РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 сентября 2017 года посёлок Горный 

Читинский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего судьи Кузнеченкова Д.Н., при секретаре Черпинскис А.В., с участием старшего помощника военного прокурора гарнизона Дровяная майора юстиции ФИО1, административного истца ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело №2а-258/2017 по административному исковому заявлению военнослужащей войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО2, об оспаривании действий командующего войсками Восточного военного округа, связанных с досрочным увольнением с военной службы, в связи с организационно – штатными мероприятиями, 

установил:

ФИО2 обратилась в суд с административным исковым заявлением в котором указала, что приказом командира войсковой части № от 20 марта 2015 года №№ была уволена с военной службы в связи с организационно – штатными мероприятиями. 

Полагая, что приказ об увольнении, изданный во время её нахождения в отпуске по уходу за ребенком до достижения им трех лет, нарушает права на нахождение в распоряжении, исчисление выслуги лет, использования отпуска по личным обстоятельствам и предоставление ребенку в первоочередном порядке места в детском саду, ФИО2 просила суд признать действия командира войсковой части № по изданию приказа от 20 марта 2015 года №№ незаконными и обязать отменить его, восстановив ее на военной службе с зачислением в распоряжение до выхода из отпуска по уходу за ребенком.

В судебном заседании ФИО2 поддержала заявленные требования, и, подтвердив доводы, изложенные в заявлении, просила его удовлетворить в полном объёме.

С учётом требований административного истца к участию в деле в качестве административного соответчика привлечён командующий войсками Восточного военного округа, так как именно этим должностным лицом издан оспариваемый приказ, а не командиром войсковой части №.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства в суд не прибыли командующий войсками Восточного военного округа, командир войсковой части №, представители Федеральных казённых учреждений «Объединенное стратегическое командование Восточного военного округа» и «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Хабаровскому краю. На основании части 6 статьи 226 КАС РФ, суд полагает возможным рассмотреть данное дело без их участия.

В представленных возражениях командир войсковой части № требования заявления не признал и указал, что при проведении беседы 12 марта 2015 года ФИО2 изъявила желание уволиться с военной службы по основаниям предусмотренным подпунктом «а» пункта 2 статьи 51 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», в связи с организационно-штатными мероприятиями.

Выслушав объяснения сторон и заключение прокурора, полагавшего необходимым отказать в удовлетворении требований, исследовав представленные доказательства, военный суд приходит к следующим выводам.

Рассматривая вопрос о пропуске ФИО2 установленного статьёй 219 КАС РФ трехмесячного срока для обжалования действий командующего войсками Восточного военного округа по изданию приказа об увольнении 20 марта 2015 года №№ суд исходит из следующего.

С учетом того, что обстоятельств, которые бы бесспорно указывали на то, что после издания вышеназванного приказа командованием были совершены действия, явно свидетельствующие об уведомлении ФИО2 о принятом в отношении нее решении об увольнении с военной службы не установлено, суд рассматривает требования о признании незаконным данного приказа по существу.

Согласно п. 5 ст. 32 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента РФ от 16 сентября 1999 года №1237 (далее - Положения), во время отпуска по уходу за ребенком за военнослужащим женского пола сохраняется место военной службы и воинская должность.

Как следует из п. 25 ст. 34 Положения, увольнение с военной службы беременных женщин-военнослужащих, женщин-военнослужащих, имеющих детей в возрасте до трех лет, а также имеющих детей-инвалидов или инвалидов с детства до достижения ими возраста 18 лет (одиноких матерей, имеющих детей в возрасте до 14 лет), не допускается, кроме случаев, когда военнослужащие подлежат увольнению с военной службы по основаниям, предусмотренным подп. "а", "в" - "ж" п. 1 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», или когда увольнение осуществляется по их желанию.

Женщины-военнослужащие, находящиеся в отпуске по беременности и родам или в отпуске по уходу за ребенком, не могут быть исключены из списков личного состава воинской части.

Из анализа указанных правовых норм усматривается, что в силу требований действующего законодательства женщина-военнослужащая, имеющая ребенка в возрасте до трех лет, не может быть уволена с военной службы и исключена из списков личного состава воинской части за исключением случаев прямо указанных в законе.

Согласно свидетельства о рождении, ФИО2 имеет ребенка родившегося ДД.ММ.ГГГГ года.

В соответствии с приказами командира войсковой части № от 26 января 2015 года №6, 24 апреля 2015 года №№, 26 августа 2016 года №№ ФИО2 были предоставлены соответствующие отпуска по уходу за ребенком, последний из них заканчивается 17 февраля 2018 года.

Из выписки из протокола заседания аттестационной комиссии от 12 марта 2015 года видно, что было принято решение об увольнении ФИО2 с военной службы с зачислением в запас на основании предусмотренном подпунктом «а» пункта 2 статьи 51 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», в связи с организационно-штатными мероприятиями. С данным решением ФИО2 была ознакомлена 12 марта 2015 года, о чем свидетельствует ее подпись и показания в судебном заседании. 

Как видно из рапорта от 12 марта 2015 года старшина ФИО2 согласна на увольнение в связи с организационно-штатными мероприятиями после обеспечения всеми видами довольствия и окончания отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.

Вместе с тем согласно рапорта от 13 марта 2015 года старшина ФИО2 ходатайствует перед командованием об увольнении её с военной службы по указанному основанию и просит не исключать ее из списков части до обеспечения всеми видами довольствия и окончания декретного отпуска.

ФИО2 в судебном заседании указала, что рапорт от 12 марта 2015 года был написан вынужденно, в связи с оказанным командованием на нее давлением, а от 13 апреля 2015 года сфальсифицирован. Оценивая данные доводы суд находит их голословными, так как с учетом наличия юридического образования, стажа военной службы более 20 календарных лет, ФИО2 должна была осознавать последствия их подписания и способы обжалования указанных действий командования, что ей не было сделано. 

При этом суд отмечает, что подавая заявление в суд ФИО2 указала, что основанием для ее увольнения стал рапорт от 12 марта 2015 года, вместе с тем в приложенном к заявлению копии приказа об увольнении указан именно рапорт от 13 марта 2015 года, что не могло по приведенным выше обстоятельствам остаться для истца незамеченным, при этом каких – либо доказательств фальсификации суду представлено не было. Заявление о фальсификации рапорта от 13 марта 2015 года и исключении его из числа доказательств не подлежит удовлетворению, так как вопросы о признании доказательств сфальсифицированными разрешаются в ином судебном порядке, предусмотренном УПК РФ, тогда как сведений о подаче соответствующих заявлений в порядке ст. 144 УПК РФ суду не представлено.

Также из штампа входящей корреспонденции видно, что рапорт от 12 марта 2015 года зарегистрирован в апреле 2015 года после увольнения, в то время как рапорт от 13 марта 2015 года в этом же месяце.

Согласно показаний свидетеля 

<

данные изъяты> Г., начальника узла связи штаба армии войсковой части №, в марте 2015 года ему командованием части была поставлена задача по увольнению военнослужащих находящихся в распоряжении, в связи с чем посыльный отвозил ФИО2 домой отпечатанный образец рапорта, при этом пояснил, что в представленных ему судом рапортах от 12 и 13 марта 2015 года стоят его подписи, оригинала рапорта от 13 марта 2015 года не имеется в связи с его уничтожением.

Из подпункта «б» пункта 14 статьи 34 Положения следует, что перед представлением военнослужащего, проходящего военную службу по контракту к увольнению с военной службы, с ним проводится индивидуальная беседа, как правило, командиром воинской части. Содержание проведенной беседы отражается в листе беседы. Лист беседы подписывается военнослужащим, увольняемым с военной службы, а также должностным лицом, проводившим беседу, и приобщается к личному делу военнослужащего.

Из листа беседы от 12 марта 2015 года следует, что административный истец представляется к увольнению с военной службы в связи с организационно – штатными мероприятиями. При этом, ФИО2 согласилась с увольнением после окончания декретного отпуска.

Из представления к увольнению от 13 марта 2015 года видно, что старшина ФИО2 представляется к увольнению с военной службы с зачислением в запас Вооруженных Сил Российской Федерации в связи с организационно-штатными мероприятиями (подпункт «а» пункта 2 статьи 51 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе»). 

Согласно приказу командующего войсками Восточного военного округа №№ от 25 марта 2015 года 

<

данные изъяты> ФИО2 уволена с военной службы в запас в связи с организационно – штатными мероприятиями на основании представления командира войсковой части № и рапорта военнослужащего от 13 марта 2015 года.

Таким образом, поскольку приказ о досрочном увольнении ФИО2 с военной службы по основанию, предусмотренному подпунктом «а» пункта 2 статьи 51 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», издан правомочным должностным лицом, оснований для признания его незаконным у суда не имеется, в связи с чем в удовлетворении требований заявления надлежит отказать.

Оценивая доводы ФИО2 о том, что указанным приказом нарушается её право находиться в распоряжении командира войсковой части, так как за ней должны сохраняться на период отпуска по уходу за ребенком место военной службы и воинская должность, суд находит их противоречивыми и несостоятельными, так как еще с 2011 года приказом командира войсковой части № от 1 декабря 2011 года №№ военнослужащая освобождена от занимаемой должности и зачислена в распоряжение указанного командира части.

Также ошибочными являются доводы ФИО2 о том, что после увольнения прекратилось исчисление ее выслуги лет, так как пунктом 4 статьи 3 Положения установлено, что днем окончания военной службы считается день исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части. В силу приведенного выше пункта 25 статьи 34 Положения военнослужащие женского пола, находящиеся в отпуске по беременности и родам или в отпуске по уходу за ребенком, не могут быть исключены из списков личного состава воинской части.

Окончательный подсчет выслуги лет будет производиться после исключения ее из списков части в военном комиссариате и будет пересчитан на дату исключения из списков части.

С учетом того, что ФИО2 вплоть до дня окончания военной службы обладает статусом военнослужащего, то на нее и членов семьи распространяются социальные гарантии установленные Федеральным законом «О статусе военнослужащих», в том числе о предоставлении ребенку в первоочередном порядке места в детском саду, в связи с чем утверждение об обратном не основано на законе.

В соответствии с п. 12 ст. 31 Положения о порядке прохождения военной службы военнослужащим, общая продолжительность военной службы которых составляет 20 лет и более, в один год из трех лет до достижения ими предельного возраста пребывания на военной службе либо в год увольнения с военной службы по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, кроме основного отпуска, по их желанию предоставляется отпуск по личным обстоятельствам продолжительностью 30 суток.

Указанный отпуск предоставляется также военнослужащим, проходящим военную службу после достижения ими предельного возраста пребывания на военной службе и не использовавшим этот отпуск ранее. Данный отпуск предоставляется один раз за весь период военной службы, что фиксируется в личном деле военнослужащего.

Из изложенного следует, что предоставление указанного отпуска возможно только на основании волеизъявления военнослужащего, чего до настоящего времени ФИО2 сделано не было.

Предоставленные ФИО2 аудиозаписи, сделанные ей, как она пояснила в ходе телефонного разговоров с должностными лицами войсковой части №, не отвечают требованиям относимости и допустимости, так как были переписаны на оптический диск и не позволяют однозначно установить с кем был разговор, и имеющих значения для дела обстоятельств не содержат.

Также военный суд учитывает, что само нахождение на военной службе ФИО2 связывает не с ее прохождением и исполнением каких –либо должностных обязанностей а с желанием и далее оставаться в распоряжении командира войсковой части, при этом после окончания отпуска по уходу за ребенком военную службу продолжать не желает, а ее указание об обратном в судебном заседании не соответствует исследованным материалам дела.

Разрешая вопрос, связанный с возмещением судебных расходов по делу, суд руководствуется положениями статьи 111 КАС РФ и в связи с отказом в иске, не усматривает оснований для их возврата административному истцу.

На основании изложенного, и, руководствуясь статьями, 111, 175-180 и 227 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО2 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Восточно-Сибирский окружной военный суд через Читинский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Председательствующий Д.Н. Кузнеченков