Председательствующий в суде первой инстанции судья Попов А.Ю.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 22-09/2020

г. Североморск

15 января 2020 года

Северный флотский военный суд в составе: председательствующего судьи Чернышова В.В., при секретаре Дмитриенко А.В., с участием старшего помощника военного прокурора Северного флота полковника юстиции ФИО1, обвиняемого ФИО2 (посредством видеоконференц-связи) и его защитника – адвоката Кожанова А.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы по апелляционной жалобе защитника обвиняемого ФИО2 – адвоката Кириченко Е.Ю. на постановление судьи Гаджиевского гарнизонного военного суда от 26 декабря 2019 года, которым продлен на 2 месяца, до 3 марта 2020 года включительно, а всего – до 4 месяцев срок содержания под стражей 

ФИО2, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ года в 

<

адрес>, гражданину РФ, не женатому, не судимому, с высшим образованием, зарегистрированному по адресу: 

<

адрес>, 

обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ,

у с т а н о в и л :

Органом предварительного следствия ФИО2 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, а именно в том, что он 3 ноября 2019 года, действуя с целью завладения чужим имуществом, по предварительному сговору с другим лицом (военнослужащим), незаконно проник в квартиру гражданина ФИО16 в г. Полярный (ЗАТО Александровск) Мурманской области, где напал на последнего и нанёс тому по несколько ударов металлической дубинкой по голове, а затем – ножом в область груди, причинив потерпевшему тяжкий вред здоровью. 

4 ноября 2019 года по факту нападения на ФИО16 в отношении неустановленного лица следователем следственного отдела ОМВД России по ЗАТО Александровск возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

В тот же день ФИО2 задержан в качестве подозреваемого в порядке, предусмотренном ст. 91 УПК РФ и ему предъявлено обвинение в совершении вышеуказанного преступления. 

5 ноября 2019 года данное уголовное дело передано по подследственности в военный следственный отдел Следственного комитета РФ по Гаджиевскому гарнизону. В тот же день заместителем руководителя названного следственного органа в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, которое объединено в одно производство с вышеуказанным уголовным делом.

Постановлением судьи Гаджиевского гарнизонного военного суда от 6 ноября 2019 года в отношении обвиняемого ФИО2 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца – по 3 января 2020 года включительно.

20 декабря 2019 года срок предварительного следствия по делу продлён руководителем военного следственного управления по Северному флоту до 4 месяцев, то есть до 4 марта 2020 года.

Постановлением Гаджиевского гарнизонного военного суда от 26 декабря 2019 года срок содержания обвиняемого ФИО2 под стражей продлен на 2 месяца, а всего до 4 месяцев, то есть до 3 марта 2020 года включительно.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого – адвокат Кириченко Е.Ю. просит указанное постановление отменить и избрать в отношении ФИО2 иную меру пресечения, не связанную с лишением свободы.

В обоснование жалобы Кириченко Е.Ю. высказывает несогласие с постановлением о продлении срока содержания ФИО2 под стражей и обращает внимание на то, что суду не было представлено конкретных доказательств наличия предусмотренных ст. 97 УПК РФ данных о том, что, оставаясь на свободе, обвиняемый сможет продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путём воспрепятствовать производству по уголовному делу. Ссылки на такие основания в обжалуемом постановлении, по мнению автора жалобы, являются формальными и не подтверждаются материалами уголовного дела. 

Как далее указывается в жалобе, довод следственного органа о необходимости проведения по уголовному делу ряда следственных действий свидетельствует о допущенной при расследовании волоките и неэффективности предварительного следствия, что не может служить основанием для продления срока содержания обвиняемого под стражей. 

По мнению того же защитника, при принятии решения о продлении срока содержания ФИО2 под стражей суд не учёл такие обстоятельства как его явку с повинной, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию преступления, а также данные о личности обвиняемого, и пришёл к ошибочному выводу о необходимости продления срока содержания его под стражей только в связи с основаниями, по которым ему была избрана указанная мера пресечения, утратившими к настоящему времени свою актуальность.

Сама по себе тяжесть предъявленного ФИО2 обвинения, как считает его защитник, не может служить основанием для продления ему указанного срока. Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41 и отдельные решения Европейского Суда по правам человека, автор жалобы утверждает о том, что решение о продлении обвиняемому меры пресечения является явно необоснованным, поскольку неадекватно и несоразмерно конституционно значимым ценностям, а избрание тому более мягкой меры пресечения ничьих законных интересов не нарушит.

В заседании суда апелляционной инстанции подсудимый ФИО2 и его защитник – адвокат Кожанов А.Н. просили удовлетворить апелляционную жалобу в связи с изложенными в ней доводами.

Старший помощник военного прокурора Северного флота полковник юстиции ФИО1, полагая вынесенное постановление судьи законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Выслушав участников судебного заседания, рассмотрев представленные материалы и доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит её не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, при решении вопроса о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого ФИО2 судом в полной мере учтены положения ст. 97 УПК РФ, а в обжалуемом постановлении приведены конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых принято решение о продлении срока содержания его под стражей, подтверждённые надлежащими доказательствами. Указанное постановление должным образом мотивировано и соответствует требованиям ст.ст. 108, 109 УПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 97 УПК РФ суд вправе избрать в отношении обвиняемого одну из мер пресечения в случае, если имеются достаточные основания полагать, что он может скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства, либо иным путем воспрепятствовать производству по делу.

Согласно ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. 

Из ч. 2 ст. 109 УПК РФ следует, что в случае невозможности закончить предварительное следствие в установленный срок и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения срок содержания под стражей может быть продлен судьей военного суда до 6 месяцев.

Как следует из обжалуемого постановления, при рассмотрении ходатайства следственного органа суд первой инстанции принял во внимание не только то, что ФИО2 обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 10 лет, но и данные о личности обвиняемого и его поведении, а именно о том, что ФИО2 не трудоустроен, не имеет постоянного места жительства в Мурманской области и, кроме того, незаконно проник в г. Полярный, расположенный на территории ЗАТО Александровск Мурманской области – без оформления пропуска, в багажном отсеке попутного автомобиля, после чего проживал в этом населённом пункте, не имея регистрации.

В том же постановлении судом обращено внимание и на то, что ФИО2 обвиняется в совершении инкриминируемого деяния в составе группы лиц, с незаконным проникновением в жилище и использовании при этом специально приготовленных орудий: металлической дубинки и ножа, а также фиктивного удостоверения сотрудника спецслужб и предметов для изменения внешности (парика и солнцезащитных очков). Учтены судом и такие обстоятельства как сокрытие ФИО2 с места происшествия и попытка уничтожения им предметов одежды и орудий преступления, вследствие чего он был обнаружен только после проведения оперативно-розыскных мероприятий.

Приведенные обстоятельства дела, которые в ходе допросов подтвердил и сам обвиняемый, а также данные о его личности давали суду достаточные основания согласиться с доводами следственного органа о том, что, находясь на свободе, ФИО2 может скрыться от предварительного следствия и суда либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. 

В своём постановлении суд первой инстанции также обоснованно указал, что основания, по которым ФИО2 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, не изменились, необходимость в его содержании под стражей не отпала.

Довод апелляционной жалобы о допущенной органом предварительного следствия волоките и неэффективности расследования не подтверждается материалами, представленными в обоснование ходатайства о продлении обвиняемому меры пресечения.

Наоборот, из этих материалов видно, что по уголовному делу активно проводятся как следственные действия, в том числе с участием обвиняемого, так и комплекс экспертных исследований, требующих значительных временных затрат и, в частности, почерковедческая, дактилоскопическая, судебно-медицинская, биологическая, товароведческая, технико-крими-налистическая, две психолого-психиатрические и другие судебные экспертизы.

Объективная невозможность окончания предварительного следствия по делу до истечения установленного срока содержания ФИО2 под стражей подтверждается копиями соответствующих процессуальных документов (постановлений о назначении судебных экспертиз и протоколов об ознакомлении с ними обвиняемого и его защитника) и сомнений не вызывает.

Те же материалы содержат достаточные данные об имевшем место событии преступления, а также обоснованности подозрения в причастности к нему ФИО2, поскольку на него, как на лицо, совершившее преступление, указал потерпевший ФИО16 в ходе предъявления для опознания, что подтверждается протоколом соответствующего следственного действия от 4 ноября 2019 года.

С учетом изложенного суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для продления ФИО2 срока содержания под стражей и невозможности избрания в отношении него иной, более мягкой, меры пресечения. Этот вывод полностью согласуется с данными Верховным Судом Российской Федерации разъяснениями, изложенными в п. 21 постановления Пленума от 19 декабря 2013 года №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога».

Противопоказаний для содержания ФИО2 под стражей по состоянию здоровья рассматриваемые материалы не содержат. 

Были известны суду на момент принятия обжалуемого решения и иные приведенные защитником обвиняемого в апелляционной жалобе обстоятельства, связанные с признанием последним своей вины в содеянном и оказанием им содействия органам предварительного следствия, которые, сами по себе, не ставят под сомнение законность и обоснованность указанного решения. 

При этом оснований для вывода о явной необоснованности либо незаконности обжалуемого судебного постановления в апелляционной жалобе либо материалах, представленных органом предварительного следствия, не имеется. Таким образом, ограничение прав и свобод обвиняемого ФИО2 в данном случае соответствует уголовно-процессуальному закону, отвечает требованиям справедливости и, вопреки доводам его защитника, является пропорциональным, соразмерным и необходимым для целей защиты конституционно значимых ценностей.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20 и ст. 389.28 УПК РФ,

п о с т а н о в и л :

Постановление судьи Гаджиевского гарнизонного военного суда от 26 декабря 2019 года о продлении обвиняемому ФИО2 срока содержания под стражей на 2 месяца, а всего – до 4 месяцев, то есть до 3 марта 2020 года включительно, оставить без изменения, а апелляционную жалобу его защитника – адвоката Кириченко Е.Ю. – без удовлетворения.

Председательствующий В.В. Чернышов

15.01.2020 г.