролампы находилась в нерабочем состоянии, спираль ближнего света - могла находиться в рабочем состоянии (включенный ближний свет фары) (т.2 л.д. 66-67).

Заключением физико-химической судебной экспертизы от 29 февраля 2024 года, согласно которому представленная на экспертизу электролампа горела в момент приложения резкой динамической нагрузки в режиме ближнего света. Определить точную дату приложения резкой динамической нагрузки не представляется возможным ввиду отсутствия научно обоснованной методики (т.2 л.д.80-82). 

Заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому у потерпевшего М*** имелись следующие телесные повреждения:  открытая черепно-мозговая травма: подкожная гематома в затылочной области слева, ушибленно-рваная рана в затылочной области, оскольчатый вдавленный перелом затылочной кости слева, острая эпидуральная гематома затылочной области слева, ушиб головного мозга средней степени тяжести; закрытый перелом правой ключицы со смещением, закрытый перелом 4 ребра справа без смещения, закрытый перелом левой лонной кости без смещения, рваная рана на задней поверхности левого бедра в верхней трети, ссадины в области правого локтевого сустава, правой кисти, ссадины в области правого коленного суставов, ссадины на задней поверхности грудной клетки. Не исключается возможность их образования 30 сентября 2023 года в условиях дорожно-транспортного происшествия. Повреждения в комплексе одной травмы причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (т.2 л.д.29-35).

Заключениями судебно-медицинских экспертиз, согласно которому у потерпевшего А*** имелись телесные повреждения в виде тупой сочетанной травмы тела, а именно: 

- закрытая черепно-спинальная травма (ушибленная рана в затылочной области слева с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани; перелом костей свода и основания черепа (затылочной кости слева, пирамиды левой височной кости); разрыв задне-боковых связок атланто-окципитального сочленения с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани шеи; кровоизлияние под твердой мозговой оболочкой головного мозга слева и справа, общим объемом около 30 мл; кровоизлияния под мягкими мозговыми оболочками левых теменной и затылочной долей, полюсов левой височной доли, правых лобной и височной долей головного мозга, мозжечка; ушиб и разрушение вещества головного мозга (левой затылочной доли, полюса височной доли, ствола головного мозга),

- закрытая тупая травма грудной клетки и живота (кровоизлияние в мягких тканях поясничной области; кровоизлияние в мягких тканях межлопаточной области; кровоизлияние в ткань задних отделов легких (ушиб легких); кровоизлияния в правый купол диафрагмы; кровоизлияния в околопочечной клетчатке; разрыв правой доли печени (распространяющийся от задней до передней поверхности доли),

- повреждения на голове, туловище и конечностях (осаднения на выступающих частях лица (область надбровных дуг, кончика носа, правого крыла носа); ссадина в левой височной области; обширный участок осаднения на спине (от поясничной до лопаточной области); ссадины на передней поверхности области коленных суставов (в количестве 4-х на левой ноге, 3-х — на правой); ссадины   на тыльной поверхности кистей, включая пальцы рук; ссадины на задней поверхности области локтевых суставов (по 1-ой); кровоизлияние в мягких тканях задней поверхности левой голени (на расстоянии 25 см от подошв стоп, на высоту около 16 см); кровоизлияние в мягких тканях задней поверхности левого бедра (на расстоянии около 58 см от подошв стоп, на высоту около 9 см).

Тупая сочетанная травма тела проявившаяся ушибленной раной (с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани), осаднениями и ссадиной на голове, переломом костей свода и основания черепа, разрывов задне-боковых связок атланто-окципитального сочленения (с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани шеи), кровоизлияниями под оболочки головного мозга, ушибом и разрушением головного мозга, кровоизлияниями в мягкие ткани спины, левой голени и бедра, в правый купол диафрагмы, в околопочечной клетчатке, ушибом легких, разрывом правой доли печени, ссадинами и осаднениями на спине, руках и ногах, осложнившаяся кровотечением в брюшную полость, травматическим шоком, отеком легких и головного мозга, квалифицируется как тяжкий вред, причиненный здоровью человека по признаку опасности для жизни, которая и явилось причиной его смерти.

Не исключается возможность причинения обнаруженных у А*** повреждений в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 30.09.2023 г. около 19.56, а именно столкновения правой передней угловой части автомобиля ГРЕЙТ ВОЛЛ с задней частью попутно движущегося мопеда Nangfang Space, пассажиром которого он являлся  (т.2 л.д.83-105). 

Таким образом, вопреки доводам защиты, оснований подвергать сомнению показания потерпевшего М*** свидетелей обвинения у суда первой инстанции не имелось, причин для оговора ими осужденного не установлено, с осужденным ранее они знакомы не были. Их показания последовательны на протяжении всего разбирательства по делу, существенных противоречий, могущих повлиять на  установление истины по делу, не содержат, согласуются с иными вышеприведенными доказательствами по делу. 

Несовершеннолетние потерпевший  М*** и свидетель В*** достигшие на момент проведениями с ними следственных действий, 15-летнего возраста, были допрошены в присутствии законных представителей и педагогов, что исключало недозволенные методы следствия, им разъяснялись положения, соответственно ст. ст. 42, 56 УПК РФ, а также ч. 2 ст. 191 УПК РФ, замечаний на содержание допроса ни от кого не поступало. Несовершеннолетний свидетель К*** достигший возраста 17 лет, был, к тому же,  перед допросом предупрежден об уголовной ответственности по ст. ст. 307, 308 УК РФ, при его допросе присутствовал законный представитель, замечаний от них по содержанию изложенного в протоколе допроса не поступило.

Доводы защиты о нарушении судом принципа состязательности сторон ввиду отказа вызвать и допросить непосредственно в судебном заседании несовершеннолетних потерпевших и свидетелей и незаконности принятого решения об оглашении их показаний, данных в ходе следствия, судом апелляционной инстанции отклоняются как необоснованные.

Так, согласно положениям ч. 6 ст. 281 УПК РФ, оглашение показаний несовершеннолетних потерпевшего и свидетелей осуществляется в их отсутствие без проведения допроса. По ходатайству сторон или по собственной инициативе суд выносит мотивированное решение о необходимости их допроса повторно.

Не соглашаясь на оглашение показаний несовершеннолетних потерпевшего М*** и свидетелей В***  и К*** в суде, защитник не привел убедительных доводов в объяснение своей позиции. Ходатайств о вызове и повторном допросе несовершеннолетних потерпевшего М*** и свидетелей В***  и К*** как следует из протокола и аудиозаписи судебного заседания, не заявлялось. Суд, принимая решение об оглашении их показаний, свое решение аргументировал.

Доводы защиты о противоречивости показаний потерпевшего М*** в части места столкновения и скоростного режима движения мопеда под его управлением, в связи с чем, по мнению адвоката, эксперту при проведении автотехнической экспертизы не были предоставлены полные данные об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, суд апелляционной инстанции отклоняет как необоснованные.

Так, в судебном заседании был допрошен эксперт Л*** не только подтвердивший сделанные им выводы, но и заявивший о достаточности представленных для этого данных. Кроме того, согласно показаниям эксперта, ему были представлены как показания потерпевшего, так и показания осужденного. При этом, если на мопеде горел ближний свет фар, то независимо от скорости его движения, экспертная оценка была бы той же (стр. 44 протокола судебного заседания).

Показания потерпевшего М*** в части указания им места столкновения, которые опровергнуты заключением автотехнической экспертизы, не свидетельствуют об их недостоверности в остальной части, поскольку подтверждаются иными доказательствами, в том числе показаниями свидетелей В*** и К***., Ш*** и Ш*** в части работающей передней фары, а также заключением  физико-химической судебной экспертизы от 29 февраля 2024 года.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что несовершеннолетний потерпевший в силу возраста, полученных травм добросовестно заблуждался о места столкновения, поскольку, как следует из его показаний, при движении он несколько раз съезжал на обочину автодороги.

Доводы защиты о неправомерности признания М*** потерпевшим и исключении из числа доказательств постановления следователя о признании его таковым судом правильно не приняты во внимание. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что потерпевшим М*** признан в строгом соответствии с положениями ст. 42 УПК РФ, в рамках возбужденного уголовного дела по дорожно-транспортного происшествия 30 сентября 2023 года, непосредственным участником которого он являлся, в связи с причинением ему телесных повреждений. Отсутствие на момент признания его потерпевшим медицинских данных о степени тяжести причиненных  ему телесных повреждений не свидетельствуют об обратном. 

Постановление о признании его потерпевшим вынесено уполномоченным должностным лицом в строгом соответствии с требованиями законодательства РФ, в нем отражены все существенные обстоятельства, приведены ссылки на нормы закона. Указание в нем на отсутствие в действиях М*** нарушений Правил дорожного движения РФ не свидетельствует о его нелегитимности, поскольку на момент его вынесения – 6 октября 2023 года, автотехническая экспертиза проведена не была, а у органов следствия отсутствовали достоверные данные о таких нарушениях.

Вопреки доводам защиты, судом дана правильная оценка показаниям несовершеннолетних свидетелей В*** и К*** которые непосредственно очевидцами дорожно-транспортного происшествия не являлись, соответственно, сообщить о том, работала ли и в каком режиме передняя фара мопеда непосредственно в момент столкновения или перед ним, не имели возможности. Данные свидетели лишь указали на факт ее работы незадолго до дорожно-транспортного происшествия, и их показания не опровергнуты, а подтверждены иными доказательствами, в том числе показаниями свидетелей Ш*** и Ш***, последнему из которых данный мопед и принадлежал, а также заключениями физико-химических экспертиз.

Доводы защитника, что нарушение потерпевшим М*** Правил дорожного движения РФ находятся в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, опровергаются заключением автотехнической экспертизы, согласно которому такие нарушения состояли бы в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием в случае движения мопеда без включенных световых приборов (2 последних абзаца п. 6 экспертизы). Судом же достоверно установлено наличие в момент столкновения работающей в режиме ближнего света передней фары мопеда. 

Обоснованно не приняты судом первой инстанции во внимание доводы стороны защиты о недостоверности заключений автотехнической и физико-химических экспертиз, при этом выводы суда надлежащим образом мотивированы. По своему содержанию заключения экспертиз соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ и Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", а также иным инструктивным положениям. В заключениях указаны дата, время, место и основания их производства, сведения об экспертных учреждениях, данные экспертов, в том числе, об их образовании, специальности и стаже, а также содержание и результаты исследований, научное и мотивированное обоснование выводов по поставленным вопросам. В исследовательской части заключения приведены все методы, использованные экспертами  с приведением сведений о применении специальных приборов и их технических характеристик. Выводы экспертов аргументированы, отвечают на постановленные перед ними вопросы. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ.

Тщательно проверив   экспертные заключения, суд обоснованно признал, что они даны квалифицированными экспертами, обладающими специальными познаниями в своей области, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.  Экспертному исследованию подверглись не только материалы уголовного дела, но и иные данные как первоначальные, так и последующие по установленным органом следствия обстоятельствам. Выводы экспертов достоверны, научно обоснованны, согласуются с другими доказательствами по делу. 

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы защитника о не разрешении его ходатайства об исключении из числе доказательств заключений физико-химических экспертиз, поскольку, как следует из протокола и аудиозаписи судебного заседания, такого ходатайства им не заявлялось.

Судом обоснованно, вопреки доводам защитника, приведены только выводы автотехнической экспертизы и результаты следственного эксперимента с участием осужденного, касающиеся непосредственно виновности ФИО1, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ суд рассматривает уголовное дело только в отношении обвиняемого и в рамках предъявленного ему обвинения. По тем же основаниям судом правильно не приняты во внимание доводы защитника о незаконности отказа в возбуждении уголовного дела в отношении М***

Доводы защиты о том, что для экспертного исследования была представлена иная фара, поскольку с места происшествия, согласно протоколу его осмотра от 30 сентября 2023 года, был изъят только мопед, хотя из фототаблицы следует, что фара от столкновения отделилась от корпуса мопеда и лежала на земле, а в последующем была изъята фара непосредственно с его корпуса, правильно не приняты судом во внимание, поскольку ничем  объективно не подтверждены. 

Так, из фототаблиц протоколов осмотра места происшествия от 30 сентября 2023 года и 1 октября 2023 года, проведенных разными следователями, следует, что, вопреки доводам адвоката, фара не была полностью отделена от корпуса мопеда, лишь от динамического воздействия в момент столкновения вылетела с места расположения и висела на проводе у переднего колеса (т. 1 л.д. 36, л.д. 42,42). Поэтому, обоснованно она не была изъята отдельно от мопеда, поскольку продолжала являться его неотъемлемой частью. Тот факт, что следователи, проводившие осмотр места происшествия, в том числе изымавший мопед, за давностью прошедшего времени не могли вспомнить всех обстоятельств его изъятия и хранения, не свидетельствует о наличии какой-либо фальсификации по уголовному делу.

Доводы защитника о том, что на экспертные исследования была представлена иная фара, судом правильно отклонены, как явно надуманные. Так, фара непосредственно после дорожно-транспортного происшествия сфотографирована, визуально ничем не отличается от представленной на экспертизы, что следует из фотографий экспертов, заключением физико-химической экспертизы подтверждено, что представленная на исследование фара от 29 февраля 2024 года подвергалась динамическому воздействию. Доводы защитника, что, по его мнению, после дорожно-транспортного происшествия, фара должна была иметь значительные повреждения, опровергаются ее фотографиями непосредственно после случившегося. 

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что мопед был изъят уполномоченным должностным лицом в пределах своих полномочий, хранился на территории МО МВД России «С***», куда бесконтрольный доступ посторонних лиц невозможен, что исключало возможность подмены фары на иную. Тот факт, что неустановленное лицо прикрепило ее в положенное место на корпусе мопеда об обратном не свидетельствует. 

Доводы защиты об исключении из числа доказательств протокола осмотра места происшествия от 1 октября 2023 года ввиду проведения его неуполномоченным лицом, уголовное дело в производстве которого не находилось, и протокола осмотра фототаблицы к нему, поскольку данное следственное действие проведено следователем, непосредственно ее составлявшем, правильно отклонены судом, поскольку не основаны на нормах действующего УПК РФ.

Так, осмотр места происшествия 1 октября 2023 года был проведен и протокол об этом составлен следователем отделения по расследованию ДТП Следственного управления УМВД России по Ульяновской области Ш***., юрисдикция которого распространяется на территорию Ульяновской области, в том числе и на территорию Сенгилеевского района, по  указанию руководителя в рамках проверки о произошедшем дорожно-транспортном происшествии, в котором пострадали несовершеннолетние. УПК РФ не содержит запрета проведения проверки в соответствии со ст. ст. 144, 145 УПК РФ разными следователями в пределах своих полномочий.

Протокол осмотра фототаблицы к данному осмотру места происшествия, вопреки доводам защитника, проведен в строгом соответствии с требованиями УПК РФ, должностным лицом, в производстве которого находилось уголовное дело. Составление этим же должностным лицом фототаблицы и ее последующий осмотр нарушением требований уголовно-процессуального законодательства не является ввиду отсутствия в нем таких запретов.

Таким образом, судом верно принято решение о  соответствии в полном объеме всех исследованных доказательств требованиям ст.ст. 74, 84 УПК РФ, они содержат сведения, подлежащие доказыванию в соответствии с положениями ст.73 УПК РФ. 

Вопреки доводам защиты, объяснение ФИО1 до возбуждения уголовного дела не соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам, а потому обоснованно не признано доказательством по делу. При этом, суд апелляционной инстанции констатирует, что данное объяснение не принималось во внимание ни стороной обвинения, ни экспертами.

Доводы жалобы о необоснованном отказе исключить из обвинения указание  на нарушение ФИО1 п. 10.1 абз.1 Правил дорожного движения РФ, поскольку не имеется доказательств, что он двигался со скоростью, превышающей ограничения, и данное обстоятельство не подтверждено заключением автотехнической экспертизы суд апелляционной инстанции отклоняет по следующим основаниям.

Независимо от занятой осужденным позиции, судом правильно установлено, что ФИО1, управляя автомобилем, проявив преступную небрежность, в нарушение требований п.10.1 (абз.1), согласно которым  водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, на участке автодороги вне населенного пункта в условиях темного времени суток, ограничивающих видимость, обзорность в его направлении движения, двигался со скоростью, которая, хотя и не превышала установленного ограничения скоростного режима движения транспортных средств, но не обеспечивала ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, что в совокупности с нарушением п. 9.10 Правил дорожного движения РФ привело к дорожно-транспортному происшествию и получению телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровь. М*** и гибель А***

Между нарушением водителем ФИО1 п.10.1 ПДД РФ и дорожно-транспортным происшествием, в результате которого наступила смерть потерпевшего А*** и причинен тяжкий вред потерпевшему М*** имеется прямая причинно-следственная связь. О том, что водитель ФИО1 должен был руководствоваться также и этим пунктом Правил дорожного движения РФ, вопреки доводам защитника, указано и в заключении автотехнической экспертизы (п. 1 заключения). Мотивы, по которым органы следствия приняли решение о вменении данного пункта в обвинении ФИО1, судом первой инстанции во внимание не принималось, а потому доводы жалобы о необоснованности данных мотивов судом апелляционной инстанции отклоняются.

Вопреки доводам апелляционного представления, судом принято верное решение об исключении из обвинения указания на нарушение ФИО1 п.1.5 Правил дорожного движения РФ, согласно которому участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. Данный пункт носит декларативный характер, не регулирует конкретные действия водителя в той или иной ситуации, а выражают требования общего характера, относящиеся к правовой регламентации дорожного движения как нормативно упорядоченной деятельности. 

Вместе с тем, с учетом выводов автотехнической экспертизы, судом правильно установлено нарушение водителем ФИО1 п. 9.10 Правил дорожного движения РФ, согласно которому водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения. Так, судом установлено, что, соблюдая данный пункт Правил дорожного движения РФ, ФИО1 имел бы возможность либо соблюсти такую дистанцию до движущегося впереди мопеда, либо опередить его с соблюдением такого бокового интервала, которые позволили бы избежать столкновения.

Обвинение, предъявленное ФИО1 и изложенное в приговоре суда является конкретизированным. В нем приведены все допущенные им при управлении автомобилем нарушения Правил дорожного движения РФ, состоящие в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде дорожно-транспортного происшествия и причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему М*** и смерти потерпевшему А*** а также обстоятельства произошедшего.

Суд первой инстанции  пришел  к правильному выводу о недостоверности  показаний осужденного и свидетеля К*** об отсутствии работающих световых приборов на мопеде под управлением потерпевшего М*** 

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что данная версия является позицией защиты и опровергнута представленными доказательствами.

Доводы защитника по сути сводятся к переоценке доказательств, что на правильность выводов суда, в том числе и о доказанности виновности осужденного в совершении вышеуказанного преступления, не влияет.

Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией осужденного, его защитника и свидетеля К*** не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене приговора. В связи с чем доводы апелляционной жалобы защитника  о недоказанности виновности ФИО1 суд апелляционной инстанции отклоняет. 

В соответствии с положениями ч.1 ст.88 УПК РФ суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а собранные доказательства в совокупности достаточными для постановления приговора. Вопросы, изложенные в ст.299 УПК РФ, разрешены судом правильно и обоснованно мотивированы в приговоре. Всем доводам защиты дана надлежащая оценка.

Существенных противоречий в доказательствах, положенных в основу приговора, ставящих под сомнение доказанность виновности осужденного и несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, не имеется. 

У суда апелляционной инстанции отсутствуют какие-либо основания для иной оценки доказательств по делу. 

Тщательный анализ и основанная на законе оценка доказательств позволили  суду правильно установить  фактические обстоятельства совершенного преступления и прийти к обоснованному выводу о доказанности  виновности ФИО1  

Оценка действиям осужденного по ч.3 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть, судом первой инстанции дана верная и надлежащим образом мотивирована. 

Уголовно-правовая оценка действиям осужденного дана верно. Исключение п. 1.5 Правил дорожного движения РФ не влияет на квалификацию действий осужденного. 

Оснований для вынесения оправдательного приговора суд апелляционной инстанции не усматривает.

Из  протокола и аудиозаписи судебного заседания следует, что судом, вопреки доводам защитника, было обеспечено равенство прав сторон, которым были созданы необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, обвинительного уклона допущено не было. Все доказательства исследованы судом по инициативе сторон, заявленные ходатайства разрешены в установленном законом порядке, законность и обоснованность принятых по ним судом решений сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает. Право осужденного на защиту нарушено не было, его защита как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании осуществлялась адвокатом по согласованной с осужденным позиции. Стороны, в том числе и осужденный, не были лишены возможности представлять и исследовать доказательства, знакомиться с материалами уголовного дела, протоколом и аудиозаписью судебного заседания. 

Подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, правильно установлены и изложены в приговоре, кроме вносимых изменений. Приговор постановлен в соответствии с требованиями главы 39 УПК РФ, нарушений ст. 307 УПК РФ, которые являлись бы основаниями для отмены приговора, судом не допущено, доказательствам и доводам сторон дана надлежащая оценка.

Суд рассмотрел вопрос о вменяемости осужденного и пришел к правильному выводу, что, с учетом его поведения в ходе предварительного и судебного следствия, которое является адекватным сложившейся ситуации, ФИО1 является вменяемым лицом, подлежащим уголовной ответственности.

Наказание осужденному в виде лишения свободы и дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления,  полных данных  о личности виновного, в том числе обстоятельств смягчающих наказание, отсутствия отягчающих обстоятельств, влияния  наказания на  исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом учтено, что ФИО1 характеризуется положительно, в том числе своей супругой, жалоб и заявлений на него не поступало, к уголовной ответственности не привлекался.

В качестве смягчающих обстоятельств судом признаны принесение извинений, признание вины, наличие малолетних детей, состояние здоровья  его и близких родственников, в том числе отца, являющегося ***, частичное возмещение морального вреда потерпевшей А*** принятие мер к возмещению вреда несовершеннолетнему М*** положительные характеристики, наличие благодарственных писем, отсутствие судимости, оказание иной помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления  путем вызова скорой медицинской помощи. 

Несмотря на представление защитников  в суд апелляционной инстанции положительной характеристики с места работы осужденного, оснований для признании данного обстоятельства смягчающим не имеется, поскольку наличие положительных характеристик уже признано таковым и двойному учету не подлежит.

Вопреки доводам стороны защиты, судом принято верное решение об отсутствии оснований для признания смягчающими наказание обстоятельствами активное способствование раскрытию и расследованию преступления, совершение впервые преступления средней тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств.

Так, осужденный какой-либо значимой для раскрытия дела информации не предоставил, более того, с учетом его заявления об отсутствии на мопеде работающих световых приборов, органами предварительного расследования были предприняты дополнительные меры к установлению истины по делу, в том числе путем назначения физико-химических экспертиз, что не способствовало скорейшему расследования в связи с проверкой доводов ФИО1 Признание вины таковым признано быть не может, тем более, что данное смягчающее обстоятельство учтено судом в качестве самостоятельного, и повторному учету не подлежит.  Выводы суда основаны на правовой позиции, выраженной в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания». 

Правильно суд не признал совершение ФИО1 неосторожного преступления вследствие случайного стечения обстоятельств, поскольку такие обстоятельства по делу не установлены. ФИО1, управляя автомобилем, являющимся источником повышенной опасности, пренебрег правилами дорожного движения РФ и нормами общественной безопасности, подверг опасности жизнь и здоровье других участников дорожного движения, что не может быть расценено как случайное стечение обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда в данной части.

Вопреки доводам жалобы потерпевшей А*** суд обоснованно признал смягчающим наказание обстоятельством оказание иной помощи потерпевшим, поскольку осужденный принял меры к своевременному оказанию им медицинской помощи путем вызова скорой медицинской помощи, что подтверждается сообщением администрации МО «Т*** район» У№льяновской области (т. 2 л.д. 134). Тот факт, что он сам ее не оказал, об обратном не свидетельствует, поскольку ФИО1 не имеет медицинского образования и в силу этого был лишен возможности самостоятельно ее оказать.

Суд апелляционной инстанции также соглашается с судом в части признания смягчающим обстоятельством принесение ФИО1 извинений потерпевшим, поскольку данный факт имел место быть и подтверждается протоколом и аудиозаписью судебного заседания. Не принесение извинений  лично отцу погибшего потерпевшего А*** не является, вопреки доводам жалобы потерпевшей А***.,  основанием для исключения данного смягчающего обстоятельства. 

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, судом верно принято решение об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст. 15,  53.1, ст. 73 УК РФ, и назначении наказания с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ.     Выводя суда в данной части надлежащим образом мотивированы и суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

По смыслу ст.64 УК РФ исключительность смягчающих обстоятельств закон связывает с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления. Причем суд должен прийти к выводу о том, что какое-либо отдельное исключительное обстоятельство  или их совокупность существенно уменьшает степень общественной опасности совершенного преступления. 

Обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, судом не установлено, а потому, вопреки доводам жалобы защитника, принято верное решение об отсутствии оснований для признания совокупности смягчающих ФИО1 обстоятельств исключительной и назначения ему  наказания с применением ст. 64 УК РФ.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания не соглашаться с доводами суда.

Таким образом, оснований для смягчения или усиления ФИО1 наказания не имеется.

Вид исправительного учреждения, где ФИО1 надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы определен верно на основании положений п.«а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, определен порядок его следования к месту отбывания наказания.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального и уголовного законов при назначении наказания судом не допущено, иных обстоятельств, которые влияли бы на назначение наказания и не были учтены судом первой инстанции, не установлено.  

Судебное разбирательство по делу проведено в установленном законом порядке при соблюдении, вопреки доводам жалобы защитника, всех основополагающих принципов уголовного судопроизводства, что прямо следует из протокола и аудиозаписи судебного заседания. Ущемления каких-либо прав осужденного, в том числе права на защиту, допущено не было. Иное толкование стороной защиты действий суда первой инстанции по рассмотрению уголовного дела, не подтвержденное объективными данными, об обратном не свидетельствует.

Судом принято верное решение в части разрешения гражданского иска потерпевшей А*** в части взыскания в ее пользу материального ущерба.

Суд, вопреки доводам жалобы потерпевшей А*** обоснованно взыскал с ФИО1 в ее пользу в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, сумму в размере 900000 рублей, которая отвечает требованиям соразмерности и справедливости. 

Решение принято судом с учетом положений ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ. При этом определяя сумму, подлежащую выплате А*** в счет компенсации морального вреда, суд правильно учитывал фактические обстоятельства дела, характер причиненных потерпевшей нравственных страданий, степень вины осужденного, его имущественное положение, а также требования разумности и справедливости.

В этой связи суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения суммы (как в сторону уменьшения, так и в сторону увеличения), подлежащий взысканию с осужденного ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного А*** 

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Заслуживают внимания доводы жалобы законного представителя  потерпевшего М*** – Ш*** о необоснованно указании судом на отсутствие фактов привлечения ФИО1 к административной ответственности. Так, судом не учтено, что осужденный до совершения преступления дважды привлекался к административной ответственности за совершение административных правонарушения, предусмотренных ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ – 14 ноября 2022 года и 9 января 2023 года (т. 2 л.д. 154-156), в связи с чем суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из приговора указание о не привлечении ФИО1 к административной ответственности.

Вместе с тем, доводы жалоба законного представителя Ш*** в части того, что судом не учтено привлечение ФИО1 к административной ответственности за совершенное 30 сентября 2023 года административное правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку за данное правонарушение ФИО1 на момент совершения дорожно-транспортного происшествия к ответственности привлечен не был. Постановление о привлечении его к административной ответственности вынесено 10 октября 2023 года (т. 2 л.д. 154), а потому судом правильно данное обстоятельство не было учтено.

Кроме того, суд признал ФИО1 в качестве смягчающего обстоятельство, предусмотренное п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, - противоправность поведения потерпевшего, сославшись при этом на нарушение потерпевшим М*** п. 24.8 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090, предусматривающего запрет водителям мопедов двигаться по дороге без застегнутого мотошлема,  и  п. 3.3 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств (приложения к Основным положениям по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных  Постановлением Совета Министров-Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090) (далее Перечень), предусматривающего запрет на эксплуатацию транспортных средств при неработающих в установленном режиме или загрязненных внешних световых приборах и световозвращателях.

Вместе с тем, принимая такое решение, суд не учел, что обстоятельством, смягчающим наказание, является противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, а не любое противоправное поведение. Таким образом, для признания наличия такого смягчающего наказание обстоятельства необходимо соблюдение двух условий: факта противоправного поведения потерпевшего и его провоцирующее влияние на преступное поведение виновного лица. Между тем, из установленных судом фактических обстоятельств не усматривается, что управление  М*** мопедом без мотошлема явилось поводом для нарушения ФИО1 п.п. 9.120, 10.1 абз.1 Правил дорожного движения РФ, в результате чего  он допустил столкновение управляемого им автомобиля с мопедом под управлением М*** 

Также заслуживают внимания и доводы жалобы адвоката в части необоснованного указания в приговоре на нарушение потерпевшим М*** п. 3.3 указанного выше Перечня, поскольку на момент дорожно-транспортного происшествия данный пункт в приведенной редакции утратил силу и действовал в новой редакции – регулировка фар не соответствует требованиям п.п. 3.8.4-3.8.8 приложения №8 к техническому регламенту; указанная неисправность выявляется с использованием средств технического диагностирования, которая не имеет отношения к обстоятельствам по настоящему делу, установленным судом. 

Поэтому из приговора суд апелляционной инстанции исключает указания на нарушение потерпевшим М*** требований п.24.8 Правил дорожного движения РФ и п. 3.3 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств.

Доводы защитника о необходимости признать нарушение потерпевшим М*** п. 3.1 указанного выше Перечня, согласно которому запрещается эксплуатация транспортных средств, если количество, расположение, назначение, режим работы, цвет огней внешних световых приборов и световой сигнализации на транспортном средстве не соответствуют требованиям, предусмотренным изготовителем транспортного средства в эксплуатационной документации, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку данные положения не соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам.

Вместе с тем, поскольку судом достоверно установлено, что потерпевший М*** управлял в темное время суток мопедом с неработающим задним фонарем, то в его действиях имеется нарушение положений п. 3.11 указанного выше Перечня, запрещающего эксплуатацию транспортного средства, габаритные и контурные огни которого не работают в постоянном режиме, действовавших на момент дорожно-транспортного происшествия. Поэтому суд апелляционной инстанции считает  необходимым  в данной части внести изменения в приговор.

В то же время, несмотря на внесение в приговор данных изменений, оснований для смягчения или усиления назначенного наказания не усматривается  ввиду того, что его вид и размер является соразмерным общественной опасности содеянного ФИО1 преступления, закрепленным в законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечающим задачам исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений.

Вопреки доводам представления и жалоб потерпевшей А*** законно представителя потерпевшего Ш*** адвоката, оснований считать назначенное осужденному наказание несправедливым вследствие его чрезмерной мягкости или суровости по иным основаниям, суд апелляционной инстанции также не находит.

Вносимые в приговор изменения не ухудшают положение осужденного и не влияют на законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения.

Нарушений уголовного закона, существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или иное изменение приговора, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Сенгилеевского районного суда Ульяновской области от 30 мая 2024 года в отношении осужденного ФИО1 изменить.

Исключить из приговора указания:

- о не привлечении ФИО1 к административной ответственности;

- на нарушение потерпевшим М*** требований п.24.8 Правил дорожного движения РФ и п.п. 3.3 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств.

Считать правильным нарушение потерпевшим М*** требований п. 3.11 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств (приложения к Основным положениям по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных  Постановлением Совета Министров-Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090).

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные представление и жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы или представления:

- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения, – через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ порядке;

- по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.ст. 401.10-401.12 УПК РФ порядке.

Лицо, в отношении которого вынесено итоговое судебное решение, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий