2а-32/2021

Решение

Именем Российской Федерации

4 марта 2021 г. г. Реутов

Реутовский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Алиева Р.А., при помощнике судьи Векуа Д.В., с участием административного истца ФИО1, её представителя ФИО2, представителя административных ответчиков – командира и жилищной комиссии войсковой части № майора юстиции ФИО3, заинтересованного лица – ФИО6 рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело по административному иску прапорщика ФИО1 об оспаривании действий командира и председателя жилищной комиссии войсковой части №, связанных с отказом в принятии её и членов её семьи на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с административным иском, в котором просила:

- признать незаконным и отменить решение жилищной комиссии войсковой части № от 25 декабря 2020 г., оформленное протоколом заседания №, в части отказа ФИО1 и членам её семьи в принятии на учет нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания;

- обязать командира и жилищную комиссию войсковой части № повторно рассмотреть вопрос о признании ФИО1 и членов её семьи нуждающимися в жилом помещении для постоянного проживания;

Административный истец требования административного искового заявления поддержала, просила их удовлетворить, при этом пояснила, что она проживает совместно с двумя дочерьми в квартире по адресу: 

<

адрес>, и ведет с ними общее хозяйство. 

Представитель административного истца ФИО2 поддержал требования по доводам, изложенным в административном исковом заявлении, при этом пояснил, что дочери административного истца проживают совместно со своей матерью ФИО1, они ведут общее хозяйство, в связи с чем ФИО1 с дочерьми должна быть принята на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания. Также отметил, что ФИО1 и её дочери зарегистрированы при воинской части. Кроме того, ФИО2 обратил внимание на то, что у сына ФИО1 – ФИО5 имеется в собственности 1/3 жилого помещения общей площадью 60,5 кв.м, однако данное помещение не должно учитываться при постановке вопроса об обеспеченности ФИО1 и членов её семьи нуждающимися в жилых помещения для постоянного проживания, т.к. ФИО5 не проживает со своей матерью ФИО1 и является членом семьи своего отца – ФИО9

Представитель административных ответчиков Боровский требования административного истца не признал, просил отказать в их удовлетворении, при этом пояснил, что ФИО1 обеспечена жилым помещением по установленным нормам, как член семьи собственника – её сына ФИО5, которому принадлежит 1/3 жилого помещения. Что же касается дочерей административного истца, то на них не распространяются социальные гарантии, в том числе обеспечение жилым помещением для постоянного проживания в связи с тем, что последние достигли возраста 23 лет.

Заинтересованное лицо – ФИО6 требования административного истца поддержала, настаивала на их удовлетворении, при этом пояснила, что она проживает совместно со своей матерью – ФИО1 и ведут с ней совместное хозяйство.

Выслушав доводы участвующих в деле лиц и исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее – Закон) государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Военнослужащим - гражданам, обеспечиваемым на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями и признанным нуждающимися в жилых помещениях, по достижении общей продолжительности военной службы 20 лет и более, а при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, предоставляются жилищная субсидия или жилые помещения, находящиеся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно или по договору социального найма с указанным федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом по избранному постоянному месту жительства и в соответствии с нормами предоставления площади жилого помещения, предусмотренными ст. 15.1 Закона.

В суде установлено, что ФИО1 проходит военную службу по контракту в войсковой части №. При этом она относится к категории военнослужащих, обеспечиваемых на весь период военной службы служебным жилым помещением. Общая продолжительность военной службы административного истца составляет более 20 лет, что следует из соответствующей справки начальника группы кадров войсковой части № от 25 декабря 2020 г.

Из заявления ФИО1 следует, что 9 ноября 2021 г. она обратилась в жилищную комиссию войсковой части № с рапортом о признании её и членов её семьи нуждающимися в жилом помещении для постоянного проживания. При этом в качестве членов её семьи она просила признать двух дочерей – ФИО6 и ФИО7

Решением жилищной комиссии войсковой части № от 25 декабря 2020 г., оформленным протоколом заседания №, административному истцу отказано в постановке её и её дочерей на учет нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания. Основанием для принятия такого решения явилось то обстоятельство, что ФИО6 и ФИО7 не относятся к членам семьи военнослужащего, на которых распространяются социальные гарантии, а сама ФИО1 обеспечена по установленным нормам жилым помещением, как член семьи собственника – сына ФИО5

В судебном заседании свидетель ФИО8 пояснил, что квартира по адресу: 

<

адрес>, принадлежит ему, его брату – ФИО5 и его отцу – ФИО9, и таким же составом семьи они проживают в указанной квартире. Иные лица в квартире не проживают.

Согласно свидетельству о рождении от 15 ноября 2013 г. серии № № родителями ФИО5 являются административный истец и её бывший супруг ФИО9

Как следует из свидетельства о расторжении брака от 26 ноября 2014 г. серии № таковой расторгнут между административным истцом и ФИО9

Соглашением об определении места жительства ребенка от 27 октября 2020 г. установлено, что ФИО5 будет проживать совместно с его отцом – ФИО9

Согласно выпискам из ЕГРН от 25 декабря 2020 г. № и от 31 декабря 2020 г. № ФИО5 является собственником 1/3 квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, общей площадью 60,5 кв.м. Остальная часть жилого помещения принадлежит его отцу и брату.

ФИО5 зарегистрирован в квартире по указанному выше адресу, что следует из свидетельства о регистрации по месту жительства №.

Квартира по указанному адресу, в соответствии с протоколом заседания жилищной комиссии войсковой части № № от 19 сентября 2014 г., распределена ФИО9 на состав семьи 3 человека: он и сыновья – ФИО8 и ФИО5

Из ответа начальника федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «

<

данные изъяты>» следует, что ФИО9 проходил военную службу в указанном учреждении с 30 сентября 2015 г. по 12 июля 2020 г.

Согласно выпискам из приказа командира войсковой части № ФИО1 в период с февраля 2018 года по февраль 2020 года десять раз была освобождена от исполнения служебных обязанностей военной службы в связи с болезнью ребенка – ФИО5, данные обстоятельства также следуют из соответствующих рапортов ФИО1 и приложенных к ним справок. 

Из справки директора средней общеобразовательной школы № от 16 сентября 2020 г. №, расположенной в 

<

адрес>, следует, что ФИО5 обучается в указанном образовательном учреждении.

Таким образом, сын административного истца – ФИО5 не может быть признан членом семьи административного истца, т.к. является членом семьи своего отца – ФИО9, в составе которой он обеспечивался жилым помещением.

Довод представителя административного ответчика о том, что освобождение административного истца от исполнения обязанностей военной службы в связи с болезнью ребенка – ФИО5 может свидетельствовать об их совместном проживании и как следствие признании ФИО5 членом семьи административного истца, суд находит несостоятельным исходя из следующего.

Исходя из положений ч. 2 ст. 54 Семейного кодекса Российской Федерации, каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, насколько это возможно, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам.

Ребенок имеет право на воспитание своими родителями, на образование, обеспечение его интересов, всестороннее развитие и уважение его человеческого достоинства.

При отсутствии родителей, при лишении их родительских прав и в других случаях утраты родительского попечения право ребенка на воспитание в семье обеспечивается органом опеки и попечительства в порядке, установленном главой 18 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 55 Семейного кодекса Российской Федерации, ребенок имеет право на общение с обоими родителями, дедушкой, бабушкой, братьями, сестрами и другими родственниками. Расторжение брака родителей, признание его недействительным или раздельное проживание родителей не влияют на права ребенка.

В случае раздельного проживания родителей ребенок имеет право на общение с каждым из них. Ребенок имеет право на общение со своими родителями также в случае их проживания в разных государствах.

Согласно ст. 61 Семейного кодекса Российской Федерации родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).

Родительские права, предусмотренные настоящей главой, прекращаются по достижении детьми возраста восемнадцати лет (совершеннолетия), а также при вступлении несовершеннолетних детей в брак и в других установленных законом случаях приобретения детьми полной дееспособности до достижения ими совершеннолетия.

Статьей 66 Семейного кодекса Российской Федерации установлены правила осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка, в соответствии с которыми такой родитель, в частности, имеет право на общение с несовершеннолетним и участие в его воспитании, а родитель, с которым проживает ребенок, не должен препятствовать общению ребенка с другим родителем, если такое общение не причиняет вред физическому и психическому здоровью ребенка, его нравственному развитию.

При таких обстоятельствах уход за ребенком (ФИО5) и его воспитание предусмотрены Семейным кодексом Российской Федерации и в силу закона являются обязанностями административного истца.

Что же касается признания членами семьи административного истца её дочерей ФИО6 и ФИО7, суд исходит из следующего.

Абзац 5 п. 5 ст. 2 Закона устанавливает, что к членам семей военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, на которых распространяются указанные социальные гарантии, компенсации, если иное не установлено настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, относятся: супруга (супруг); несовершеннолетние дети; дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет; дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения; лица, находящиеся на иждивении военнослужащих. 

Вместе с тем в абз. 2 и 3 п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2014 г. № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» разъяснено, что судам следует исходить из того, что гарантированное ст. 15 Закона право военнослужащих и совместно проживающих с ними членов их семей на обеспечение жилыми помещениями в форме предоставления денежных средств за счет средств федерального бюджета на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления жилых помещений должно реализовываться в порядке и на условиях, установленных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

При решении вопроса о том, кого следует относить к членам семьи военнослужащего, имеющим право на обеспечение жильем, судам следует руководствоваться нормами Жилищного кодекса Российской Федерации и Семейного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с чч. 5 и 6 ст. 100 ЖК РФ к пользованию специализированными жилыми помещениями по договорам найма таких жилых помещений применяются правила, предусмотренные ст. 65, чч. 3 и 4 ст. 67 и ст. 69 ЖК РФ, за исключением пользования служебными жилыми помещениями, к пользованию которыми по договорам найма таких помещений применяются правила, предусмотренные ст. 31, ст. 65 и чч. 3 и 4 ст. 67 ЖК РФ, если иное не установлено другими федеральными законами.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в подп. «д», п. 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», в договоре найма специализированного жилого помещения указываются члены семьи нанимателя.

Согласно ч. 1 ст. 69 ЖК РФ к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Военнослужащие-граждане признаются федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, нуждающимися в жилых помещениях по основаниям, предусмотренным ст. 51 ЖК РФ, в порядке, утверждаемом Правительством Российской Федерации.

Из договора найма жилого помещения от 30 апреля 2017 г. следует, что административный истец и её дочери осуществляют найм жилого помещения по адресу: 

<

адрес>.

Как следует из выписки из домовой книги № от 6 октября 2020 г. административный истец и её дочери ФИО6 и ФИО7 зарегистрированы при войсковой части № по адресу: 

<

адрес>

Выписками из ЕГРН от 20 декабря 2020 г. № и от 21 декабря 2020 г. №, № подтверждается, что у административного истца и её дочерей в собственности жилых помещений не имеется. 

Согласно справкам из ГУП 

<

адрес> «Московское областное бюро технической инвентаризации» 

<

адрес> филиал от 17 декабря 2019 г. №, от 18 декабря 2019 г. № и от 26 декабря 2019 г. № административный истец и её дочери – ФИО6 и ФИО7 не владели недвижимым имуществом на территории 

<

адрес> до 1 января 1998 г. 

Из актов проверки жилищных условий от 26 и 29 ноября 2020 г. следует, что в квартире по адресу: 

<

адрес>, не представляется возможным проверить жилищные условия, ввиду отсутствия проживающих в жилом помещении.

Таким образом, исходя из приведённых выше норм, данные обстоятельства свидетельствуют о совместном проживании административного истца и членов её семьи. При этом сведений о фактическом проживании указанных лиц по иному месту жительства, отдельно от административного истца, материалы административного дела не содержат.

Не влияет на приятое судом решение утверждение представителя административных ответчиков о том, что на дочерей административного истца не распространяются социальные гарантии, в том числе обеспечение жилым помещением для постоянного проживания в связи с тем, что последние достигли возраста 23 лет, поскольку оно не основано на нормах действующего законодательства, которое не предусматривает исключение из состава семьи военнослужащего лиц, достигших указанного возраста. 

Вместе с тем, как следует из материалов административного и жилищного дел, при принятии оспариваемого решения командира и председателя жилищной комиссии воинской части, названая комиссия жилищные условия административного истца и членов её семьи не смогла проверить.

В этой связи, с учетом указанных выше норм действующего законодательства, ФИО6 и ФИО7 в случае подтверждения факта совместного проживания с административным истцом могут быть признаны членами её семьи.

Таким образом, отказ в принятии на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания административного истца и членов её семьи не может быть признан законным. 

Исходя из того, что, признав незаконным вышеуказанное решение командира и председателя жилищной комиссии войсковой части №, суд не вправе предрешать вопросы, относящиеся к их компетенции, то на административных ответчиков следует возложить обязанность отменить вышеуказанное решение в части отказа в принятии на жилищный учет ФИО1 и членов её семьи – ФИО6 и ФИО7 и обязать повторно рассмотреть вопрос о принятии их на жилищный учёт.

Руководствуясь ст. 175-180, 227, 297 и 298 КАС РФ, военный суд,

решил:

административный иск ФИО1 удовлетворить.

Признать незаконным и отменить решение жилищной комиссии войсковой части № от 25 декабря 2020 г., оформленное протоколом заседания №, в части отказа ФИО1 и членам её семьи в принятии на учет нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания.

Обязать командира и жилищную комиссию войсковой части № повторно рассмотреть вопрос о признании ФИО1 и членов её семьи нуждающимися в жилом помещении для постоянного проживания в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу, о чем сообщить в суд и ФИО1 в тот же срок.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во 2-й Западный окружной военный суд через Реутовский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу Р.А. Алиев