РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Дело № 2-1550/2019 22 апреля 2019 года

Октябрьский районный суд города Архангельска в составе председательствующего судьи Акишиной Е.В., 

при секретаре Хлопиной О.О., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к федеральному государственному унитарному предприятию «Связь-безопасность» о взыскании задолженности по заработной плате за период с 01 января 2018 года по 01 февраля 2019 года в размере 290674 руб. 50 коп., компенсации за задержку выплаты заработной платы в размере 23287 руб. 21 коп., компенсации морального вреда в размере 3000 руб. В обоснование требований указал, что с 29 июня 2016 года работал у ответчика в должности начальника филиала в г. Архангельске. Согласно условиям трудового договора ему был установлен оклад в размере 36000 руб. и персональная надбавка в размере 3135 руб., а 01 февраля 2018 года персональная надбавка 9135 руб. с начислением на указанные суммы процентной надбавки к заработной плате и районного коэффициента как работающего в местности, приравненной к районам Крайнего Севера. Однако, фактически ответчиком производилось начисление заработной платы на сумму оклада 30000 руб., что противоречит условиям заключенного трудового договора. Указанными неправомерными действиями ему причинен моральный вред.

В ходе рассмотрения дела истец требования неоднократно уточнял и окончательно просил взыскать задолженность по заработной плате за период с 01 января 2018 года по 06 марта 2019 года в размере 236153 руб. 05 коп., компенсацию за задержку 23212 руб. 17 коп.

Определением суда от 12 апреля 2019 года произведена замена ответчика на федеральное государственное унитарное предприятие «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации.

В судебное заседание ФИО1 не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела. Его представитель ФИО2 в судебном заседании на уточненных требованиях настаивала. 

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании с требованиями истца не согласился, ссылаясь на заключение с истцом 01 февраля 2018 года дополнительного соглашения, которым истцу был изменен оклад с 36000 руб. до 30000 руб. и процентная надбавка с 3135 руб. до 9135 руб.

По определению суда дело рассмотрено в отсутствие истца.

Заслушав представителей сторон, оценив показания свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что с 06 июля 2016 года истец работал в федеральном государственном унитарном предприятии «Связь-безопасность» в должности начальника филиала.

Согласно условиям трудового договора от 29 июня 2016 года (п. 5.1, 5.2.2) работодатель устанавливает руководителю должностной оклад в размере 36000 руб. согласно штатному расписанию и выплачивает ему все предусмотренные коллективным договором и Положением об оплате труда доплаты и компенсации за исполнением им трудовых обязанностей, в том числе персональную надбавку.

Порядок предоставления доплат, надбавок и иных выплат за исполнение работником своих трудовых функций определяется с нормами действующего законодательства РФ, действующим в Филиале штатным расписанием, Положением об оплате труда и Положением о премировании. 

Согласно штатному расписанию и фонду оплаты труда к штатному расписанию на январь 2018 года начальнику филиала установлен оклад в размере 36000 руб. и персональная надбавка в размере 3135 руб.

Начиная с 01 февраля 2018 года согласно штатному расписанию и фонду оплаты труда к штатному расписанию начальнику филиала установлен оклад в размере 30 000 руб. и персональная надбавка в размере 9135 руб., именно исходя из указанных сумм ответчиком производилось начисление истцу заработной платы с февраля 2018 года.

Между тем, такие действия ответчика свидетельствуют об одностороннем изменении условий трудового договора, тогда как с истцом дополнительное соглашение к трудовому договору, изменяющее бы порядок начисления заработной платы, не подписывалось. 

Факт заключения дополнительного соглашения об изменении размера заработной платы истцом оспаривается, в материалы дела истцом представлен подлинник дополнительного соглашения в 2 экземплярах, в которых истцу предлагалось изменить размер заработной платы. Между тем такое дополнительное соглашение истцом не подписано, т.е. изменение условий трудового договора сторонами не согласовано, а работодателем процедура изменения существенных условий трудового договора, предусмотренная ст. 74 ТК РФ, не соблюдена. 

Судом в ходе рассмотрения настоящего спора ответчику разъяснялись положения ст. 56 ГПК РФ и неоднократно предлагалось представить доказательства согласования с истцом изменений условий трудового договора в части размеров заработной платы.

Однако, ответчик суду в нарушение требований указанных положений закона не представил таких доказательств. 

В соответствии с ч. 1 ст. 68 ГПК РФ в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

Показания допрошенного свидетеля ФИО4, показавшей суду, что она направляла в адрес головной организации подписанное истцом дополнительное соглашение, без предоставления суду такого соглашения в подлиннике, в качестве доказательства согласования истцом и ответчиком изменений размера заработной платы не могут быть положены в основу судебного решения.

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ).

Положением ст. 21 ТК РФ установлено, что работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Данное право корреспондируется обязанностью работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с ТК РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами (ст. 22 ТК РФ).

Таким образом, действия ответчика по одностороннему изменению условий трудового договора с истцом в части установления заработной платы признаются судом незаконными и в пользу истца подлежит взысканию недоначисленная заработная плата, исходя из оклада 36000 руб. с начислением на него районного коэффициента и процентной надбавки к заработной плате за работу в местности, приравненной к районам Крайнего Севера.

По расчету истца задолженность по заработной плате за спорный период с 01 января 2018 года по 06 марта 2019 года составит 96150 руб. 52 коп.

Со стороны ответчика контррасчета не представлено, расчет истца судом проверен, признан арифметически верным. 

В связи с чем, именно в таком размере и подлежит взысканию с ответчика в пользу истца задолженность по заработной плате.

В силу ст. 144 ТК РФ работодатель имеет право устанавливать различные системы премирования, стимулирующих выплат и надбавок с учетом мнения представительного органа работников. Установление премиальных выплат является правом работодателя, но не его обязанностью.

В соответствии с п. 4.3.1.2 Положения об оплате труда работников, утвержденного у данного работодателя, персональная надбавка устанавливается работникам административно-управленческого персонала при выполнении должностных обязанностей с большей производительностью труда, достижение наиболее высоких результатов деятельности, работу с повышенной профессиональной и творческой активностью.

Ссылки представителя истца на то, что надбавки и доплаты устанавливаются приказом руководителя предприятия сроком на 1 календарных год, на что указано в п. 4.3.1 Положения об оплате труда, не принимаются судом во внимание, поскольку в отношении административно-управленческого персонала, в которому относился истец, занимающий должность начальника филиала, установлен иной механизм начисления персональной надбавки. 

Согласно распоряжению ответчика от 15 февраля 2017 года № 1-01/46, которое подлежит применению к истцу в соответствии с приказом от 23 ноября 2017 года № 574/02 «О переподчинении филиалов» – установление персональных надбавок для начальников подведомственных филиалов и главных бухгалтеров производится ежемесячно приказом директора ФФГУП «Связь-безопасность» по ПФО. Решение об установлении надбавки принимается индивидуально по каждому работнику в зависимости от показателей в работе за месяц.

Трудовым кодексом РФ, другими нормативными актами, действующими на территории РФ, не ограничено право работодателя совместно или с учетом мнения представительного органа работников (если такой орган создан на предприятии) на выбор способа и порядка дополнительного материального стимулирования работника, определения размера таких доплат и надбавок.

Таким образом, установление работодателем критериев для выплаты персональной надбавки соответствует целям и принципами ее выплаты, направлено на стимулирование и поощрение работника, что является правом работодателя, а не обязанностью.

Работодателем соответствующими приказами установлена истцу персональная надбавка в следующие месяцы работы в 2018 году: февраль, март и май.

Основания для взыскания такой надбавки за остальные месяцы работы истца у суда отсутствуют.

Положением ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ) установлено, что работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Данное право корреспондируется обязанностью работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с ТК РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами (ст. 22 ТК РФ). 

При нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан в силу требований ст. 236 ТК РФ выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Статья 236 ТК РФ обязывает работодателя выплатить работнику денежную компенсацию одновременно с погашением задолженности. Невыплата такой компенсации и иных причитающихся работнику сумм является нарушением трудового законодательства. Обязанность по выплате денежной компенсации возникает у работодателя с первого дня задержки причитающихся работнику выплат и не обусловлена наличием его вины.

По расчету истца проценты за задержку выплаты заработной платы составят 10298 руб. 60 коп.

Расчет истца ответчиком не оспорен, судом расчет истца проверен, признан арифметически верным, а потому в пользу истца с ответчика подлежат взысканию проценты за задержку выплаты заработной платы в размере 10298 руб. 60 коп.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд принимает во внимание положения ст. 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика компенсации морального вреда, суд принимает во внимание все обстоятельства данного спора, степень физических и нравственных страданий истца, обусловленных нарушением его права на своевременное получение заработной платы в требуемом размере, продолжительность допущенного ответчиком нарушения и размер денежного требования к ответчику, а также учитывает принципы разумности и справедливости, и считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 3000 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 к федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 96150 руб. 52 коп., компенсацию за задержку в размере 10298 руб. 68 коп., в счет компенсации морального вреда 3 000 руб.

В удовлетворении требований ФИО1 к федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации о взыскании в остальной части задолженности по заработной плате и компенсации за задержку – отказать.

Взыскать с федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3629 руб.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Архангельска.

Мотивированное решение изготовлено 29 апреля 2019 года.

Председательствующий Е.В. Акишина